Альтернативная реальность

      Денек был просто адским. Тони подумывал, что обозначит его черным маркером в своем календаре. Ему потребовалось какое-то время чтобы переварить информацию о том, что он убил Стива Роджерса.        «Нет, все не так. Стив жив и он жив , но не в этом мире. В моем мире — Стивен Роджерс — военный преступник, он объявлен в розыск и он дышит»       Он был в параллельном мире и это ввело его в панику, это же и вывело. Потому что принятия того, что ты не у себя дома, не в своем городе, не в своей реальности, говорит о том, что это еще и не твоя жизнь. Этот Тони не убивал Стива Роджерса       Осознание этого, заставило его сердце биться не так часто, а мозг работать куда продуктивнее. Все, что произошло здесь — не его проблема. Это не его дом. Он ни сделал ничего. Единственная проблема с которой нужно разобраться, это как вернуться назад. Технически он знал как, но нужно делать новые расчеты и схемы, собрать портал и сделать его куда стабильней. Найти новый источник мощности, который сможет выдержать такую нагрузку и все остальное.       Как оказалось, что, может, здешние проблемы не его, но решать придется именно нашему Тони, потому что как бы сейчас смешно не было, но на все вышеперечисленное нужны деньги. Много денег. И так уж вышло, что здешний «бизнесмен» все просрал. Придется налаживать дела компании и на это потребуется какое-то количество времени.       Тони убил несколько часов, разбираясь в бумагах. Деньги он отсудит, это не обсуждается. Эти уроды подкрадывались даже со счетов благотворительностей, в которые Старк автоматически вкладывался, опять же слишком сильно надеясь на кого-то. Кстати, было бы неплохо переговорить с Пеппер, только он понятия не имел как. В каком-то смысле Пеппер — это Пеппер, в любой реальности и мультивселенной, но все-таки тут это не его женщина и он точно знал, что не сможет держать себя в руках при виде ее. Подобное за измену вообще считается? Было ощущение что да, но утверждать Тони не смел. И… и еще его Пеппер не бросила бы Тони, что бы он не сделал, не после всего, что им пришлось пережить.       Пятница, как могла, ввела гения в курс дела и после смирения с тем фактом, что ему придется провести тут не один месяц, пришел вывод о том, что дела с общественностью тоже придется налаживать.        А потом в руки попал один документ — переводы с его личного счета, которые никак не могли попасть в руки его подчиненных. Он переводил деньги в больницу. К слову очень дорогую, квалифицированная больницу, в которой числился он сам, как потенциальный пациент, которому, если что, должны были оказать первую и лучшую помощь именно там. — Пятница, я перечисляю туда пожертвования, на случай если в каком-то медике резко проснется детская любовь к ныне покойному Капитане Сосульке? — Сарказм был всегда лучшей защитой, даже от самого себя. — Каждый месяц средства переводятся в «Presbyterian Hospital», для лечения Полковника Джеймса Роудса. — Тони почувствовал, как схлынула кровь с лица. Ему казалось, что, если, Пятница так и продолжит преподносить ему подобные новости самым из своих будничных голосов, то вскоре ему придется собирать деньги не на построение портала, а на гроб. — Что с ним? Почему ему требуется лечение?! — После сражение в аэропорту Полковник Роудс упал… — Я знаю, что произошло в аэропорту! — Гневно перебил ее взбешенный гений, у него была догадка почему Роуди в больнице, но ему не верилось, что единственное, что мог сделать другой Старк — это просто абсолютное ничего. — Роуди упал, он повредил позвоночник, но я это исправил. Он ходит! -… — Пятница… — Шепот отчаяния. — - Полковник Роудс в данный момент находится в коме, он не очнулся после падения.       Это был удар ниже пояса. Даже с осознанием того, что его Роуди жив, здоров и ходит, это… Это была катастрофа. Нужно выбираться из этого места, так быстро, как только возможно. Ему нужно, чтоб его компания снова приносила доход и, сколько бы Тони не выжимал соков из своих адвокатов, он не сможет добиться этого не быстрее, чем пару месяцев для рассмотрения дела и самого судебного процесса, еще с месяц построение портала. Тони потер лицо, он проклинал тот день, когда взял в руки домашнюю работу мальчишки. У него была идея, как немного ускорить процесс, но для этого нужно было наступить себе на горло и засунуть гордость глубоко в анал. — Пятница, я хочу знать, что случилось со всеми людьми, которые были мне близки, после раскола. — Он откинулся на диван, кажется у Тони началась мигрень. Казалось, что хуже уже быть не может, но как показывал опыт, всегда было куда хуже. Хэппи мертв.       Мертвый — Безжизненный. Бездыханный. Усопший. Покойный. Скончавшийся.       Каждое слово было хуже предыдущего, но итог был один — мертв. Он с точностью определил, что это — худшая из мультивселенных. Пятница продолжила перечислять. Вся команда Кэпа, по официальным данным, была в Рафте — подводной тюрьме, но Пятница не зря выделила слова «официальным», ибо общественность не должна знать, что Наташа Романофф, смогла пробраться в неприступную, подводную крепость и вытащить преступников. Брюс был неизвестно где. — Где сейчас те, кто был на моей стороне? — Король Т'чалла сейчас находится в Ваканде, Наташу Романофф и Вижна я не отслеживаю, они исчезли с радаров, но если делать выводы из последней вашей встречи, то я могу предположить, что ни один член вашей команды не хочет иметь с вами дело. — Даже Паучок? — Пятница, конечно была тактичной насколько ей позволяла программа, и в ее «не хотят иметь с вами дело», явно читалось — «Наташа хочет засунуть тебе нож в задницу и вытащить через ухо». Но то, что она и словом не обмолвилась о Питере, настораживало. Тони сжал челюсть, при мысли о том, что пацан его ненавидит, он уже успел изрядно к нему привязаться. — Какой «Паучок»? — Озадаченно спросила ИИ. Сразу же после вопроса миллиардера она начала рыскать в поисках того, кто мог бы подходить под описание, но ничего путного найдено не было. — Питер Бенжамин Паркер — Человек Паук! Из Куинса! Пятнадцать лет. Живет с Мэй Паркер. Учиться в Мидтаунской школе. Тебе его биографию предоставить?! — Тони сорвался — его трясло. Он, конечно, понимал, что Пятница как бы и не причем, но ему нужно было на кого-то сорваться. ИИ же, не обратив внимание, начала в доли секунды перебирать данную ей информацию и рыскать во всемирной паутине в поисках подходящего под данные параметры человека. Тони снова был готов на нее огрызнуться, за то, что она так нереально «тупит», но она вовремя его перебила. — Я не нашла никого под именем «Человек-Паук», но под ваше описание подходит пятнадцатилетний подросток из Нью-Йоркского приюта. — Она вывела две голограммы. Первая, квадратная с фотографией подростка и вторая с досье на этого ребенка. Тони на ватных ногах встал с дивана и подошел к изображению подростка, с трудом оторвав от него взгляд, он взглянул на его досье, полностью пропустив всю информацию о возрасте, родителях и прочее. Взгляд был прикован к черной по белому надписи. За неимением живых родственников, распределен в приют им.Св. Анны.       Тони вчитывался в эту строку, пока осознание этих слов не впилось в его травмированный мозг. Это была последняя капля.

***

— Я знала, что ты одумаешься и придешь, — женщина в строгом, брючном костюме, персикового оттенка развернула два закрытых кейса, дав Старку возможность с глухим щелчком открыть их. Там в три ряда лежали стопки пятиста долларовых купюр. Сквозь солнцезащитные очки, никак невозможно было разглядеть взгляд гения, но лицо его было довольно равнодушным. — Ты же понимаешь, что это всего лишь четверть того, что ты у меня украла? — Тони захлопнул кейс, уставившись на ухмыляющуюся женщину. Она откинула свои темные, вьющиеся волосы и блеснула синими глазами. — Ну, я бы перефразировала по другому… — Она хищно, стуча каблуками начала приближаться к нему. Старк не сдвинулся с места. — И как же? — Без особого интереса поинтересовался он. Катрина Свон — единственная из совета, кто не впал в панику. Когда он разнес весь кабинет к чертям собачьим и пообещал, что остаток своих жизней они все будут гнить в тюрьме, она перехватила его за дверью и предложила отдать некоторую сумму, сразу и наличкой, а взамен он никогда не вмешает ее в судебные разбирательства и ее имя никогда там не всплывет, к бонусу, вся оставшаяся сумма останется у нее. Тогда Тони думал, что переломит ей шею пополам, в особенности из-за ее самодовольного вида. Кто бы знал, что она не просчитается. — Я бы сказала, что ты все просрал, дорогой, но к чему лукавить? Тем более, что крала не я одна. — Она подошла к нему вплотную и наклонила на бок свою красивенькую головку. Старка не впечатлило. — Ты же понимаешь, как тебе повезло и каких усилий мне стоит не переломать тебя пополам? — Конечно. — Согласилась она, чуть приблизившись к мужчине. Ее нос почти коснулся его скулы. С закрытыми глазами она словно принюхивалась. Тони бровью не повел, лишь мельком разглядывал женщину из-под темных очков. — Но мы могли бы все исправить, вместе, — подчеркнула она. — Даже заключить новый договор, — тихо протянула, обдавая горячим дыханием щеку. Указательным пальчиком она потянула за узел его галстука, но Тони, не вытерпев, больно схватил ее за запястье и оттолкнул от себя. — Ауч. — Притворно поморщилась Катрина, потирая запястье. Ее глаза опасно блестели, она победно ухмылялась. Тони забрал два кейса и ушел, дав совет валить из страны и не попадаться ему на глаза.

***

      Старк размерно вел машину и слушал информацию, которую Пятница услужливо ему предоставила. Уже было около четырех часов вечера, вскоре начнутся сумерки. За этот день он успел сравнять сотрудников своей компании с землей, уволить их, подать в суд, пережить парочку панических атак, забрать малую часть украденных денег и перевести их в цифровой вариант, чтобы легко мочь распоряжаться ими, хоть с тех же наручных часов. Этот день еще до конца не закончился, а он уже готов был ввалиться к себе в мастерскую с бутылкой виски. Гений встряхнул головой. Нет. Нет. Никакого виски, трезвая голова. Тем более, его мастерская не в том состоянии, чтобы в ней находиться. Тони тяжело вздохнул и остановился на светофоре. Это была катастрофа. Он сложил голову на руки, лежащие на руле и выдохнул.       Ни Пеппер, ни Роуди, ни Хэппи, ни Питера.       Он был один в этом совершенно чужом мире, без единой поддержки, оставленный на произвол судьбы разбираться со своими проблемами самому. Такое он почувствовал однажды, в лет девять, когда был с матерью в Сан-Франциско. Они были на научной ярмарке. Мама разговаривала с кем-то, а он убежал посмотреть на «чудо» робототехники. Убедившись тогда, что у папы в мастерской (в которую, к слову, было не разрешено заходить), все намного лучше и продуктивнее, он хотел вернуться к ней, но понял, что потерялся. Среди безразличных незнакомцев, не найдя знакомое очертание матери, он по правде почувствовал страх. Но он тут же улетучился, стоило Тони в толпе людей увидеть ту одну, которая с паникой на лице искала среди прочих его.       Сигнал машины заставил его вздрогнуть. Он проморгался и увидел зеленый свет светофора, пришлось ехать дальше. Пятница, не останавливаясь, считывала ему информацию, которую нашла на Питера Паркера. Мальчик попал в приют в возрасте десяти лет, после того как попал в аварию и остался единственным выжившим. Его забирали трижды. Первый раз он подвергся домашнему насилию. Тони вздрогнул. Как можно было бить десятилетнего ребенка? Тем более Питера Паркера — мальчика, которые в свои полные пятнадцать имел сходство с олененком Бэмби. После этого, числятся десятки раз, когда ребенок сбегал из приюта, предпочитая жить на улице нежели с теми, кто отдал его в домашний ад.       Второй раз, три месяца назад, его забрала какая-то семейка с небольшим, собственным бизнесом. Пятница без приказа уже нарыла на них инфу. Они занимались благотворительностью, по полицейским данным были чисты как младенцы, но Питера вернули обратно, точно из-за чего не известно. Тони даже думать не хотел, каково было этому ребенку, которого забрали к себе, а потом за ненадобностью отдали обратно. Это было издевательством. Тони охватило чувство жалости, он готов был уже ехать за мальчиком, но, сжав руль до белых костяшек на пальцах, переборол себя. Если он поедет за ним сейчас, то это будет расцениваться как похищение. У него и так проблемы с правительством да и людьми в целом.       Он как раз таки ехал от своего адвоката. Тот усиленно корпел над делами Старка и, увидев его, начал возмущаться, что он не волшебник и не может так скоро договориться и бла, бла, бла, это все, что услышал Тони. Он остановил его и сказал, что даст ему на эти дела еще два дня, если тот сможет в кратчайшие сроки оформить опекунство над мальчиком, с условием того, что тот будет жить у него во время процесса оформления, причем немедленно. Тони был юридически образован и понимал, что просит невозможное, но усиленно делался дурачком, потому что он Энтони-мать-его-Старк. Если он хочет сегодня, то это будет сегодня и пусть Дэвид хоть вешается. Кстати говоря, эта мысль была ничего, ибо этого Дэвид и хотел, но, как только Тони перевел на его счет сумму аванса, в нем резко появилась неумолимое желание жить и работать. Оставалось только ждать результаты.       Тони остановился у госпиталя и тяжело вздохнул. Он не был готов к этому, но сейчас, либо навещать еще живого Роуди, либо ехать на кладбище к мертвому Хэппи. По позвоночнику прошла дрожь. Боже, как же ему нужна Пеппер, так необходима, даже больше, чем воздух. Он за сегодня одернул себя пять раз, чтоб не звонить ей. Старк собрался и вышел из машины. Он оглядел высокое, белое здание и, засунув руки в карманы, зашел во внутрь. На улице чертовски холодно. В больнице узнали его сразу, так что проблем с посещением не возникло. Гений-миллиардер оглядел просторную, светлую палату, с хорошим оборудованием, просторными окнами и телевизором. Все было стерильно и дорого, как раз те условия, которые заслуживает Роуди. Тот лежал на одноместной койке, с толстым ортопедическим матрасом и мягкой гипоаллергенной подушкой. Он был подключен у хорошему, дорогому оборудованию, которое спонсировал и разрабатывал сам же Тони. Если не учитывать всю эту пищащую мишуру, которая поддерживала жизнь его друга, можно было даже представить, что он спит. Можно было бы, вот только единственное, что мешало, это гипс на шее Джеймса Роудса, который заставлял опрокидывать голову ровно вверх из-за травмы спины. Тони втянул сквозь зубы воздух и, не чувствуя уверенности, шагнул за порог палаты. — Выглядишь хреново, дружище, — без намека на веселье или сарказм пробормотал гений, садясь в кофейного цвета кресло, предназначенное для посетителей. Все было плохо, очень плохо. Он поговорил с врачом, оказывается, травмы Роуди куда серьезнее, нежели в его мире. Если он очнется, то наврятли будет чувствовать хоть что-то, помимо шеи. Шанс, конечно, есть, но… — Знаешь, все мне это напоминает тот фильм, который мы смотрели, помнишь? Где черный парень ухаживал за тем богатым мужиком в инвалидном кресле, только, видимо, у нас с тобой все с точностью да наоборот. — Тони с болью улыбнулся и прикоснулся пальцами к запястью лучшего друга, боясь потревожить катетеры. — Мне очень жаль, Роудс, но я все исправлю, слышишь? Я тебя починю. Я же механик, это моя работа. — Тони сжимал крепкое запястье друга, всматриваясь в его лицо. Он надеялся, что тот только притворяется спящим, чтобы в оглушительной тишине сказать что-то едкое и язвительное о его сентиментальности, даже не открывая глаз. Что-то типа: «Надеюсь, ты сейчас не уронишь скупую, мужскую слезу». Тони с выжиданием этого ждал, так же в кино обычно происходит? Но ничего такого не было. Машины пищали, в палате было тихо, а дыхание Роуди было глубоким и размерным.       Позже пришла медсестра, чтобы поменять капельницу. Она демонстративно не смотрела в его сторону, Тони задавал ей вопросы по поводу лекарств и самочувствия друга, но получал только односложные ответы и что-то подсказывало, что это не последний раз, когда он столкнется с таким обращением. Он откинулся на спинку кресла и засел в телефоне. Он решил, что лучше всего ждать новости от Дэвида здесь — в месте, где он может слышать дыхание единственного оставшегося друга. Тони гнал мысли о том, что будет, когда Роуди очнется и узнает о Капитане. Сейчас он был поглощен мальчиком, которому ой как досталось от этой безжалостной жизни. Сейчас ребенок находился под опекой некого Джона Леджера. Инфы на него почти ничего.       Сорок три года. Сейчас в разводе. Закончил среднюю школу. Постоянно менял работу.        И тому прочее. Вроде ничего особенного, но сам факт, того что Пит сейчас живет у этого, неизвестного ему, мужчины заставило его напрячься. Не было никаких записей в полиции или заявлений, но он ему не нравился. Этот человек казался грубым, да и вид у него был холостяцким, прямо уж слишком. Почему он решил взять мальчика к себе — не известно. Да и не выглядел он, как добродушный филантроп, раздающий плюшевые игрушки в детских приютах. Но зато он выглядел, как человек с которым можно договориться. Если официально у Дэвида не выгорит, то придется с этим справляться по тихому тет-а-тет.       Так и прошел остаток вечера. Тони разбирался с делами, распределял деньги, слушал, как Роуди дышит и ждал звонка. Дэвид позвонил когда уже совсем стемнело, его голос был изнеможенным и уставшим, но он выбил ему сделку. То ли это было чудо, то ли удача, но он случайно наткнулся на одного копа, которого волновала судьба этого мальчика и, после кое-каких доводов и уговоров, он решил подсобить, но с условием, что он лично поедет туда с Тони. Это его более чем устраивало. — Хэй, — позвал Тони, чуть нависнув над Роудсом, легко прикасаясь к его плечу. — Мне нужно уходить, но я вернусь, договорились? — Ответа конечно же не последовало. Тони сжал челюсти и нехотя отпустил лучшего друга. Он еще раз поговорил с врачом и, удостоверившись, что его оповестят о любых изменениях, скрипя сердцем, вышел из госпиталя.

***

— Всегда мечтал прокатиться на настоящей полицейской машине с мигалками. — Сказал Старк вместо приветствия. Полицейский был широкоплечим, высоким Офицером, с острыми скулами и тонкой полоской усов, переходящими в аккуратную, коротко подстриженную бороду. — Я Офицер Фрэнсис Джонс, — представился мужчина, протягивая руку миллиардеру, совершенно не разделяя его веселья. — Рад знакомству, Офицер. Тони Старк. — Да, я знаю, — нисколько не впечатлившись, произнес он, сканируя Старка взглядом. — Думаю, стоит покончить с формальностями и двинуться в путь. — Тони, честно сказать, за целый день осточертел этот фарс. Он просто хотел оказаться у себя дома или в палате рядом с Роуди, чтобы смотреть, как его друг дышит, но он не мог сделать ни того, ни другого пока его мучило осознание того, что где-то там, в чужом доме, с неизвестным ему человеком живет его приставучий и никогда не затыкающийся Паучок.        Фрэнсис еще с минуту сканировал его взглядом, взвешивая за и против, и впустил его в машину. Ехали молча, даже без мигалок. Тони смотрел в окно, положив указательный палец над верхней губой, а большим придерживая подбородок. Он перебирал свои мысли, этот день, и думал, что его ждет дальше. Тони не знал, как подойти к этому Питеру. Ребенок его не знает, они никогда не встречались. Скорее всего Пит знает его как Железного Человека и Энтони Старка — гения, миллиардера, филантропа и дальше по списку, но тем не менее это будет до чертиков странно. «Хэй, Пит! Я Железный Человек! Я тут узнал что ты сирота и решил забрать тебя к себе домой, надеюсь ты рад?»       Мда. Над этим стоит поработать. А вдруг этот Питер не фанат Железного Человека? Тони еле-еле ухмыльнулся. Нет, такой мультивселенной точно не существует, но зато может существовать та, в которой Питер Паркер по большей части фанат Капитана Америки, нежели Железного Человека и вот тогда все это превращается в настоящую катастрофу. — Так… Что у вас за интерес к мальчонке? — Мм? — Голос Офицера вывел его из раздумий. — Мальчик. Питер Паркер. Зачем он вам? — Я знал его тетю, — не колеблясь ответил Старк. Это в общем-то была правда, но как бы и ложь. Но как сказал, один мудрый человек (Пират) — «Если хочешь обмануть — скажи правду». — Угу, и вспомнили о его существовании всего спустя пять лет, — Фрэнка ответ не очень впечатлил, да и сам Старк доверие не излучал, но Джонс уже который день пытается найти способ забрать мальчика из того пристанища. Но на Леджера ничего не было, да и условия жилья по описанию были приписаны к среднестатистическим стандартам. Не придерешься, блин. Но вот дело было в том, что Фрэнк таких, как Леджер, за версту чуял. Его чуйка копа вопила о том, что мальчика туда отпускать нельзя, но по программе его уже распределили и согласовали, и ничего не поделаешь. И вот когда ему сообщили, что Питера Паркера, хочет незамедлительно забрать к себе богатый, обеспеченный филантроп, это, казалось бы, решило все проблемы. Но тут перед ним предстал Старк. Чуйка на удивление молчала, но вот видосики из YouTube развидеть никак нельзя. — Я не знал в каких условиях он живет. — Тихо сообщил гений. Конечно, это был фарс еще тот, но ничего более правдоподобное в голову не лезло. — Да? И что же вас сподвигло это проверить спустя столько лет? — Фрэнк переводил взгляд с пустой трассы на задумчивого гения. Ему все еще казалось это плохой идеей, но был хотя бы шанс забрать Питера из лап Леджера, а с этим олицетворением журнала «Форбс», можно было бы разобраться позже. Тем более учитывая, как к нему относится общественность и правительство в целом. — У меня свои источники, — на усталом вздохе произнес Старк. Фрэнк собрался бы уже задать еще один провоцирующий вопрос, но Тони его перебил. — Я думал, что вы с Дэвидом уже обо всем договорились? — У Тони явно не было настроения отчитываться. Он хотел лишь забрать мальчика, удостовериться что с ним все в порядке и начать долгую и кропотливую работу. Ох, если бы Тони знал, что все куда сложнее, чем предполагается. Хотя, куда уж сложнее? — Да, я тоже так думал, но, увидев вас, я решил удостовериться, что не напрасно рискую положением, — Мужчина ясно дал понять, как именно он относиться к Тони Старку. Тони, казалось бы, это не задело, он лишь демонстративно выгнул бровь, наконец удосужив Офицера взгляда. — Рискуете положением? — Переспросил Старк. — Я думал, что все официально. — Офицер смерил гения взглядом и снова уперся взглядом на дорогу. — Все будет официально, но пока идет оформление, мальчик должен быть либо у временного опекуна, либо в приюте. Но так как вы намереваетесь забрать его уже… — Я вас понял Офицер. На счет своего положения не волнуйтесь, насчет гонорара тоже. — Безразлично сказал Старк, таким тоном будто он мог видеть людей насквозь. Казалось бы, вся эта ситуация его вообще не колышет, так, мелочи. Но из напускного спокойствия его вывел резкий удар по тормозам. Тони чуть не влетел в стекло. — Какого?!.. — Для тебя это что шутки?! — Прорычал Джонс. — Ты оклемался после полугодового запоя и решил, что пора вылезать из дерьма и в этом тебе поможет ребенок, ставший сиротой в десять лет! Думаешь, общественность воспримет это как благодушный жест и станет лизать тебе задницу, потому что ты Тони-ебаный-Старк?! — У Тони пропал дар речи, что случалось… Да никогда такого не случалось. Он охренел. — Я клянусь, Старк, если ты собрался использовать этого мальчика, как свою пешку, то тебе не помогут ни твои деньги, ни… — У меня и в мыслях подобного не было, — быстро перебил его Тони, когда к нему вернулось красноречие. — Как только я узнал о Питере, я бросил все, абсолютно все. Мне плевать, что суд может мне его не отдать, если придется я похищу его среди ночи и увезу на другую планету, раз уж эта меня так ненавидит. Он мой и пусть я не лучший пример для подражания, но я могу с точностью сказать, что, пока я буду с ним, он будет в полной безопасности и в лучших условиях, которые только можно придумать и, даже если этого мало, то я сделаю так, что никто не узнает, что Питер Бенджамин Паркер находится под моей опекой и защитой. — На одном выдохе, четко произнес каждое слово гений, чтобы их смысл впился в мозг Фрэнсиса Джонса.       Они смотрели друг на друга протяжными, сердитыми взглядами, в которых Старк победил. Не отрывая от него взгляд, Фрэнк откинулся на спинку, включил зажигание и нажал на газ. Снова образовалась тишина. Они оба переваривали сказанное. Тони не знал, откуда взялся этот порыв и эти слова, но он был почти уверен, что это не было чем-то напускным или преувеличенным. Это казалось куда более, чем реальным. И, либо он взаправду готов на подобное ради мальчишки, либо он так хорош в убеждениях. Откровение немного выбило его из колеи. Тони не всегда мог признаться себе в подобном, тем более чужому человеку. — А вы почему проявляете такой интерес к Питеру? — Тишина была слишком напряженной, нужно было разбавить. Фрэнк глянул на него мельком, обдумывая, стоит ли рассказывать и принял решение, что на откровенность стоит ответить откровенностью. — Это было пять лет назад, я тогда еще был сержантом. Пришел вызов о страшном ДТП на двадцать пятом авеню. Я прибыл первым. Легковушка — Nissan. Была смята, как гармошка, вторая машина была перевернута вверх ногами, она дымила. Казалось бы, что выживших искать бесполезно, но я услышал из перевернутой машины крики о помощи. Я вызвал скорую и вытащил десятилетнего мальчика, который чудом остался жив. У него было сотрясение, шок, перелом руки, но он был жив. — Фрэнк мялся, передернул плечами и переместил руки на руле, поворачивая. Тони слушал внимательно, ловя каждое слово. Было трудно представить, что это случилось с Питером, было ощущение, что Офицер говорит о другом мальчике, но точно не о Питере Паркере. — Его тетя и дядя погибли и, после лечения, он был переведен в приют. Казалось бы, на этом все и должно было закончиться, но через несколько месяцев, поступило сообщение от инспектора дел о несовершеннолетних, о домашнем насилии с ребенком. Каков был шанс, что это окажется тот мальчик, которого я вытащил из машины? — Фрэнк ненавидел это, и исподтишка смотрел на Тони. Тот явно был под впечатлением, хотя пытался держать лицо ровным, и он постоянно впивался ногтями в ладонь, думая, что никто не видит. Видимо, ему тоже была не по душе эта история. И до Джонса дошло, что Старку действительно не все равно. Фрэнк продолжил. — Я не знаю, кем надо быть, чтобы… — Он втянул воздух через нос и выпустил через рот. Не стоило вдаваться в подробности. — В общем, Питера снова забрали в приют, хотя он буквально умолял меня не отдавать его туда. Я пообещал, что буду навещать его там, так часто, как только смогу. Я это и сделал. Я лично делал внеплановые, неофициальные проверки, чтобы убедиться что там на детей не плевали. Как оказалось, Питеру просто… не повезло. Ко всем детям относились бережно, не обижали, я даже ездил спрашивать у тех, кого забрали навсегда. Как оказалось, так просто бывает — люди, которые по всем документам хорошие, на самом деле гроша ломаного не стоят. Я перестал проверять, но потом Питер начал сбегать из приюта. Миссис Бланш, заведующая, по нескольку раз на неделе начала писать заявление о пропаже ребенка, одного и того же причем. И так уж сложилось, что я взялся выискивать по всему Нью-Йорку. Так и вырос на улицах, попал в плохую компанию, научился всяким хулиганским штучкам, хотя сам горделиво называет это выживанием. — Фрэнк усмехнулся. Тони выглядел задумчивым и очень молчаливым. Фрэнк уж подумал, что сказал что-то лишнее. Он, как мог, смягчал и обтекал самое ужасное. Люди, зачастую, когда слышат о проблемных подростках, пытаются обойти мимо и забрать к себе послушного белого зайчика, который бы с первой встречи начал называть их мамой и папой. — Что было дальше? — Не вытерпел Тони. Все, что он услышал, было очень сложным. Но уверенность забрать ребенка не пошатнулась, а только окрепла. — Да, так все и шло своим чередом. Он сбегал, я его находил, пытался вставить мозги на место. Но… То есть… Черт. — Выдохнул Фрэнк. Подбирать слова, казалось, было очень сложно. — Он правда хороший парень, я его даже как-то застал за попыткой снять котенка с дерева, — Тони обреченно прыснул и чуть не рассмеялся. Снимать котов с деревьев, видимо, было диагнозом Питера Паркера. — Да, так и есть, но я веду к тому, что он иногда ведет себя, как самый настоящий маленький говнюк, но на самом деле это не так. Он хороший ребенок, просто он сам этого не знает. — Трасса освещалась желтым светом фар. На обочинах мелькали небольшие дома. Тони казалось, что надо сказать правильные слова. — Питеру повезло, что у него были вы и мне правда жаль… И он больше так жить не будет, я смогу о нем позаботиться. — Полицейский, отвлекся от дороги, посмотрел на Старка, чтобы убедиться, что тот не лжет и удовлетворенно кивнул. — Я на это надеюсь. — Мужчина завернул на обочину и на минуту фары осветили одноэтажный дом со старым коричневым, забором. Фрэнк вырубил зажигание и фары погасли. Единственным источником освещения был свет в окнах. Мужчины вышли из машины и Тони поежился. Надо будет поискать свое любимое пальто, от пиджака толку мало. Они подошли к двери и Тони почему-то охватило волнение, случалось такое нечасто, но сейчас это было именно тем, что он чувствовал. Они поднялись на крыльцо, Фрэнк был на шаг впереди, Старк полностью предоставил ему свободу действий и возможность разобраться с официальной частью. Разговаривать с этим Джоном Леджером у него желание не предъявлялось, он хотел только увидеть Питера и забрать домой, и, если, в его мире зайти в дом к Паркерам и забрать незнакомого ребенка в Германию было расплюнуть, то сейчас он ощущал, что все будет не так просто. Мальчик будет задавать вопросы и Тони не сможет дать ответы. А еще пришло осознание, что он собирается забрать к себе ребенка. Настоящего, живого ребенка и это… Напрягало. Он не думал о себе, как о родителе, он откладывал детей на далекое будущее, но про опеку над сиротой он даже не задумывался. Пеппер как-то пошутила, что подарит ему золотую рыбку и будет отсчитывать дни до того момента, когда ей придется смыть ее в унитаз. Тогда это казалось смешным. Сейчас не очень. — Полиция Нью-Йорка, откройте. — Тони встрепенулся когда Джонс постучал в дверь. Ответа не было. Тони вытянул шею, пытаясь посмотреть в окна, с крыльца дома ничего кроме освещения видно не было. — Мистер Леджер, откройте дверь. — Пробасил Офицер. Тони нахмурился, услышав шум. Его нутро напряглось и он надеялся, что ему только послышалось, но через секунды две этот «шум» повторился, только куда громче и Старк с ужасом понял, что это звуки ударов, за которыми следуют крики. — НЕМЕДЛЕННО ОТКРОЙТЕ ДВЕРЬ! ЭТО ПОЛИЦИЯ!       Голос Фрэнка был похож на рычание мотоцикла, он вытащил ствол, но у Тони было кое-что покруче. В мгновение ока часы превратились в перчатку с заряженным репульсором и, когда уже Офицер хотел начать выламывать дверь плечом, Старк оттолкнул его и взорвал дверь к собачьим херам. Тони не помнил, как вбежал в гостиную ориентируясь на звуки кожаного ремня хлеставшего комочек в углу. Зато он помнит ошарашенные глаза какого-то мужика, занесшего руку над этим же дрожащим комочком, который оказался молящим об окончания этого кошмара Питером.       Честно сказать, Тони не помнит, когда в последний раз его крышу сносило настолько. Осознание того, что он сидит на этом ублюдке и выбивает из него дерьмо непробиваемой, металлической перчаткой пришло не сразу, но, как только оно пришло, Фрэнк стащил его с обмякшего тела. Джон кричал ему что-то, разговаривал с кем-то по рации, что-то делал с, лежащим на полу, человеком. Тони же смотрел на свою руку испачканную в крови. В крови человека, посмевшего бить Питера. Бить Питера… О Боже. — Пит, Пит! Боже, ребенок… — Мальчик лежал на полу, обхватив голову руками и прижимая колени к груди, пытаясь защитить лицо и ребра. Он дрожал, как осиновый лист, из его груди вырывались звуки похожие на скулеж. — Питер, все закончилось, просто посмотри на меня. — Тони слишком резко и судорожно схватил его за плечо и Пит вздрогнул, сжался еще больше и захныкал. — Прошу, не надо больше, пожалуйста. — Тони схватил его за запястье и пытался оторвать руки от головы, чтоб ребенок мог увидеть, что все закончилось, но тот только яростней начал сопротивляться. В конце концов Старк этого не выдержал, его охватил мандраж. Он схватил парня и резко посадил его. Ноги Питера задрыгались, казалось он хотел отползти, но Тони крепко держал его за руки и он, в попытке оказаться как можно дальше, ударился затылком так, что Тони вздрогнул. — Малыш, посмотри на меня. Уже все, ты в безопасности, все закончилось. Питер! Питер! — Его трусило, он попытался открыть глаза, но резко зажмурился от яркого света. Тони увидел гримасу боли на бледном лице, прежде чем ребенок обмяк.