Хозяйка, разрешите?

- Сакура, я тебя люблю. Учиха Саске тысячу раз произносил эти слова, но ещё никогда не верил в этот несомненный факт так сильно. Сейчас, стоя на коленях у дивана, он обнимал ногу розоволосой, уткнувшись обожаемой подруге лицом в бедро. Та же, сидя на диване, спокойно прихлебывала чашечку её любимого зеленого чая, закусывая засахаренными ананасами. Учиха ненавидел и то, и другое, но вся еда в его квартире всегда была расчитана на вкусы Харуно. Как и обстановка, как и мебель. Теперь Учиха кажется, что практически всё в его жизни, подобно квартире, основывалось на вкусах, мнении и в целом существовании Сакуры. И сейчас Саске был безумно счастлив от этой мысли. - Учиха, прекрати подлизываться. Я тебе тёплое и уютное бедро для чего предоставила? Для того, чтобы ты мне его счастливыми слезками залил? Хочешь млеть от счастья, делай это солидно. - Голос Харуно был ровным, спокойным, но Учиха краем глаза видел, как покраснели её бархатные бледные щёчки. Учиха вновь уткнулся в бедро. - Я тебя обожаю... - Моё ты солнышко! Ты вёл себя очень хорошо сегодня. Молодец, дотерпел, ничего не устроил. Но если увижу, как ты снова позволяешь красивой девушке вытирать об тебя ноги - сломаю хребет. Саске и Сакура вот уже двадцать минут гоняли чаи и опустошали десертные кладовые Учихи на его же кухне. Они крайне усталыми вернулись после удивительной во всех смыслах встречи в баре, которую досрочно закончил пьяный в мясо Рок Ли, устроивший драку с соседней компанией, из-за чего парням во главе с Учихой и Узумаки пришлось вступить в короткую разборку. После подобных приключений Учиха и Сакуре необходимо было отдохнуть в его норе. Тем более, собирался серьёзный дождь, и здесь Харуно могла по старинке переночевать на специально для нее установленной огромной кровати. Как только друзья вошли в квартирку Учихи, они тут же приняли свою обычную позу - Харуно на любимом диване, Учиха под боком Харуно. И вот уже двадцать минут суровый потомок суровых Учих пытается хоть как-то выразить благодарность и (в полном смысле этого слова) безграничное обожание по отношению к своей великолепной подруге. В первый раз за всё их, не побоюсь этого словосочетания, совместное существование не Саске, а розоволосая выступила в роли защитника. Будь на ее месте кто-то другой (за исключением, пожалуй, Узумаки) - и Саске был бы в бешенстве. Но это была Харуно, Харуно всё можно, Харуно может всё. И сейчас, от осознания того, что у него есть кто-то настолько замечательный, Учиха даже забыл о Бешеной Хинате и о её неожиданно тихом поведении до конца всей встречи. А все благодаря Сакуре... - Полностью согласен, это только твоя привилегия, - задыхаясь от нежности, пробормотал Учиха, потёршись мордой о бок Сакуры. Харуно негромко рассмеялась: - Боюсь, Саске, ни твоя, ни моя гордость, этого не позволят. Зато для бёдер ты - просто шикарная подставка. - Она задумчиво провела пальцами по его волосам. На секунду ей даже показалось, что Учиха замурчал. - Сакура, я люблю тебя. Наруто Узумаки был человеком открытым, веселым, наполненным жизненной энергией и легко впадающим из крайности в крайность. В то же время не чужда была ему ответственность и болезненная ранимость, о чем знал, пожалуй, только Учиха Саске. Если бы его лучший друг сейчас видел его, он тяжело вздохнул и пинком загнал бы его в свою квартиру. Хотя нет, сегодня она может быть и занята... Узумаки гулко сплюнул на землю, будто пытаясь отделаться от вкуса горечи на языке. «Сакура, я люблю тебя». Почему сейчас, стоя в одиночестве на темной улице и подставляя разбитое лицо под струи ливня, он может шепотом произнести эти слова? Почему за столько лет он ни разу не смог повторить это любимой девушке в лицо?! - Блядство! - рыкнул Узумаки, двинув по кирпичной стене кулаком. Где-то сейчас его друзья находятся в тепле и уюте. Киба поехал с Ли, предупредив семью о том, что его пьяный друг-имбецил сегодня переночует у них. Неджи увёл свою жутковатую сестрицу, век бы её не видеть. Саске попрощался с ним, тепло обняв напоследок, Сакура (Наруто скрипнул зубами) даже не взглянула в его сторону. Шикамару... А хер его знает, чем занят этот умник, как обычно уехал, не говоря ни слова. Только взглядом окинул Узумаки и посоветовал не творить херни. Наруто не был виноват, что после прощания с друзьями ноги сами его принесли в соседний магазинчик за сигаретами, где, как оказалось, торчал один здоровяк из компании рамсанувших с Ли уебанов. «А этот гондон умеет махаться, отдам ему должное». Узумаки скрипнул зубами. Короткая потасовка между их компаниями стенка на стенку еще в баре закончилась в пользу друзей Наруто, ушлёпки испугались их количественного преимущества и сдали назад. Но его повторная встреча один на один с этим уебаном понравилась Узумаки куда больше. Хоть один пацан среди этих ссыкунов оказался. Узумаки не любил мирное регулирование конфликтов, даже если они таким образом заканчивались в его пользу. Узумаки лучше подерётся раз на раз и выплюнет пару зубов, чем запугает кого-то количеством. «Сакура, я люблю тебя». Узумаки дрожащими от злости руками закурил. Честно говоря, ему бы спасибо тому гондону сказать, хоть на ком-то сорвался. Любая встреча с Сакурой Харуно всегда доводила его до такого состояния. В глазах подруги его лучшего друга (ебануться, какое словосочетание, правда?) Наруто был агрессивным и туповатым быдлом. Честно говоря, Саске Учиха, по мнению многих, далеко от своего приятеля не ушёл. Но Харуно удалось пробраться сквозь броню холода и агрессии Учихи ещё в их далёком детстве. Так почему же она даже не попыталась увидеть что-то хорошее и в нем, в Наруто?! Почему смотрела как на гребанного врага народа?! Нет, блондин не завидовал Учихе, это было бы низко, просто... Они столько лет знакомы, столько лет в одной компании - и Узумаки не мог вспомнить ни одного их диалога, в котором Сакура не вела себя с ним как с раздражающим имбецилом. И это глубоко ранило парня, много лет мечтающего хотя бы о небольшом потеплении с её стороны. Узумаки много раз представлял, как начнёт красиво налаживать с ней связь, как она начинает смотреть на него так же ласково, как на Саске... Нет, теплее, чем на Саске... И как тот же Учиха, их общий лучший друг, благословляет, блять, их светлый союз. Усталый блондин без сил присел на бордюр. Ливень стоял почти стеной, однако блондина это совершенно не напрягало. Грусть брала парня. Вроде столько друзей, а вроде и холодно, и злобно, и некому лапу пожать. Ну, кроме Саске... Учиха всегда поддерживал его, согревал друга молчаливым участием. Однако есть проблемы, в которые Узумаки не может посвятить даже лучшего друга. И его первая и единственная розоволосая любовь - в их числе. Мобильник завибрировал в кармане. В последний раз окинув хмурым взглядом свинцовое, рыдающее небо, Узумаки не глядя ответил на вызов. - Да! - громко произнёс Узумаки в трубку, стараясь перекричать шум дождя. - Братишка, здарова! - Карин? Рад слышать, - мертвым голосом отозвался Узумаки. Карин была пусть и грубой (это фамильное), но неплохой, Наруто часто бывал рад ее звонку. Но строго говоря, сейчас он врал. Совсем не то у него настроение для звонков. - Дело есть, братец. - Да ну нахуй! А я-то думал, ты о вечном потрепаться позвонила... - Завали, - деловито продолжила Карин. Да, деликатность - отличительная черта всех Узумаки. - Шевели поршнями прямо по направлению к моей квартире, если не сильно занят. Узумаки еле сдержал мат. - Да что ж я вам всем сегодня нужен-то так позарез?! - Не переоценивай себя. Нару, у тебя все равно сегодня выходной, а ваше бухалово закончилось ещё час назад. Вот тебе так впадлу уважить сестру?! - Дальнюю родственницу, если точнее, - злобно прорычал Узумаки. - Ладно, задрала. Такси поймаю, скоро буду. Сбросив звонок, Узумаки задумчиво потянулся в карман, за очередной сигаретой. Надо же, только он принялся страдать от одиночества, так пожалуйста - вот она, дорогая «сестрица». Жми лапу ей, бедный странник! Узумаки вздохнул и поднялся с бордюра. Теперь ещё такси ловить... Расходы, одни расходы. Интересно, чем сейчас занят Учиха?