да откроются врата джанната
22 марта 2019 г., 23:33
***
Пригород Уэст-Милфорда. Три часа ночи. — Лекса, посмотри, земля. Девушка отвела сосредоточенный взгляд от своего разобранного оружия, внимательно осматривая асфальт перед фургоном. Около часа он кружил вдоль лесополосы в поисках необходимого поворота. Никто из них не рассчитывал на наличие какого-либо указателя, и потому все трое бдительно всматривались в непроглядную темноту ночи. Перед глазами мелькали деревья, кустарники, редкие фонарные столбы. Безликость и однообразность пейзажа создавала ощущение повтора изображения в окнах фургона, будто они ездили по кругу. Снова и снова. — Да… похоже на то. Останови. — Лекса щёлкнула затвором пистолета, заканчивая его сборку, и покинула автомобиль. Медленными шагами она вела фургон за собой, исследуя каждый метр пространства перед собой. Постепенно. Шаг за шагом. — Что она делает? Рейвен вскинула бровью от нежелания отвлекаться на разговоры. Её глаза неотрывно смотрели на командира, шествующего перед капотом фургона. Яркий свет фар огибал её фигуру и, в тишине ночного сумрака, она приобретала налёт мистичности, таинственности, будто пантера перед прыжком. — Она ищет. Грязь на асфальте говорит о том, что какой-либо транспорт выезжал из лесополосы. Если выезжал, значит и заезжал. Лекса ищет, откуда начинается след… При движении грязь от колёс осыпается… а здесь её много, — Рейвен прервалась из-за резкого взмаха руки Лексы и, дёрнув ручник, остановила фургон, по пути отстёгивая ремешок набедренной кобуры. Девушки вышли из машины, присоединяясь к всматривающейся в густую чащу леса Лексе. — Я думаю, это здесь, — она указала на слабо виднеющийся просвет между деревьями, и Рейвен, включив фонарик, указала лучом на вспаханную колёсами землю в нескольких метрах от них. Не проронив больше ни слова, они спешно вернулись в салон автомобиля. Фургон медленно, словно крадясь, свернул с асфальтированной дороги, погружаясь колёсами в вязкую глинистую почву, из-за чего подвеску мягко подбрасывало на ухабах до тех пор, пока они не уперлись фарами в окрашенный красно-белыми полосами шлагбаум. За окном пассажирской стороны, где сидела Лекса, послышался шорох, и в непроглядных сумерках ночи показалась едва заметная фигура мужчины, одетого в чёрную полевую форму с полицейским фонарем на плече. Он медленно подошёл к капоту, освещая лица внутри фургона, и тем же неспешным шагом стал направляться в сторону окна Лексы. Не дрогнув и мускулом, та приняла расслабленный вид и потянулась к ручке открытия двери. Рейвен едва заметно положила руку на рукоятку своей беретты, неотрывно следя за фигурой мужчины. — Сэр, простите, мы ищем кемпинг-стоянку «Паумонт» и, видимо… — Не договорив фразы, Лекса с силой ударила локтем в район источника света напротив себя. Удар пришелся в район челюсти из-за того, что Лекса была значительно ниже своего оппонента. Фонарь выпал из его рук и глухо приземлился на сухую листву. Воспользовавшись преимуществом, она нанесла сильный удар в колено, заставляя мужчину упасть перед ней. Он сдавленно застонал от боли, но резкий удар по затылку заставил его заткнуться. Тело грузно упало на землю, оставляя за собой шорох сухой листвы в прохладной звенящей тишине леса. Лекса потратила не больше трёх секунд, и Октавия, приоткрыв рот, шокировано уставилась на них. Бросив на неё ироничный взгляд, Рейвен выудила из бардачка связку пластиковых жгутов. Октавия наблюдала, как они, не обменявшись и словом, слаженными действиями связали мужчину и, подхватив его под руки, отнесли в сторожевой пункт, к которому примыкал шлагбаум. Рейвен вернулась за руль, и в эту же секунду Лекса опустила рычаг, освобождая путь для фургона. Автомобиль продолжил медленно ползти вдоль лесной чащи, высоких тёмных столбов, клёнов и ясеней. Открытые окна фургона впускали свежесть приближающегося рассвета, делая воздух влажным и сизым, с поволокой утреннего тумана. Глаза Лексы блестели, оставаясь холодными, без намека на пробивающиеся эмоции, которые словно удары набата стучали в её груди, заставляя сердце сжиматься от недостатка пространства. Это было похоже на вулкан, готовый взорваться от слишком громкого вздоха или неаккуратного движения. Концентрация на её лице смутно граничила с напряжением, заставляя челюсть беспрерывно сжиматься и разжиматься. Они ехали молча, пока рассветное зарево не застало их болью в глазах, от чего они прятали свои взгляды на приборной панели фургона. Рейвен отбросила козырек к лобовому стеклу и тревожно окликнула Лексу, на мгновение встречаясь с ней взглядами. Перед ними вырос новый охранный пункт, за которым виднелось невысокое серое здание. Оно было одноэтажным, окна почти отсутствовали, но охраны было заметно больше, несмотря на то, что фигуры были рассредоточены. — Не меньше трёх, — тихо прогудела Рейвен и, медленно потянувшись в пространство между сиденьем и ручником, вытащила пистолет, осторожно протягивая его сидящей рядом Октавии. Ощутив вес на бедре, она скользнула ладонью по холодящей рукоятке оружия и крепко сжала её пальцами. Решимость и почти непоколебимое бесстрашие сияло в глазах Октавии. Она была смелой девушкой, воинственной, но проблема была в том, что она никогда не убивала. Около часа назад, когда Рейвен объясняла ей разницу между убийством гражданского и обезвреживанием военного юнита, смелость наполняла ей вены, даруя бесстрашие и отвагу. Однако перед лицом реальной опасности Октавия испытывала противоречивые чувства: между желанием оставаться сильной и нежеланием убивать живого человека. Казалось, Лекса буквально кожей почувствовала сомнения Октавии и, метнув на неё короткий взгляд, тихо произнесла: — Оставайся в машине. Возможно, она хотела бы протестовать, хотела оставаться полезной, но в данную секунду страх за чужую жизнь, гипотетически отнятую её рукой, сжимал её губы, позволяя вырваться только короткому мычанию. — Всё в порядке. Для тебя они люди, я понимаю… ты не обязана, — Лекса старалась успокоить девушку, читая её страх в панически мечущихся зрачках и судорожно сжатом пистолете в руках. — Прикрой нас. Затем Рейвен и Лекса вышли из фургона и направились к двум вышедшим навстречу мужчинам в военно-полевом обмундировании, на плече каждого из которых свисал автомат-пулемёт М16. Не испуг подкосил решимость Октавии, не страх за свою жизнь, не возможность быть раненой. Её естество бунтовало, когда смерть была на расстоянии вытянутой руки, на расстоянии взгляда сквозь прицел её пистолета. Резкий звук автоматного затвора вырвал её из раздумий, заставляя всё тело напрячься и почувствовать разочарование от того, что её дух дрогнул перед лицом опасности. Она корила себя, терзаемая мыслью: «Я должна быть там, вместе с ними. Я должна была пойти с ними». Терзаемая муками совести, она крепко сжала пистолет, наполняя свой разум решимостью и отвагой. Её глаза зорко следили за каждым движением, каждым жестом, за каждым шорохом. Сидя в салоне фургона, она видела, как после короткого разговора с Лексой, один постовой скрылся в маленьком здании охранного пункта и, стоило двери закрыть его спину, Рейвен отвлекла внимание оставшегося с ними мужчины, упавшим на землю пистолетом. Парень молниеносно среагировал, вскидывая к плечу приклад автомата, но Лекса нуждалась лишь в секунде и эффекте внезапности, чтобы нанести чёткий и сильный удар в район шейного позвонка. Тело бессильно обмякло и рухнуло с высоты своего роста к ногам забавно улыбающейся Рейвен. — Серьёзно? Пистолет? Больше нечего было? — возмущённо шипела Лекса, на что Рейвен комично пожала плечами, принимаясь тащить тело подальше от двери охранного пункта. Будто отлаженный механизм, Лекса переступила лежащего мужчину, следуя к зданию сторожки. Она прижалась к стене так, чтобы открывающаяся дверь скрыла её от глаз охранника. И спустя пару секунд она ринулась, сжимая локтевым рычагом шею вышедшего из охранного пункта мужчины, зажимая пальцами точку в районе между ухом и челюстью. Будто по команде, охранник резко выдохнул и мгновенно обмяк в руках Лексы. — Я не вижу третьего, — пробормотала Рейвен и, как только она закончила, тишину утреннего леса разрезала серия беспорядочных выстрелов. Девушки синхронно метнули взволнованные взгляды на фургон. Не обнаружив там Октавии, Лекса тревожно прошипела: — Чёрт! Они ринулись в сторону эха от выстрелов, слыша звуки борьбы на расстоянии возможных десяти или пятнадцати метров. Лекса двигалась быстро и почти бесшумно, оставляя за собой сильно хромающую Рейвен. Прорезая своим телом густое пространство сухих ветвей и кустарников, задевающих её лицо, она ускорялась почти на максимум, слыша, как звук вздернутого автоматного затвора раздался в радиусе пары метров от неё. Метнув взгляд в сторону щелчка, она увидела лежащую на земле Октавию. На расстоянии метра от неё стоял мужчина, направляющий в лицо автоматное дуло; он был полон решимости нажать на курок. Октавия задыхалась перед лицом неминуемой смерти. Мужчина крепко сжал приклад. Мгновение. Выстрел.***
— Пульс есть, это глубокий обморок, — мужчина приложил ладонь ко лбу девушки, — у неё жар, вполне вероятно — лихорадка. В таком состоянии у неё есть сутки… не больше. Она просто сгорит, сердце не выдержит. В ответ Ния раздраженно фыркнула, складывая руки на груди. — Роан, подготовь два куба финотропила. — Боюсь, этим ты только ускоришь её смерть, провоцируя её мозг работать, — прокомментировал мужчина, сжимающий запястье Кларк в поисках пульса. — Это приведёт к повышению черепно-мозгового… — Я знаю, к чему это приведет, я владею фармацевтической империей, спасибо за справку, — резко оборвала его Ния. — У меня нет суток, если ты помнишь. — Также я помню, что я должен следить, чтобы гражданский не погиб, — на этих словах он указал взглядом на бездыханное тело девушки, — но я думаю, что пришло время доложить наверх о том, что здесь происходит, — его тон был резким и не терпящим возражений, но, казалось, Нию это ничуть не впечатлило. Она вскинула подбородок, демонстрируя блеск наполненных чистой яростью глаз. Одного короткого взгляда этого мужчины было достаточно для того, чтобы он понял, к чему её привела жажда славы и денег. Ния Куин полностью, бесповоротно и всецело обезумела. Ощущая неминуемый крах её ожиданий, Ния утратила остатки самоконтроля, уступая место одержимости и ненависти. Проводив взглядом удаляющуюся фигуру мужчины, она повернула голову в сторону Роана, несшего медицинский поднос со шприцом и необходимыми принадлежностями. Принимая его, Ния кивком указала в сторону аппаратной комнаты, и приглушенно прогудела: — Проследи, чтобы наш друг не испортил нам планы. В ответ Роан смиренно кивнул и направился в соседнюю комнату.***
Одинокий и разрывающий тишину выстрел. Он оглушил Лексу. Не звуком, не эхом, не ударной волной. Он глушил Лексу чувством потери. Она смотрела перед собой, пока её зрачки расширялись почти в ужасаемой прогрессии. Всё, что она слышала после выстрела, это почти вакуумная тишина и тупой звук ударов сердца в ушах. Шок быстро сменился яростью и, как только она сделала шаг в сторону мужчины, он мягко упал на колени, после чего автомат скатился с его рук на землю и, отягощенный амуницией, он упал лицом в засохшую листву. В небе послышался ропот ворон, дополняющий гнетущую тишину, пришедшую с духом смерти. Лекса перевела взгляд на лежащую на земле Октавию, замечая в её руке пистолет из дула которого поднималась струйка сизого дыма. Её взгляд был полон испуга и горечи, состояние шока всё ещё владело её телом, не разрешая пролиться слезам или наступить панике. Октавия раскрыла рот в попытке сказать что-либо, но только спустя несколько секунд ломающимся голосом произнесла: — Я-я должна была, — её глаза виновато смотрели на Лексу, будто ища в них искупления. — Я знаю… я видела, — она подошла к лежащей на сухой листве девушке, заботливо вынимая из её окаменевшей руки пистолет, сменяя его своей живой и тёплой рукой, — пойдём. Октавия поднялась на ноги, ведомая Лексой. Они шли, держась за руки, и Октавия была благодарна за это, потому что буквально кожей чувствовала взгляд, направленный в её спину, который с каждым её шагом становился печальнее. Картина того, как мёртвый мужчина за её спиной смотрит на её удаляющуюся фигуру, буквально заполонила её разум, вытесняя оттуда все остальные мысли. Ей казалось, что его призрак идёт и, ступая по следам её ног, дышит ей в затылок, холодом своего остывающего трупа. Кровь громко пульсировала в ушах, и шок, сменяемый ужасом, пробил её тело мелкой дрожью, на что тут же обратила внимание сжимающая её ладонь Лекса. Она на секунду метнула на неё понимающий взгляд, и, стараясь передать свою поддержку, крепче сжала ладонь Октавии. Так, не нарушая тишины, они вышли к дороге, и через полминуты пути настигли Рейвен, которая вальяжно опиралась бедром о кузов фургона. Она проверяла количество пуль в магазине своей беретты, пока в её губах неспешно тлела выкуренная до середины мальборо. Рейвен подняла взгляд на Лексу и, получив исчерпывающий ответ, перевела скорбящий взгляд на плетущуюся за Лексой Октавию. Ей не нужно было спрашивать, что произошло в лесной чаще после финального выстрела. Октавия едва шла на своих не вовремя гнущихся ногах, с затуманенным взглядом и таким же сознанием. И Рейвен прекрасно помнила это чувство. Всепоглощающее чувство глубокой скорби, прожигающей грудь, будто расплавленной сталью. — Рей, разверни фургон и подгони его туда, — Лекса указала пальцем на одноэтажное здание за охранным пунктом. — Дальше я иду одна, вы ждёте меня тут и прикрываете в случае подкрепления. — Лекса, я… — Это приказ, Рейвен. — Есть, — вздохнув, она кивнула, принимая авторитет Лексы за единственно верное решение. Как и всегда. — Просто чтобы ты знала: Анья и Линкольн уже едут. Час, может полтора, и они будут здесь. Лекса уверенно кивнула и, переводя взгляд на Октавию, добавила: — Присмотри за ней. Проведя пальцами по передатчику в ухе, она вопросительно взглянула в глаза Рейвен, и в ответ девушка провела рукой по своему. Убедившись в том, что они слышат друг друга, Лекса развернулась, направляясь в сторону бункера. Дойдя в полной тишине до пункта назначения, она мягко опустила ладонь на холод ручки массивной железной двери и едва слышно прошептала: — Здравствуй, море. Тут же слыша мрачный шепот Рейвен в своём ухе: — Тебя приветствуют обреченные на смерть.
