Новый Доктор: жизнь без Тардис

      Доктор заснул. Хотя, наверное, едва ли это можно было назвать сном. Сидя на холодном камне в промокшей одежде и прислонившись к каменной стене, он чувствовал, как отчаянно болят все мышцы и кости его измученного тела, от которого он последние сутки требовал почти невозможного. Теперь идти было некуда, и делать нечего — осталось всего лишь подождать пару дней, пока все они умрут. И он отключился — перестал слышать, что говорит, сидящий совсем рядом Клим, и мысли потекли свободно, бесконтрольно.       Ему вспоминалось то, что он видел когда-то: оранжевое небо Галлифрея, Каскад Медузы, временная воронка, начало Вселенной. В голове мелькали лица людей, которые когда-то были ему близки… Он думал о Розе, о ночи, проведенной с ней, о её прикосновениях, о её голосе… о том, что обрёл так много лишь для того, чтобы потерять…       Доктор открыл глаза. Встал. Клима рядом не было. Доктор позвал его.       — Я у озера! — отозвался его спутник.       У озера было немного светлее. Клим сидел на берегу, неотрывно глядя в воду.       — И долго я спал? — поинтересовался Доктор.       Клим пожал плечами:       — Около часа. Я ушёл, чтобы тебе не мешать.       — Не мешать? — удивлённо переспросил Доктор и вдруг понял. — Сны ты тоже видишь?       Клим смущённо поморщился:       — Смотря какие…       — Ну, ясно… — отозвался Доктор, вспомнив свои мысли о Розе. Ему неприятно было понимать, что о них знает кто-то посторонний.       — Прости, — сказал Клим.       Доктор поморщился:       — Что ты с этим делаешь? — поинтересовался он. — В смысле, все эти чужие чувства — они ведь тебе не нужны, только мешают. Как за столько лет ты ещё не сошел с ума?       — Стараюсь не обращать внимания, — ответил Клим, — и забыть как можно скорее. Честное слово, я в этом здорово преуспел, — он с сомнением посмотрел на Доктора, — только никто не верит.       Тот, усмехнувшись, подошёл к самому краю озера, очень внимательно глядя на воду.       — В чём дело? — поинтересовался Клим.       — Здесь есть течение, — отозвался Доктор и, достав пустую флягу из-под воды, кинул её в озеро.       — Ну да, есть, — согласился Клим, наблюдая, как фляга, постепенно ускоряясь, плывёт к противоположному берегу.       — Течение в подземном озере, в которое не впадает никакая река, может быть лишь в одном случае… — взволнованно произнёс Доктор.       Доплыв до противоположного берега, фляга закрутилась на месте, а затем, скрылась под водой.       — Ты её утопил! — заметил Клим.       — Здесь есть ещё одно озеро, — радостно сообщил Доктор, — и это озеро сообщается с нашим!       — Чёрт! — Клим вдруг почувствовал, как бешено застучало сердце. — Только не говори, что думаешь о том же, о чём и я!       Доктор широко улыбнулся:       — Ты чувствуешь мысли с яркой эмоциональной окраской! — заметил он. — Ты знаешь, о чём я думаю!       С этими словами он зашагал к противоположному берегу озера.       — Это самоубийство, — заметил Клим, следуя за ним.       — Сидеть здесь и ждать, — возразил Доктор, — вот это самоубийство!       — Ну и какие, ты думаешь, у нас шансы? — в отчаянье спросил Клим.       Доктор остановился и повернулся к нему. Он был очень серьёзен.       — Шансов у нас практически нет, — произнёс он, — ты прав. Мы сможем остаться в живых, только если там внизу достаточно быстрое течение и озеро не слишком далеко. Но это лучше, чем сидеть и ждать смерти.       — Ладно, — Клим, сдавшись, опустил голову. — Идем.       Просто он боялся. Больше, чем когда-либо. То, что собирался сделать Доктор, противоречило инстинкту самосохранения любого нормального человека. Прыгнуть в озеро, нырнуть как можно глубже, а потом позволить течению утащить тебя… хотелось бы верить, что в другое озеро, которое, как опять же, хотелось бы верить, находится не на расстоянии пары километров.       По пути к противоположному берегу озера Доктор подобрал пару довольно больших, тяжёлых камней, и один из них вручил Климу.       — Это на шею нужно повесить? — мрачно пошутил тот.       Доктор поднял бровь:       — Если хочешь.       Клим закусил губу. Он поступает нечестно. В конце концов, Доктору эта затея нравится не больше. Просто пришла она в голову именно ему, а значит, некому жаловаться на её безнадежность.       Они добрались до места. Доктор перевёл дух, наконец, признавая факт существования собственных нервов.       — Если не хочешь, — сказал он, коротко взглянув на Клима. — Я уговаривать не буду. Это действительно очень похоже на самоубийство. Но я должен попытаться.       Клим, сжав зубы, кивнул:       — Я знаю.       Доктор, сделав глубокий вдох, поднял перед собой камень, вниз головой прыгнул в озеро и вскоре скрылся в прозрачной воде.       Клим, замерев, стоял на берегу. Некоторое время он ещё чувствовал мысли, владевшие Доктором, затем, они исчезли. Стало совсем жутко. А ещё стыдно, потому что он не мог себя заставить сделать того же. Дело не в страхе. Доктор боялся не меньше. Но у него были свои мотивы переступить этот страх. Он думал о Розе, а он… Если у Доктора всё же выйдет, и если Земля будет спасена, то кому-то придётся прийти в его дом и рассказать. Клим почему-то был уверен, что это будет Доктор, и что он не расскажет правду — придумает что-нибудь или вовсе обойдется без деталей.       И Клим вдруг увидел с ослепительной чёткостью: свой дом, замершую Люси, опустившую на колени перепачканные краской руки, Марка, рисующего на полу огромный ярко-красный автобус, и Эн, нечаянно наступившую на этот рисунок краешком сандалии. Доктор развернулся и ушёл. Оставив этих людей осознавать, что произошло.       Клим не знал, откуда возникли детали этой сцены — он их не придумывал, это точно, но размышлять было некогда. Прижав к груди камень, он прыгнул в воду.

***

      — Попробуй сейчас! — крикнул Розе Джейк.       Девушка в очередной раз попыталась завести мотор вертолёта. Безрезультатно. Впрочем, её это не обескуражило — всё равно они ещё не пришли к единому мнению, куда на этом вертолете лететь.       Вчера, через пару часов после того, как Клим ушёл к полковнику Джексону, включился его тревожный маячок. Это означало, что у Клима неприятности.       Энжела отследила перемещения шефа — судя по сигналу маячка, он покинул Лондон и вскоре оказался на Острове. После чего сигнал пропал. Относительно того, что делать дальше — мнения разделились.       Роза настаивала на том, чтобы немедленно лететь на остров. Энжела считала, что необходимо дождаться возобновления сигнала. Алекс же заявил, что занимаются они вообще ни тем.       — Доктор ведь не зря передал Джейку шар, и сказал, что это может помочь! — взволнованно доказывал молодой человек. — А теперь этот шар валяется у нас словно хлам!       Алексу ничего возражать не стали — не потому, что согласились, а потому, что это посчитали бесполезной тратой времени — парень обиделся, засел в лаборатории, подключил шар к компьютерной сети и погрузился в мир вычислений. Энжела, в ожидании возобновления сигнала, заняла место в диспетчерской. А Роза отправилась чинить вертолёт, и была очень благодарна Джейку за предложенную помощь. И, хотя они никак не могли выявить неисправность, девушку не покидало чувство, что всё идёт так, как и должно…       — Есть сигнал! — раздался в динамиках громкой связи голос Энжелы.       Роза побежала наверх.       Когда девушка влетела в диспетчерскую, Энжела перезагружала систему.       — Только не говори, что сигнал пропал! — потребовала Роза.       — Не пропал, — поморщившись, отозвалась Энжела, — но, кажется, какой-то сбой.       — Сбой?       — Система регистрирует сигнал в районе Шотландских гор.       — И как он туда мог попасть?!       — Никак. Вот и перезагружаюсь.       Но перезагрузка на результат не повлияла — сигнал маячка по-прежнему фиксировался в горном районе Шотландии.       -Думаю, нам всё же придётся туда отправиться, — заметила Энжела, — вы разобрались с вертолётом?       — Пока нет… — отозвалась Роза, но шум винта, донёсшийся снизу, опроверг её слова.       Алекс так и не вышел из лаборатории — только сообщил по громкой связи, что занят.

***

      Доктор мучительно долго поднимался к поверхности воды. Перед глазами от нехватки воздуха плыли красные круги. Вода расступилась неожиданно, Доктор жадно вдохнул, попытался оглядеться, но вокруг было слишком темно — никаких шансов увидеть берег. Он достал отвёртку, включил её — темнота неохотно расступилась, и Доктор с трудом различил справа несколько нависших над водой каменных глыб. Из последних сил он доплыл до них, заполз на каменистый берег, и потом несколько минут лежал, глядя в темноту и борясь с отчаяньем. Что ж… он не утонул… но теперь они сбились с маршрута и неизвестно, есть ли выход из этой пещеры. И, даже если им повезет, сколько времени уйдёт, чтобы отсюда выбраться? Другое дело, что бессмысленно сейчас об этом думать, тем более, что такие мысли слишком хорошо чувствовал Клим.       Доктор сел и включил отвёртку, чтобы Клим мог увидеть, куда плыть — он не сомневался, что глава Торчвуда не останется в той пещере дольше пяти минут.       Он не ошибся — вскоре стало слышно, как кто-то плывёт к берегу, и Доктор, вглядевшись в темноту, заметил Клима.       Потом они молча шли по пещере, едва ли не на ощупь, пока не добрались до стены, уходящей вверх.       — Ну, по крайней мере, она не отвесная, — заметил Доктор, — можно попробовать забраться.       Клим засмеялся. Это был совсем невесёлый смех — от него становилось страшно.       — Серьёзно? — поинтересовался глава Торчвуда, с трудом переводя дыхание. — Можно попробовать забраться?! — он снова засмеялся и, прислонившись к стене, сполз по ней вниз.       Доктор озадаченно потёр шею, пожал плечами:       — Ну да… — произнёс он, — вполне можно…       Клим рассмеялся ещё сильнее, наконец, с трудом выговорил:       — Доктор… — он глубоко вздохнул, — ты самый невероятный человек из всех, кого я когда-либо знал… Прости, дай мне ещё пару минут.       — Да хоть пять! — легко согласился Доктор и, протянув Климу руку, признался. — Ты меня здорово напугал.       — Напугал? — фыркнув, переспросил Клим. — Тебя? Слушай, не смеши меня снова! — схватившись за протянутую Доктором руку, он встал. — Знаешь, независимо от того, выберемся мы отсюда, или нет…       — Не надо! — перебил Доктор. — Просто не надо… — он с облегчением перевёл дух, когда понял, что Клим уже не собирается ничего говорить, и пояснил, — ненавижу эпитафии…       — Ладно, — усмехнувшись, согласился Клим, — но всё равно, спасибо.       Доктор, не ответив, подошёл к стене и начал подниматься. Когда-то очень давно он спускался по тросу в непроглядную тьму, и окончание этого спуска казалось недостижимо-далекой мечтой… Многое бы он отдал сейчас за тот трос, который проклинал, обдирая руки. Теперь обдирать руки приходилось о камни — он полз вверх по стене, на ощупь находя опору для рук и ног. Следовало признать — делал он это исключительно из упрямства — им не успеть выбраться… Клим не отставал, хотя, конечно, тоже понимал бессмысленность этого подъёма.       Несколько раз им попадались небольшие площадки, пригодные для отдыха — они переводили дух и продолжали подниматься — на одной из таких площадок их путь и закончился — дальше стена становилась отвесной.       — Вероятно, теперь точно всё, — подвёл итог Доктор, — и, если честно, я даже немного этому рад.       — Тебя можно понять, — согласился Клим и замер, прислушиваясь, — у меня галлюцинации, или ты тоже это слышишь?       Доктор покачал головой:       — Ничего не слышу.       — Это не звук, — сосредоточенно отозвался Клим, — ещё слишком далеко, но это люди, я их чувствую. Только сомневаюсь, что они собираются спускаться сюда…       — Попробуем их переубедить, — сказал Доктор, включая отвёртку — резкий звук, тысячекратно усиленный эхом, разнесся по всей пещере, и спустя четверть часа стало очевидно, что к ним действительно кто-то спускается — от стен отразился луч фонаря.       — Эй! — крикнул Доктор.       — Клим! — послышалось в ответ. — Доктор! Вы здесь?!       — Джейк?! — удивлению главы Торчвуда не было предела. — Как вы нас нашли?!       — Маячок, — отозвался тот, — подождите пять минут, я сейчас спущусь.       — Какой ещё маячок? — переспросил Доктор.       Клим смущённо поморщился:       — Я совсем о нём забыл… Когда Джексон потащил меня на остров, я включил маячок, чтобы ребята знали, куда я делся, но когда мы с тобой стали спускаться в лифте, я понял, что сигнал пропадет и больше не вспоминал о нём.       — Сигнал появился около часа назад, — спустившись на площадку, сообщил Джейк и, посмотрев на Клима, добавил, — и тогда же мы починили вертолёт.       Парень торопливо отстегнулся от троса, снял с себя страховочные ремни и протянул их Доктору, пока тот возился с ними, включил рацию и сообщил:       — Роза, я их нашёл! Да! По сигналу поднимай.