Пять шагов в будущее

Астория Гринграсс зарычала, взвизгнула и швырнула в стену вазу с пошлыми красными розами. Вода оставила на краске некрасивый след, черепки цветочного горшка бисером осыпались на пол. Девушка сползла по стене на пол, обнимая себя за плечи и громко рыдая. - Тори? Слизеринка подняла злой взгляд на говорившего, но, узнав в нем всего лишь Блейза Забини, снова уткнулась в колени и издала еще один ультразвуковой писк. - Что с тобой? – полюбопытствовал юноша, приближаясь к ней. Несмотря на состояние знакомой, Блейз не выглядел сконфуженным или обеспокоенным. Он с интересом приблизился и склонил голову набок, как если бы перед ним оказался экспонат. Он повел глазами по хрупкой фигуре и заметил в тонких пальцах помятый плотный пергамент. Он осторожно схватился за свободный край письма, и, не встретив сопротивления со стороны бледных пальцев, выдернул его. В левом верхнем углу была позолотой выведена колибри – герб Гринграссов. Пергамент был исписан каллиграфическим косым почерком. Дочка, Решение о помолвке уже принято и согласовано как нами, твоими родителями, так и мистером и миссис Малфой. Ты не можешь просто отказаться, ссылаясь на ваши глупые ссоры. Как бы ты ни была обижена на своего мужчину, это все должно разрешиться до помолвки. Мы провели совещание касательно ваших отношений и пришли к единогласному выводу, что со временем вы научитесь находить компромиссы. Пожалуйста, отнесись к этому серьезно и помирись с Драко, если вы все еще в ссоре. С любовью и надеждой на твое благоразумие, Януарис и Домитилла Гринграсс - Так ты из-за этого? – Блейз усмехнулся, чем заслужил шипение от рыдающей подле Астории. Он бесстрашно протянул руку и поправил густые волосы девушки. Та дернула головой, как бы приказывая отстраниться. – Дурочка, еще столько всего поменяется. - Ты вообще читал, дубина? – сдавленно спросила она, поднимая опухшее лицо. – Они не передумают. И Малфои согласны. - Все, кроме младшего, - уточнил Забини, еще раз пробегаясь глазами по строчкам. – А когда Драко чего-то не хочет, он этого не делает. - Его родители дали согласие, - снова запричитала Астория, непривлекательно искривляя губы и морщась. Следующие слова были выдавлены вместе с рыданиями: - А нас никто слушать не бу-удет! И она снова уронила голову на колени, громко воя. - А где виновник, кстати? – вдруг спросил Блейз, начиная оглядываться, будто ожидая увидеть Малфоя за спиной. - Ты же знаешь, - голос слизеринки звучал глухо. – Он там… с этой. - Неужели ты ревнуешь? – Забини хитро улыбнулся и сощурил глаза. Голубые льдинки, казалось, прожгли его насквозь. - Нет, - огрызнулась девушка. – Просто меня тут родственники проблемами заваливают, а он там прохлаждается с этой лохматой гриффиндоркой. - Не думаю, что он получает удовольствие от общения с Грейнджер, - задумчиво возразил Блейз. Астория закатила глаза и поднялась с пола. - Так или иначе, - произнесла она, отряхивая юбку. – Я не собираюсь сидеть тут и сама все расхлебывать. Напишу родителям, что он против свадьбы и сбежал. - Ты ведь подставишь его, - Блейз остался сидеть на корточках и теперь взирал на Гринграсс снизу вверх. – Он станет позором для чистокровной знати, а семья будет вправе от него отказаться, и Люциус Малфой не побрезгует этим воспользоваться. - Ну, стоило подумать до того, как бросать меня, - зло выплюнула девушка и покинула гостиную, оставив Забини в полнейшем замешательстве. * - Мистер Поттер, задержитесь, - после звона колокола произнесла профессор МакГонагалл, не отрываясь от раскладывания бумаг на столе. Гарри переглянулся с Джинни, выпустил ее ладонь и ободряюще улыбнулся. Дождавшись, когда последний студент покинет кабинет траснфигурации, профессор, наконец, оставила пергаменты в покое и подняла взгляд суровых глаз на Гарри. - Мистер Поттер, мисс Грейнджер не объявляется на уроках уже вторую неделю. В лазарете ее нет, об отъезде не оповещала, так что… - Профессор МакГонагалл, - непочтительно перебив женщину, заговорил Гарри. МакГонагалл холодно приподняла брови, не одобряя его поведения, но промолчала. – Я знаю, где Гермиона, но не могу вам сказать. Простите. Могу лишь сказать, что она будет отсутствовать достаточно длительное время, но сколько точно – я не знаю. - С ней все в порядке? – после глубокого вдоха спросила она. Гарри опустил глаза, а самого терзала совесть. Его лучшая подруга пропала, но обратила на это внимание не Джинни или Рон, а Астория Гринграсс, да и та заметила только потому что Драко тоже пропал. Блейз Забини, как ни странно, обеспокоился пропажей обоих студентов, и изо всех сил шерстил книги («вместо Гермионы», - периодически проводил параллель Гарри), и по утрам бросал исписанные крупным ровным почерком пергаменты возле тарелки гриффиндорца, и сразу же уходил к своему факультету. Астория мрачно поглядывала на них со своего места в Большом зале и иногда вопросительно поднимала брови, когда они сталкивались в коридоре. Гарри качал головой, не сбавляя темпа, и они расходились, как в море корабли, будто и не было этого немого диалога. Джинни тщательно перекопала все вещи Гермионы, которые та оставила в общей спальне, но ничего примечательного не обнаружила, кроме пропажи легендарной бисерной сумочки. Рон же стал чернее тучи и абсолютно не участвовал в поисках девушки. На предложения Гарри тоже покопаться в воспоминаниях Снейпа, чтобы скопировать рецепт порт-ключа и, вероятно, узнать что-то еще, он мрачно отказывался, закидывал на плечо метлу и до наступления темноты не появлялся. Гарри его не винил. Он понимал, что известие о том, что Гермиона отправилась в прошлое с Малфоем, не добавляло радости никому из них. И если сам Гарри искренне переживал за девушку, то Рона терзала ревность, на почве которой рождалась злость. - Мы надеемся.