Альтернативная реальность

      За собиранием страковского автомобиля Питер потерял счет времени. Настолько все было хорошо. Они уже битый час разбирают машину Мистера Старка. Именно разбирают. Ну, потому что чинить в общем-то нечего. Тони хочет показать ему, как устроены винтажные авто. Учит, рассказывает. Шутит...       Питер пытается сопротивляться навязчивой теплоте, которая стремительно распространяется в центре груди, старается не смеяться историям Старка, не позволяет себе привязываться. Одна сторона, которая хотела тепла и человеческого общения, боролась со второй, которая постоянно твердила, что ничем хорошим это не закончится. С ним так попросту не бывает. — У тебя на щеке что-то. — Хм? — Питер "выныривает" из машины и автоматически трет скулу, - Все? — Нет, чуть ниже, не-не... воооот здесь! — Тони тянется и с силой размазывает большим пальцем мазуту на некогда чистой щеке. — Эй! Оно же не отмывается! — Тони смеется и впихивает мальчишке масляную запчасть. — На, отмой, если такой чистюля, — Питер нарочито бурчит себе под нос, неспеша сетуя в направлении щеток и шланга, по пути потерев щеку о плечо, но как и заранее ведомо — безуспешно. Бен, к слову, никогда не упускал возможность точно так же вымазать его нос и щеки в мазуте. Мужчина по доброму хохотал, тогда когда Питер, с надутой, вымазанной мордашкой, точно так же сидел и отмывал врученные части.       Это, кстати, с детства была его работа — отмывать запчасти. Он был маленьким и другая работа была ему еще не по плечу, но и эта маленькая помощь приносила не мало радости и вносило значимость в их совместное дело. Сейчас Питер вырос, и он готов справляться с большим, но приятное чувство ностальгии не может не обволакивать его сердце, особенно, когда рядом с ним человек, который так сильно похож на Бена.       Общими усилиями, "внутренности" авто стоят неподалеку, а Мистер Старк с осторожностью ювелира снимает бампер, обнажая на всеобозрение сам каркас. — Ну, вот и добрались, разберем эту крошку на запчасти? — широкая и сухая ладонь дяди ложится ему на плечо, и Питер не может не радоваться тому, что они справились с задачей. — Конечно, дядя Бен, — Питер хочет подарить своему дяди лучезарную улыбку, но когда поворачивает голову, на месте где должен быть его дядя, стоит другой мужчина. А все потому, что Бен уже, как пять лет мертв, а он находится на попечительстве совершенно чужого человека, который взирает на него немного испуганным взглядом. — Я... Ммм... — Старк неуверенно мычит не зная куда деть глаза, его рука, от прикосновения которой, все начало внезапно жечься, мягко соскользнула, и Питер почувствовал давно невиданное опустошение. — Каркас тоже снимем? — спросил он голосом, будто бы, только что не перепутал чужого человека с самым родным, который когда-либо существовал. Питер не дожидаясь ответа припал на колено и начал откручивать гайки, соединяющие металлические части друг с другом. — Да... — ответ, конечно, был уже не нужен, потому что Питер приступил к работе, но Тони не знал, как реагировать на то, что его только что назвали именем покойного Бена Паркера. Питер, видимо, решил эту проблему, проигнорировав ее, и видит Бог, Тони с удовольствием его бы в этом поддержал, но было в этом что-то, что игнорировать было нельзя.       Ну, завтра он пойдет к психологу, задача которого, как раз таки разбираться с подобного рода вещами. Мне в это лезть ни к чему.       Подумал он об этом, подумал. Убедил себя, и... — Вы с дядей часто это делали, да? — Тони осторожно присел рядом и положил теплую руку на спину подростка. Единственное, что он знал о этой ситуации, то что понятия не имеет, что делает и в какие дебри лезет, но окаменевшие скулы Питера и его прожигающий, устремленный вперед взгляд, сказали Тони о многом, но пути назад уже не было. — Нет, — сухо соврал он, пытаясь абстрагироваться от ситуации, не отрываясь от своего дела. — Ты злишься, — тихо сообщил ему Тони. Питер сдержал презрительное фырканья и ярость в груди.       А еще слащавее голос сделать слабо? — Я все понимаю, мы можем поговорить, — не видя отдачи, Старк предпринял еще одну попытку, но получил короткий презрительный взгляд, который в одночасье вернулся на место, словно его и не было.       Ни черта! Ни черта, ты не понимаешь! — Не о чем говорить, — грубо бросил он, сжимая кулаки. — Эм, Пит... Ты сейчас... — Не о чем, сказал же! — Послышался хруст, а за ним лязг. Питер резко замер, боясь даже мысли посмотреть себе под руки.       Весь окаменевший, не чувствуя достаточно смелости, он смотрит в свои руки и видит тоненькую трубу, часть основания. Она сломана на две части, каждая из которой находится в каждой его руке. Питер неровно дышит, когда осматривает некрасивые, изогнутые края идущие по окружности. Они колкие и изогнутые, не то что их противоположные, идеально ровненькие концы.       Так же не двигаясь, он скашивает глаза на Старка. Тот сидит зажмурившись и поджав губы. Какой же, все-таки, это был отвратный и болезненный звук. Немного осмелев Тони открывает глаза, хотя нет, вру. Только один глаз. И скашивает его на две сиротливые, сломанные половинки, которые некогда были литым целым.       Тони немного шипит, сводя челюсть и Питер виновато вжимает голову, выжидая реакции. — Да... беда, — тянет Старк, пытаясь игнорировать уныние. Это же его драгоценная крошка! Винтажная красавица, которая королевой стоит на пьедестале, радуя душу да глаз. Тони не так бы горевал, если бы ему оторвало руку. Но... он все таки Старк, он никогда не трусился над материальными вещами. В ситуации, когда любой другой человек мог бы разозлится или пасть в раж, Тони наверное просто расстроится, ну, до тех пор, пока не починит или не купит сломанное.       Тем не менее трезвость ума в такой ситуации, позволила ему догадаться, что Питер сейчас его боится и ждет чего-то страшного, и хоть он по настоящему расстроился ему ничего не стоит притвориться, что это не так. — Что ж, думаю, — он потянулся, чтобы забрать половинки, но ожидаемо Питер отдернул руки, словно Тони собирался забрать у него, что-то драгоценное. - Кхм... Думаю, я могу это припаять. — Тони хватает такта и самообладания не меняться в лице, когда он смотрит мальчику в глаза, то что он там видит ему совсем не по душе, и поспешно вставая Тони имитирует заинтересованность в поисках сварки, только бы не в Питере. — Ты варил когда-то? — Легко бросает не глядя, доставая инструмент и маску из ящика, внимательно осматривая провода и исправности. Если он собирается дать Питеру что-то настолько опасное, то хотя бы должен убедиться, что мальчика не пришибет током. — Хочешь попро... Пит?       Но Питера в мастерской уже не было.

***

      На кровати лежали две сломанные половинки от части каркаса автомобиля. Они мягко утопали на дутом одеяле и даже не подозревали, как пошатнули душевное равновесие одного подростка, который сидел возле них, скрестив на постели ноги. Питер смотрел на сломанные половинки, они смотрели на него и казалось нет концу этому противостоянию.       Как же он, черт подери, устал от этого проклятого дерьма. Устал от своей неконтролируемой силы. Устал от своей жизни, устал от того, что сам же себе ее и портит. Это все было такой лажей. Все это:       И его родители, и смерть Бена и Мэй, и все то, что случилось после и все то, что происходит прямо сейчас.       Догадался же он назвать Старка дядей Беном. Это было просто фантастическое фиаско. Еще в детстве он пообещал, что никого и никогда не полюбит, так, как любил Мэй и Бена. Плохие люди, хорошие люди, хорошо они к нему относятся, плохо. Это все неважно. У него не было прав больше такое испытывать, нечто настолько фантастическое. Ведь любить кого-то так сильно... Это... это настолько замечательно, просто слов нет передать. Словно ты можешь почувствовать свою собственную душу. Вот так это было.       А это теперь что было? Он даже не любит Старка, какого тогда черта?       Ты просто по нему скучаешь       Пит с тяжелым выдохом прикрывает глаза. Это был тот самый редкий и очень-очень тихий голос, который вечно нес какую-то несусветитсу. Постоянно оправдывал его, как и сейчас, и тихо, совсем шепотом тулил:       Это не твоя вина, ты этого не хотел.       Ты такого не заслуживаешь.       Сопротивляйся.       Все наладится, ты сильнее чем думаешь.       Ну, не бред ли, а? — Эй, тук-тук, — голова Старка образовывается в проеме, но сам он не заходит. - Разрешишь войти или мне прийти попозже? - Питер уныло смотрит и просто кивает, безмолвно приглашая войти. Конечно он не хочет разговаривать прямо сейчас.        Тони присаживается по другую сторону сломаных частей и, как и Питер, уставляется на них. Тони думает, что хорошо бы поднять тему паучьего укуса, неконтролируемой силы и мутации. Ведь, Питер не вазу все-таки разбил, он поломал литый метал, словно тот был хрустящей веточкой. — Знаешь, это на самом деле не так страшно, как выглядит. Я умею такое чинить и тебя научу. Если захочешь, — поспешно добавляет он. Питер как-то не особо реагирует, просто пожимает плечом и задумчиво смотрит на скрещенные ноги. — Да, ладно тебе. Нашел повод горевать, — Тони по понибратски бьет его кулаком в плечо и жалеет об этом, потому что Питер смотрит на не него, как на инбицила.       Уж, лучше бы и дальше избегал взглядов. — Это... Постоянно происходит, — наконец, не громко бормочит мальчик. — Что? — Тони поспешил встрепнуться и собраться. — Это все, — тянет Питер, странно надеясь, что Старк понимает, о чем он говорит. — Я... Постоянно что-то ломаю или бью... Я ненавижу портить чужие вещи, правда!... Но я не знаю, как это контролировать и... — Питер с досадой поджимает губы не представляя зачем вообще начал эту тираду. — Давно так? — Мм? — Давно у тебя... "Все ломается"? — Не знаю, с рождения наверное, — Питер отвел глаза и неловко потер локоть. Было бы подозрительно сказать, что это все происходиь месяца три, после того, как он неудачно сходил в Оскорп на экскурсию. Хотя, он несовсем соврал, он был достаточно неуклюжим ребенком, но не настолько.       Мало того, что Питер выглядил, как очевидный лжец, Тони же и так знал обо всем заранее. Он мог бы не ждать, когда Питер раскроется. Ведь обязательно раскроется. Нельза такое долго в себе держать, все так или иначе приведет к катастрофе. Это ведь неизбежно! Мальчик, как бомба замедленного действия. Все в нем копится и копится, и Тони стоило бы попытаться все предотвартить. Но... — Знаешь, это когда-то пройдет, — гений ложится на локоть и немного играется сломаными половинками. — Ну, да, — не без иронии тянет Пит. — Ну, да! — серьезно соглашается с этим Старк. — Это возраст такой. Все из рук валится. Моим родителям и Джарвису приходилось прятать от меня все хрупкие вещи. То я ураганом пронесусь по коридору, то рукой махну. Я однажды, так разбил камеру одного из репортеров — хотел выделаться и сделать какой-то крутой жест и камера в дребезги! Ты даже не представляешь, как долго мне это припоминали!       Питер неслышно рассмеялся не поднимая глаз, и Тони улыбнулся. По настоящему. Так, что в уголках глаз появились морщинки. Так редко можно было застать этого ребенка за смехом или улыбкой. При всем, при том, что улыбка его Питера не спадала 24/7.       Как же он соскучился. — Мистер Старк? — Да, ребенок. — Простите меня? — Тони еще никогда так не радовался притворству. Ведь, прямо сейчас он по настоящему не злился и не печалился о сломаной машине. Эта железка не стоила этих глаз. Тони выпрямляется, садится ближе, и тепло, то как может только он, откидывается падающие волосы со лба мальчика. Тот впервые не вздрагивает, не смотрит зверем и не ждет чего-то плохого и ужасного. Просто позволяет своему опекуну это сделать, и чувствует неправильность, от какого-то смутно-знакомого чувства распростроняющегося в животе. — Я не злился на тебя. Честно, — Тони немного придирчиво приглаживает непослушные пряди, которые, на его вкус, были слишком длинными.       Они еще немного так сидят, иногда перебрасываясь ничего не значимещами фразами, а потом, все же, идут обратно вниз. Тони пообещал, что научит его не ломать, а чинить вещи.       Про укус паука, они так и словом не обмолвились.

***

— Ну, вот. Отличная работа, — Тони хлопает мальчишку по плечу и тот, держа в одной руке сварку, а второй поднимая маску, озаряет мастерскую блеском своих глаз и широченной улыбкой. — Правда? — с придыханием спрашивает он. Тони правда не знает, каким надо быть монстром, чтоб сказать мальчику правду. — Конечно! Ты уверен, что раньше никогда этим не занимался? - Нет, говорю же, Бен вечно ворчал, что я слишком мелкий и выгонял меня из гаража, чтоб я на искры не смотрел. — Ну, у тебя к этому есть определенный талант, если с первого раза так все получилось, — у Тони сводит челюсть от улыбки, но он предпочел смотреть на мальчика, чем на это творенье, от которого глаза кровоточат.       Все было кривое, отдавало синевой и если бы Тони его не остановил, то пацан прожег бы металл. Но все ведь бывает впервый раз, так?       Когда сам Старк взял впервые в руки этот аппарат, все было не лучше. Одно отличие, Говард не потрудился даже сгладить концы. Он так и сказал, что плохо, и Тони обиделся. Нет, сказал-то он по нормальному, без претензий каких или унижений. Просто сказал, что так быть не должно, но Тони, для которого отец, разве что луну над небосводом не держал, был в ярости.       Сейчас и не пойми на что. Хотя, оно и к лучшему было наверное. Младший Старк проводил каждую свободную секунду, оттачивая мастерство, до тех самых пор, пока не получил удволетворительный отцовский кивок.       А вот Тони так не может. Просто не может и все. Если для Говарда он был мешком из мяса, костей и мозгов, то Питер для него, как из хрусталя. Не сможет он его так обидеть, даже если оно и пойдет ему на пользу. И без этого научится. — Знаешь, ты похож на русскую овчарку? — вдруг говорит Тони, когда Питер снимает маску и смахивает с лица свои волосы. — Что? - Волосы, спрашиваю, не мешают? - он берет одну прядь указательным и среднем пальцем и поднимает над лбом. Питер комично-хмуро, скашивает глаза вверх. — Или ты отращиваешь? — Не отращиваю, — уже привычно бурчит подросток, "забирая" свои драгоценные пряди обратно и заправляя их за уши. - Хорошо, тогда поставим галочку сходить к парехмахеру. И чего вчера не сказал? В центре же были. - Тони прибирает за собой и за Питером. Складывает все по местам, по полочкам.       Мальчик сидит на столе, нервно махая ногами, неуверенно прикусив губу. — А вы... — Что я? — так и не раслышав продолжение Тони оборачивается и натыкается на совсем растерянное и неуверенное выражение лица. — Ну, так? — Вы стричь не умеете? — Тони удивленно моргнул.       Это было странно, но он почему-то почувствовал подвох. Зачем шуганому и недоверчевому Питеру, просить его крутиться вокруг себя с ножницами? — Я не барбер, — замечает Тони, накручивая на локоть длинный провод. — Так мне и не нужен, — вторит ему Питер.       Это немного странно для них обоих, но Тони соглашается.

***

      Питер вообще без понятия, с какого он попросил Старка подстричь его. На даный момент он, опять же непонятно зачем, вытирает зеркало и подготавлявает место в ванной для предстоящей стрижки.       Оно ему надо было, а?       Питер, с унылым вздохом уперается руками по обе стороны от раковины и смотрит на отражение. Ну, патлы и патлы. Мешают и мешают, он уже привык. Так и зачем?       Перед новыми одноклассниками что ли? Типа, первое впечатление и все дела. Да, нет. Зачем произодить первое впечатление перед теми, с кем не собираешься общаться?       Может... Может, дело в Старке? Попытка ему понравится?       Да, нет-нет. Стоп, куда?       Он уже прошел стадию сиротливого детства, когда тебе надо понравиться новым маме и папе. Не щенок же он за витриной, ей Богу. — Готов? — Старк спокойно зашел, с покрывалом, ножницами, расческой, и машинкой для стрижки, в руках. - Да.       Тони обернул вокруг его шеи покрывало и спокойно начачал. Было тихо. Совсем-совсем. Только приятно цоканье ножниц разрезало тишину вокруг.       Это было не напряженно, совсем нет. Тони спокойно работал, а Питер даже не смотрел. Просто уставился в пол. Хотя, иногда мужчина посматривал на мальчика сквозь зеркало, отслеживая его реакцию на что-то, но так ее почему-то и не находил.       Заработала машинка. И у Питера по спине прошибло током. Он кажется понял, зачем попросил Старка подстричь его. — Все впорядке? — немного напряженно интерисуется тот, так и не решившись начать. Питер знал, что он следит за ним сквозь отражение и умело прятал глаза. — Д-да, все нормально.       "Просто раньше этим занимался Бен." — Детка, у тебя волосы растут быстрее, чем я успеваю их стричь, чем кормит тебя твоя тетя и почему она не кормит этим меня? - Питер, завернутый в гиганскую простынь, дрыгает под ней ногами и хихикает, когда Бен шикает, потому что он вертится, просит посидеть спокойно, ведь он почти закончил. — Все, я закончил. Добби свободен, — машинка перестает жужать и Питер, с непреодолимым комом в горле, выныривает в реальность. Он смотрит в зеркало, и снова вместо его дяди, стоит кто-то другой. — Эй? Как тебе? — больше для привлечения внимания, чем для оценки своей работы спрашивает мужчина.       Он знает, что поработал хорошо. Не потому, что в душе он скрытый барбер от Бога, а просто потому, что Тони Старк, один из тех людей, кто может сделать все что угодно, на столько ровно, что доведет до вас до перфекционистического мини-инсульта. — Да, спасибо, — запоздало отвечает Питер надрывным шепотом. Отвечает, будто он вне пространства. Будто он не тут. — Эй, ты впорядке? Не нравится? — Тони немного обеспокоиный оставляет сборку вещей и подходит, к почему-то растроенному Питеру. Вроде нормальная прическа. Длина убрана, затылок и виски подстрижены, объем оставлен и немного небрежно расыпан по голове. — Нет-нет, все идеально, — неубедительно выдавливает он, но не потому, что стрижка не понравилась. Очень, очень даже понравилась... — Да, чего же ты. Ты... Ты не хотел стричься? Так сказать надо было, чего меня послушал... Ладно тебе, волосы же отрастут... — немного паникующий Тони, из-за уверености, что надавил на ребенка и заставил его делать то, что он не хочет, как-то автоматически потянулся к нему и резко замолк.       Потому что Питер сделал то, что Тони ожидал от него в самую последную очередь. Мальчик прильнул щекой к его ладони, накрывая тыльную сторону своей рукой. — Хэй... — совсем растеряным шепотом протягивает Тони, чувствуя, как внутри все натянулось. Госпади, только бы не спугнуть.       Питер, совсем доверчево прикрывает глаза, впервые отвечая на ласку. Впервые, позволяя себе ее получить. Тони, трепеща, второй рукой, прикосновением-перышком, поглаживает скулу и открытую челюсть большим пальцем. Еле дыша. Так сильно боясь потерять эту связь. Боясь предположений, догадок или хотя бы ощущений незримой победы, которую он с таким трудом добивался.       И... Скорее всего не зря. Ведь некоторые вещи совершенно не такие какими кажутся. Ведь в голову к человеку, все таки не залезешь.       Ну, почему? Почему, это не Бен? Будь Беном, прошу. Пожалуйста-пожалуйста, вернись. Я тебя умоляю...       Скорбь, достаточно странная штука. Она не всегда приходит когда ты ее ожидаешь, и никогда по настоящему не кончается. — Ребенок? — это все чуть-чуть странно на самом деле и Тони на 100% уверен, что Питер откроет глаза, наполненые слезами неизвестно каких чувств. Ведь на ментальном уровне он то понимает, что дело не в стрижке. В чем-то глубоком, больном, страшном. Но в чем? И сможет ли он с этим разобраться.        Ведь он... Он такой бесполезный, когда дело касается чужих чувств, как оказалось. Тони всегда всех умнее, все всегда знает, читает людские души и даже думая что в чем-то не разбирается, на самом деле разбирается в этом. А сейчас все такое сложное и непонятное, и, кстати, благодаря Питеру. Мальчик же сотрудничать не спешит, а? — Ты... Ты впорядке? — Тони знает насколько это тупой вопрос, но когда Питер открывает полностью сухие глаза, при этом выглядя до боли несчастным и разочарованным, Тони больше не находит, что сказать. Ему было бы легче, если бы мальчик разревелся, ведь это он хотя бы предвидел. Но все что Питер делает это сухо кивает смотря вниз, и кажется не реагирует на прикосновения. Не потому что он резко их полюбил, а кажется просто потому что ему уже все равно. — Ты расскажешь мне почему так растроился? — Тони осторожно и не настойчиво держит острое лицо в своих лапах.       Питер отрицательно качает головой. Все еще не смотрит. Не хочет. Он слишком несчастно себя чувствует и ему стыдно. — Посмотри на меня. — Просит Тони, но не предпринимает попыток поднять его голову. Только ждет, когда Пит сделает это сам. И он делает.        Смотрит. В глаза. Немного оценивающе. Пусто. Тоскливо. Совсем по серому. От такого, сам начинаешь чувствовать себя, словно под дождем. — Я не заставляю, ты только... попытайся, — старается Тони немного кривясь, но как-то заранее чувствуя провал. — Это же я. — почти не слышно шепчит, пытаясь придать этому значение. Ведь оно должно быть, так? Ведь, если нет... То какой тогда смысл во всем, что он делает?       В том-то и дело, что ты.Мне нужен кое-кто другой. Кто-то с такими же грубыми и шершавыми руками. Кто-то, кто так же на меня смотрел. Кто-то, по кому я так сильно соскучился... И Боже, как же сильно ты на него похож, но ты не он. — Я в порядке, — Питер достаточно уныло и сам чувствует, как эта фраза бьет заезженной пластинкой, и как-то систематически он повторяет гримассу Тони - реакцию на эту фразу, но все же добавляет. — Просто... Кое-что вспомнил. — И что же? — На самом деле, кое-что хорошее, — все совсем не вязалось. Не соответствовало. Если хорошее, то почему мальчик выглядел словно на похоронах? Тони просто не мог перестать чувствовать провал и уныние. — Мне расскажешь? — внезапно он чувствует порыв сказать "да", и желание тоже имеется. И, наверное, все дело в том, как Старк возвышается над ним, доминирует... Но как-то совсем-совсем не давит. Только по родительски держит руку на затылочной части шеи и приглаживает большим пальцем взъерошенную бровь. И он впервые чувствует, облегчение от предстоящего — от того, что можно с кем-то поговорить и все-все рассказать. Питер все эти годы и не подозревал сколько чувств в нем скопилось и что лишь одна мысль, о том, чтобы с ними поделиться принесет покой. — Нет, не думаю. — он видит, как со слишком очевидной досадой Мистер Старк поджимает губы и чувствует, такое знакомое сосущее чувство, под ложечкой. Он не тот ребенок, которого заслуживает нормальный родитель. И, кажется, что его опекун начинает это понимать.

***

      Тони окончательно забил на идею провести выходные вместе. С Питером они разошлись, как в море корабли, как оказалось, он не такой спец в чувствах и эмоциях. Он умел манипулировать людьми, предугадывать их действия и просчитывать все на перед, но видимо эта сфера деятельности оказалась для него далека. Механик чувствовал себя достаточно беспомощным и бесполезным, хотя не то чтобы вины Питера в этом не было. Завтра они отправятся к человеку, который разбирается в этом деле во много лучше него самого и тогда, может быть, все как-то наладится. А пока Тони забьет себе голову сложными и важными вещами, которые требую полного его внимания.       Питер от Старка не далеко ушел. Он скрылся в свой комнате и впервые почувствовал, что ему по настоящему нечем заняться. Пит пошнырял по комнате, собрал новый рюкзак на завтра, повесил на вешалку одежду, в которую собрался облачиться, запихнул свою старую сумку в глубь шкафа, ну, потому что она никак не вписывалась в интерьер его комнаты.       Когда он бросил сумку, из нее вывалился один комикс. Он достал их все и обнаружил себя стоящим посреди пустой комнаты, уставившись на ровную стопку комиксов. Питер нерешительно прикусил губу, воровато бегая глазами. Вообще-то на книжной полке они бы смотрелись гораздо лучше, чем внутри его трепанной сумки.       С чувством какой-то неправильности он расставил их в только ему известном порядке. Это же ничего не значит, да? Он не собирается обустраивать комнату или что-то в этом роде, просто так намного удобнее. Да, ради Бога, это просто комиксы.       После через некоторое время безделья и скуки, Питер рухнул на кровать звездочкой, вот теперь-то заняться точно было нечем. Дело уж дошло до того, что он хотел пошататься по Башне, возможно даже зайти на какие-то этажи, Старк что-то там болтал про игровую... Но одна мысль о том, чтобы встретить Мистера Старка где-то на полпути, вызывала в нем чувство неловкости и пустоту.       Он уже очень давно не чувствовал такую ярую тоску по дяде. Не позволял себе чувствовать, не было времени... А сейчас, сейчас кроме как этим, и заняться больше нечем было. - Черт... - ленивой рукой мальчишка достает телефон-раскладушку и чертыхается. Ноль по уведомлениям. Никакой работы, совсем.       Я нашел тебе замену в тот же день, как ты пропал. Стоит учесть, совершеннолетнюю замену, с которой у меня куда меньше проблем...       Если Змей ему не позвонит, если выгонит... Это конец. Просто полная катастрофа. — Питер, босс зовет ужинать, — мальчишка подпрыгивает на месте, нервно сжимая телефон. — Да, я иду. — мальчик прячет гаджет под подушку, с тяжелым осознанием на сердце, на что ему придется пойти, если смс так и не придет.

***

      Ужин был, как и всегда превосходным, горячее какао грело горло и душу, а на десерт его ждало смузи, фрукты и шоколад. К такому и горазд привыкнуть, а? — Ты подготовился к школе? Сегодня надо лечь пораньше, — Тони с деловитым видом листал что-то в своем планшете почти не отвлекаясь на еду. — Да, я собрал рюкзак и подготовил вещи. — Хорошо. Ты помнишь, что завтра у нас не только школа? Я заберу тебя завтра после и поедем, — Когда никакой реакции не последовало, Тони отложил планшет, чтобы увидеть понурого Питера колупающегося в своей тарелке. — Малыш, мы же это обсудили. — Это Вы обсуждали, — бурчит он под нос, но Тони слышит. Мужчина тяжело трет висок и подавляет порыв побиться головой об стол. Пит почувствовал легкий укол вины, за то что причиняет еще и душевный дискомфорт этому человеку, но это дерьмо не он придумал. — Питер, я знаю что ты не веришь или не хочешь мне верить, но я только пытаюсь тебе помочь, все о чем я тебя прошу немного... пропустить меня, — Пит опускает голову, ерзает и ломает под столом костяшки пальцев и жуя нижнюю губу. Это как раз то, что он пытается не делать. — Эй, глянь на меня, — Тони пересаживается, по ближе к ребенку и мягко забрал одну его руку в свою. Он знает что давить плохо, но мальчик сегодня уязвимый, как никогда прежде и он этим пользуется. — Я-я... Я тебя не подведу. Обещаю, — после таких слов Питер смотрит на него широко и страшно, с открытой на распашку обглоданной душой, чувствуя дрожь в солнечном сплетении. Тони аж дурно.       Подросток знал, что сегодня у него нет шанса. Может быть в любой другой день, но сегодня... — Хорошо.       Тони тупо моргает, не веря в услышанное. — Хорошо? — Хорошо, — Старк не знает, что чувствовать по такому поводу. Это было слишком неожиданно, но он тянет мальчика на себя, не чувствуя ни капли радости или правильности. Что-то в этом было не так. Просто возможно излучаемой Питером боли, слишком много.       Питер тоже не особо понял, что он сделал. Что-то внутри, то что он так долго прятал, подало голос раньше, чем он смог бы его заткнуть. Прижимаемый к чужому плечу он не знал, что чувствовать. Может быть единственное правильное — это перестать бороться? Тони легонько и совершенно неловко гладит его по голове. Питер закрывает глаза. Есть ли вероятность, что на этот раз все будет хорошо?

***

Питер лежит на койке, глядя в потолок. Гараж был старым и таким, каким он его всегда помнил, ну или так ему казалось — Подашь мне отвертку?       Питер легко встает и подает прошенное. Бен с каким-то знакомым сосредоточенным видом копается в настенных часах с кукушкой, но видимо все никак не починит. — Мне кажется, дело в пружине, попробуй натянуть, — говорит Питер садясь рядом. Бен все делает и часы работают. — Ты всегда был умнее меня, — усмехается Бен и поворачивается к своему повзрослевшему племяннику. — Я скучаю по тебе, — выдает Питер. Бен задумчиво смотрит на него склонив голову, словно он был интересной задачкой. — С чего бы это интересно? По моему твой новый отец дает тебе все необходимое, — Бен отворачивается от него, снова завозившись с часами. — Ч-что... Что ты такое говоришь? — Питер не чувствует слез, но почему-то знает, что они наполняют его глаза. — Не говори так, пожалуйста, — умоляет он, чувствуя, как страдания переполняют его. — Т-ты мой единственный отец. Мне больше никто не нужен. — Питер садится перед ним на пол, схватившись одной рукой за локоть, а второй за штанину брюк. — Бен! — зовет, когда дядя никак на него не реагирует. — Кого ты пытаешься обмануть Питер? Я может не такой умный, как ты, но как-то еще могу понять, когда меня пытаются заменить. — Мальчик задыхается не находя слов. Это правда? Он хочет заменить Бена Мистером Старком? — Нет, клянусь нет, это все не так, — лицо Бена перекашивает от злости. — Не смей мне лгать, маленькая неблагодарная дрянь, — не в силах остановить рыдания он вжимается головой в бедро дяди в поисках утешения. По какой-то непонятной причине он не видел странностей или не соответствий. Его дядя никогда так не разговаривал, такие слова никогда не слетали сего уст. Эти слова принадлежали другому человеку, но Питер этого совершенно не замечал. — Я давал тебе все что у меня было. Я умер, потому что тебе приспичило сходить в кино, а ты продался за новые шмотки и другие дорогие вещи, которые тебе может предоставить новый богатый папочка. — Прости меня, пожалуйста прости. Я-я так больше-ше н-не буду, только прос-сти меня. Я хочу только к тебе... к тебе и Мэй, — заикаясь на каждом слове, прорыдал он. Бен мягко поднимает его голову и вытирает с щек слезы. Шмыгая носом, Питер прижимает грубую ладонь к своей щеке двумя руками, боясь, что Бен заберет ее. — Уже поздно, — спокойно изрекает он, будто не замечая, как его племяннику плохо. — Ч-что? — непчет Питер одними губами, предчувствуя что-то страшное. — Ты сделал свой выбор... Хотя, наверное стоит тебе напомнить, что произошло, когда ты сделал подобное, — до того, как Питер смог бы понять о чем он говорит, сзади, на его плечо ложится тяжелая рука. Чувствуя себя совершенно крошечным, Питер оборачивается и видит, как перед ним возвышается его худший кошмар. — НЕТ! — с жаром кричит он, сильнее сжимая руку дяди, хотя сильнее уже было некуда. — Пойдем мальчик, если будешь послушным больно не будет, — слышит он словно из далека фразу прошлого. — Н-нет, нет Бен пожалуйста, не отдавай меня, пожалуйста... Нет, нет, — Бен досадливо поджимает губы, даже не предпринимая попытки вырвать своего племянника из рук чудовища.       Тем временем Мистер Лойд утягивал его за воротник, казалось что любое питеревское сопротивление его не трогает. Он утягивал мальчика в его старую комнату, в которую так любил заходить по ночам. — БЕН! БЕН! — Надрываясь звал Питер. Вытянув руку дяди на максимум он почувствовал, как она выскальзывала. Бен не пытался ее вырвать и не пытался его держать. Когда кончики пальцев соскользнули с друг друга, Бен просто наблюдал, как его утягивают в темноту.       Вот и поделом ему .