Обжигай меня своими прикосновениями

— Слишком горячо, не думаете? — Послышался голос из дверного проёма раздевалки. Я открыл глаза и взглянул на объект, от которого исходил звук. Тодд стоял в дверном проеме и с ухмылкой смотрел на нас. Почему-то без капли удивления, будто он давно знал, или для него это абсолютно нормально. Каждый день, похоже, видит, как его друзья-долбоебы в школьной раздевалке сосутся. Мне понадобилось несколько секунд чтобы очнуться от возбуждения и бесконтрольного желания, а затем, я понял, что происходит. Внезапно мои апатично прикрытые глаза веками, увеличились вдвое. Расслабленная и спокойная улыбка вовсе сошла с лица. Боже. Я мгновенно не сильно оттолкнул Ларри. Если бы не Тодд мы бы порвали друг друга от страсти. На маленькие кусочки. — Сал, у тебя кровь. — Совершенно спокойно сказал Тодд. Я спешно провёл легкой рукой под носом, и посмотрел на неё. Светловато алая кровь переливалась у меня на руке под тусклым светом лампы в раздевалке. С округлёнными глазами я ещё быстрее стёр другой рукой кровь под носом. Боже. Такого ещё у меня не было. Сука. Мы чуть не потрахались. Боже, о чем я думал? В общественном и всем доступном для входа, а если кто зайдёт? Я опустил смущенный взгляд на пол. Мои глаза, проходя быстро по полу, наткнулись на протез, мирно лежащий на полу. Господи. У меня в голове только сейчас пронеслась мысль, что я без протеза. Без чертового протеза. Я мгновенно кинулся к нему и быстрым движением надел его на лицо. Все мое бледное личико так и пылало красным цветом. Спасибо протезу, который мастерски скрывал эмоции. Ларри же ничего не спасало, поэтому он просто проглотил ком в горле, ошарашено и немного сконфуженно взглянув на рыжеволосого. — Тодд. Никому. Ни слова. — Твёрдо и серьезно сказал Ларри. Я смущенно посмотрел на него. — Я могила. — Тодд дружелюбного улыбнулся, чем дал нам надежду, что слух про обновление в списке геев не разрастется. — Вам бы стоило поспешить, если хотите иди на урок, ибо звонок был уже как минут двадцать назад. — Так много времени прошло? — Удивленно спросил я. — Да, Сал. Я уж подумал, что Ларри задохнулся от запаха в своём шкафчике и лежит замертво. Вот и пришёл… Проверить… — Тодд сконфуженно притормозил на последних словах и тоже устремил взгляд на пол. — Ха. Спасибо, Тодд. А теперь не мог бы ты… — Ларри потянул последнее слово, понадеявшись на догадливость рыжеволосого. — Ох, глядите там без меня сейчас начнут… Я пожалуй пойду. — Тодд наигранно и неловко улыбнулся, скрывшись за дверью. Тодд вышел. Я тяжело выдохнул. К сожалению, вместе с ним улетела капля страсти и тепла в воздухе. Мы с Ларри смущенно переглянулись. У обоих в глазах мелькал стыд, за случившееся. И никто не хотел нарушать тишину. Было очень неловко. Очень. — Нам бы поторопиться… — Я нарушил тишину, тихо сказав, опустив глаза в пол. — Да ладно? А стоит? — В голосе патлатого прозвучала усмешка. — Наверное… — Неуверенно ответил я, обняв себя руками за талию. — Может забьем и нахуй съебемся? — Я услышал крайне приятное предложение, которое, к сожалению, нельзя было исполнить. — Нет. От Лизы влетит. — Я глупо посмеялся. — Брось, чувак, от мамы тебе точно никогда не влетит. А вот мне может, но я хочу уйти. — Ларри усмехнулся, а я растянул по лицу тонкую глупую улыбку. — Ты хочешь чтобы все увидели наши стояки? — В голосе Ларри зазвучала похоть. Он поднял одну бровь, смотря на меня, со странной улыбкой. — Что? — Я непонимающе взглянул на него, но затем он взглядом указал мне на мою паховую область. Мой взгляд медленно опустился с разгоряченного Джонсона на штаны. Блять. — Блять. — Ты только заметил? — Ларри чуть посмеялся, а я ещё больше закраснел. Вижу у него сейчас такая же ситуация в штанах. — Ладно. Твоя взяла. Валим. — Ответил я твёрдо и уверенно. — Так бы сразу. — Довольно улыбнулся шатен. — Но… Там на входе я видел директора… — Я немного обломал ему надежду на уход со школы раньше времени. Ларри чуть помутнел, окунувшись в свои мысли. — У меня есть идея — Вдруг улыбнулся Джонсон, засветившись радостной улыбкой. — Какая же? — Заинтересованно спросил я. — Одевайся, Кромсали. Полезем в окно. — Ларри подошёл к своему шкафчику и достал от туда футболку. Легким и быстрым движением он натянул её себе на тело и взяв меня за руку повёл к выходу из раздевалки. — Ахах. А я уже так сьебывал. — Я тихо посмеялся. — И ведь действительно. Я уже не новичок в данной глупости. — Ну вот. И кстати мы ещё обсудим твоё апатичное отношение к собственной жизни. — Я цокнул, закатив глаза. — Ага, точно. — Я сказал обсудим. — Твёрдо повторил Ларри. — Я понял. Понял. — Ответил я немного помутневши. — Схерали. — Я улыбнулся, посмеявшись. — Так, я слежу за шухером, а ты лезь первый. — Уверенно сказал шатен глядя на меня сверху вниз. — Что? Почему я? — Недоумевающе обратился я к нему. — Дамы вперёд. — Джонсон посмеялся. — Иди ты нахуй, Джонсон. — Сказал я смеясь от его очередной тупой стебной шутки и севши на подоконник. — Я тоже люблю тебя. — Тепло и нежно ответил Ларри. — А теперь ускорься, иначе нас спалят и будет нам пиздец. — Ларри и Салли, пизды от Лизы получали. — Я засмеялся тупым смехом. — САААЛЛЛ. ПИЗДОШ БЫСТРЕЕ В ОКНО, ТАМ КТО-ТО ИДЁТ. — Приглушённо прокричал мне Ларри, беспокойно выглядывая. Я собрал все мужество в кулак и прыгнул с небольшой высоты. Приземлившись на ноги, я немного отшатнулся и ебанулся в листья. Пожалуй я не привык к таким испытаниям. Сказал тот кто ебнулся с второго этажа на стекло. Хах. Я перевернулся на хрустящих листьях и сел на пятую точку. В это время из окна эпично выпрыгнул Джонсон. Так эффектно вылетают из окон только в фильмах. Приземлившись, кстати лучше чем я, он схватил меня за руку, и потащил к выходу из школьного участка. Мы так быстро бежали, что некоторые осенние листочки, мирно падающие с деревьев, подхватывались моим лицом. — ЭЙЙ! А НУ ИДИТЕ СЮДА! — Сзади послышался громкий и разъярённый голос. Хер знает кого, но это явно не особо хорошо. Я обернулся и увидел как какая-то женщина высунулась из окна и орала прямо нам под ноги. Она почти увидела меня, но Ларри затащил меня за руку в один из кустов. Я тяжело упал в листья. Снова. — Ты в порядке? — Обеспокоено, с бешеной отдышкой спросил Ларри тихим голосом. — Вроде. — тихо ответил я, стряхивая крошки от листьев с толстовки.

***

— Ларри… — Я шёл чуть помутневший, глядя на асфальт под ногами. — Это была правда? — Тихо спросил я. — О чем ты? — Джонсон непонимающе обратился ко мне. — О твоих словах в раздевалке… — Я говорил все тише и тише. — Да. Абсолютная правда. — Твёрдо ответил Ларри, не отводя взгляда от темных облачков, закрывших небо. — Ты действительно любишь меня? — Я остановился, сверля его взглядом, полным надежды. — Боже, Фишер, я все думал, когда же ты это поймёшь. — Улыбнулся Ларри тёплой улыбкой, взглянув на меня. — А я думал ты нормальный…- Я ухмыльнулся и догнал его. — Ахаха. Если быть ненормальным, то только с тобой. — Мило сказал Джонсон, от чего на душе потеплело. Мне нравилось слышать от него тупые романтические словечки. Они заклеивали дыры в моей душе. Намертво. — Стоп. — Я вдруг остановился, смотря на асфальт. Ларри недоумевающе посмотрел на меня. — В чем дело? — Тот непонимающе обратился ко мне. — Ларри, у нас что? Инцест? — Я чуть ошарашено с дрожащей улыбкой спросил Ларри. — Хаха. Похоже на то. Ну да похуй. Так ведь интереснее. — Засмеялся Джонсон. — Боже, Ларри, ты придурок. — Я улыбнулся. Желтые, оранжевые, красные листья спадали с деревьев на чуть промёрзлую землю, укрытую одеялом из листьев. Небо затянулось темными тучами, похоже сегодня будет нехилый дождик. Но я все ещё надеялся, что это будет не гроза. Резкие раскаты молний пугали меня. Но в этот раз, все будет по-другому. Я уверен в этом. Ларри меня защитит от неё. Я спрячусь за него, зарывшись носом в его волосы. И мне больше не будет страшно. Пока мы шли — я отвлекся. В голове витало множество мыслей, но я не хотел их допускать. Не хочу ничего копать и думать о случившимся. Думаю мне пора просто жить. Я подошёл к одному из деревьев и собрав с земли бледными, чуть замершими пальцами, стопку листьев — радостный подошёл к Ларри. Тот непонимающе посмотрел на сие действо, а затем и на меня. В его темных, демонически привлекательных, глазах мелькнул интерес. Парень с волосами запаха персика стоял засунув руки в карманы красной толстовки. Из-под громадного капюшона вываливалось несколько прядей темных волос. Тогда я поднял руки вверх и кинул стопку листьев ему в лицо. Листья, которые должны были попасть ему на голову, ну в крайнем случае на лицо, не долетели даже до шеи. Сук. Почему ты такой высокий? Но это не помешало моей улыбке скользнуть по лицу. Я смотрел в лицо Джонсона. Изучая. Сегодня его личико, его небрежно заправленные волосы под капюшон выглядели особенно прекрасно. Некий шарм мелькал в его облике, привлекающий меня. Он с ухмылкой посмотрел мне в глаза странным взглядом. Что-то он замышляет и явно не доброе. Мальчик Ларри чуть отошёл от меня и нагнувшись набрал в свои ручки в два раза больше листьев. По лицу скользнула довольная ухмылка. Я понял все его хитрые намерения и улыбнувшись побежал по хрустящим листьям в сторону Апартаментов. Я бежал, громко смеясь. А Ларри все кричал мне в след, бежа за мной. — ЭЙ! САЛ, БЛЯТЬ! Я НЕ УСПЕВАЮ! — Я обернулся, дабы увидеть его запыхавшееся лицо. Но я, впрочем как обычно, споткнулся обо что-то. Не заметив, мирно притаившийся, булыжник — я задел его ногой. В итоге я полетел в лужицу. В грязную лужицу. Понятия не имею откуда она тут, ведь дождя не было достаточно давно. Но это не меняет сути дела. Я вновь налажал. Просто. Я — ходячая проблема. Черт возьми. Мое приземление было вроде как удачным, ведь я попал в неё не лицом. Но от ладошек, ударивших по воде, отлетели грязные капли. Они немного попали мне на протез и на рукава. Которые уж полностью испачкались, ибо их кончики погрузились в темную жижу. Я предпринял попытку встать. Ноги были все в грязи и насквозь пропитались холодной грязной водой. На некогда чистой чёрной толстовке красовалось большое темное мокрое от грязи пятно. Класс. Моя попытка встать обернулась не совсем удачной. Ноги предательски подкосились и я вновь упал. Только теперь не на колени и ладошки, а на задницу. Вот это было действительно эпично. Я сидел в луже, уже не предпринимая попыток встать. Я понял, что единственное, что я смогу — ещё больше накосячить. Поэтому я принял пассивные меры — сидеть с лицом «Ой, заебало». Я опустил руки. Холодная вода все больше впитывалась в рукава и мочила кожу. Фрр. Мне начало становиться холодно. Руки уже озябли, как и ноги. А пятая точка, просто отмерзла, я уже начал думать, что она атрофировалась от тела. Но этого не произошло. Вроде. Я смотрел на беспокойное и одновременно ржущее лицо Джонсона. Он видел весь мой фэйл и уже шёл на помощь. Точнее бежал. — Сал, с тобой все в порядке? — Он ещё сдерживал смех. Глупая улыбка, которую он хотел спрятать, пыталась показаться на лице. — Все чудесно. — Сказал я, поводив двумя руками по поверхности лужи, все так же, заебано смотря ему в глаза. Ларри, все ещё сдерживая поток смеха, протянул мне руку, высунув её из кармана. Я схватился за его тёплую руку. Он предпринял усилия и вытащил меня. Но черт. Моя рука соскользнула из-за воды и я вновь, с громким плеском упал в воду. Ларри окончательно потерял контроль и заржал. Вот сука. — Ну давай, давай, смейся, ублюдок. — Сказал я с улыбкой на лице. Ларри все ещё смеясь с полузакрытыми глазами протянул мне руку. Я крепко схватился и он, прижав мою ладонь своей, наконец, вытянул меня. Я встал на твёрдую поверхность. С неимоверно больших рукавов капала вода, а пятую точку облепило джинсами. Отлично. Я посмотрел ему в лицо. Тот заботливо, рукой аккуратно стёр с моего личика несколько грязных капель. С протеза. Он окатил меня заботливой улыбкой. Затем взял одну руку и закатав рукав на ней, с двух сторон накрыл её своими ладонями, пустив тёплый воздух в неё. Затем взял вторую руку и сделал тоже самое. — Давай поспешим домой. — Он посмотрел мне в глаза. — Я не хочу чтобы ты заболел. — Беспокойство мелькнуло в его лице. Обожаю видеть Джонсона таким. Испуганным заботливым, с тёплой согревающей душу улыбкой. Сегодня был самый прекрасный день в моей жизни. Самый лучший. Самый самый. Иногда мне казалось, что я все ещё сплю и вот вот проснусь. Было страшно снова очнуться в том кошмаре, когда мысли сжирают изнутри. А может, вся моя жизнь — сон? И никакого Джонсона в ней и не было. Может я проснусь в больнице с перевязанным лицом, может я вновь увижу маму с трубкой в горле, и сидящего возле неё отца, с красными заплаканными глазами. А все что вокруг меня — не больше, чем плод моего воображения? В таком случае — я не хочу просыпаться. Никогда.