Зомби на полставки

      По правую руку неприятно пахнет разложившимися огурцами, по левую — сладкими яблоками. Чонгуку, несущему тяжелые черные пакеты, везет, что его нос не такой чувствительный, как прежде. Единственный запах, который теперь волнует его — запах свежего мозга.       Он проходит торговый ряд три раза, прежде чем замечает пустующую палатку, на столе которой лежит небольшая записка. «Сюда, Чонгук-а!» — читает зомби и смущенно вздыхает, замечая небольшое сердце рядом со своим именем.       Он приходит рано, но недостаточно, чтобы разложиться в одиночестве. Его, честно говоря, пугает мысль, во сколько в это место пришли остальные торговцы. Не то чтобы Чонгуку трудно рано просыпаться — он и не спит по-настоящему, на самом деле, но он все еще немного ленивый, когда дело касается вещей, которые ему не нравятся.       Очень сильно не нравятся, если быть точным.       Например, тэхеновы сад и огород.       Когда Тэхен, разлегшийся на его груди, радостным тоном сообщил, что увольняется из места, где работал все эти годы, Чонгук даже порадовался сперва. Его хозяин решил, что прибыль, которую он получает в последнее время со своего хобби, в несколько раз больше его зарплаты в конторе, так что нет смысла оставаться там. Тэхен даже умудрился выкупить соседний участок и нанять себе помощника (не зомби, ведь, как оказалось, они бесполезны в этом деле и, самое главное, Чонгук бы очень сильно ревновал). И теперь — по логике вещей — у Тэхена должно быть больше свободного времени, которое он мог бы проводить со своим зомби.       Как же.       Кроме небольшого завода по производству консервов, Тэхен решил поставлять оставшиеся овощи, ягоды и фрукты непосредственно в местные торговые ряды. Это не было бы так прибыльно, если бы Тэхен поставлял туда всю продукцию, но пока он делал это с какой-то частью, все было хорошо.       До момента, конечно, пока Чимин — тот самый помощник — не слег с бронхопневмонией, а Тэхен не додумался отправить торговать в эти ряды Чонгука.       Чонгук, в принципе, не мог сопротивляться щенячьим любимым глазам, и потому, натянув на себя черную панаму до самого носа, теперь стоит на все быстрее заполняющейся улице.       Он действует так, как ему поручил Чимин: раскладывает овощи по специальным ящикам с решеткой (чтобы не покусали покупателей и самого Чонгука за пальцы), ягоды выставляет с краю в красивых стеклянных сосудах с узким горлом, а фрукты подвешивает к потолку в сетках. Яблокам это нравится, и они, смеясь, раскачиваются на новом аттракционе.       — Все лучше, чем если бы они начали плеваться своим соком в прохожих, — объяснил перед выходом Чонгуку Тэхен, когда зомби пожаловался, что указания Чимин-хена какие-то странные.       — Но не проще ли их обездвижить, как ты делаешь дома?       — Так они слишком быстро испортятся, а уверенным, что у тебя купят сразу все, быть нельзя. Понял, Чонгук-и?       — Ага.       «Но лучше бы, все-таки, все раскупили» — думает Чонгук, которому переть всех этих злых маленьких уродов обратно не хочется. Он находит в конце палатки деревянный табурет и со вздохом плюхается на него. Его шея, раненная еще со времени обращения, прикрыта воротником, а бледности из-за тусклого освещения незаметно, поэтому несколько людей, подошедших к палатке, принимают его за обычного человека, пока не начинают задавать ему вопросы. Иногда Чонгуку везет и он просто кивает или показывает на цену, но чаще люди оказываются любителями поговорить — им интересно, куда же делся тот рыженький парнишка Чимин. К концу дня связки Чонгука отказываются полноценно функционировать, и в ответ он лишь хрипит неразборчивым шепотом, как всегда заикаясь.       Он уже собирается, когда к палатке подходит парень в розовом пиджаке и таких же очках и подмигивает ему:       — Как дела, красавчик? Много продал?       Чонгук позволяет небольшой улыбке заползти на свое лицо, прежде чем фыркнуть:       — Ч-т эт на т-бе, хн?       Тэхен высоко поднимает брови.       — Что с твоим голосом?       Чонгук пожимает плечами и хрипит, что не привык так много говорить. Тэхен чешет макушку.       — Нужно показаться отцу Хосока, думаю. Я недавно заходил в мастерскую, и хен мне как раз рассказывал, что пьет какую-то крутую штуку, смягчающую горло.       — А пр-чм здсь связ-ки?       — Да ладно тебе! Может, поможет!       Чонгук решает не спорить и продолжает собираться, с опаской впихивая овощи обратно в пакет. Тэхен смеется, когда зомби страдальчески кряхтит, стоит плодам покуситься на его пальцы. Чонгук выглядит таким милым и беззащитным, пока поджимает свои бледные губы, что Тэхен не удерживается.       Не смотрит по сторонам.       Не раздумывает долго.       Просто целует. Своего самого дорогого и любимого зомби.