Он несомненно взглянет на меня

      Утро для Вэй У Сяня начиналось вовсе не с пения птиц и тёплых лучей солнца. За всю ночь он так и не сомкнул глаз, и под утро у любителя поспать с большим стажем, нарисовались фиолетовые круги. Он всё таращился в потолок, не имея возможности сменить позу и лечь поудобней. Ровно в пять, как по будильнику, Лань Ван Цзи проснулся, быстро собрался и покинул дом, оставляя Вэй У Сяня одного и всё ещё без движений. Времени было достаточно, чтобы обдумать новые подходы к своей цели, и вскоре в голове вырисовывался План «Б».       Через какое-то время невидимые оковы спали, Вэй Ин потянулся, разминая сомлевшие мышцы. Первое чувство, которое он решил утолить, наконец, освободившись, это голод, что было вовсе не удивительно. Запахнув свои верхние одежды, Вэй У Сянь вышел из-за спрятанной за ширмой части комнаты и наткнулся на новый поднос с едой. Её дивный аромат будоражил рецепторы проголодавшегося и, долго не думая, Вэй Ин сократил между ними расстояние.       «Какой предусмотрительный Лань Чжань, — довольно протянул он, и приступил к трапезе, не давая блюду стынуть дальше, — даже завтраком обеспечил!»       После опустошения всего содержимого подноса, Вэй У Сянь подхватил свои флейту и меч, который вернул себе совершенно недавно, и направился искать Лань Чжаня. Солнце уже было довольно высоко, время от времени прикрываясь облаками и отбрасывая тень. Облачные Глубины погружены в мертвую тишину, будто никто и не просыпался вовсе, хотя еще с раннего утра в Ордене Гу Су Лань идут занятия и тренировки. Где сейчас может быть Лань Ван Цзи — Вэй Ин не имел и малейшего понятия. Потому, поддерживая статус «бессовестного и недисциплинированного», коим его считали здесь все, от адептов до учителей, он без стыда и совести заглядывал во все комнаты подряд, отвлекая от учебного процесса. Наконец, через несколько впустую открытых дверей и возмущённых его поведением обитателей Облачных Глубин, Вэй У Сянь находит в очередном классе знакомые лица, среди десятка неизвестных. Лань Сы Чжуй и Лань Цзинь И, как и другие присутствующие адепты, молча вчитывались в какие-то книги, пока наспех открытая дверь не отвлекла их от этого процесса.       «Учитель Вэй, — удивился первый, положив свою книгу на стол, — что вы здесь делаете?»       Увидев, что адепты здесь одни, без учителя, Вэй У Сянь распахнул дверь шире, прошмыгнув во внутрь класса, чем вызвал у присутствующих ещё большее недоумение.       «Вы не видели Хань Гуан Цзюня?» — спрашивает он, опираясь на внутреннюю сторону двери.       На его вопрос лишь некоторые закивали, остальные же предпочли никак не контактировать с переродившимся Старейшиной И Лин.       «За ним пришёл господин Цзэ У Цзюнь, и оба вышли буквально за несколько минут до вашего прихода, — ответил Лань Цзин И с каменной миной на лице, продолжая пялиться в учебник».       «Досадно» — выпалил Вэй Ин, хотя хитрая улыбка на лице совсем не совпадала с выказанным им разочарованием.       Не задерживаясь у двери, он прошёл в глубь класса, и занял свободное место среди адептов, которые округлили свои глаза и пронзали его шокированными взглядами. На столе лежала книга, быстро пролистав которую, Вэй У Сянь откинул на край стола, потеряв к ней интерес. Через пару минут дверь вновь открылась, но уже более спокойно, впуская Лань Ван Цзи. Тот прошёл через весь класс и сел за преподавательский стол напротив адептов.       «Что ты здесь делаешь?» — поинтересовался Лань Чжань, не отрывая взгляда от своего учебника.       «Набираюсь знаний от Ордена Гу Су Лань, — пожал плечами Вэй Ин, оперевшись локтями на стол».       «Сядь прямо и веди себя тихо. Не подавай адептам плохой пример, — только и изрёк мужчина в прекрасных белых одеждах с вышитыми на них голубыми облаками».       И вновь он не удосужился взглянуть на Вэй У Сяня! Другой бы уже давно смерил его недовольным взглядом.       На этом занятии у адептов спрашивали о признаках и отличиях различных видов существ, как и в тот раз, много лет назад, когда Вэй У Сянь и сам был на обучении в Ордене Гу Су. Правда тогда его немедля выгнали с занятия за нечистые мысли, и дослушать тему до конца так и не удалось.       Спокойный голос Лань Ван Цзи буквально обволакивал с ног до головы так, что хотелось неустанно слушать его рассказы и пояснения. Роль учителя определенно подходила ему, но Вэй У Сянь всё равно не мог приписать ему эту профессию на всю жизнь.       С губ Вэй Ина невольно вырвался смешок, когда в классе прозвучал вопрос: «Кто мне скажет отличия между навками, демонами, призраками и монстрами?»       Все адепты задумались, опуская головы, а Вэй У Сянь незамедлительно поднял руку, желая ответить, но его беспощадно игнорировали. Некоторое время звучали рассуждения, а потом Лань Чжань продолжил монотонно говорить. На следующем вопросе ситуация повторилась, обиженный и недооценённый Вэй Ин надул губы, бросая взгляд куда-то на улицу, далее не вслушиваясь в суть происходящего. Но его сердце пропустило удар и на секунду замерло, побуждая вернуть удивлённый взгляд на Лань Ван Цзи, который как раз задавал следующий, до боли знакомый вопрос: про палача, что после смерти преобразился в лютого мертвеца.       Вновь повисла тишина и все присутствующие серьёзно задумались над этим вопросом. Все, кроме мужчины в чёрных одеждах с красными вставками за последним столом, ведь в данный момент у того в голове крутились совершенно иные мысли: «Интересно, Лань Чжань всем группам адептов его задаёт или же озвучил именно сейчас, в присутствии меня?»       Один из адептов, конечно же из Ордена Гу Су Лань, Лань Сы Чжуй неспешно ответил: «Правило трех «У»: Упокоение, Усмирение, Уничтожение».       «Этот парниша определённо многого добьётся» — пронеслось в голове Вэй У Сяня и он, в сопровождении своей нахальной улыбочки, наступил на те же грабли, что и несколько десятков лет назад, рассказывая нынешним адептам о четвёртом способе. А в заключение своих слов, как бы доказывая их правдивость, потянулся за флейтой на поясе, при этом с энтузиазмом интересуясь у присутствующих «Хотите, покажу?»       «Вэй Ин», — холодно произнёс Лань Чжань, всё в той же своей сдержанной манере.       Вэй У Сянь вздохнул, опустив музыкальный инструмент обратно на пояс и только сейчас, поднимая глаза на Лань Ван Цзи, встретился с его, устремлённым в самую душу, таким пронзительным и печальным взглядом.