Падающие листья

Несколько дней спустя, когда Аой ухаживала за раненым в сарае под тщательным присмотром Такеши и другого члена племени Тора, они все были удивлены, когда услышали тихий стон, увидев, как Шиноби открывает глаза. На этот раз они казались более сосредоточенными, сразу же глядя прямо на беловолосую девушку, которая мягко улыбнулась ему, когда другой член Торы выбежал, без сомнения, чтобы предупредить ее отца, что посторонний был в сознании. «Добро пожаловать в страну живых, незнакомец», — сказала она, положив успокаивающе руку ему на плечо, когда он попытался встать. «Расслабься, я не собираюсь делать тебе больно…» «Гд…» — начал говорить парень, но его прервал сильный приступ кашля, вызванный сухостью в горле, когда он попытался заговорить. Аой быстро поднесла чашку с водой к его губам, подняв голову, чтобы помочь ему выпить, и через несколько секунд кашель утих. — Лучше? — Спросила она, поставив чашку на стол, и он кивнул, глядя на нее своими необычными глазами. — Да… спасибо… — сказал он, слегка хриплым голосом, а потом спросил: — Где я? — Ты в моей деревне, — сказала девушка, все еще улыбаясь. — Ты помнишь, как я говорила тебе свое имя? Он переместил взгляд, когда попытался вспомнить, что произошло до того, как он рухнул. — Аой? — Сказал он неуверенно, и она кивнула. «Значит, вы помните… Если он мог вспомнить что-то столь незначительное, как это, значит хороший признак того, что у него не было сотрясения мозга.»  — Кто он такой? — спросил парень, глядя на дикого незнакомца, сидящего у дальней стены, который в ответ дал очень дикую улыбку; напоминая ему о ниндзя из клана Инузука.  — Это Такеши Тора; он помог мне перенести тебя сюда и отогнал Шиноби, который был угрозой твоей жизни, — сказала ему Аой, улыбаясь улыбающемуся дикому молодому человеку, о котором спрашивал седовласый Шиноби, когда улыбка Такеши росла. — Черт возьми! Да, я это сделал. Я должен хранить его меч, — сказал Такеши, вытаскивая клинок из своих ножен, пока он его показывал. — Пришлось бороться с некоторыми ребятами, чтобы забрать его, но сломанный нос Даичи того стоил, потому что у меня был хороший повод, чтобы выбить из него все дерьмо. Их разговор был прерван, когда в комнату вошел мужчина среднего роста с короткими каштановыми волосами и янтарными глазами, похожими на рептильи, держа в руках нечто, похожее на аптечку. Внешность этого человека заставила резко подняться серебряноволосого, глядя в его глаза, что напомнила ему о человеке похожем на змею. В ответ новичок уставился на глаза Шиноби с широко распахнутыми глазами. — Пожалуйста, не говорите мне, что вы связаны с человеком, известным как Орочимару…— тихо сказал сероглазый, уставившись на шатена в замешательстве, неуверенности и панике. — Хм… Орочимару… Это относительно интересное имя, но я его не знаю. Он ваш друг? Парень покачал головой, снова расслабляясь, когда его первоначальная паника прошла, и сказал: — Нет, он предатель моей деревни.Он разыскивается за убийство и незаконные эксперименты со многими шиноби и гражданскими лицами, а также со своими учениками… Посмотрев на него, он продолжил говорить:  — Ваша внешность напомнила мне о нем… Особенно глаза. — Что ж, я извинюсь за то, что напугал вас. Я понимаю, что за пределами нашей деревни моя внешность наверняка вызвала бы удивление. Хотя я не могу сказать, что я единственный с такими уникальными глазами.— Прокомментировал Осаму, указывая на открытый левый глаз парня, и тот быстро поднес руку к нему, его глаза расширились в панике, когда он, казалось, что-то осознал. — Мой протектор! Где он? — спросил он, его тон снова был пронизан страхом и тревогой, когда он оглядел сарай, в котором находился, пока Такеши не передал ему повязку.— Спасибо… я почти никогда не снимаю эту штуку… — сказал он, завязывая ее вокруг головы таким образом, чтобы она закрывала его необычный глаз. — Хотя я не такой ниндзя, как вы, я понимаю, что у вас там особый взгляд; как ты завладел этим? — Это было в то время, когда я был на задании… — тихо сказал седовласый парень, он смотрел вниз на колени с печальным выражением лица. — Я… я был со своей командой… Мы попали в ловушку, мой… мой первоначальный глаз, оставил надежду на выздоровление… — он сглотнул, когда остальные слушали со смесью мрачного любопытства и страха. — Мой друг… он был раздавлен грудой камней… Он… дал свой Шаринган на замену… моего поврежденного глаза… Такеши посмотрел на Аой, когда незнакомец рассказал свою историю, и ему стало грустно, что кто-то, кто выглядел ровесником своего друга, уже пережил нечто столь ужасное в его возрасте.  — Я должен защищать людей… —  Сероглазый человек сказал, по-видимому, себе: » Как я могу защитить других, если я даже не могу спасти своего собственного друга…?»Монолог Какаши был быстро остановлен резким ударом в затылок, удивив всех. — Если бы я хотел услышать, как кто-то жалеет себя, я бы пошел в племя тигров после того, как они проиграли Такеши здесь, — мрачно сказал Осаму, игнорируя взгляд, полученный от Тора. Кроме того, такой молодой человек, как вы, не должен останавливаться на таких мыслях, пока в вашей жизни не будет настоящего сожаления. — Как твой друг использует тебя, чтобы совершить самоубийство? Темный взгляд Осаму смягчился от измученного выражения лица седовласого парня на его лице, но оставался суровым. — Возможно, я не знал вашего друга, но я знал шиноби, который предпочел бы удар друга, чем удара врага, когда шансы были против них… Я прав? Какаши некоторое время сидел неподвижно, затем медленно кивнул головой, его единственный глаз не смотрел ему в глаза, когда он это делал. — Можно чувствовать печаль, храбрый Шиноби, — тихо сказала Аой, положив руку ему на плечо, — но не позволяй прошлому помешать тебе взлетать… Два дня спустя многие раны Какаши были на пути к исцелению с помощью лекарств Осаму и терпения Аой, чтобы помочь ему; За что Какаши был благодарен.Если бы он не был под их опекой, путь к выздоровлению за количество травм, которые он получил, занял бы больше времени, не говоря уже о том, будет ли он когда-нибудь снова сражаться. Теперь, когда ему становилось лучше, встреча с Советом Старейшин больше не могла быть отложена, и поэтому Какаши теперь сидел перед ними на полу, а пятеро пожилых мужчин и женщин смотрели на него с решением в глазах. Отец Аой, Хирото, так как Какаши узнал его имя, сел рядом с ним, хотя и был не так напряжен, как его плечи держались прямо, а челюсть сжалась. В его серебристо-голубых глазах не было видно никаких эмоций, когда он смотрел на пятерых, управлявших их кланом. Первым заговорил пожилой мужчина, которому было далеко за восемьдесят, и он носил тяжелый перьевой плащ. — Хирото из лебединого племени… ты представил перед нами того, от мира которого мы откололись. Почему это? — Моя дочь Аой нашла его без сознания в речке, которая течет через наши земли, старейшина племени Васи, — сказал ему Хирото, его голос звучал ровно и спокойно.— Он был найден тяжело раненым и настолько близким к смерти, что поначалу она считала его подобным его предкам. Заговорил еще один пожилой джентльмен в мягких земных тонах и длинном ожерелье из змеиных клыков, закрыв глаза от старости: — Ах, маленькая Аой. Как у нее дела? Я был бы рад, если бы она навестила меня. — Тише, старый дурак. Разве вы не видите, что мы на собрании, чтобы обсудить более важные вопросы? — Пожилая женщина, чьи длинные седые волосы в молодости были признаками красоты, жестко заговорила рядом со старейшиной-змеей, длинная юбка, на которой она носила был символ лошади, когда мужчина рядом с ней смиренно извинился, а старейшина с другой стороны прочищал свое горло. — Есть ли у незнакомца какие-нибудь слова, чтобы говорить во время этого совета? Я хотел бы услышать. Все глаза были устремлены на серебряноволосого ниндзя, когда он сел прямо и начал говорить. — Уважаемый совет, — сказал Какаши, его тон был мягким и почтительным после многолетней практики разговоров с советом его собственной деревни. — Я слышал от Аой, почему вы бы предпочли жить, чтобы никто из внешнего мира не знал о вашем существовании… и я полностью понимаю. Многие кланы в моей собственной деревне в прошлом приходили к нам, чтобы бежать от войн и раздоров в других странах; жена моего учителя пришла из страны, которая больше не участвовала в войнах. Я не собираюсь вести войну на ваших землях, и я хотел бы предотвратить войну настолько, насколько это возможно… Я не хочу никого принуждать к страданиям. Он несколько секунд смотрел на каждого из членов Совета, затем, закрыв глаза, сказал:  — Даже если это означает, что я должен оставаться здесь, изолирован от всех, кого я когда-либо знал, до конца своей жизни. У меня нет семьи, чтобы вернуться, только товарищи. Поведав все, что он хотел сказать, Какаши наблюдал за тем, как старейшины разговаривают между собой, и не мог не задаться вопросом, что же приготовила для него судьба. Все, что он сказал, было правдой, точно так же, как Аой порекомендовала ему сказать, поскольку говорить правду было его лучшим вариантом, на надежду вернуться домой. Размышления Какаши были прерваны утешительной рукой, положенной ему на плечо, и повернул голову, чтобы увидеть Хирото, который ободряюще улыбнулся, когда совет, казалось, пришел к соглашению.  — Какаши Хатаке, из деревни скрытого листа, мы пришли к нашему окончательному соглашению, что мы позволим вам покинуть нашу деревню, чтобы вернуться к себе домой. Однако это должно быть так, если выбранные люди кланов пойдут с вами, чтобы поговорить с вашим лидером. Какаши с уважением опустил голову. — Я принимаю ваши условия, — сказал Какаши, склонив голову к ним, закрывая открытый глаз. Через три недели после заседания Совета, Какаши был окончательно восстановлен достаточно, чтобы путешествовать, как они ехали на лошадях в деревню к воротам Скрытого Листа. Подростка встретили многие недоверчивые взгляды, так как многие думали, что он умер, когда его и его группу вели в здание Хокаге. Когда сопровождающий шиноби постучал в дверь на верхнем этаже, голос, который Какаши хорошо знал с другой стороны, позволил им войти туда, где их встретил вид сравнительно молодого человека лет двадцати с золотыми светлыми волосами и голубыми глазами. Те же самые голубые глаза расширились от шока и удивления, когда он увидел подростка с серебристыми волосами. —Какаши?! Ты… В последнем сообщении, которое я слышал о вас, говорилось, что ты погиб в бою! — сказал мужчина, вставая со своего места за столом. Как?.. — Господин четвертый, я не умер в битве… но я мог бы погибнуть потом, если бы не эти люди, особенно Аой и Такеши», — сказал Какаши, указывая на группу из десяти человек позади него. Совет старейшин выбрал пять лидеров каждого племени своего клана, а также воина от каждого, и Аой была послана, потому что именно она нашла Какаши и заботилась о нем большую часть своего пребывания в их деревне. — Однако они позволили мне вернуться с несколькими условиями… Блондин нахмурил брови в нерешительности. — А что это были за условия? — спросил Хокаге, оглядываясь на десять незнакомцев, и увидел, как седовласый мужчина шагнул вперед. — Наши Старейшины хотят, чтобы мы подписали договор между нашим кланом и вашей Деревней в целом, — сказал он, и голубые глаза от удивления распахнулись. — Мы не хотим участвовать в вашей войне и не хотим быть вашими врагами. Мы хотим жить мирно, без угрозы, что другие будут охотиться на нас.  — Это всё? спросил Минато, седой мужчина кивнул. — А как вас зовут, если можно поинтересоваться? Я знаю, что у нашего собственного совета будет день, посвященный этому.  — Я Хирото Хакучо, из племени хакучо клана Кайджу, сказал мужчина с белыми волосами, снова глядя на него.Он указал на седовласую девушку рядом с ним и сказал: — Это моя дочь, Аой.  — Я — Осаму Хеби из племени Хеби, — представился шатен с янтарными змеиными глазами, с уважением кладущий руку на грудь. Указав на человека с темно-седыми волосами и зелеными змеиными глазами, он сказал: — А это Бенджиро Хэби, один из целителей-воинов моего племени. — Я — Аюми Ума из племени Ума, — представилась женщина с красно-коричневыми волосами и нежными карими глазами, слегка кланяясь, сложив руки. Протянув руку к молодому человеку с черными волосами и ледяно-голубыми глазами, который стоял рядом с ней, она продолжила: «А это Макото Ума, один из моих лучших разведчиков.»  Рядом говорил человек с каштановыми волосами и соколиными глазами: — Я Чиэко Васи из племени Васи, — он указал на молодую женщину с черными волосами и золотыми глазами рядом с ним, — а это Касуке Васи, один из моих лучших разведчиков и бойцов. Наконец, более крупный мужчина с черными полосами на рыжих волосах и яркими янтарными глазами сказал: —  А я Кацуо Тора из племени Тора, а это Такеши Тора, один из моих самых многообещающих молодых воинов. Тот, на кого он указал, был молодым человеком, улыбающимся во все зубы, с черными волосами, коричневыми прожилками на них, и горящими янтарными глазами. — Приятно познакомиться с каждым из вас. И Аой-сан, спасибо, что спасли жизнь Какаши; Я знаю, что моя жена была бы опечалена тем, что время от времени не видела его за нашим обеденным столом… — сказал Минато, морщась от того, как она была расстроена, когда они первоначально думали, что Какаши мертв. — Это была не только я, Великий Хокаге… — тихо сказал беловолосый подросток, улыбаясь. Такеши также помогал; другой Шиноби представился, когда я его нашла, и намеревался убить Какаши-сан, и Такеши помог мне защитить его. При этом Минато снова нахмурился, но на лице его осталась улыбка, когда его назвали «великим»…Его жена могла говорить весь день, каким он был болваном, и никто не хотел спорить с ней, если бы она схватила свой набор ножей… — Держу пари! Я помогал прятаться Какаши с нами! Я тоже получил с этого довольно хорошее оружие, —сказал Такеши, вынимая меч, который он забрал от трупа Шиноби, когда они пошли его хоронить, — хотя я должен был сразиться с остальными за это. — Похоже, это не беспокоило тебя, Такеши… — прокомментировала Аой, сознательно улыбаясь своему давнему другу, когда тот потер затылок. Их игривое подшучивание вызвало искреннюю улыбку на лице Минато, видя, что они ведут себя как семья, несмотря на то, что находятся на дипломатической миссии по установлению связей со своей Деревней; если бы он не знал лучше, он мог бы принять их за нескольких своих самых близких друзей. Но меч действительно ударил в шиноби, признав его стилем оружия ниндзя из скрытого камня. Зная об этом, он, вероятно, должен будет приказать высматривать любого ниндзя камня, желающего отомстить за своего погибшего товарища. У ниндзя камня не было лучшей репутации, потому что они были лучшими в удержании недовольства, в течение нескольких поколений. Перед созывом совета Минато отправил в отставку Какаши, так как ему не нужно было присутствовать на собрании, и его все равно нужно было осмотреть у врача в их больнице, поэтому ему и Аой было разрешено уйти, поскольку девочка-подросток с энтузиазмом относилась экскурсии по Конохе. —… и я просто спрашиваю, почему мы должны заключить договор с людьми, о существовании которых мы не знали до недавнего времени? — Минато услышал, как голос пожилой женщины произнес это, его взгляд последовал за ним к одному из трех членов совета. Кохару Утатане, женщина в возрасте шестидесяти, была, возможно, самой пессимистичной женщиной, которую он когда-либо встречал; у нее всегда было что-то негативное, когда она беспокоилась о чем-то за пределами ее зоны комфорта. Ее партнером, который кивал вместе со всем, что она говорила, был Хомура Митокадо. Его стакан был либо наполовину полон или наполовину пуст в зависимости от того, как он хотел, посмотреть на него. Что также раздражало Минато. Это привлекло его внимание к третьему человеку Совета — Данзо Шимура, человек, который прошел многое и отвечал за темную сторону деревни Листа, которая также поддерживала Лист, как ее основу в отношении более глубоких ям безопасности. Его появление было причиной того, что многие называли его «Боевым Ястребом», причем многие раны были постоянно покрыты бинтами, и он всегда ходил с тростью; его доказательство того, сколько он пожертвовал ради своей деревни. Краем глаза Минато увидел, что два члена племени Тора тихо рычали, на их лбах появились метки, а два члена племени Ума, казалось, молча кипели, сверкая пылающими кинжалами в дверях. Если взгляды могут убить, три члена совета были бы ниже двух километров под землей. Это будет долгая встреча… Кушина, пожалуйста, спаси меня от домашней готовки… — И так, насколько велика Деревня Листа? — спросила Аой Какаши, ее ледяные голубые глаза расширились от удивления, когда она огляделась. Они шли на рынок, некоторые из людей смотрели на Какаши в шоке, проходя мимо. — Она довольно большая… — сказал он ей, кивая другому проходившему мимо Шиноби.Человек смотрел широко раскрытыми глазами, продолжая идти… и Аой поморщилась, когда тот врезался в столб. — Почему все смотрят так, когда видят нас? — спросила она, и сероглазый подросток оглянулся, впервые увидев, как те, кто их замечал, уставились. — Они, вероятно, думали, что я умер, — сказал он бесцеремонно, пожав плечами. — Я пропал без вести после последней битвы, никто не видел меня почти месяц… Довольно легко понять, почему они считают меня мертвым. — Ну, по крайней мере, теперь они знают, что ты все еще здесь, — сказала Аой, мягко улыбаясь ему. Они прошли еще несколько магазинов, некоторые из которых заинтересовали Аой, но она прошла мимо них, зная, что у нее нет с собой денег. — Какаши?! Это ты, мой вечный соперник?! Они медленно обернулись и увидели молодого человека, несущегося к ним со стрижкой под горшок, густыми бровями… и ярко-неоновым зеленым комбинезоном с пылающими оранжевыми гетрами. — Э-э… кто этот парень? И почему он, кажется, знает тебя? — нервно спросила Аой, когда они с Какаши наблюдали, как он быстро приближается. Она даже не заметила, что ее друг сделал пару знаков руками всего за несколько секунд до того, как новый человек собирался взяться за него. В клубе дыма, как раз в тот момент, когда руки человека в зеленой одежде закрылись вокруг того места, где находился Какаши, серебристоволосый ниндзя исчез, заменив его ярко-рыжим котом, который мгновенно начал шипеть, кричать и царапать лицо человека! Аой была поражена внезапным появлением дыма, глядя на нее, когда она почувствовала, как Какаши уводит ее за руку от кричащего человека. — Это, Аой, Майто Гай. Кстати, я бы не стал обращать на него слишком много внимания… он за эти годы заработал гнев множества ниндзя-женщин… — О-кей… — медленно произнесла Аой, оглядываясь назад, прежде чем снова посмотреть на Какаши, когда он вздрогнул от ее взгляда. — Так… где этот доктор, которого ты должен видеть? — А слева ты увидишь гору Хокаге! — Какаши. —. Серьезно, почему ты предпочитаешь идти к настоящему врачу? — Спросила Аой, когда она снова намотала повязки на грудь Какаши. — Я имею в виду, серьезно… Вы бы мне поверили, если бы я сказал, что не хочу, чтобы у медсестер была причина разоблачать меня? — Я уже видела твое лицо, Какаши… — И это только доказывает, насколько я доверяю тебе больше, чем этим фанаткам… — Мне пришлось снять твою маску, пока ты был без сознания, чтобы сшить порез на твоем лице и починить саму маску. Тем не менее. … Ты такой упрямый… Их игривая шутка продолжалась, не зная, что темноглазый ребенок наблюдал за ними из-за дерева, его любопытный взгляд остановился на затылке Аой. Однако, краем глаза Какаши заметил его. — На что ты смотришь? — спросила Аой, поворачиваясь, чтобы взглянуть. Она увидела маленького мальчика, и улыбнулась, в ее глазах появились сердца. «Он такой милый! Пока мальчик задыхался, безуспешно убегая, Какаши с юмором наблюдал, как второй темноволосый мальчик появился также за деревом и остановился, увидев, как его двоюродного брата обнимают.  — Привет, Шисуи-Кун. Извините за это; Итачи был слишком хорош для Аой, чтобы справиться с ней, как я погляжу …. Девушка была незнакома восьмилетнему мальчику, но если Какаши чувствовал себя комфортно рядом с ней, Шисуи не видел никакой причины быть жестким… Плюс смотреть, как её младший двоюродный брат прижимается к ее груди, когда румянец появляется на его щеках и достигает его ушей, было бесценным. — Аой, почему бы тебе не отпустить бедного ребенка… Я почти уверен, что он пытается вырваться… —сухо сказал Какаши, видя, как тонкие руки выстукивают, как борцы, во время матча, когда кто-то сдается, когда лицо Итачи стало синим. — О! Мне очень жаль! — закричала Аой, отпустив ребенка, и он быстро побежал за своим двоюродным братом, застенчиво оглядываясь. — Это просто… плохая привычка, которую я всегда имела с детства; каждый раз, когда я вижу что-то милое, я хочу обнимать и обнимать это. Мой отец пытался избавиться от этой привычки, но все, что он в итоге делал, это раздавал всех кроликов и белок, которых я приводила домой. — Подожди, ты что сделала? , — спросил Какаши, слегка смеясь, убегая от неё, его открытый глаз закрывался от счастья, и Аой поняла, что это значит — он улыбается… — Что? Это удивительно? —Спросила Аой, ее голова мило наклонилась, когда она с любопытством посмотрела на него; Лицо Какаши накалилось от милого действия, которое заставило его замолчать, его губы двигались почти как рыба, пока девочка не заметила его бедственное положение. — Хотя я на собственном опыте знаю, насколько милым Итачи может быть мисс, он определенно не кролик или белка… больше похоже на волчонка, у которого еще не выросли когти. — сказал Шисуи, получив небольшой удар от Итачи, который был действительно немного сильный. — Да, определенно волк, Волк? — сказала Аой, наклонив голову на другую сторону: — Я думала, что Какаши очень похож на волка. То, как я его нашла, и то, как он выглядит, напоминает мне историю, которую мой отец рассказывал мне какогла я была ребёнком —… история? О чем это? — с любопытством спросил Итачи, выходя из-за своего двоюродного брата, когда он шел ближе к Аой, когда она улыбалась как его детское любопытство набирает силу; дети его возраста были ее любимыми. — Ну, это история, которая передавалась в моей семье на протяжении нескольких поколений. О девушке из моей деревни и Волке, которого она нашла раненым… И вот так, все сомнения, которые Итачи таил в отношении девушки, мгновенно исчезли, позволяя его действиям вернуться к действиям обычного пятилетнего ребенка, когда Какаши и Шисуи слушали, не желая испортить момент. «Давным-давно молодая девушка приносила воду из реки, когда увидела в воде большого волка, покрытого ранами с головы до хвоста. Чувствуя сочувствие к волку, она взяла его с собой и вылечила. Со временем они стали близкими друзьями, но вскоре настал день, когда волк ушел. Тем не менее, он не сделал это; вместо этого волк превратился в красивого мужчину с серебристыми волосами, похожими на звезды в лунном свете, который спустился с небес, и сказал ей, что он был тронут ее добротой, что она, смертная женщина, будет заботиться о звере. За ее доброе дело он попросил ее стать его женой.» Глаза Итачи расширились от удивления, удивились этой истории и удивились, почему он не слышал эту историю раньше. «Мои люди говорят, что Человек-волк и его невеста были первыми племенными вождями моего клана…» Когда Аой закончила рассказывать историю, Какаши положил голову на предплечья и вздохнул. — Сколько бы раз я ни слышал, как вы рассказываете, я никогда не устану от неё. — Но, похоже, ты уложила моего двоюродного брата в сон… — дразнил Шисуи, глядя на Итачи, который заснул на коленях у Аой. Он не мог вспомнить, когда последний раз младший Учиха действительно играл в его возрасте, но было приятно увидеть его таким расслабленным как в этот раз. — Похоже, мне придется отвести его домой, чтобы его родители не теряли его… — сказал Шисуи, поворачиваясь спиной к Итачи, чтобы он мог нести его на спине. —Ну, Аой-Сан, было приятно познакомиться. — Увидимся позже, Какаши! — Итак, Какаши. — сказала Аой глядя на сероглазого подростка: — Как вы думаете, их встреча еще не закончилась? — Зная Кацуо-Сан и Аюми-Сан… Кто знает… Думаю, этого не будет. Хотя проверять это было бы плохой идеей. Минато-сенсей — я имею в виду, что господин Четвертый довольно хорошо разбирается в делах.— сказал Какаши, когда они двинулись обратно к зданию Хокаге, оба не подозревая, насколько их будущее может измениться из-за этого рокового события…