Ноябрь, который изменил его жизнь 2

« Кажется, я действительно сошёл с ума, раз говорю такие речи, но в этом нет моей вины. Да и Антон здесь никак не может быть виноват. Возможно, подбуханное состояние сейчас действует сильнее, чем моё «я», но это просто пришло и взяло то, что я так хотел. Хочу. И буду хотеть. Даже на пенсии. Хотя, думаю, я до неё не доживу. – Ты мне нравишься...       Бывает, когда устаю от мыслей и людей, от наших с Белым воспоминаний, то убеждаю себя в обратном. Гуляю и повторяю, как мантру, что он мне не нравится, что ему не нравлюсь я, пытаюсь посмотреть правде в глаза, заставить своё упрямство сдаться, и на пару часов это дерьмо отпускает, но после накатывает с двойной силой. – Я помню об этом.       Ещё бы ты не помнил, я ведь сказал это раз шестьсот.       Странно, но в голову пришёл момент, когда мы с моей первой девушкой расставались, допустим, её звали Олей. И произошло это из-за меня. Ну как. Тогда мне впервые понравился мальчик, это был класс восьмой, и зачем-то, я поделился этим со своим другом, которому нравилась Оля. Соответственно, через пару дней мы уже стояли под школьной лестницей, и я выслушивал претензии. Сперва, подумал, что буду отрицать сам факт влюблённости, потому что не был до конца в нём уверен, но, это было не лучшее моё решение, всё же рассказал. «Этот придурок?? Да он же встречается со всеми подряд, он не будет тебя любить!! А я люблю тебя, Максим!» – крикнула она, на что я лишь ответил, что помню об этом. Но она мне правда нравилась. По-моему. – Но всё ещё не могу сказать тебе то же самое. – Что?.. – это выглядело, как немой крик. – Как не хотел с тобой связываться, так и до сих пор не хочу, хотя бы просто потому, что ты нереально нелепый, что в действиях, что на словах. К тому же, столько лишнего шума создаёшь, да и раздражаешь до жути. Я ещё никогда настолько не старался избегать всё связанное с человеком, но ты, смотрю, наоборот, только сильнее липнешь. Разве минус на плюс не даёт минус? – *Извините?* – Тебя мама в детстве не учила, что к злым дядям подходить нельзя? Если нет, то друзья твои не раз предупреждали, а тотальный игнор в плюс не идёт. Поэтому, в конечном счете, я всё равно получил два минуса, переходящие в плюс, и для меня это отвратительно. [Понимаю, зайчик, я тоже постоянно в пизде/ Автор] – Да какие предупреждения? Никто так и не потрудился объяснить, почему нельзя к тебе подходить!! Аршавинские: "Ой, он у нас со странностями! У него мания величия! Избегай его! Фу-фу-фу, но так-то он парень хороший"? Катя загадками что-то про подкаты говорит, а сегодня Лёха вообще с ревностью ко мне пристал: "Не трогай сейчас Антона, но лучше, чтобы ты вообще не трогал его!" И это ты считаешь предупреждениями? – Да, типа того. – Ну, простите, что я такой тупой! Простите, что влюбился в Ваше Высочество с первого взгляда! Простите, что целоваться без конца лезу!! Простите, блять, что думать о тебе не могу перестать! – я старался не закричать – Чего только не навыдумываю, пока засыпаю. Если бы я только мог избавиться от всей этой параши в голове! Я пытался, правда пытался, но ничего не выходит. Ничего! Создал себе образ идеального парня, весь такой нереально красивый, голос до мурашек доводит, высокий, волосы классные, они у концов рыжие, да? Пизда. Глаза у тебя такие завораживающие, каждый раз в них теряюсь, если ты вдруг не понял, поэтому и боюсь смотреть, но всё равно продолжаю. Все говорят, что ты не такой, каким я себе нафантазировал, что ты хуже, а я как не верил, так и не верю. Знаешь, как я тебя однажды назвал? Парнем моей мечты. Моей! Мечты! А мы ведь видели друг друга всего три раза!! Но самое ужасное произошло, когда ты заговорил тогда, на улице. Я влюбился, а ты, оказывается, связываться со мной не хотел даже. – глаза наполнились слезами, и они, как бешеные, покатились по щекам – Твою-то мать, вот ещё и реву, как девчонка, будто без этого не стыдно. – Как не хотел, так и не хочу. – Да какая разница!? Смысла это не меняет! – Меняет. – В смыс... – Эй, чуваки-и-и! – «Влад, блять!!!!» – Выйди и закрой дверь с той стороны! – чуть ли не прорычал Белый, не отводя от меня взгляда – Эм... я понял... – Шереметьев, думаю, прежде чем зайти, отныне будет стучаться. Пока ему не откроют сами. – И что это было? – Внезапно поорать захотелось, а что, у тебя с этим проблемы? – Никаких. Абсолютно. – Вот и славно. – Антон вздохнул – Не стоило меня посвящать во всю эту тираду собственных мыслей, она мне не нужна. – Но теперь она есть, и тебе придётся с ней жить. – я шмыгнул – Снова реветь собрался? – Нет.. – «Да!» – Я же вижу – Чё ты видишь? – пришлось отвернуться – О, ты серьёзно? – Я не реву! – «Реву» – Прекрати сопли разводить, я в них уже по уши – Не ври, не так уж и часто я реву! – «В основном, когда ты рядом. А, ну да.» – Я не только про тебя говорю. Думаешь, никто, из этих даунов, не высказывает проблемы свои насущные? Один Аршавин чего стоит. – Он умеет реветь? – Хах, это тебе лучше у его... – Антон замолчал, а я обернулся – У его лучшего друга спроси. – такой ухмылкой и убить можно – Пускай сами между собой разбираются, я не буду лезть – я вздохнул – Вот, Антон, ответь мне на один вопрос. Только честно, безо всяких шуточек.. – меня прервали – Без них нереально. – Ладно. Просто честно ответь на один вопрос. – собрав всё, что от меня осталось, я повернулся и посмотрел на Белого – Кем тебе приходится Мишин? – Никем. – И? – Что? – Антон сел на кресло – Это всё? – А есть что-то ещё? – Я же попросил честно ответить. В плане, я ждал развёрнутый ответ. – Он мне никем не приходится. Достаточно развёрнуто? – Блять, ты угараешь? – Немного доставляет, да. – он заметил, что я начинаю беситься, и решил продолжить – Зачем тебе это знать? – Хочу. – Чего? – Знать. – кто бы только знал, сколько сил я потратил на то, чтобы не сказать «тебя». – Что ты хочешь знать? – Встречался ли ты с этим Ромой. – Было дело. – Долго? – Нормально. [Где-то года два, но рассказывать про это я, конечно же, не буду./ Автор] – Ясно.. и что.. ну. Вы, ну.. – я покраснел – Раздражаешь. – Прости. – *Вдох, выдох..* [И мы опять играем в любимых, пропадем и тонем в нежности заливах. Эх, песня моей молодости./ Автор] – Вы, ну.. – *Подожди, а с каких таких пор ты начал стесняться?* – Ну, это.. До чего мы с тобой так и не дошли. – Да. [Пизда./ Автор] – Понятно. И вы больше не встречаетесь? – Нет. – Почему? – Я не буду отвечать. – Хорошо, не отвечай. – я помолчал – А твоя мама, она знакома с ним? – «Пока, бровь Антона.» – Значит, знакома. А она знала про вас? – Нет. – Правда? – я был невероятно поражён этим фактом. – То есть, она не в курсе того, что ты.. – Я ещё не ебу парней, окей, если ты собирался спросить это. Не смотри на меня так. – Значит, ты не гей, да? – Пизда. – Блять, Антон, завязывай. – На свою пидорскую сторону полностью не перетащишь. Не сможешь. – Я ещё не пытался! – Ага, и уже все твои попытки провалились. – Так, Белый! Не ёрничай мне тут! – Ого, а ты не так уж и глуп, вон какие слова знаешь. – Да, блять, Антон! – А, нет, я ошибся. – Антон!! Прекрати надо мной издеваться! – Почему ты вдруг заговорил про Рому? – «Всё ещё называешь его по имени, да?» – Ну... Просто мне никто не говорит про него, я и решил спросить – А почему тебе кто-то должен что-то говорить? – Он же делал то, что тебе не нравилось.. – И? Я уже говорил, что тебя это никоим образом не должно волновать. – А оно волнует! Я хоть и не море, но волнует, ясно тебе? – Да мне плевать. – Тебе же не нравилось то, что он делал, поэтому я и хочу знать! Так сложно рассказать или что? Может, ты развалишься? – Изнасиловал. Он. Меня. Изнасиловал. Хотя в его понимании, у этого есть другое название. – я не поверил своим ушам – После этого я запретил прикасаться к себе, из-за чего стали драться, ибо заниматься таким снова мне абсолютно не хотелось, а проверять «первый раз больно, потом нормально» тем более. И тем не менее, пришлось – Белый отвёл взгляд – Я так понимаю, что не раз. – Ты же хотел историю, дослушивай. – мой вопрос наглым образом проигнорировали – Я перестал ходить в футбольный клуб, сменил симку, нашёл новую работу и стал задерживаться допоздна, чтобы не пересечься ни с кем. Была физра, и не поверишь, троица друзей внезапно решила её посетить. Полгода не ходили, и тут снизошло. Они увидели синяки и так задрочили со своими расспросами, что пришлось рассказывать историю "нашей любви". Тебе, надеюсь, подробности не нужны? – Антон съязвил злее, чем обычно – Потом, несомненно, об этом узнал Ленёв, устроил махач, тогда эти четверо, собственно, и познакомились с Шереметьевым, который только что переехал. Удачно вышел за хлебом, называется. Думаю, рассказывать, кто, как и куда летал, тебе будет Аршавин, во всех красках, потому что в этом мракобесии моё присутствие не предполагалось. Зачем Рома пришёл в тот день, я без понятия, как-то, знаешь ли, не успел спросить. А когда ты рассказал, что он появлялся, Серый устроил новый махач. Теперь я шлюха с кучей ёбырей. Вот, узнал. Легче стало? [Такой пиздабол, я ебала. Сказки не хочешь начать писать?))))))/ Автор]       Я поражённо смотрел на Антона, наконец-то поняв причину его поведения. Да хрен с ней с причиной, я знал, что это из-за Мишина, но вот, что всё обстоит именно так.. никогда бы не подумал! Однако только что узнал. И что теперь делать? В плане, утешать уже поздно, потому что всё прошло и никак не помочь. Извиняться за то, что начал этот болезненный разговор, тоже поздно. Рассказывать о своём опыте не стоит, потому что мне было скорее приятно, чем больно. Я не знаю, что мне делать. – Прости, я не знал, что.. – Теперь знаешь. – Ты поэтому не хочешь со мной связываться? – опустив голову, продолжил – То есть, я не говорю, что могу сделать с тобой подобное. Ты всё равно сильнее меня, и это невозможно.. – Не поэтому. – А почему? – Из собственных соображений. – Но целоваться со мной они не мешают? – Я никогда не произнесу этого вслух. – А?? – я поднял голову и наклонил её в бок, вылупившись на Антона.»