All I want

- Мам, это я, привет! Лука смотрел с затаенной тоской на женщину, свою маму. И видел в ней слабую тень той, которую так любил. Она медленно повернула голову на звук его голоса, но смотрела будто мимо него. - Я приехал. Прости, что так долго не был у тебя. Я хотел, правда... Лука замолчал. Женщина наклонила голову немного в бок и прищурила взгляд, в котором больше не плескались лукавые искорки. Лука подошел ближе, положил руку ей на плечо. Его пальцы слегка дрожали. С болезнью матери, он понял, что все в этом мире временно. И что самое ужасное, даже безусловная любовь матери к своему ребенку. Как можно было примириться с этой мыслью? Особенно ребенку, которые познал ласковые объятия и нежную заботу. Чего только стоила сладковато горькая мелодия-колыбельная La Vie En Rose в ее исполнении. Глаза предательски защипали, рука безвольно повисла вдоль туловища. Лука отвернулся. Его сейчас так легко было обнять сзади, прижавшись в его ершистое темечко. Только сделать это было некому. Настоящий ежик, с очень мягкими шелковистыми волосами. Когда-то было так уютно склонить голову под нежные материнские руки. Они порхали в его волосах также как и по клавишам. Гармония, утерянная навсегда. Вдруг Лука резко обернулся, обнял безвольное тело и что-то горячо зашептал. Голос дрожал, но он высказался. Немного отпустил тупую боль, что таилась в глубине. Он уже не злился как раньше. Это был этап принятия. Самое начало этого этапа. Он должен научиться жить с широко открытыми глазами. Пора исследовать с жадностью окружающий мир. Даже если будет невозможно поделиться своими переживаниями и приключениями с ней. Жизнь несправедлива, но это лучшее, что может случиться с тобой. Лука взрослел, он менялся. Он познавал себя. Встреча с матерью оказалась тяжелой. Но по пути домой он слушал жизнь в розовом цвете, и слезы катились по его щекам. Он улыбался.