Моя чужая жизнь

— Правую вот так. А левую сверху. К обеду нового дня Хэнк всерьёз взялся за обучение Марис владению табельным оружием. В конце концов, хоть она и не настоящий стажёр, но судя по тому, как она каким-то невообразимым путем притягивает к себе всякий пиздец, минимальные навыки стрельбы из пистолета ей жизненно необходимы. Тут и нашлось применение пустым пивным бутылкам, которые было смертельно лень собрать и выкинуть. Стрельбище на заднем дворе получилось знатное, дёшево, как говорится, и сердито, сам Джеймс Бонд бы позавидовал элегантно возвышающимся на палках, железных бочках и мусорных баках пивным бутылям, по которым Марис должна была, по плану, к вечеру научится идеально попадать. Звучало это, конечно, невероятно утопично, ибо руки у Марис безбожно тряслись, как у торчка со стажем. Но Хэнк искренне надеялся, что юный мозг все-таки соображает быстро. — Никогда не думала, что буду учиться стрелять, тем более из пистолета.. — Марис прищурила левый глаз, стараясь, прицелится. — А из чего еще? Из гранатомета? — Хэнк решил пошутить, чтоб как-то снять напряжение с девушки. — Ну.. из винтовки, знаете, из которых обычно в тире, в парках развлечений стреляют.. В этот момент Марис должна была нажать на курок и попала бы, если не в цель, то хотя бы рядом, но резко возникшее в голове воспоминание сбило. Пуля полетела, куда-то в елей живой забор. Хэнк помолился, чтобы это не добило его окончательно, а Марис задумалась.. Парк, тир, винтовки, кажется, было что-то такое, нет..? Запах сладкой ваты, попкорна и веселья.. — Ну, боже ты мой, ну куда ты так дёргаешься? — Хэнк взял её руки в свои. — Будешь дёргаться, и никакой прицел не поможет. Смотри в точку и держи руки ровно, когда стреляешь. — Да.. Спасибо.. — Марис мотнула головой, отгоняя воспоминания в угоду небольшой тренировке. Об этом она еще подумает потом. — Давай. Взводи и стреляй. А не дёргаться было трудно, хотя бы, потому что пистолет не пневматический и отдача у него дай боже. Да и в слабых, девичьих руках он ощущался достаточно тяжело. И все-таки, с поддержкой Хэнка, Марис таки смогла попасть чуть смазанным выстрелом в бутылку, и наверно, ещё никогда треск стекла её так сильно не радовал. — Пара таких тренировок, и будешь как советские снайперы. — Интересное у тебя конечно сравнение.. но спасибо! Тут из-за забора раздался возмущенный вопль соседки, полной, со всклокоченными волосами и громогласным голосом женщины, мол, нечего стрелять в жилом районе, так ещё и с утра пораньше, мешая ей спать. Хэнк не растерялся и покрыл её трехэтажным матом, попутно добавив в ненормативный лексикон Марис пару новых выражений. Ну, как говорится: Словарь обновлен, добавлено 5 новый слов. — Карга ебаная.. тебе бы руки подкачать, а то ты его держишь так, будто это не пистолет, а колбаса. — Если честно я и отжиматься не умею, и физкультуру в старшей школе прогуливала.. — все таки честно призналась Мари. — Ох, не взяли бы тебя в полицию, Марис, не взяли бы. Ладно, хватит с тебя на сегодня. Есть хочешь? — Честно? Пиздец как. И физкультурой я все таки займусь. — Тогда я съезжу за чем-нибудь поесть. Как тебе план? — Отличный план, а мне что делать? — Покорми Сумо, и дальше уже что хочешь. Стоит ли сказать, что Марис была рада тому, что ей, наконец, дали возможность побыть одной без перспективы оказаться убитой или прижатой к стенке. В доме у Хэнка уютно, но срач невыносимый, что в целом характерно для одиноких мужчин, помнится она такое видала в мужской общаге при университете. Общежитие.? Да… но она приходила туда не часто, просто чтобы помогать другим… кажется, с химией.. верно..? Химией.. Она была одной из лучших на курсе, все обращались к ней.. Кажется, одна из преподавателей даже назвала ее юным гением.. Как же её звали то..? Уборка шла медленно, потому что найденный в кладовке старый, ещё её времён пылесос, сразу же после включения в розетку накрылся и задымил, и Марис, от греха подальше, вынесла его из дома. Пришлось снова шариться по углам, и отыскивать отвратительного вида пыльную и засаленную метлу. «Ну, хоть что-то..» — подумала девушка и взялась за средство уборки. Метла, кстати, была удивительным образом похожа на ту самую соседку, которая решила им с Хэнком почитать мораль насчет стрельбы. Однако, в отличие от соседки, от неё был толк, и вымести мусор у неё хоть немного да вышло. Ещё минут двадцать понадобилось, чтобы пробежаться по дому со шваброй. Ванну мыть Мари даже не бралась, тут поможет только бог или ядерка, а вот разложить валяющиеся повсюду вещи смысл есть. Не то чтобы она была жутко педантичной, но у неё стало складываться впечатление, что Хэнк одевается как бомж только по той причине, что понятия не имеет, где находятся его вещи и надевает первое, обо что спотыкается. Потому что, если походить по дому, то можно отыскать неплохие экземпляры, в которых в целом и в пир, и в мир, но, видимо, руки у Хэнка до них просто не доходят. А для Марис уборка - это своеобразный способ занять руки и голову. Почему то мысли о прошлом повергают в страх. Страшно жить в непонимании того, кто ты, но ещё страшнее осознать, что до этого было что-то ещё, и оно исчезло. А возможно это «что-то» было слишком ужасно, чтоб сейчас его вспоминать. Хотя, почему сразу «ужасно»..? Может наоборот, слишком хорошо… слишком хорошо, чтобы просто потерять это в миг, выбежав на дорогу по дурости. И почему же по дурости? Она вообще-то подругу защищала. Вики… Ви, где ты сейчас? Кем.. ты вообще была? Как мы познакомились..? Как давно я тебя знала..? Жива ли ты еще.? Не прошла же моя жертва даром.. — Марис! Марис, ёб твою мать! Девушка аж встрепенулась от такого крика. — Что там уже, господи? В дом завалился Хэнк и Мари уже хотела завопить истеричным тоном: «куда по помытому?», но он застыл, разглядывая дом. — Ты че сделала? — Я.. провела уборку.? — Меня не было от силы час. Мой дом давно не выглядел так хорошо. Хэнк даже остановился на коврике, чтобы вытереть ноги, раньше такой любезности Марис за ним не замечала. Поэтому девушка усмехнулась. — Уборка - это своеобразный способ не думать ни о чем. — А о чем думаешь? — Хэнк тем временем положил на кухонный стол пакет. — Если честно, о прошлом. Иногда на заданиях всплывают воспоминания. И все они хорошие.. что, если честно, меня пугает. — А почему это? — Хэнк подтащил к ней стул. — Садись, в ногах правды нет. Марис и села, закинув ногу на ногу. Дурацкая привычка, еще с младшей школы. — Они все хорошее. Ни одного плохого, страшного или ужасного. — А что в этом плохого? Может ты, и правда хорошо жила. Хэнк достал из пакета две банки пива. Все-таки люди не меняются. — Слишком все ванильное и сахарное. Так не бывает. — В любом случае, это ведь в прошлом. Даже если и было что то плохое, — Хэнк прервался из-за пшика от банки. — Оно осталось там. — Да уж.. но вспоминать надо. А надо ли? — Надо конечно. — к ней подвинулась банка пива. — Так, все-таки, ничего дельного не вспомнила? — Ну.. вспомнила, что, кажется, увлекалась химией и ходила с подружкой стрелять в тир, в парке аттракционов. — Химией. А где училась, помнишь? — В каком-то университете. Где еще были навороченные лаборатории. Ну, навороченные на то время. — Так мы ничего не выясним.. ладно, пей пока. Я тут решил, что, наверное, тебя надо чем-то нормальным покормить, но суп варить я не умею, поэтому рассчитывал на твою помощь. У Марис прямо глазки загорелись. Видимо готовить она любила. — Предоставьте это мне! — Боже ж ты мой, ты же сирота, кто тебя учил готовить? — Ну, вот жизнь и учила. А вообще щас я какой-то не сложный рецепт найду, и будет нам супчик. — Попробуй, с тех времён в поисковиках мало что изменилось, возьми планшет в зале. — Ага, спасибо! — Марис ушла в зал за планшетом. Ее все еще смущает, что они прозрачные, как на такой штуковине вообще порнуху смотреть или фанфик нц-17 читать? Может, есть на них какая-то особенная программа..? И вообще, люди ещё читают фанфики? В её время это было странноватым хобби. Хотя, кажется, фанфики никогда не исчезнут. Вспомнить хоть «50 оттенков серого», которые в свое время были фанфиком на Сумерки. Глупеньковый мозг Марис совсем забыл о супе и побежал искать сайты с фанфиками. И вот она нашла себя на странице с фанфиками нц-21 про какой-то известный бойсбенд. — О, господи, точно, суп! Хорошо хоть супов новых за это время не придумали, все по-прежнему довольно очевидно и просто. А кулинарные сайты могут даже рассчитать, на сколько порций выйдет блюдо по фото продуктов. Вот к чему технологии пришли. — Марис, твою мать, ты там умерла?! — Все, иду, иду! — В общем я пока режу все что есть, как умею. Под «как умею» Хэнк подразумевал кривые, неравномерные куски морковки, которые выглядят плохо, но в целом в суп пойдут. — Так, я нашла самый простой рецепт, давай, дальше я сама. Хэнк добровольно уступил ей место на кухне и сел за стол, хлебая пиво и наблюдая за тем, как Марис эффектно нарезает овощи для бульона. С ножом Мари кстати обращалась явно лучше чем с огнестрелом. Может ей просто нож вместо пистолета выдать? Ножом, правда, против андроида сильно не поборишься. Хотя, лучше чем ничего, если просто бешено куда-либо бить, то во что-то важное может и попадешь. Суп, тем временем, активно забурлил, и Марис уже успела его посолить. В доме приятно запахло едой и даже стало как то по-особенному уютно. Хэнк попытался вспомнить, когда он в последний раз нормально ел? Возможно это и стало основным симптомом того, что его жизнь по полной покатилась по пизде, но уж простите за то, что он из того поколение, где 2 из 3 мужчин - бытовые инвалиды, сраные «иксы», этому поколению даже смешного названия не придумали. Зато теперь у него есть Марис. Она, кстати, стала суетиться по кухне, как мама-крольчиха из детских книжек: мыть посуду, протирать стол, расставлять тарелки и прочее. Ей, видимо, куда-то нужно деть резко накатившую энергию. Суп вышел на редкость вкусным, хотя сам Хэнк еду без мяса отчаянно не признавал. Но суп нахваливал. — Ну, с такими навыками тебя и замуж можно отдавать! Марис на такое заявление только хихикнула и подумала: «Вот только все мужчины, которые мне понравились в этом времени — андроиды» — Помнишь хоть, парень то у тебя был? Или ты, ну… Того, этого? — Вряд ли. Точнее я не помню. Я все, что вспоминаю, сразу тебе рассказываю. — Просто прости за такую убогую шутку, но подозрительно, что ты помнишь только подружку. — Ну, все-таки в момент «инцидента» я была именно с ней. — Значит, тут тебе мужа искать будем. Не волнуйся, паспорт поправим, технически то тебе всё ещё 18. Надо только придумать как это объяснить в департаменте… — Да уж, это и правда, задачка со звездочкой.. — Ну, ничего. — Хэнк выпил из тарелки остатки бульона и, вот чудо, пошёл мыть её. Марис даже удивленно провела его взглядом от стола до раковины. — Давай свою, я помою. — Да.. я бы и сама.. — Ты и так сегодня перевыполнила норму. Иди-ка ты помойся лучше. Я пока твое шмотьё в стиралку закину. — А.. хорошо, спасибо! — девушка поднялась и отнесла тарелку к рукомойнику, а после быстрым шагом пошла в ванную комнату. Помыться и правда, не мешало бы, в конце концов, она здесь которые сутки. Ванна у Хэнка выглядит, конечно, как и весь дом, не ахти. Теперь ясно чего он не особый фанат ухода за собой, здесь в целом находиться неприятно, как в дешёвом мотеле. Но вот кажется, валяется почти пустая упаковка средства для уборки. Начав мыть ванну, Марис быстро переключилась на раковину и, прости господи, унитаз. В конце концов, минут 10 и всё было относительно чисто, Марис даже зачихала, вспомнила про свою аллергию на чистящие средства. Аллергия.. кажется, в прошлой жизни она что-то принимала от нее, так как работала с химикатами.. Да, таблетки, типа супрастина что ли, они всегда были в сумке. Мари на секунду выскользнула из ванны и заглянула в кармашек - точно, пара таблеток осталась. Их обычно стоит запивать водой, но и так сойдет. Выдавив таблетки из пачки, Марис быстро кинула их в рот и проглотила. Пока этого должно хватить.. На всякий случай она все же заперла дверь. Помниться она так делала всегда, даже когда жила одна, какая-то очень тревожная детдомовская привычка. Раздеваться, почему-то, тоже было страшно. Но снять одежду пришлось. Марис посмотрела в зеркало, и ей потребовалась где-то минута ощупывания себя, чтобы осознать, что это её тело, ей не кажется, она выглядит именно так и движения этого тела соотносятся с мыслями в ее голове. Надо поднять эту руку, да, эта и поднялась. Деперсонализация во всей красе. Боже, надо умыться. Вот, так-то лучше. Холодная вода всегда приводила ее в чувства. Хотя она вот только что, своими ручками, отмыла эту ванну, на полную стопу Марис вставать всё же не решалась. Знаете вот этот момент, когда на полной ноге можешь стоять только в той ванне, что у тебя дома, вот, это оно. Помыться было решено быстро, иначе ноги слишком устанут. Благо, рядом было великолепное творение ебучего маркетинга - шампунь «5 в 1», годы идут, а мужские привычки не меняются. Не то чтобы Хэнк заметит то, что его количество уменьшается. Им помоет голову, им же помоется сама. Пахнет оно в стиле того же маркетинга, «мужицкой силой», а на деле хвоей и кажется лимоном. Почему мужские шампуни не делают с клевыми запахами типа кофе или ягодок - отдельная тема для обсуждения. Закутавшись в полотенце, Марис выползла на свет божий и наконец, почувствовала себя живой. Девушка провела рукой по запотевшему зеркалу. Несмотря на все, это все еще ты. Это твои глаза. Потрогай их, они закрываются, когда пытаешься прикоснуться. Твое лицо, оно краснеет когда его чуть чуть сжимаешь. Твоя шея, если возьмешься - трудно будет дышать. Твои плечи и руки, после душа, когда их совсем легко царапаешь, следы заметнее. Ниже ничего не видно, но это всё тоже твое, если прикоснёшься - ощутишь это. Ты здесь. Это ты. Ты - человек. Неповторимое чувство.. Марис выдохнула. Как будто проснулась после долгого сна. Вернее, подтвердила себе, что больше не спит. Это все точно не сон. Плохо это или хорошо..? Черт его знает.. Но, кажется, обратно пути нет. Теперь это ее жизнь. В конце концов, она здесь явно не случайно. Надо разобраться. И, видимо, разобравшись, она, наконец, найдёт покой. Покой.. слово еще такое интересное.. Главное чтоб не вечный, прости господи… А может её душа сейчас и правда в чем то на подобие чистилища.? И что, теперь боги решают, куда ей попасть, в ад или в рай? Вот и вышло ей боком то, что она в церковь не ходила… А говорила ей Вики, что на страшном суде ей припомнят все её порнушные фанфики.. «От твоих слов Дарвин в гробу вертится» — раздался вдруг голос в голове. Только чей..? Кажется, этот голос принадлежал мужчине, скорее даже парню, возможно, ее ровеснику.. Только вот кто мог такое выдать..? Невозможно вспомнить… ни лица, ни имени… Аааа, дурацкая башка! Никакой от тебя пользы! В тебя только есть можно! Может если порыться в сумке..? Черт, и тут ничего полезного. Сдохший, падла, телефон, салфетки, наушники и часы. Странно, она такие не носит. Вики, наверное, тоже не стала бы. А они хорошие, явно качественные, раз до сих пор идут.. Разве что с маленькой трещинкой на стекле. Видимо приложить её все-таки приложило. Раз не её, значит, подарок.. загадка ёбаной дыры, как же ей все это дорого. Марис вздохнула и прислонилась лбом к холодному кафелю стены. Все-таки тяжело… Натянув какую-то относительно чистую футболку и прицепив часы себе на руку, Марис вышла из ванной и улеглась на диван с абсолютно экзистенциальным, уставшим до одурения видом. — Эй, ты чего? — к ней снова подошел Хэнк. — Я нашла часы в сумочке. Но мне их явно кто-то подарил. А кто не помню! — Что за часы? Покажи, может чего пойму. Марис расстегнула застежку на запястье и протянула Хэнку часы. На что он начал многозначительно их разглядывать. — Часы то хорошие, очень даже. Только вряд ли тебе их подарили. — В смысле? — Это мужские часы. — А..ого.. — Марис ошарашено приподнялась. — Я же.. не могла их украсть.? — Ты и украсть, не смеши меня. Может это не тебе их подарили, а ты собиралась их подарить кому то? — Точно.. может и так.. а там нет что-то типо гравировки.? — Не-а. Просто часы. Значит, есть у тебя все таки парень, да? — Видимо был.. — Эй.. — Хэнк положил руку ей на плечо. — Как же все это сложно.. Тяжело вздохнув, мужчина все таки пришел к умозаключению: девчонку надо поддержать. Поэтому он осторожно обнял её. — Ну, давай, иди сюда… Марис, кажется, подсознательно этого и ждала, потому, как тут же вцепилась в мужчину. — Вот так, так… Да, она ему нужна. Но ещё больше он нужен ей. Маленькой, бедной сиротке, оказавшейся в чужом, незнакомом мире и потерявшей всё. И она даже не может вспомнить, что потеряла. — Все, все, все… Ей надо поплакать. Пусть хотя бы она поплачет. Иногда нужно высвобождать свои эмоции. Так, по крайней мере, говорил его терапевт. — Давай… Всё будет хорошо… — Возможно.. когда-нибудь.. — Будет, обещаю, малыш.. — Спасибо.. — Вот так. — Хэнк вытер слёзы с её лица. — Принести тебе воды? Получив в ответ грустное хлюпание и кивок головой, он улыбнулся и пошёл на кухню. А вернулся где то через минуту со словами: — Если хочешь отвлечься - могу кое-что предложить. Забрав стакан и вытерев слезы, Марис немного отпила воды и подняла заинтересованный взгляд на мужчину. — Коннор зачем-то хочет встретиться. Хрен его знает, что ему нужно, но тебе рядом с жестянкой вроде хорошо становится. — Да он.. почему-то мне от его присутствия становится хорошо.. — Собирайся тогда. Едем проводить тебе машинотерапию. После этих слов Марис улыбнулась и, поднявшись с дивана, ушла одеваться, собираться. Она не видела Коннора со вчера, может хоть это поднимет настроение.? Конечно! Он всегда знает, что сказать, чтобы она улыбнулась.. Жестянка-психолог, прелесть… — Ну, где ты там?! — Да иду я, иду! Уже вечерело, с вчера странным образом похолодало, пошёл снег и в этот раз Хэнк укутал Марис основательно: вещи Хэнка все ещё смотрелись на ней как мешок, но так она хотя бы будет в тепле, хотя и выглядит это очень смешно. Мари похожа на те смешные картинки с детьми в огромных пуховиках, ибо в куртке Хэнка она буквально тонет, но, как сказал Хэнк, «главное, что жопу прикрывает». Атмосфера почти вечернего Детройта не могла не давить, но она предвкушала встречу с обожаемой кофеваркой, и даже мерзкая погода не могла испортить настроение, хоть и напоминала о том, что она не дома.