Туманности в областях звездообразования

Они страстно целуются, делают резкие, спешные и от того же неуклюжие движения, но их тела подожжены, как бенгальские огни, и они полностью захвачены друг другом для таких незначительных деталей. Воздуха не хватает в той же степени, что и сил оторваться друг от друга. Брай чувствует мягкое, одновременно хрупкое и решительное прикосновение ладони Роджа к впалому низу живота, и у него в башке перемыкает электроды - в мгновение лампочка рассудка рвано, но четко загорается. Брайан с титаническим усилием отстраняет Роджа от себя, по-настоящему кощунственно расклеивая их в этот драгоценный момент так нежно соединяющиеся души и тела, а особенно казавшийся неразрываемым отныне контакт губ. И сразу же жалеет. - Что? что такое? - Роджер ошеломлен и эмоции на его лице сменяются так быстро, как у маленького мальчика: от пораженного непонимания к отчаянному страху. На Брая уставились два кристальных озера, тревожно взволнованных. А взгляд словно обвинял в том, что он бросил щенка под слякоть (в действительности невозможных при снеге с дождем, но ощутимых в сердце) минус 20°. - Господи, прости меня, я не хотел так резко... Роджер тут же скулит надломленным срывающимся голосом: - Т-ты не хотел... со мной? з-заниматься...этим?? - Блять, черт, нет! - Опрометчиво спохватился кудрявый, не выбирая слов, но уже было поздно. Светловолосый не сдерживает слез, брызнувших из преданных и в конец потрясенных глаз. - О господи, Родж, нет-нет, только не плачь, - Брайан сразу схватил в руки белую макушку и прижал к себе, быстро поглаживая, и начал, захлебываясь речью, объясняться: - Я имею ввиду да, то есть, я безумно хочу этого, просто...блять, какой же я придурок!!! - Просто что? - Родж отлепился от груди Брая, устремив пронзительный взор красных глазонек тому прямо в душу. - Просто... мне нужно было спросить тебя, - Мэй сделал паузу и сглотнул, осознавая насколько все это глупо. Повисла выжидающая тишина, крошащяяся с каждой своей секундой, принуждая немедленно закончить: - ...согласен ли ты? Родж тупо уставился, сразу растеряв все эмоции. Брайан четко мог прочесть у него на лбу код ошибки OC. Пришлось продолжить: - Ну, знаешь, законность акта, сексуальное согласие. Заплаканный ударник пару раз моргнул, прядь комично спала ему на лицо. Что-то в пространстве тикнуло, словно часы пошли заново, когда он дунул на нее. И посмотрел на Брая осмысленным, но не читаемым взглядом. Будто там, внутри, за тонкими слоями оболочки сейчас творится ядерный синтез, как в каких-нибудь звездах. Так и было: несложные логические цепочки слаженно выстроились у него в мозгу, провоцируя мощный катарсис и разрешая дилемму - крикнуть "Брайан, сука, ты ебанат натрия?" или плюнуть в лицо. Роджер лучисто улыбнулся. И притянул выхуевшего и трясущегося от нервов Брая для поцелуя. В общем-то нахлынувшее облегчение и мощный выброс эндорфинов сделали свое дело. Осознание того, что Роджер желаем и над ним готовы трястись, лелея, посылало сладкую дрожь освобождения и радости до самых кончиков пальцев. Впрочем, Брайан, его любимый Брайан, не был бы собой, если бы не вспомнил уголовный кодекс во время секса. На выдохе он прошептал, все-таки не сдерживая маленькую нежную месть: - Идиота ты кусок мой, как же я тебя люблю.