В диапазоне взаимности

Джину было очень обидно, что Наоки сутками сидит в лабораториях. Работает, работает… А один раз вообще заявил, что женат на работе! Это было так жестоко по отношению к Айзаве. Как-то, когда терпение иссякло окончательно, Джин открыто спросил, что же такого сверхсекретного делает Наоки. Ответ был крайне глупым: — Ищу особого духа. — Что-о-о? Ты серьёзно решил заняться этой «Антинаучной ерундой, которую бессмысленно изучать»? — округлил глаза Айзава. — Это ради тебя. Я хочу сделать тебе приятное и найти хотя бы одного духа, чтобы я тоже поверил и не обижал тебя. Так что не… — Это так мило! Я тебя обожаю, ты самый лучший! — подскочил сзади и обнял парня Джин. — Можешь и не верить, я всё равно тебя люблю. К тому же ты сам дух. — Какой? — Научный. Ты тоже одержим, только наукой. А я одержим мистикой и тобой. Разве не здорово? — Нет, — ответил Минамо. — Потому что наука — скучная, я проведу эксперимент и наверняка забуду. А тебя сложно забыть. Пойдём, погуляем, что ли. Джин моментально понял тему и спросил: — С ежевикой? — А как же, — ответил Наоки, улыбаясь во весь рот. — Пончики — это святое. Айзава подумал, что больше его самого Минамо любит только пончики. Но разве они смогут доставлять столько же счастья, сколько и Джин? Вряд ли. — И вообще, лучше с клубничным сиропом, — заявил Айзава. — Одержимость духами, наукой и пончиками. Нас никто не поймёт…