Холодное сияние

      Комната была залита полумраком. Высокий темноволосый юноша сладко спал на своей кровати, тихо похрапывая и наслаждаясь своим сном. Такие редкие выходные дарили ему желанную возможность выспаться и отдохнуть от изнуряющей работы. Парень совсем не мог подумать о том, что блаженство будет с ним ещё недолго.       Мягкий свет проникал в окно. Солнце только-только показалось на горизонте, но младший негодник уже не спал.       — Братик! Вставай, вставай! — маленький мальчик лет шести прыгал у кровати своего старшего брата. — Ты обещал пойти со мной и показать мне, как сражаться с мечом! По-настоящему, как воин!       Старший брат тихо простонал. Отвернувшись от мальчишки, тот положил подушку на свою голову, надеясь, что младший уйдёт и забудет о нём. И даст, наконец-таки, хорошенько поспать. Ах, как же ему не хватает этих бесценных нескольких дополнительных часов сна!.. с такой семьёй и не поспишь вовсе!       — Зак, ты обещал, обещал! — Всё ныл младший, и, казалось, начал уже всхлипывать от обиды. Его голос стал более требовательным и истеричным. Эти эгоистичные дети… Чуть что не так, как они пожелают — так сразу в слёзы! Ну, где это видано?! Заку казалось, что в детстве он был куда спокойнее… да и мама говорила, что Кит по сравнению с Заком в детстве словно небо и земля.       — Сейчас, сейчас… и зачем ты так рано проснулся?! Солнце ещё не встало… у-у-у, маленький негодник… — Зак попытался подняться, чтобы хотя бы прогнать мелкого, но его попытки не увенчались успехом. Он был слишком сонный и уставший. Просто лежать с закрытыми глазами на нагретой его собственным телом кровати сейчас казалось Заку райским наслаждением. Конечно, маленькому ребенку не понять бренности старших… Дом, работа, дом, работа… Даже нет времени, чтобы погулять с красивыми девочками! Столько завидных женихов в его строе просто чахнут!       Маленький Кит, обрадовавшись, что брат сейчас с ним потренируется, побежал в свою комнату за маленьким деревянным мечом, который для него сделал отец. Он был уверен в том, что братец научит его таким приемам, что остальные мальчишки просто язык проглотят от зависти!       В своём воображении он выглядел героем целой эпохи: размахивая мечом, словно тот был продолжением его руки, Кит спасал прекрасных девиц из лап негодников и подлецов, был всеобщим любимчиком и настоящим красавцем…       Ни Зак, ни Кит не могли подумать, что этот короткий утренний диалог будет последним в их жизни. Спустя буквально пару секунд, когда малыш выхватил свой меч и собрался идти обратно к брату, в его глазах потемнело. Он упал, не сумев сделать и пары шагов. Его брат, так и не проснувшись толком, уже не сможет открыть своих глаз с тем самым уставшим взглядом, которым он всегда одаривал слишком энергичного Кита, и никогда не вспомнит о том, что обещал своему младшему родственнику показать пару боевых приемов. Ни мать, ни отец больше никогда не увидят своих мальчиков. Никто даже не предполагал, что подобное может случиться.       Множество молний, словно последний звон для этого мира, разразили всё вокруг. Они ударили одновременно, и земля содрогнулась под их напором. Абсолютно всё застыло — растения, ветер, животные. Люди больше не спешили никуда. Некоторые так и не успели проснуться. И никто из них никогда не поймёт, что же всё-таки произошло. За этим всем наблюдал разве что наш великий создатель, Нотч, но он не вмешался. Может, это было одной из его идей? Такой страшный судный день…       Застывший мир посерел. Чьи-то глухие шаги разрывали эту пелену тишины, заставляя траву гнуться под напором веса и никогда больше не принимать вертикальное положение. Ведь вся живность, соприкасаясь с ним, тут же погибала.       Да. Наверное, таков был Сатана для этого мира. Он нёс сущее разрушение, и никогда не чувствовал ничего положительного. Когда-то давно брат предлагал ему помочь развивать этот мир. Но разве разруха не является идеальным способом двигаться дальше? И что, если кто-то погибнет. Сотни, тысячи, десятки тысяч… это ведь всего лишь созданные его братом игрушки. Выжившие запишут это как «наказание господне». Ох, а ведь братец ими дорожит?       Разрушителю нет до этого дела. Ведь он есть Хаос. Смерть. Наказание.       И что же он хотел показать этим представлением? Хах. Профилактическое наказание для определённо провинившихся людей. Они вечно делают такое, что Херобрин просто не понимает, как его брат всё ещё продолжает их любить. Последняя война, которую он увидел, стала просто решающей каплей в кувшине его терпения. Он сам захотел вмешаться. Но его наказания жестоки. Убить всех? Как банально. Создать ужасную болезнь, из-за которой все будут страдать? Через это уже проходили.       Войны. Люди сами заставляют себя страдать. В то время, как его брат великодушно дал им возможность созидать… создать свой мир, построить своё будущее… Эти глупцы тратят время на раздор и войны. Убийства, насилие, воровство… Скорее всего, созерцая именно такой пример, Херобрин и не захотел создавать свой мир. Роль Хаоса его вполне устраивала. Он чувствовал себя… чувствовал ли? Жалкое удовлетворение физиологических потребностей ему не нужно. Он не человек. Он, словно божество, отделился от природы. А люди, как маргиналы, не могут понять, кто они есть. Ни то животные, ни то божества… Никогда не знаешь, что они выберут. Это так забавно.       — Брат. — Внезапно тихо раздалось сзади. Херобрин даже не дрогнул. Он обернулся, смотря на обратившегося. Нотч молчал. В его взгляде читалось недовольство, даже ярость и легкая усталость… глаза. Взгляд чёрных точек, которые окружает разных цветов радужка… Это лишь пережитки прошлого, оставшиеся для слабаков. Как мерзко осознавать, что кто-то может, лишь взглянув в твои глаза, узнать всё.       Брат постоянно смотрел на него таким недовольным взглядом.       — Ты что-то хочешь сказать? Не таи. Ты знаешь, как я не люблю, когда ты так смотришь на меня. — Голос у младшего был более грубый. Он говорил однотонно, словно совсем ничего не испытывал.       Но Нотч молчал. Отведя взгляд, он осмотрел природу, которая замерла. Старший брат, Созидатель, не знал, что задумал Хаос. Почему появился так внезапно, напомнил о своём существовании спустя столько лет. И почему использовал ранее отрицаемую подарок влиять на этот мир…       Единственное, что Нотч знал наверняка — брат никогда не расскажет ему ничего. Он будет лишь холодно смотреть, возможно, даже слабо ухмыляясь так, что кровь стынет в жилах. Пусть они и одна семья, но так различны…       Создатель любил своего брата таким, какой он есть. Но не все его действия будут всепрощаемы.       — Мне не нравится, как ты господствуешь в моём мире. Я просил тебя много, много лун назад помочь мне. Я предлагал тебе господствовать со мной тут, да, по моим правилам, ты был не рад, но… сегодня ты ранил меня. Ты ранил меня в спину, Херобрин. Это будет последний раз, когда ты делаешь то, для чего ты был создан. Я ещё долго не смогу тебя простить. — Нотч старался говорить спокойно. Он видел, как внезапно сжались кулаки у его брата. Нотч знал, что тот страшен в гневе. Но, всё-таки, старший куда сильнее его. — Ты всегда осуждал мои творения. Для тебя они были мерзкими, словно ненавистные зверушки. Ты не знаешь, что чувствую я, ведь отбросил эмоции. Решил, что не нуждаешься в них. Херобрин… — Создатель протяжно вздохнул. — Я до последнего не хотел делать подобного. Это был тот козырь в моём рукаве, и я молил судьбу о том, что мне не придётся использовать его. Для меня это было бы подарком. Но для тебя это наказание. Я дарю тебе чувства. И отбираю все твои силы, пока ты не докажешь мне, что достоин их.       — Ты не посмеешь, — перебил его брат. После его агрессивного голоса молнии вновь ударили по застывшей земле.       — Я рад видеть тебя спустя столько лет, — продолжал говорить Нотч, — и я буду рад видеть тебя в своём мире ещё долго. Просто помни это. И… я надеюсь, что ты испытаешь подобные моим чувствам вскоре. Мне придётся ещё долго убирать тот бардак, что ты учудил… поэтому я хочу быть уверен, что ты не будешь мне мешать. Я буду наблюдать за тобой, Херобрин. Желаю тебе удачи в подаренном мною мире.       Нотч исчез. Хаос, что молча стоял всё это время, внезапно утробно зарычал. Молнии вновь ударили с новой силой.       «Решил поиграться? В твоем стиле, брат. Ты никогда не был доволен мной. Я всегда был плохишом в твоей тени», — о, это прекрасное чувство злости. Единственное, что может испытывать тот, кому дано право наказывать. Херобрин понимал, что ничего не сделает, раз брат всё уже решил. Испытать чувства? Это не кажется таким уж сложным заданием. Они бессмертны. А дни Херобрина полны скуки и посредственности. Он уже даже не помнил, как родился. Что было изначально? А что он ожидал увидеть в конце?       Непогода стихла. Время вновь начало размеренно течь. Его наказание для этих глупых существ было простым. По крайней мере, ему самому так казалось.       Монстры. Чтобы люди прекратили сражаться сами с собой, он из большинства из них сделает чудовищ. Зомби… Криперы… Пауки… Все. Он просто превратил людей в чудовищ, которые не помнили ни своей жизни, ни чувств. Они лишь желали убивать. Это было их физиологической потребностью.       В последний раз небеса разразил гром. Повсюду горел огонь. Стоны, крики. Лилась кровь. Никто не видел Херобрина. Он лишь молча шёл по тропе, даже не осматриваясь. Кровь под ногами противно хлюпала. Неподвижные конечности приходилось переступать. Как мерзко. Брат хочет, чтобы он жил с ними? Испытывал положительные эмоции в такой-то час?       Какой наивный.       Но вдруг и сам Херобрин исчез. Хаос этого мира… Просто пропал. Стал временно непригоден для исполнения своих божественных обязанностей.