Зомби на полставки

      Тэхен Чонгука любит. Правда. Причем любит так сильно, что разрешает ему неделями бездельничать, попивать коктейли из мозгов и читать странные книжки, вроде той, где главным героем был рыжий киборг, пьющий литрами сгущенку. Тэхен тогда замучался объяснять впечатленному Чонгуку, что для зомби сгущенка — не лучший вариант пропитания. Но важно не это, а то, что даже у Тэхена терпение может лопнуть.              — Это что? — обманчиво мягко спрашивает Тэхен у смущенного Чонгука. Зомби в ответ ему неуверенно улыбается и пожимает плечами.              Зато Тэхену отвечает кое-кто другой.              — Ты-сяча моз-гов и бу-тылка крови!              Глаз Тэхена дергается. Он прикрывает глаза, делает вдох, выдох, еще один вдох, еще один выдох, и снова спрашивает:              — Чонгук-а, это что?              — Чон-гуга, эта что? — коряво передразнивает Тэхена попугай.              Зомбиобразный и трупоподобный попугай на плече его дорогого зомби.              — Х-хен, — блеет Чонгук, когда замечает, что Тэхен все никак не может вернуться к нормальному цвету лица. — М-мне е-его Юнги-хен п-по-дарил.              — Ах, Юнги-хен, — понимающе кивает Тэхен, уже прикидывая в голове планы мести. Несчастное выражение лица Чонгука он игнорирует.              — Х-хен, н-не… н-не…              — Что?              — Не ру-гайся, он хо-ро-ший.              — Юнги-хен или твоя дохлая птица? — уточняет Тэхен с неодобрением смотря на облезлое чудовище на плече своего домашнего зомби.              Чонгук не отвечает, но очаровательно надувает губы.              — Х-хен, мо-гу я… оста-вить его? По-жалуйста, х-хен.              Тэхен любит Чонгука, да. Правда-правда. Но иногда ему кажется, что еще чуть-чуть, и он закопает своего любимого на огороде в попытке вырастить ему мозги. Способ непроверенный, конечно, но, а вдруг?              — Чонгук, — вздыхает Тэхен, подходя ближе. — Мы же уже с тобой это обсуждали. Даже Пушинка уже была перебором.              — Но, х-хен, — протестует Чонгук, влажными глазами вглядываясь в лицо хозяина, — Пу-шинка н-не спра-ви-лась бы о-о-одна на ули-це.              Тэхен вспоминает Пушинку и согласно кивает. Пушинка — маленькая мертвая кошечка, которую Чонгук подобрал последней, — действительно была очень плоха в самостоятельном поиске добычи. Все животные, которые стали зомби, добывали мозги других животных, и у кошек с этим проблем не было — мышей они ловили и до катастрофы. Пушинка же никого не ловила: перед смертью ей удалили все зубы, так что и в посмертии они не выросли.              — Пушинка уж ладно, но этому уродцу уж точно было где жить, раз его Юнги-хен притащил.              — Он н-не ур-родец, — возмутился Чонгук, гладя мертвого попугая по голове.              Мертвого, полностью лишенного перьев и местами подтухшего попугая.              Даже возмущаясь, Тэхен знал, чем это все кончится: они поругаются, Чонгук опять начнет ворчать, что вот овощи свои Тэхен любит, а его самого вместе с притащенными животными — нет. Потом Чонгук соберет всех своих зомби-товарищей (пять мертвых кошек, восемь тухлых собак и нового лысого попугая) и уйдет на время в гараж к Хосоку. Это уже случалось несколько раз, и Хосок-хена совсем не радовало, так что уже через сутки, максимум двое, Чонгук возвращался обратно с Тэхеном и своими животными домой.              — Х-хен, н-ну, пожа-луйста, да-вай оставим его, — снова просит Чонгук, когда видит, что Тэхен теряет бдительность, витая в облаках. — Он хо-ро-ший.              Тэхен недоверчиво приподнимает бровь:              — И чем же он так хорош?              Чонгук вдруг расцветает и гордо улыбается. Говорит:              — Дет-ка, к-кто са-мый ворч-ливый?              — Юн-ги-я са-мый ворч-ливый, — голосом, очень похожим на голос Чонгука, говорит птица.              — Дет-ка, ска-жи, а к-кто са-мый кра-си-вый?              — Тэ-хен-хен са-мый кра-си-вый!              — Дет-ка, а к-кто, — начинает было говорить Чонгук, но Тэхен, которого вдруг отпускает недовольство, прерывает его громким смехом.              Он смеется долго, очень долго, прежде чем говорит:              — Хорошо, Чонгук-а, можешь оставить эту свою... Детку. Но если у нас в доме скоро закончится место из-за твоих животных, ты вместе с ними пойдешь спать на улицу. Понял?              Чонгук счастливо кивает и думает, что пойти спать на улицу не так уж и плохо: он не мерзнет, а от дождя всегда можно укрыться в теплице. В ней, конечно, всегда поджидают опасности в лице любимых овощей Тэхена, но пережить это можно. Запросто!