Питерская Золушка

      У всех однажды наступает момент самоопределения. Время, когда мы решаем, с какой профессией связать своё будущее. Возможно потом некоторые меняют своё решение, а другие настойчиво добиваются. Это неважно. Важно то, что Антону уже семнадцать, когда он решает подать документы в медицинский вуз после окончания учёбы. Решение сумбурное и даже немного необоснованное, но что делать — если не сейчас, значит сидеть год у родителей на шее. Шастун не хочет доставать бедных маму с папой ещё двенадцать месяцев.       Антон благодарит всех богов мира, что его выпускных баллов хватает для поступления в СЗГМУ имени Мечникова, и с величайшим удовольствием сваливает из воронежского родительского гнёздышка в Санкт-Петербург. В промозглый, ветреный, хмурый Питер, который, несмотря ни на что, кажется уютным и родным. Шаст быстро влюбляется в свой новый трёхсотлетний «дом» с бесконечными каналами, механическими мостами, кучей потаённых достопримечательностей и интеллигентными людьми, смотрящими на тебя, воронежское ничто, как на букашку. Но Антон конченный оптимист, поэтому в беспросветной учёбе и бытовой рутине умудряется находить что-то интересное и «типично Питерское».       Шаст любит выходить из общежития за сорок минут до начала занятия и неспешно прогуливаться по одетому в багряно-золотой осенний наряд парку академика Сахарова. Пить кофе, купленный в близлежащем ларьке, и просто наслаждаться происходящим вокруг, пока не начался день студента-медика с бесчисленными конспектами, учебниками и хвостами. Нет, не то чтобы Антону не нравится учёба, просто сразу после школы оперативно привыкнуть к новому укладу жизни очень сложно. Сначала пугают огромные лектории и учителя-профессоры, потом в твою жизнь закрадывается такое понятие как «пара» и отсутствие полного родительского контроля. К середине года тебя подкарауливают сессия и недосып, прекрасно сосуществующие вместе. Волшебно.       Но у Антона есть стаканчик горячего пряного кофе и сорок минут до начала занятий, которые он может потратить на созерцание суровой питерской осени, так прославленной многими поэтами. Шаст далеко не писатель, но налюбовавшись живописными пейзажами, на него самого нападет охота творить. Жалко, что Антон не может её реализовать, потому что ручонки у него растут из небезызвестного места. Но Шастун же оптимист, и поэтому просто находит в себе силы банально мечтать, полностью погружаясь в атмосферу холодной осени.       Утро понедельника переворачивает тонкую душевную установку Антона с ног на голову: будильник не срабатывает, соседка по общаге долго занимает ванную, первой попавшейся на глаза и надетой без разбору вещью оказывается подаренный сто лет назад бабушкой на день рождения бордовый свитер, конспекты весьма удачно выпадают из рук, разлетаясь прямо на пол, и у парня кончается трафик интернета. В таких условиях даже конченый оптимист загнётся и обматерит всё на белом свете. Что и делает Шастун. Выбегая из дома, он нервно теребит манжет ветровки, пытаясь разобрать время на наручных часах, и ускоряется. Рюкзак с учебной литературой болтается где-то сзади, полы ветровки колыхаются при каждом шаге, а в растрёпанных светлых волосах гуляет ветер, запутывая их ещё сильнее. Антон молит бога о привычном стаканчике кофе.       Парень осторожно оббегает пожилую леди и стремительно заворачивает за угол, от которого остаётся до универа рукой подать. Не тут-то было. С высоты своего роста Шастун видит, как врезается в тёмную макушку, а когда её обладатель поднимает глаза вверх, то Антон уже лепечет «проститепроститепростите» и спешит отстраниться от незнакомца. Тот кричит ему что-то вслед, но Шасту некогда разбираться с «обидчивым» мужчиной, а потому Антоша просто бежит со всех ног в сторону учебного заведения, заранее представляя лицо своего ворчливого преподавателя. Шастун — оптимист, а потому надеется, что препод не выест ему мозг.

***

      Арсюше уже двадцать пять, когда его жена понимает, что морально мужу не больше пятнадцати. Она почти с пеной у рта пытается донести Попову, что потратить всю зарплату на приставку — это несуразно, но тот упорно ничего не слышит и не видит. Вскоре после этого, осознав, что такие случаи происходят с завидным постоянством, Алёна бросает перед муженьком документы на развод и, забрав все свои вещи, съезжает из его квартиры. Теперь лишь его. Арсений испытывает двоякие чувства, потому что с одной стороны вспыхнувшая в студенческие годы любовь давно угасла, а с другой — ему сложно привыкнуть возвращаться в пустую квартиру и просыпаться одному.       Попову до одури одиноко, поэтому он старается как можно больше времени проводить в социуме: дольше задерживается на работе в театре, засиживается в многолюдных кафешках, теряет счёт времени, гуляя по Невскому. Делает всё возможное, лишь бы оттянуть момент возвращения в пустую квартиру. Он даже возрождает давно забытое хобби — рисование. Упивается питерскими закатами и переносит их на полотно. Находит идеальный оттенок, выражающий настроение хмурой осени. Подтверждает факт того, что талантливая личность — талантлива во всём.       Утром понедельника Арсений садится в метро и едет, сам не зная куда. Целиком доверяется интуиции. В сумке лежат грифельные карандаши, чистые альбомные листы, пачка сигарет и телефон, а в голове тысяча мыслей, которые надо обдумать. Он умело лавирует между пассажирами и выходит на одной из станций в поисках новых пейзажей. К несчастью, после выхода на поверхность видно только типичную питерскую застройку и, кажется, ещё большее количество людей, чем в подземке. Но Попов принимает вызов судьбы и пускается в непредсказуемое «путешествие».       Он смотрит под ноги, как учила мама, потому что мало ли, но сегодня эта привычка приводит к неожидаемым последствиям. Когда Арсений сталкивается с кем-то на повороте, он уже хочет обругать ветреного незнакомца, но понимает, что сам шёл, не смотря вперёд. А ещё Попов поднимает взгляд наверх и встречается с двумя светло-зелёными паникующими, но от этого не менее прекрасными, глазами. Арс бы и остался стоять вот так, если бы парень не скрылся так же быстро, как появился, и он не услышал характерный звук падения чего-то металлического об асфальт. Мужчина опускает взгляд и видит мобильный телефон, нечаянно выроненный спешащим парнем. Он быстро поднимает его и кричит вслед мальчишке, но тот уже скрылся из зоны видимости. Попов, нахмурившись, смотрит на смартфон, выдыхает и кладёт его в сумку, надеясь, что парень опомнится и заберёт у него своё имущество. День продолжается, а у Арсения куча мыслей свелись к одной: как уловить оттенок и написать эти восхитительные зелёные глаза?

***

      — …и, Шастун, чтобы впредь не опаздывал, подготовишь до следующего занятия эссе по теме «Гипотеза Опарина-Холдейна» слов на… четыреста, — подводит черту преподаватель, знаменующую конец пары. — Всем спасибо за внимание. До свидания.       Антон один из первых выбегает из лектория, чтобы не попасться на глаза строгому профессору. Планы на вечер стремительно рушатся, уступая место письменной работе с лёгкой руки преподавателя. Ему, пожалуй, стоит сгонять в библиотеку — взять сопутствующую теме литературу, но лень достаточно сильно перевешивает, а потому парень решает сначала поискать нужную информацию в интернете.       Паника одолевает Шастуна только тогда, когда телефон не находится даже на самом дне рюкзака и во внутренних карманах ветровки. Он хмурится, дышит учащённо и тогда просит у сокурсника, Димы, мобильник, чтобы сделать прозвон. Три гудка длятся, как ему кажется, вечность, но потом на другом конце провода слышится хриплое «алло». У Шаста земля из-под ног уходит.       — Здравствуйте, — слегка опешив, тараторит Антон.       — Да, здравствуйте, — вторит незнакомец. — Я тут нашёл этот телефон…       — Да-да, он мой, — спешит заверить Шаст. — Вы мне его вернёте?       — Конечно, — уверенно говорит мужчина, и Антон чувствует, как внутри развязывается узел. — Когда и где Вам удобно?       — Оу, — стопорится парень, — знаете, наверное сегодня у меня не выйдет, — говорит, перебирая в голове всё то, что стоило сделать на выходных, а он откладывал до последнего. — Хотя… — незамедлительно протягивает Шастун, — давайте где-нибудь в центре, например, у Ростральных колонн часиков в пять.       — Без проблем, — заверяет незнакомец. — Я буду в чёрном пальто и очках.       — Спасибо огромное, — искренне произносит Шастун, думая о том, как выжить без гаджета эти несколько часов. — До свидания.       — До свидания.