Поговори со мной

      Дорога заняла по моим ощущениям где-то чуть больше получаса. Все это время в машине тихо играл Sting, отчего эта странная и сомнительная ситуация приобретала особую печальную атмосферу. Мне сложно было сконцентрироваться на чем-то важном, поэтому я посвятил время в пути легкой дремоте и наблюдению за людьми, что так великодушно и понимающе отнеслись к моему положению. Это была приятная семейная пара. От них исходило теплое ощущение уюта и спокойствия, а еще мне хотелось им доверять. Для меня абсолютно не свойственно, чтобы я так слепо поверил едва знакомым людям и тем более поехал к ним домой, находясь в совершенно чужом городе, но сейчас все происходит именно так, а я даже не нервничаю. Не знаю, что больше повлияло на меня, эта внезапная авария, сожаление к этим добрым людям, чья дочь стала невольной жертвой, или просто сами эти люди, от которых, кажется, невозможно ожидать чего-то плохого. Скорее всего все вместе. А еще моя усталость от всего вокруг, начиная с отношений с близкими и заканчивая творчеством. И чего уж скрывать, от себя самого. Я сам загнал себя в то, что происходит сейчас в моей жизни. Это сложно назвать тупиком, скорее это просто иллюзия нормальной жизни, которой я умело себя окружил. За своими мыслями я упустил момент, как мы въехали во двор. — Глеб, мы приехали. Вы в порядке? — Светлана оборачивается ко мне с переднего сидения, все равно мельком наблюдая, как ее муж закрывает ворота во двор и возвращается в машину. — Я…Да, отлично, — меня снова немного выбивают из колеи ее огромные голубые глаза, которыми она сейчас вглядывается в меня. — Ну и здорово, — она выходит из автомобиля, открывает заднюю дверь, забирает свою сумку и мой рюкзак, а затем приглашающе кивает мне.       Я молча и по возможности быстро выхожу, хоть и получается мало что, потому что мое состояние оставляет желать лучшего.       Напоследок я окидываю взглядом сидение и меня посещает мимолетная мысль о том, где моя поясная сумка, ведь на себе я ее явно не ощущаю. — Светлана, — я окликаю ее немного осипшим голосом, — Вы не забирали небольшую сумку сейчас? — переспрашиваю я, хоть и прекрасно видел, как она брала в руки только рюкзак. — Нет, — она растерянно приподнимает руки, показывая, что у нее только ее дамская сумка и мой рюкзак. — Что-то не так? — она немного хмурится и пытается понять, о какой же сумке я говорю. — Ээ…нет, все в порядке, — я немного трясу головой и следую за ней. Алексей расслабленно идет позади меня и, покручивая в руках ключи, ставит машину на сигнализацию.       Подняв голову, я увидел большой дом, располагающийся на достаточном расстоянии от самого въезда на участок. Пройдя немного вперед, мое внимание привлек лай из небольшого сооружения слева. — Это наши питомцы, не пугайся, они в вальере, — сзади донесся голос Алексея. — Я надеюсь, у тебя нет аллергии или чего-то такого, — извиняющимся тоном проговаривает он, поравнявшись со мной. — Дома еще двое, совсем вылетело из головы предупредить тебя, — уголки его губ искривляются в неловкой улыбке, оставляя меня в растерянности. — Нет, нет, я хорошо отношусь к животным, это здорово, — едва смог вымолвить я, прокручивая в голове новую информацию. За этим всем мы успели подойти к дому, где нас уже ждала Светлана, приглашая войти внутрь. — Проходи, чувствуй себя как дома, — она ставит сумки и разувается, проходя вглубь прихожей и включая свет.       Моему взору предстал большой коридор и лестница, на которой, радостно переминаясь с лапы на лапу, сидел большой белый ретривер. Алексей в это время прошел вперед и был занят тем, что вешал свою куртку в шкаф.       Закончив, он протянул мне вешалку, но едва я потянулся к ней, меня слегка оглушил лай, доносящийся сзади. Я резко обернулся на звук. — Герда, прекрати, — Светлана подходит к нам и кладет руку на голову точно такой же собаке, что захватила мое внимание в первые секунды, как я вошел. Отличает их разве что цвет, эта — смоляно-черная с большими блестящими глазами. — Глеб, знакомься, это наши детки — Герда и Локи, — немного гордо оглядывает она животных, на что я лишь завороженно улыбаюсь. — Они замечательные, — выдаю я, до сих пор пребывая в приятном шоке от увиденного. Разобравшись с верхней одеждой, я немного растерянно останавливаюсь в проходе. — Проходи, проходи, не стесняйся пожалуйста. — она делает акцент на последних двух словах, и я отмечаю, что от моей неловкости больше не по себе ей, нежели мне, поэтому я вхожу в кухню, где она уже во всю занимается какими-то своими делами. — Ты голодный? — она резко переводит взгляд на меня. — Скорее да, чем нет, если честно. — я бегаю глазами по комнате, стараясь быть как можно вежливее. — Отлично, тогда я сейчас быстренько что-нибудь приготовлю, — Светлана собирает свои темные волосы в небольшой пучок на затылке, — Ничего, что я на «ты»? А то как-то даже неловко, — она улыбается непринужденно и мило, заражая меня такой же доброй улыбкой. — Да, вы правы, так и вправду лучше, — я присаживаюсь на стул, стоящий рядом. — Ко мне тоже можно не «выкать», не так я уж и стара, — ее смех заполняет кухню, немного расслабляя меня. — Пока я буду тут кружиться, может ты хочешь принять ванну или просто осмотреться? — она снова возвращается к своим незамысловатым кухонным делам. — Душ был бы сейчас кстати, — я улыбаюсь ей, находясь в полной уверенности, что она это видит, даже не отрываясь от своего занятия. — Ну вот и отлично, пойдем я тебе сразу все покажу, — она выходит из комнаты, заставляя меня проследовать за ней. Мы поднимаемся по массивной лестнице из темного дерева на второй этаж и проходим в одну из комнат. — Ты пока располагайся, я сейчас принесу полотенце, — она удаляется из комнаты, оставляя меня в одиночестве.       За то недолгое время, что я был в их доме, я отметил с каким вкусом он обустроен, а точнее кухня, коридор и сама комната, где я сейчас нахожусь. Больше всего мой слабо соображающий мозг отметил обилие натуральных материалов, которые делали интерьер простым, но роскошным. Темная плитка с геометрическим орнаментом на полу кухни и коридора, деревянная лестница с резными балясинами, скорее всего из дуба, высокие потолки — все это внушало мне какое-то спокойствие.       Комната поразила меня больше всего. Первое, что бросилось мне в глаза, когда я вошел, это большое окно во всю стену, которое обрамляли плотные шторы темно-коричневого цвета, стена напротив во всю длину была отделана камнем, возле нее же располагалась большая кровать с темным корпусом, застеленная белым покрывалом. Светлый паркет с небольшим мохнатым ковриком и прикроватная тумба, на которой стояли торшер, пара свечек и фоторамка наводили меня на мысль, что мне безумно хочется здесь остаться.       Последней моей каплей были два стеллажа с книгами, стоящие у двух других стен, со множеством как художественных книг, так и различных энциклопедий и словарей. Рядом с одним из них, на противоположной от входа стене, висело большое зеркало. Едва я хотел поближе рассмотреть фотографию в рамке, голос хозяйки дома отвлек меня. — Здесь два, но если тебе понадобится еще, то в ванной на полке лежат несколько маленьких, ну ты увидишь там. — Светлана протягивает мне небольшую стопку сложенных полотенец. — Освоился? — Спасибо, — делаю небольшую паузу, улыбаясь ей, — Да, комната просто чудесная, — забираю из ее рук принесенную мне махровую стопку. — Ох, и не говори. Кира сама лично тут все обустраивала, — проговаривая это, она сияет как медный пятак, — Эм…ну в смысле наша дочь, а то ты, наверное, даже не знаешь, как ее зовут, — немного хмурится от своей фразы, но продолжает улыбаться уголками губ.       На момент в комнате повисает молчание, пока я обрабатываю у себя в голове услышанное. — Она не будет против, что я здесь? — мой голос звучит серьезно и слегка взволнованно. — Нет, что ты, все в порядке. Она и сама бывает здесь редко, только когда приезжает на праздники или выходные, но с ее графиком это происходит в лучшем случае пару раз в месяц. Так что будь спокоен. — она как-то невесело усмехается своим же словам, а затем переводит взгляд на меня. — Если тебе нужно будет сложить вещи, то в гардеробной есть свободные вешалки и полки, — замечая мое смятение, она проходит к зеркалу, под которое, как оказалось, была замаскирована дверь-купе, и отодвигает ее, открывая моему взору небольшое помещение с кучей полок.       В ответ я едва заметно киваю ей, мыча уверенное «угу». — Так, с этим разобрались. Ванная внизу, я буду на кухне если что, деток наших не бойся, они мирные, — Светлана смеется, двигаясь к выходу из комнаты. — Светлана, — я окликаю ее, когда она уже находится в дверном проеме, — Спасибо, — голос становится предательски хриплым. Она снова улыбается мне, наклоняя голову чуть в бок, а затем уходит, оставив меня наедине с собой.       Не тратя времени, я спустился вниз за своими вещами, надеясь лишь на то, что сумка, в которой были кошелек и все документы, будет лежать в моем рюкзаке. Какого же было мое разочарование и сковывающая паника, когда я не обнаружил ее там. Это означало лишь одно, я забыл ее в машине у того ебаного водителя, ведь с машины я не выходил с того момента, как закончил отцовские дела.       Был еще вариант, что я мог оставить ее где-то в больнице, но, мне кажется, Светлана, забирая с той кушетки мой рюкзак, заметила бы еще кое-что, поэтому эта версия казалась не такой правдоподобной.       Не знаю, почему, но даже в этой ситуации в глубине себя я ощущал спокойствие, хоть и уже понимал, как сильно облажался с потерей такой важной для меня вещи и ее содержимого. Я решил позвонить тому самому таксисту, чтобы договориться о времени, когда я могу забрать сумку.       Включив телефон, меня сразу атаковали прилетающие отовсюду уведомления и сообщения. Мельком осмотрев их, я отметил, что среди них не было ничего важного, кроме разве что сообщения от девушки, которая сейчас была мне достаточно близка. Она интересовалась, все ли со мной в порядке, и хотела уточнить, когда я буду в Москве. Если честно, я хотел бы и сам узнать, когда это произойдет, при учете, что пока я не верну свои документы, я не смогу даже заселиться в какую-нибудь из местных гостиниц, не говоря уже о возможности вылета домой. Телефон водителя был отключен, и разумной своей частью, я понимал, что ждать другого было просто глупо, учитывая сложившуюся ситуацию.       Оставив тщетные попытки дозвониться до него, я взял из рюкзака кое-какие запасные вещи, что брал с собой на всякий случай, и спустился на первый этаж. По пути туда я незаметно взглянул на Светлану, что готовила на стол, и отметил для себя, как все-таки удачно сложилось, что они предложили мне помощь.       У лестницы меня встретил один из их «деток», как назвала их сама хозяйка дома. Белый пес по имени Локи радушно проводил меня в ванную комнату, отделанную белой плиткой с каким-то каменным рисунком. Закрыв дверь, я увидел большую угловую ванну и, быстро скинув с себя одежду, залез в нее, смывая с себя струями теплой воды весь сегодняшний день.       Когда я закончил с водными процедурами, вышел из ванной, протирая полотенцем растрепанные волосы. Пес все это время видимо ждал меня под дверью, потому что, поднимаясь в комнату, он вновь сопровождал меня до самой двери, а после немного бесцеремонно и по-хозяйски прошел вглубь и развалился на том самом прикроватном коврике. Еще раз окинув взглядом телефон, я поспешил спуститься в кухню, где меня, наверное, уже заждалась Светлана, но перед этим я все же рассмотрел ту самую фотографию в рамке. С нее на меня смотрела маленькая девчушка, невероятно похожая на Светлану. С такими же глубокими голубыми глазами и широкой улыбкой.