Мика — сын мясника

      По приказу лорда Тарли отряд Оленьих Людей был разбит на две части. Те, кто были в числе войска Простора с самого начала, то есть наши триста новобранцев, отправились к Штормовому Пределу вместе с остальными конными воинами. Прибывших же из Королевской Гавани отрядили в обеспечение, которому была поставлена задача собрать провиант и пресную воду и догнать воинов, отправившихся к Штормовому Пределу, уже в пути. Провианта в любом случае хватило бы на пару дней, после войско начало бы голодать, что означало только одно — Ренли готовился к быстрой победе. Лорд Рендилл разумно не стал брать в первую партию тех, кого не видел даже на учебных занятиях. Единственный, кто отправился к Штормовому Пределу из "старичков" Оленьих людей был я, да и то из-за того, что стал новым оруженосцем лорда Тарли. Командование отрядом я поручил Уолдеру, который по сути являлся заместителем после смерти Седрика.       Канонные события уже изменились и на этой части материка. Во-первых, Ренли не поехал в авангарде войска, которое отправилось к родовому гнезду Баратеонов, так как к нему прибыл посол. Причем это была не Кейтилин Старк, а человек с гербом Кракена на доспехах, если верить моим новым сослуживцам. Во-вторых, Теон Грейджой, видимо, не сильно торопился и в итоге явился позднее, чем Кейтилин в каноне, поэтому новый король решил провести переговоры с ним в лагере у Горького Моста, а после нагнать войско. Я сразу подумал, что наверняка это связано с Арьей Старк, Ренли попытается продать девчонку за присягу короля Севера, вот только вряд ли Теон вправе принимать такие важные решения, но откуда об этом знать Баратеону. Возможно теперь переговоров со Станнисом не будет, как и убийства короля жуткой тенью?       Следуя приказам, так сказать, вышестоящего начальства мы разбили временный лагерь, когда Штормовой предел уже был виден на горизонте, как и шатры лордов, присягнувших Станнису.       Шатер лорда Тарли я устанавливал вместе с тройкой солдат с гербом охотника на доспехах. Воины только делали вид, что стараются, по факту сваливая всю работу на меня. Не так-то просто практически в одиночку поставить шатер, все валилось из рук, но как-то повлиять на ситуацию я не мог. Солдатам было уже за сорок лет, и они были выше меня на три головы каждый, к тому же экипированы в сталь, а не в кожу, как я. Я уже почти дошел до точки кипения, когда случилась приятная неожиданность.       — Вам, видно, очень весело. Может мне позвать лорда Тарли, и вы расскажете ему о причине, по которой его шатер все еще не стоит? — Грубый голос молодого парня со светлыми волосами, заставил рыцарей пошевелиться. На груди латного панциря красовалась высокая башня. Пока солдаты неохотно, но стали двигаться активнее, паренек обратился ко мне.       — Приветствую. Ты, как я полагаю, Мика, второй оруженосец лорда Тарли? Меня зовут Лейтон Хайтауэр, сын Гюнтора Хайтауэра и, собственно, тоже оруженосец лорда Тарли. После этой войны стану рыцарем.       Сын лорда снял латную перчатку и протянул мне руку, чему я сильно удивился. Да, я был младшим командиром отряда из трехсот пятидесяти людей, но все равно высокородные вестеросцы продолжали относиться ко мне с долей пренебрежения. Рукопожатие Лейтона оказалось достаточно крепким, я почувствовал хруст в костяшках, но виду не подал.       — Спасибо большое, сир Лейтон.       — Я же сказал, только стану, — усмехнулся Хайтауэр, — называй меня просто по имени.       — Спасибо, Лейтон, — охотно откликнулся я.       — Обращайся если что, всегда рад помочь, — сказал первый оруженосец с усмешкой. Хотя повода для усмешки тут не было. "Наверно, показалось", — подумал я и продолжил работу. Все же хорошо, что я обрастаю такими полезными связями.

***

      С холма открывался отличный вид на Штормовой Предел, осажденный Станнисом. Даже в усеченном составе войско Тиреллов-Баратеонов, казалось, было больше раза в три, чем у неприятеля. Ударь сейчас Ренли всеми силами, да при поддержке защитников замка...война бы была почти закончена. Но Ренли, все же догнавший основное конное войско, прибыв вместе с теми, кто доставил провиант и воду, не собирался атаковать без переговоров. Я уже было отчаялся поговорить с королем, предупредить об опасности, что его поджидает, как вдруг меня настигла неожиданная удача, он сам вызвал меня в шатер. Стоял удушливый вечер, и надоедливая мошкара слеталась на освещенный факелами и светильниками лагерь. Запах спаленного китового жира, который использовался в светильниках, так неприятно засел в носу, что даже аппетитный барашек на вертеле, которого готовили прямо рядом с шатром Ренли, не сильно спасал.       Палатка короля с четырех сторон охранялась рыцарями королевской гвардии с радужными плащами, а от насекомых шатер Его Величества спасала легкая светлая ткань. На входе я сдал свой меч леди Бриенне Тарт, женщине немыслимых размеров. Она была реально суровее Пса, что телом, что взглядом. Наконец, я оказался внутри шатра с коронованным Оленем.       — Мика, здравствуй, — поприветствовал король, — что я тебе говорил про преклонение колена? — У Ренли было хорошее настроение. — Будешь персик? — На столе короля стояла изящная ваза с фруктами.       — Нет, спасибо, Ваше Величество, — я поднялся, — мне сказали, что вы вызывали меня.       Немного оглядевшись, я заметил высокого воина в тяжелых латах, что стоял за одной из той светлых штор от надоедливых насекомых. В другой стороне палатки, также стоял латник, но чуть пониже ростом. Да, Ренли все же беспокоится за свою безопасность. Только вот не всех врагов можно остановить сталью...       — Ах да, — Ренли несколько секунд вспоминал, что ему было от меня нужно, — скажи, ты же был в Винтерфелле и по заданию Вариса был там очень...наблюдательным?       — Да, Ваше Величество, — подтвердил я, но все еще не совсем понимал, к чему ведет король.       — Скажи мне, что ты думаешь о Теоне Грейджое? — Ренли откусил персик. — О том, насколько он честен, насколько ему доверяет нынешний лорд Старк?       — "Ага, лорд Старк, не король, значит пока переговоры ни к чему не привели", — подумал я.       — Мика? — Голос Ренли вырвал меня из размышлений.       — Я бы не назвал Теона самым честным человеком... — Я и подумать не мог, что речь пойдет о Теоне, поэтому не успел продумать, как отвечать правильно. Пришлось отвечать честно. — Но Робб Старк ему доверяет…       Прожевав кусок персика, Ренли улыбнулся. Только сейчас я заметил, что Баратеон был одет как-то слишком неофициально. Я бы даже сказал "по-домашнему".       — Представляешь, кракен на переговорах превысил численность северян в два с половиной раза относительно того, что сообщала моя разведка… — Ренли рассказывал с задором, как-будто делится историей с другом в пивной. — А еще намекал на то, что если Железные Острова тоже станут королевством, мы сможем создать...как же он сказал...величайший альянс в истории, — король рассмеялся.       — …       — Когда он увидел мелкую Старк, его как по голове ударили, — продолжал говорить Ренли. — Он предложил мне передать ее Старку в качестве жеста доброй воли, и тогда, как сказал Грейджой, король Севера "задумается над тем, чтобы преклонить колено". Ну как можно посылать на переговоры такого человека?!       — Не знаю, Ваше Величество. — Мне действительно было сложно поверить, что Робб послал на переговоры Теона, человека, хоть и острого на язык, но не блиставшего умом.       — Ладно, вижу, что тебе нечего мне больше сообщить, можешь быть свободен, — Ренли кивнул в сторону выхода.       — Ваше Величество, мне нужно вас предупредить. Вам грозит опасность! — Я не знал, как подвести разговор к этой мысли и просто выпалил ее. Со стороны, вероятно, смотрелось глуповато.       — Опасность? Любопытно. — Ренли чуть наклонился вперед, выразив искреннюю заинтересованность.

***

      Король мне, естественно, не поверил. Вряд ли бы адекватный человек мог поверить юнцу, который рассказывает байки про ужасные тени-убийцы. Он, конечно, обещал обдумать мои слова, но… В общем, план "А" провалился, переговоры со Станнисом были все же назначены на завтрашний день.       Сидя у небольшого костра, что размещался поодаль от шатров лагеря, я ждал прихода Уолдера и Саймона. Те, не заставив меня долго ждать, явились принеся с собой какую-то красную высокоградусную бурду. На вид было отвратительно, но для смелости — самое то. Какое-то время мы молчали. Полагаю, по моей задумчивой физиономии парни смекнули, что беседа предстоит важная.       — Саймон, по пути в Королевскую Гавань из Дарри я дал тебе записку и просил не открывать, пока я не попрошу. Она у тебя с собой?       — Да, момент, — сын кастеляна Дарри вытащил свернутый клочок бумаги из потайного кармана за поясом.       — Читай вслух.       Да, все же хорошо, что я предусмотрел, что в будущем мне может понадобиться убедить свой отряд в том, что я ясновидящий, маг, пророк, да кто угодно, чтобы заставить лучше...прислушиваться ко мне. Саймон был авторитетом в Дарри, его там знали и уважали, поэтому доверенным лицом в этом вопросе я тогда выбрал его, а не того же Седрика. Оставалось лишь написать записку с кратким предсказанием дальнейших событий, вплоть до смерти короля Роберта, которую я описывать не стал. Тогда я думал, что смогу помочь выжить старшему Баратеону. Не знаю почему, но я был уверен, что Саймон не прочтет записку раньше времени. Судя по тому, как его лицо вытягивалось по мере прочтения, не ошибся. Победитель турнира десницы, война в Речных Землях, нападение цареубийцы на Эддарда Старка, с каждым фактом на лицах Саймона и Уолдера читалось все большее недоумения и даже страха.       — Вы что, меня разыгрываете? — Уолдер попеременно смотрел на меня и Саймона. — Там же не написано это, да? — Как и большинство парней в отряде, Уолдер не был обучен грамоте.       — Все написано ровно так, как я это прочитал, — ответил Саймон. — Мика, как?!       — Мне иногда снятся сны.       Говорить о том, что я читал обо всех событиях в книгах и смотрел в сериале, было глупо, мне никто не поверил бы. К ясновидению и прочим вещам в Вестеросе, видимо, относились лояльнее, веря в них больше, чем в тех же теней. Далее я пересказал им все то, о чем уже рассказывал Ренли ранее. В отличии от него, парни слушали с максимально серьезными лицами, ни у кого не возникло мыслей о том, что я сейчас говорю неправду. Во всяком случае, вслух они свои сомнения не выразили.       — ...предлагаю попробовать подстрелить Красную Жрицу из лука на переговорах из какого-нибудь тайного укрытия. Или сделать что-то, чтобы переговоры не состоялись, — закончил я.       — Ты понимаешь, о чем говоришь? — Саймон смотрел на меня как на дурака. — Думаешь, что переговоры, это когда просто по человеку с каждой стороны встречаются в открытом поле? Все гораздо сложнее! Только представь, что перед этим разведчики обеих сторон прочесывают каждый дюйм пространства вокруг в поисках ловушек, каждая сторона выставляет дозорных с сигнальными флагами, чтобы в случае чего дать приказ войску ринуться в бой. Сами войска в это время строятся в боевом порядке, даже если предполагается, что битва случится только на следующий день! — Обычно спокойный Саймон с трепетом пояснял мне тонкости военного дела, видно, что он был настоящим фанатиком. — Честно говоря, поражен, что ты вообще такое предложил.       — Да я предложил в шутку, — соврал я, поняв, что план "Б" был преглупейшим. — На самом деле я позвал вас потому, что мне нужны идеи.       — А что если..., — начал было Уолдер, но затих.       — Что если что, Уолд? — С нетерпением выпалил я. — Давай, нужны любые варианты.       — Ты сказал, что сняв рубин с шеи, она станет старухой. Может надо просто сделать это при Станнисе? Он увидит, кто она такая и не будет ее трахать.       — Хм… — Идея показалась мне неплохой, но по взгляду Саймона я увидел, что это не так. И быстро понял почему, — все упирается в то, что как только посторонний попробует подъехать к красной жрице, начнется заварушка, тяжело будет успеть провернуть всё это.       — Да и не факт, что не будет трахать, — задумчиво сказал Саймон, — когда на кону Железный Трон… В общем, люди пойдут на многое.       — Что же нам остается? — Спросил я, глядя на Саймона. Почему-то я был уверен, что план у него есть.

***

      Переговоры Ренли и Станниса состоялись, когда солнце стояло в зените. Как и сказал Саймон, часть войска перед переговорами выдвинулась из лагеря и построилась в готовности к битве, как говорится, на случай всяких непредвиденных обстоятельств. Обстоятельств не случилось, и ближе к вечеру того же дня я стоял рядом с Псом в шатре Рендилла Тарли вместе с командирами других подразделений, подконтрольных лорду Рогового Холма.       — Клиган, твои люди — способные бойцы? — Спросил Тарли, когда очередь, наконец, дошла до нас. — Могут ли они быть полезны в так называемом авангарде? — "Так называемым" Тарли назвал авангард потому, что был явно расстроен, что командовать им был назначен Лорас Тирелл.       — Только как корм для лошадей, — безучастно ответил Пес.       — Я так и думал, — сурово произнес Рендилл, — что же, значит отправитесь в тыльную часть авангарда. Не хватало еще, чтобы вы опозорили меня на поле боя. Всем еще раз проследить за караулами. Ты, — Рендилл бросил на меня взгляд, — король говорил с тобой наедине, о чем?       Лорд Тарли был явно раздраженным. Сидя в деревянном кресле с оббивкой из красной кожи, он держал в руках бокал простой воды.       — Меня зовут Мика, — напомнил я лорду. Раз уж я его оруженосец, наверно, он должен знать мое имя, подумал тогда я. — Да, Коро…       — Я разве спросил твое имя? — Я невольно отвернулся от резкого взгляда Тарли и обнаружил, что в шатре остались мы двое.       — Нет, но я просто подумал…       — Просто думать будешь, когда я тебе прикажу. Назовешь свое имя, когда я тебе прикажу. Ты меня понял? — Тарли говорил сквозь зубы. Очевидно, что он срывал на мне злость из-за того, что ему не дали вести авангард.       — Король опасается диверсии, Его Величество приказал нам патрулировать берег вдоль лагеря и сообщить, если заметим что-то подозрительное, сир, — не мигая, солгал я. На самом деле, мой отряд будет ждать лодку с двумя людьми, и, в случае чего, устранит их без лишнего шума. Таков план Саймона. Расчет был на то, что Рендилл не пойдет переспрашивать у Короля детали беседы, а никто другой не будет задавать вопросы, почему мы не в лагере, ведь мысли у всех были заняты предстоящей битвой.       — У вас около трехсот пятидесяти мечей, — монотонно говорил Тарли, рассматривая карту на свое столе.— Сколько из них отправятся в патруль?       — Все люди, лорд Тарли...       — Все? То есть вы не будете спать в ночь перед битвой? — Тарли сказал это скорее с недовольством. Хотя он всегда говорил с недовольством.       — Получается так.       — Значит сообщишь Псу, что я снимаю Вас с завтрашней битвы.       — Лорд Тарли, но почему? — Я был рад такому развитию событий, но показывать этого было нельзя. — Я уверен, мы способны…       — Это последнее предупреждение, парень. Я не просил говорить тебя, о чем ты думаешь, — Тарли все еще продолжал смотреть на карту, — в моем войске солдаты всегда спят нужное количество времени и едят нужное количество пищи, только так я могу быть требовательным к ним. Я ясно излагаю?       — Вполне, лорд Тарли.       — И еще. Почему Ренли поручил это тебе, а не Псу? Что он вообще с тобой возится? — Он поднял на меня уставшие глаза.       — Я...не знаю, сир.       — Если ты мне врешь… Впрочем, ты можешь сам догадаться. Я тебя более не задерживаю.       Когда я вышел из палатки, ко мне сразу подошел Лейтон Хайтауэр.       — Что, мучает тебя наш лорд? — Лейтон улыбался мне как лучшему другу.       — Ну так, понемногу, — нейтрально ответил я, — скорее, объясняет тонкости поведения оруженосца.       — Ах да, молчать и ждать команды, — Лейтон усмехнулся, — он просто тебя проверяет. На самом деле, лорд Рендилл очень не любит безынициативных людей.       — Серьезно?       — Ну конечно. Он начал уважать меня только после того, как я сам, без напоминания, почистил его меч, Губитель Сердец. Кстати, сейчас я собирался сделать тоже самое, но, вижу, тебе это нужнее. Так что...Передаю тебе это право, — Лейтон похлопал меня по плечу.       — Ну хорошо, я пойду спрошу лорда…       — Еще раз, ничего не надо спрашивать! Это же проверка. Заходишь, делаешь поклон, берешь меч, начинаешь чистить, получаешь уважение, вот и всё.       — Ну спасибо, Лейтон, с меня должок, — сказал я, подумав, как же мне повезло. Парень выручил меня уже дважды. Мечи я научился чистить еще в Королевской Гавани, Торос из Мира устроил нам мастер-класс, так что с этим проблем не будет.

***

      Я сидел возле зеленого шатра с вышитым на нем изображением охотника и держался за голову. Если бы это был мультфильм, вокруг моей головы точно бы кружили птички. У Рендилла оказалась достаточно тяжелая рука, одного удара мне хватило, чтобы запомнить навсегда — никто не имеет права трогать Губитель Сердец. Отряд Оленьих Людей уже должно быть собрался в условленном месте, откуда я должен буду разослать патрули вдоль побережья, а я никак не мог прийти в себя. В этот момент ко мне подошел Лейтон, улыбка на его лице уже не была столь добродушной.       — Ну что, мясник, или кто ты там, вижу, меч ты почистил?       — Ах ты сука, — я попытался вскочить на ноги, но из-за головокружения слегка споткнулся и вновь приземлился на задницу от легкого толчка Хайтауэра.       — Сиди смирно, щенок, — Лейтон не убирал руку с моего плеча, сильно его сжимая, — еще раз дернешься, достану меч.       — Зачем? — От безысходности спросил я.       — Потому что ты никто и должен помнить о том, что ты никто. Знаешь, чего мне стоило стать оруженосцем лорда Рогового Холма? Хотя на моем доспехе Староместский маяк, а мой дом — самый богатейший и сильнейший дом Простора, — Лейтон был зол, от былого радушия не осталось и следа, — ты же получил эту должность просто полизав задницу нашему Королю.       — Я никому ничего не лизал, — только и оставалось ответить мне. Не мог же я объяснить, каким образом стал оруженосцем Тарли.       — Будешь рассказывать это своей кучке свинопасов.       — Хайтауэр! — Послышался голос лорда Тарли из шатра, и воспользовавшись тем, что внимание Лейтона было отвлечено, я все же смог встать и двинуться в сторону сбора отряда. Хайтауэр что-то крикнул мне вслед, но я уже не слушал его.       Одной проблемой стало больше. Хорошо, что никто из отряда не стал свидетелем этой сцены, иначе мой авторитет сразу бы упал до нуля. "Что делать с Лейтоном я решу потом", — подумал я, подойдя на место сбора, где Уолдер уже построил всех и даже разбил на пары.       "Сейчас самый важный момент со времен смерти Роберта с точки зрения возможности изменения канона, и теперь уж я не должен оплошать".

***

      С моря дул сильный ветер. На их участке пути берег был очень скалистым. Шум волн заглушал слова, а кричать было нежелательно, поэтому большую часть времени они молчали. Руф поежился от холода. Где-то вдали сквозь ночную мглу виднелся Штормовой Предел. Когда он уже готовился ко сну, их неожиданно заставили выйти на "прогулку" вдоль берега реки.       Мика назвал это патрулем с целью задержания диверсантов. Причем задерживать придется старика и женщину. Все это больше походило на какой-то розыгрыш, но кто такой Руф, чтобы сомневаться в приказе короля, пусть и бредовом. Сыну свинопаса из земель Дарри не нравился сам факт того, что он находится в Просторе, в отряде этого мудака Мики. Всё ведь началось из-за него и суда над лордом Рейменом. Если бы не Мика, сейчас Руф спокойно ухаживал за свиньями и питался бы не чем придется, а свежеприготовленной свининой. Факт того, что Дарри был разорен Горой, парень старательно игнорировал в своем сознании.       В отряде все считали Руфа простаком, но разве простак смог бы организовать себе питание почти на уровне лорда Дарри, договорившись с поваром тайно поставлять ему неучтенных поросят? В отряде все смеялись над тем, что Руф неумело обращается с мечом, но и сами не были великими воинами, о чем быстро успели позабыть. Повезло еще, что завтра они не будут участвовать в битве, а то бы половина этих гордецов осталась бы на поле боя.       Руф плюнул себе под ноги. Он бы точно не лез на рожон во время битвы, а может и вовсе утром притворился бы больным. Он так пропустил много тренировок в Королевской Гавани, глупец Мика постоянно ему верил и оставлял охранять казармы вместе с Телегой. Вот и сейчас его отправили в патруль вместе с калекой на самый незначительный отрезок, при этом отпуская шутки в сторону их пары. Другой бы на месте Руфа оскорбился, но тот понимал, что лучше перетерпеть смешки и в итоге остаться живым, чем начать храбриться, проситься в более опасное место и напрасно рисковать. Если старик и женщина вообще могут представлять опасность.       У Руфа крутило живот. Мика четко указал не разделяться, но он сейчас в паре миль отсюда, поэтому Руф жестами объяснил Телеге, что ему надо отлучиться на десять минут. Жесты здоровяк понял с пятого раза, впрочем, Руф никогда не строил иллюзий насчет сообразительности компаньона. Они общались еще когда жили в Дарри, тогда у Телеги было две руки, и он сам частенько использовал его, когда в свинарнике требовалось что-то перетащить. Сейчас же Телега стал почти бесполезен.       Как же неудобно ходить в туалет в кожаных доспехах, подумал Руф, спуская штаны. Хотя рыцарям в этом плане еще тяжелее, для них снять доспехи — это большая проблема, без оруженосца не обойтись. Отец рассказывал ему, что раньше межевые рыцари так и путешествовали в полных доспехах, даже в мирное время, так как на дорогах было полно разбойников. Если в схватке с разбойниками оруженосец рыцаря погибал, то пока тот не находил нового, ему приходилось справлять естественную нужду прямо в доспехи. Руф всю жизнь провел в свинарнике, но даже для него это было чересчур мерзко.       Размышляя о том, зачем вообще Вестеросу нужны рыцари, он увидел то, от чего бы точно навалил в штаны, если бы они были на него надеты. В метре от него пролетел сгусток черного дыма, поразительно напоминавший тень человека с кинжалом в руке. Руф быстро зашнуровался и направился в сторону Телеги, чтобы спросить, видел ли тот этот сгусток дыма, когда ему пришлось замереть от удивления второй раз подряд. На берегу расположилась лодка, в которой сидел мужчина в каких-то лохмотьях и...голая женщина необычайной красоты. Рядом с лодкой, по щиколотку в воде, стоял Телега, единственной рукой держа меч, которым направлял поочередно то на мужчину, то на женщину. Руф должен был ринуться на помощь Телеге или хотя бы отправиться за подмогой, но его сковал страх. Он не понимал сам, чего он боится и трясся так, как никогда прежде. Вновь спрятавшись за скалу он стал наблюдать. Как будто находясь во сне парень видел, как женщина встала и рукой убрала меч от своего горла, видел, как сверкнул рубин на ее шее, и как Телега упал в воду, будто сраженный стрелой...видел, как лодка постепенно удалялась в сторону Штормового Предела. А сразу после этого лагерь Ренли Баратеона как будто разом проснулся и зашумел. "Битва же должна была начаться утром", — успел подумать Руф, не отводя взгляд от тела Телеги, которое вот-вот должна была накрыть волна. "Там тоже что-то случилось". Переведя взгляд на лодку, которая стала уже точкой вдалеке он будто бы спиной почувствовал, как прекрасная женщина в ней смотрит сейчас на него и улыбается.

***

      Он сидел в одиночестве и в своих морщинистых руках сжимал клочок бумаги. Вот уже в третий раз хозяин морей перечитывал письмо, подписанное жирным Тиреллом. Злость все еще бушевала в нем, будто море в самый ужасный шторм, хотя он успел разнести половину своего кабинета. Ему предстоял труднейший выбор. Когда план уже был готов, когда ладьи ждали своего часа, чтобы отдать концы, пришло это злосчастное письмо, запечатанной мерзкой розой.       “Лорду-Жнецу Пайка Бейлону из дома Грейджоев,       Ваш сын, Теон Грейджой, задержан по обвинению в убийстве короля Ренли из дома Баратеонов. По всем законам, Теон Грейджой должен был быть лишен жизни без суда, но новый король милостив. Если вы преклоните колено…”       — Отец! Мне сказали, что случилось, и я сразу же направилась к тебе, — Аша единственная, кто заходил к нему без стука. — Это правда?       — Да, — коротко ответил он, не выпуская из рук письмо.       — Что же мы будем делать? Если откажемся, Теон…       — Теон мертв! — Бейлон крикнул так, что, должно быть, его голос было слышно во второй башне. — Можно уже считать его таковым.       — О чем ты говоришь, отец? — Аша смотрела на него, ничего не понимая. — Пока Теон дышит, мы все еще можем его спасти.       — Спасти? Ты, верно, не знаешь, каким образом, мы можем его спасти, — Бейлон понимал, что у него нет причин злиться на дочь, но сдерживать себя было тяжело, — они предлагают мне преклонить колено перед королем, чьего имени я даже не знаю! Чтобы они возможно, слышишь, ВОЗМОЖНО, позволили моему сыну надеть черное. — Бейлон бросил письмо в камин. — Он почти мертв, но то, что мертво, умереть не может! Волки не смогли выбить из него дух железных людей. Теон сумел отомстить за убитых братьев оленьему отродью, пусть и ценой собственной жизни. Когда я сожгу каждый южный город, я прикажу снести Штормовой предел до основания и установлю там огромный памятник в честь Теона Грейджоя!       Он кинул взгляд на дочь. Все-таки, она женщина. Сильная, воинственная, но женщина. Она молчит, пытается храбриться, но ее губы подрагивают. Аша хочет спасти брата, не понимая, что он уже не жилец. Но Лорд-Жнец больше не позволит Оленям унижать его великий дом. Старки свое еще получат, но они лишь прихвостни, их время не пришло. И почему он понял это только сейчас? Настоящие его враги там, на юге, готовы грызть друг другу глотки. "Что же, пускай грызут, — подумал Бейлон, — тем легче будет совершить возмездие, заплатив железную цену за свою корону".       — Аша, собери капитанов у меня. Пусть их команды будут готовы к отбытию.       — Поняла, отец, — с непроницаемым лицом ответила Аша.       — И да, вытащите из темницы этого гребанного Карстарка. Скажите, что произошло некоторое недопонимание, и слуги, что бросили его туда, уже наказаны. Король Бейлон Грейджой готов обсудить союз со сраным Королем Севера.