Пять шагов в будущее

Сентябрь встретил Британию палящим солнцем. Казалось, погода забылась в счастье от победы над Волдемортом и продолжала радоваться и удивлять привыкших к серости англичан своей улыбкой. Гермиона выскочила из стены на платформе девять и три четверти всего за минуту до отправления поезда. Рон подхватил ее чемодан и припустил к закрывающимся дверям, Гарри схватил Джинни и Гермиону за локти и втолкнул в вагон, где их поймал Рональд, а затем втащил и тощего товарища в уже закрывающиеся двери. - Сладенького, ребята? – улыбающаяся продавщица с тележкой дружелюбно осмотрела ребят, сверкая ямочкой на подбородке. - Хочешь чего? – Рон нежно погладил Гермиону по коленке, которые та перекинула через его ноги. - Лягушек, - закивала девушка. – И котелков. И… - Я не миллионер, помнишь? – усмехнулся Уизли, вынимая из кармана сикли и кнаты и убирая с себя ее ноги. – Лягушек хватит? – поинтересовался он от тележки. - Да, да, - зарделась девушка, опуская взгляд. Джинни ей подмигнула, принимая от Гарри гору сладостей. - Тебе котелков, Гермиона? – спросил Гарри, возвращаясь к ведьминой тележке за второй порцией. - Все в порядке, Рон и так много взял, - гриффиндорка замотала головой, протягивая ладошку к своему бойфренду. На ее руку упала одна упаковка. Гермиона перевела взгляд на Рона. Тот уронил себе на колени яркие фантики сладостей, на ходу разворачивая один из них. Гарри рассыпал свою добычу по сиденью между ним и Джинни и пригласил друзей присоединиться. Гермиона скромно покачала кудряшками, а Рон с удовольствием скинул свои покупки в общую кучу и потянулся к следующей обертке. - Давай, Гермиона, - с набитым ртом позвал Рональд. – Тут и котелки твои есть. Девушка улыбнулась, когда Гарри призывно мотнул головой, указывая на угощение, и развернула лягушку. *** - Этот год станет для нас особенным, - вещала с директорского места Минерва МакГонагалл. – Первый учебный год после Великой Войны, первый год за последние… - Готов к речи? – прошептал Рон Гарри на ухо, следя за бегающим взглядом директрисы по залу. - Что? – ошарашенно повернулся к нему парень, но ответ пришел все от того же преподавательского стола: - Думаю, Гарри Поттеру есть что сказать! Зал взорвался аплодисментами. Гермиона окинула взглядом факультетские столы и приветственно помахала нескольким ребятам с Рейвенкло, скользнула взглядом дальше и на какую-то долю секунды ей показалось, что Драко Малфой пристально на нее смотрит, но когда девушка взглянула на него, слизеринец что-то говорил Блейзу Забини, рассматривая пустую тарелку перед собой. - Смотри на слизеринцев, - видимо, Джинни думала о том же, кивая на дальний стол. Гермиона пожала плечами. Гермиона слушала негромкий голос друга и удивлялась, как он не запинается, как ровно звучит его голос и как уверенно Гарри Поттер осматривает присутствующих, как в его глазах мелькают призраки войны, и как он торжественно провозгласил минуту молчания в честь павших. На глаза гриффиндорки навернулись слезы, и девушка закусила губу, чтобы не разрыдаться. Казалось, что Фред, Римус и Тонкс вдруг опустились на скамью рядом с ней и прикоснулись холодными ладонями к ее плечам. Девушка закрыла глаза и позволила слезе скатиться по щеке. - Но все они, - завершил молчание Гарри. – Все они с нами, вот здесь, - и он ударил себя кулаком в левую часть груди. – Они всегда будут оберегать нас. Их смерть не была напрасной, ни одного из них! Гермиона бросила взгляд на Рона, сидящего напротив, и увидела, как его глаза тоже блестят от слез, и как мужественно он сжимает зубы, стараясь сохранить лицо. Джинни позади нее закрыла рот ладонью и давилась рыданиями, но встретившись взглядом с подругой, постаралась улыбнуться и вытереть влажные дорожки на щеках. - Фред бы гордился нами, - прошептала Гермиона, поглаживая девушку по плечу. - Я знаю, - едва слышно отозвалась Джинни и негромко всхлипнула. - Фред бы сказал, что Гарри говнюк, который заставил весь зал рыдать, вместо того, чтобы поскорее начать пир, - ввязался в разговор Рон, грустно улыбнувшись. Гермиона тоже улыбнулась и, смахнув слезу, снова оглядела зал. Студенты Рейвенкло улыбались, опустив глаза в столешницу. Хаффлпафцы плакали, уткнувшись друг другу в плечо, лишь немногие молодые люди сохраняли спокойствие, вслушиваясь в слова Гарри сквозь череду всхлипываний. Слизеринцы же сидели со скорбными лицами, не смея поднимать глаза от зеленой скатерти своего стола. - А теперь пир! – отправив Гарри на свое место, профессор МакГонагалл тепло улыбнулась студентам и взмахнула руками. На столах тотчас же появилась еда. Гермиона потянулась было к любимой жареной курочке, как вдруг ее живот издал странный звук и скрутился, будто выжимаемая мокрая тряпка. - Ой, - пролепетала она, прижав ладонь к животу и плотно сомкнула губы. - Что случилось? – обеспокоенно спросила Джинни. Но вдруг тошнота подлетела к самому горлу, и вместо ответа гриффиндорка стремительно поднялась на ноги и рванула что есть мочи из Большого зала. - Гермиона, а пудинг? – растерянно вопросил у пустоты Рон, держа в руке куриную ножку. Джинни раздраженно взглянула на брата и покачала головой. *** Драко Малфой думал, что его испепелят такими пристальными и ненавистными взглядами. Каждый считал своим долгом укоризненно пялиться на бывших Пожирателей, будто это могло что-то изменить. Ну, были они не правы, действовали под предводительством помешавшегося на власти психа, теперь-то что! Псих мертв, опасность больше не грозит, и чистота крови теперь не выставляется напоказ, как раньше. Чего они ждут? Что ПСы упадут на колени и будут молить о прощении? Спасибо, все лето проведя в Визенгамоте, сил никаких не осталось оправдываться. Если уж их Верховный суд Магической Британии признал невиновными, так что студентам теперь изощряться? Вели бы себя как всегда – просто игнорировали, да и хватит… Драко подпер голову рукой и рассматривал зал. То есть, он, конечно же, с интересом смотрел только на одну персону, на Грейнджер. Он надеялся, что она хотя бы раз последует его совету и не будет наедаться сладостей в поезде, из-за которых проваляется на больничной койке в первую ночь в замке. Ему показалось, что она действительно хорошо себя чувствует, что он наконец-то смог ее убедить, что его предупреждения всегда обоснованы, но едва еда появилась на столах, как гриффиндорка как ошпаренная вылетела из зала, прижимая руку ко рту. Господи, ну нельзя же быть такой упрямой! - Дура, - буркнул он себе под нос и занялся куском мяса в своей тарелке. - Что? – соседствующая с ним Астория Гринграсс взмахнула темными волосами. - Я не тебе, - отмахнулся Драко и отправил еду в рот. - А кому? – Астория нахмурила идеальные бровки и сжала пухлые губы в линию. - Приятного аппетита, - вежливо нахамил Малфой, даже не взглянув на свою девушку. - Это он мне, - хмыкнул Блейз, сидевший напротив, и подмигнул другу. Драко закатил глаза. Астория фыркнула и занялась листьями в своей тарелке. Интересно, она вообще что-то кроме этих скучных салатов ест? Хотя, признаться, Драко интересно не было. Ему вообще было все равно, что Астория делает вдали от него, чем интересуется, что ест, с кем общается. Она удовлетворяла его в постели – и этого оказалось достаточно, чтобы завести с ней отношения, появляться с ней на приемах и ее, и его родителей, и вежливо улыбаться на вопросы о свадьбе. Ни о какой любви у них и речи не шло – Гринграсс тоже его не любила. Драко, и только он, знал, что девушка влюблена в маггла, продающего газеты в киоске возле входа в Министерство магии, и они тайно встречаются несколько раз в неделю на каникулах, а во время учебы безустанно переписываются. Если бы чистокровная аристократичная семья Гринграсс узнала о ее романе, скандал был бы грандиозный, и хорошо, если бы Асторию после этого пустили хотя бы закончить седьмой курс школы чародейства и волшебства. А Драко служил ей отличным прикрытием – такой же чистокровка и аристократ из уважаемой семьи, умудрившейся не потерять статуса после Войны и даже умножив богатства в семейной ячейке в банке Грингготтс. А Драко не любил никого. Малфой предпочитал быть одиночкой, имеющий каждый вечер новую пассию, и несколько раз в месяц саму Асторию Гринграсс. Несмотря на ее «огромную» любовь к магглу, девушка не противилась регулярному сексу с аристократом на шелковых простынях и безразличному перекуру после сего действа. Она говорила: «Я люблю Джонни, но ты доводишь меня до оргазма». Он отвечал: «Не только тебя.» Она ухмылялась и поджигала следующую маггловскую сигарету волшебной палочкой. Эту привычку ей привил как раз тот маггловский выродок. Он сам купил ей первую пачку, которой Гринграсс поделилась с Драко, а после они стали самостоятельно обменивать галлеоны на фунты и покупать сигареты. Не имея маггловских удостоверений личности, молодые люди безупречно освоили «Конфундус», и не скупились использовать его при каждой покупке. Едва директор МакГонагалл позволила пиру окончиться, Драко поднялся на ноги. Астория поднялась следом. - Я прогуляюсь, - негромко произнес он, кротко целуя в мягкую тыльную сторону ладошки девушки и отделился от слизеринской компании.