Помечтай со мной

– Вот теперь привет, – произнес Эверетт, когда Шелдон приземлился на пассажирское сиденье. – А ещё? – Поздравить тебя с пятым днём рождения за неделю? – хихикнул Логан. – Привет. И с днём рождения. Он приблизился к Блэру, подцепил его подбородок и легко коснулся губ, прикидывая, насколько сейчас будут шокированы соседи Шелдона. Разумеется, ни на чем подобном им раньше ловить Блэра не доводилось. Шелдон в глазах многих вообще оставался примерным мальчиком, фактически, примером для подражания. Сам Блэр знал, что ему до идеала ползти, ползти и всё равно никогда не доползти. В любом случае, его общественное мнение в этот момент не интересовало. Потому как... безнаказанность. Вообще он и раньше не постеснялся бы поцеловать Логана под окнами своего дома, но понимал, что уже через некоторое время началось бы обсуждение данного явления, а так... Так они были вольны делать, что угодно, зная, что никто ничего не скажет. Они могут напиться, разорить все клумбы в городе, украсть что-то из магазина, разбить витрину и обложить матом полицейских, которые бросятся их догонять, но всё равно ничего им не будет. Утром всё снова вернется на круги своя и можно будет снова делать, что угодно. То, что сейчас происходило с ними, очень напоминало сцену из какого-нибудь романтического кино, но странное дело, Шелдону нравилось, несмотря на то, что Эверетт сегодня взял на себя роль доминанты и в поцелуе больше перехватывал инициативу, чем призывал её проявлять. Это сильно отличалось от того, что было с Трейси. Она всегда, при любых обстоятельствах оставалась девушкой, а потому предпочитала, чтобы её целовали, ей говорили теплые слова, её оберегали от всего, неизменно. С Логаном он изначально был на равных. Нет, Блэр продолжал придерживаться мнения, что Тёрнер – неплохая девушка. Яркая, красивая, интересная, но не его... Именно в плане восприятия, а не принадлежности. Хотя, уже в обоих планах. – Доброе утро, – произнес Эверетт, отстранившись. – Восхитительное. – Что? – Утро восхитительное, – ответил Шелдон, дернув Логана за его вечный хвост с бантиком. – Ай! – Это чтобы к словам не цеплялся. – Я и не цеплялся. Просто не понял. – Видимо, нервничаешь? – хмыкнул Блэр. – Видимо, предвкушаю. – Не волнуйся. Она не такая противная, как может показаться в первый момент. Если присмотреться к ней, станет понятно, что она ещё противнее. – Я помню её, – признался Эверетт. – Немного, но помню. – Правда? – Да. Она же заходила в корпус младшей школы? – Время от времени. – Вот. Я её видел. Думаю, со временем она не сильно изменилась. – Она очень сильно изменилась. Вытянулась, стала использовать намного меньше косметики... – Она и прежде носила каблуки, так что я запомнил её высокой. Логан не кривил душой. У него действительно сохранились воспоминания об Анне Блэр. Их было не так много, но всё-таки они имелись. Она, как и её брат, когда-то занималась плаваньем, водила за собой на поводке трёх подружек и одного бой-френда, с которым постоянно то ссорилась, то мирилась, не зная, оставаться с ним или же найти нового. Тогда она была типичной представительницей школьной элиты, завсегдатаем вечеринок. Её появление означало, что вечеринка удалась, если с ней приходили ещё и подруги, то событие вообще переходило в разряд: «об этом говорят, это обсуждают». То, что младший брат ещё на начальном этапе пошел по её стопам, никого не удивило. Все и так понимали, что человек, носящий фамилию Блэр, играть последние роли в школьной иерархии не будет. Он обязательно пробьётся наверх и получит славу, восторги и лучшую девушку выпуска, раз уж второй отпрыск семьи оказался парнем. Появление Анны в корпусе младшей школы всегда становилось своего рода событием. По меркам малышни выпускница выглядела круто. Даже очень круто. Почти как звезда. Малышки в возрасте восьми лет уже начинали грезить туфлями на высоких каблуках, красивыми сумками и косметикой, а старшеклассница уже могла себе это позволить. И позволяла, разумеется. Так что она была фактически воплощением ожившей мечты. Девочки представляли себя на месте Анны, мальчики в большинстве своем тогда ещё ничего не думали и считали, что девчонки – тупые создания. Один только Джастис таращился во все глаза, заявляя, что его сердце принадлежит этой девушке навсегда. Как оказалось, Пьер уже тогда умел неплохо лгать относительно своих чувств. Своё сердце он никому отдавать не собирался, просто учился плести банальные, но действенные комплименты, на которые так падки девушки. Даже самые разумные. Даже те, кто говорит, что словам не верит. Анна приходила не просто так, а чтобы проведать брата. Вообще-то эта обязанность ей была, откровенно говоря, в тягость, потому что неслабо била по репутации самой крутой девушки. Самые крутые девушки с малышней не общаются. Даже если эта малышня – её брат или сестра. Просто это всё как-то... не престижно, а унизительно. Анна как раз и привила когда-то Шелдону эти самые понятия «престижа», они же кодекс чести популярного ученика. В какой-то мере, они помогли. В какой-то - сейчас казались чушью собачьей... Шелдону о своей семье говорить не хотелось. Он нацепил на нос темные очки, откинулся на сиденье и наблюдал за дорогой, наслаждаясь чужой манерой вождения. Эверетт водил совсем не так, как Джастис, после сеанса езды с которым красить волосы нужно было бы не только Вайолетту, но и всем остальным. Как раз на Лорэнсе эта езда отразилась бы слабее всего, ведь от природы он был светловолос. – Скажи, твоих родителей правда сегодня не будет? – Блэр решил перевести разговор в более приятное русло, прекратив рассуждать о своей семье. – Правда. Как, впрочем, и всю неделю... не должно было бы быть, – вздохнув, закончил Эверетт. И Шелдон понял, что эта тема не намного лучше оказалась. Скорее, наоборот. Она таила в себе много причин для депрессии. – У них действительно годовщина, – произнес Логан. – Двадцатилетие совместной жизни. Они уехали в понедельник, на календаре пятница. Всю эту неделю я проводил вечера в одиночестве, потому, наверное, и на вечеринку выбрался. Дома было отчаянно скучно. Поскольку здесь всегда будет твой день рождения, я так и буду обитать в пустом доме, если, конечно, ты не захочешь составить мне компанию. В реальности моих родителей сорвут с отдыха и им придётся вернуться, чтобы... – он едва не сболтнул «опознать тело», но вовремя прикусил язык. – Чтобы проведать меня в больнице. – Извини. – За что? – Это не лучшая тема для разговоров. Всё время забываю о том, что мы в альтернативном мире, вот и задаю глупые вопросы. – Брось, – отмахнулся Логан. – Но... – Иначе я не выдержу твоего занудства и сбегу к кому-нибудь другому. – Например? – усмехнулся Шелдон. – Я подумаю, – пообещал Эверетт. – Дездемона, Дездемона, – пропел Блэр, проведя ладонью вдоль кромки чужого воротничка. – Отелло, Отелло, – в тон ему отозвался Логан, не выдержал и засмеялся. – Прекрати самобичевание или обещаю, я тебя укушу. Правда укушу. Нормальная была тема для разговора. Просто не лезь в дебри и не думай о том, что завтра будет этот же день, а новый не наступит. Считай, что это разные дни. Завтра я уже не буду тебя поздравлять, а телефон всегда можно отключить, тогда и чужие поздравления тебя задалбывать не будут. Так вот... Мои родители. У них годовщина, они решили отпраздновать её в том отеле, где познакомились когда-то. Странно, но он находился вовсе не на территории Великобритании, а далеко за её пределами. – А где? – спросил Шелдон, заранее предрекая ответ. – Полагаю, ты уже догадался. – В Италии? – Конечно. – Потому вы тогда и оказались в том отеле? – Да. Мои родители любят его нежной любовью, потому часто для отдыха выбирают именно Рим. Я редко летаю вместе с ними. Желания особого нет. – Ясно. – Так, Блэр! – Что? – Меня не покидает ощущение, что кому-то дико не хватает розовых прядей в челке, насечек на запястье и сопливых стихов на обоях в комнате. Что там ещё считается эмо-атрибутикой? Значки, мишки, клетчатые рубашки? Вот их тебе тоже не хватает. Причем сильно. Я понимаю, что ты в печали. Я понимаю, что ты не особо мне веришь, когда я говорю, что не убегу отсюда, а останусь с тобой. Многолетняя вражда за два дня в любовь не трансформируется и всё такое, но извини, это и не два дня что-то во мне поменяли. Не два дня, а больше двух лет. Понимаешь? – Но это всё немного странно. – Наша жизнь – одна большая странность. Смирись с этим, – Логан улыбнулся безмятежно и остановил машину. После чего, не тратя время на очередные объяснения, снял с одноклассника очки, вновь обхватил его лицо руками и, сократив дистанцию до минимума, произнес: – Я не ненавижу. Я правда люблю тебя. Пусть даже много лет подряд говорил обратное. Он продолжал гипнотизировать Шелдона взглядом. Смотрел ему в глаза не отводя взгляда, а лишь время от времени облизывая губы. Блэр впервые так пристально на них смотрел и впервые поймал себя на мысли, что более чувственного рта никогда в жизни не видел. И было бы глупо к нему не прикоснуться. Вообще-то им следовало уже выбраться из машины и отправиться в дом к Анне, но они продолжали сидеть и смотреть друг на друга ровно до тех пор, пока Шелдон не преодолел последние крохи расстояния, разделявшие их, и не прижался к влажным губам поцелуем. Вовсе не нежным, а жадным. До невозможности. Алчущим, как ещё можно сказать. Не разрывая поцелуя, он потянул Логана ближе к себе, пытаясь усадить его к себе на колени. Вместе с тем он жалел о том, что решил сегодня пустить Логана на водительское место. Его кабриолет был совсем не тем местом, где можно легко укрыться от посторонних глаз и не привлекать к себе внимания. А Шелдону в данный момент меньше всего хотелось, чтобы за ними наблюдали. Ему хотелось остаться с Логаном тет-а-тет и... Эверетт умудрился за то время, что Блэр фантазировал, перебраться к нему на колени и теперь очень удачно там устроился, скользя так, что не отреагировать на эти манипуляции мог только законченный импотент. Хотя... Почему-то и в этом у Блэра возникли сомнения. У него от Логана срывало крышу окончательно и бесповоротно, раз и навсегда. Эверетт его старательно дразнил. Уходил от поцелуя в сторону, Шелдон тут же бросался за ним, смазано прихватывая его губы своими, пытаясь вплотную прижаться, но Логан вновь отстранялся. Кажется, сегодня у него было игривое настроение из серии «возбудим и не дадим». Эверетт потянул его рубашку, вытаскивая её из джинсов, и запустил руку под ткань, прикасаясь к коже. Скользнул немного ниже, проводя пальцами вдоль кромки джинсов, расстегнул пуговицу и потянул вниз молнию с явным намереньем влезть Блэру в штаны своей наглой рукой. Шелдон тоже вытащил его рубашку из джинсов, провел пальцами по полоске обнаженной кожи прямо над ремнём, задержавшись пару мгновений на пояснице. Эверетт несколько секунд смотрел на него, прикидывая, что делать, а после снова потянулся за поцелуем. Отстранившись через некоторое время, выдохнул: – Нас заметут за аморальное поведение. Оштрафуют за секс в общественном месте. – Плевать. – Тебе? – Да. – Действительно? – Да. – Тогда продолжаем? – Да, – в третий раз подтвердил Блэр, положив ладони на колени Логана, прижимая его к себе и не позволяя сдвинуться с места. Оба были полны решимости действительно продолжить это. И продолжили бы, не помешай им хозяйка дома, наблюдавшая некоторое время за происходящим на улице. Сначала с интересом, а потом уже по привычке и с диким шоком в глазах. Она их вытаращила и долго не могла поверить, что это сейчас её брат лижется в машине с каким-то мужиком. Ну, то есть, не мужиком, конечно, а парнем. Вообще-то сначала Анне показалось, что этот кто-то – Пьер Джастис. Ошибке способствовали светлые волосы, которые Анне удалось рассмотреть. В остальном парень отлично выбрал место, потому что лицо его было скрыто аркой из зеленых растений, через которые предполагалась проходить к дому. Впрочем, Анна всё равно продолжала придерживаться мнения, что это Джастис окончательно свихнулся и, перестав волочиться за каждой юбкой, в том числе и за её собственной, решил попробовать себя в другой сфере и специализироваться по мальчикам. Выбор на Шелдона пал не случайно. Во-первых, лучший друг. Во-вторых, брат стервы, которая даже не посмотрела в сторону белобрысого ловеласа. В это трудно было поверить, но Анна не сомневалась в том, что Пьер способен и на такой поступок. Просто так, ради развлечения. Джастис ей никогда не нравился. – Эви, – сорвалось с губ её брата. И только это слово разрушило стройную теорию. Судя по всему, ошиблась. Не Пьер, а какой-то Эви. Эван или Эверетт? В любом случае, Анна не была уверена, что раньше видела этого парня. Или видела, но не придала значения. – Когда вы только успели придумать это сокращение? – хмыкнул Логан, хватая ртом воздух, которого после очередного поцелуя очень не хватало. – «Милашка Эви»? – Так там ещё и «милашка» есть? – Есть. – Определенно, я сегодня многое о себе узнаю. Так когда оно появилось? – Ещё в средней школе. – О, – многозначительно выдал Эверетт. Анна царственно прошествовала через арки и остановилась напротив машины. Шелдон слышал цокот каблуков, но не придал этому значения, решив, что ему просто почудилось. Сестра наблюдала за ним, думая, сколько ещё её внимание будут привлекать столь примитивным способом. Анна искренне считала, что представление разворачивается исключительно ради того, чтобы привязать к себе её внимание. Братец вместе со своим белобрысым «другом» даже не посмотрели в её сторону. Анна решила, что пора с этим заканчивать и деликатно кашлянула, надеясь, что на неё хотя бы посмотрят, а не будут делать вид, что она – пустое место. Вообще-то, она думала, что парни растеряются и что-то скажут в своё оправдание, но ничего подобного не случилось. Шелдон только улыбнулся и произнес: – Привет, сестрёнка. Анна тяжело вздохнула. – Добрый день, – произнес тот самый «Эви», перемещаясь с колен брата Анны обратно на водительское сиденье. – Мне никто не попытается объяснить, с чего прямо перед моим домом развернулось это порно-шоу? Или теперь это модно? – поинтересовалась женщина. У Эверетта теперь появилась возможность рассмотреть её, а не рисовать в воображении портреты. Анна по традиции уже собрала волосы в пучок, сколотый на затылке шпильками, и всячески старалась соответствовать образу строгой матери семейства. Платье у нее было синего цвета. Вроде бы яркое, но вместе с тем, тоже очень строгое. Ничего легкомысленного, если не считать его проявлением – брошь в виде цветка. Вообще эта женщина мало напоминала ту школьную королеву, которой запомнил её Эверетт. Видимо, таким же было будущее Трейси Тернер. Сначала школьная королева, которой восхищаются и которой поклоняются, а после – скромная мать семейства с кристально-чистой репутацией и стремлением быть идеальной женой. – Увлеклись, – ответил Шелдон, выходя из машины. Логан последовал его примеру. – Пойдемте в дом, – произнесла Анна. – Там и поговорим. – Надеюсь, воспитывать меня ты не станешь? – Нет. – Ну да, ну да, – пробормотал Шелдон, следуя за сестрой. В этом доме он был настолько редким гостем, что впору было ему каждый раз экскурсии устраивать, он бы всё равно забыл, что где расположено. – Ты не веришь? – Да как сказать... – Всё, как всегда, – резюмировала Анна. – Мы друг другу никогда не доверяли. – Неудивительно. – Почему? – Мы не два брата и не две сестры. Разнополые дети, разного возраста... Было бы странно, люби ты меня безумно. – В общем, да, – кивнула женщина, искоса поглядывая на Логана, который от них намеренно отстал, понимая, что сейчас родственники будут обсуждать что-то, для его ушей непредназначенное. – Кстати, когда ты сказал, что приедешь с другом, я была уверена, что ты притащишь своего озабоченного. Но ты притащил другого... – Анна сделала внушительную паузу, прежде чем решилась добавить, – озабоченного. И кто это вообще такой, если на то пошло? Учти, ответ «Эви» меня не устроит. – Мой одноклассник, – ответил Шелдон. – Эверетт Логан. – Что?! – удивленно выпалила Анна. – Мистер заноза в твоей за... В общем, мистер заноза, о котором ты всегда отзывался, прямо скажем, не ахти, сейчас вполне мило лизался с тобой. И кое-кто, я не буду показывать пальцем, он и сам поймет, получал от действий мистера Занозы очень даже много удовольствия. – А ты долго за нами наблюдала? – Мне интересно знать, что изменилось в твоей жизни за то время, что мы не виделись. – Не удивлю, если скажу, что многое? – Не удивишь. – Вот-вот. – Сколько времени прошло со времени нашей последней встречи? – Полгода, – быстро произвел расчеты Шелдон. – Последний раз мы пересекались на юбилее отца. Рождественские каникулы я провёл вместе с Трейси... – А потом расстался с ней и начал ухлестывать за мистером Занозой. – Что-то вроде того, – подтвердил Шелдон, решив не вдаваться в подробности своих взаимоотношений с Логаном. Всё равно сестра ничего не знала, а он мог потратить на объяснения ни час и ни два. Вот только зачем? Всё равно завтра этот день сотрется из памяти Анны. А значит, всё это бессмысленно. Пусть думает, что он и Эверетт уже давно вместе, а не два дня, которые для Шелдона стоили почти целой жизни. А может, и целой, без «почти». Во всяком случае, это была его исполнившаяся мечта, его самое заветное желание – Эверетт Логан, находящийся рядом, и не потому, что его что-то заставило, а по собственному желанию, по велению собственной души. – В любом случае, спасибо, что не Джастис, – проворчала Анна. – Почему? – Ты знаешь, я терпеть не могу Пьера. – А он тебя так даже очень. – Прикуси язык, мелкий. – Но ведь это правда. – Правда-правда. Только мне от той правды не легче. Я неоднократно говорила, что Пьер меня раздражает, потому я бы вышвырнула вас из дома, если бы ты притащил его сюда. – Обоих? – удивленно вскинул бровь Шелдон. – Обоих. – Но почему? – Его потому, что явился без разрешения, тебя за то, что притащил этого блохастого кошака сюда. – Пьер – блохастый кошак? – Первая моя ассоциация с ним – именно такая, – пожав плечами, пояснила Анна. – Нечто неразборчивое, что тащит к себе в кровать всё, что под руку подвернётся. Хотя... – она покосилась в сторону брата, после чего выразительно посмотрела на Эверетта. – Лучше промолчу. – Да, милая, – улыбнулся Шелдон сестре. – Лучше промолчи. – К слову, Трейси мне тоже не нравилась. – Какое несчастье, – саркастично заметил парень. Сестра лишь недовольно поджала губы, но не стала как-то комментировать это высказывание. День в кругу семьи, происходивший в альтернативной реальности, мало чем отличался от обычного обеда в день рождения с сестрой. Ничего новаторского, революционного в этом дне не намечалось, так что Шелдон даже пожалел немного о своем решении приехать сюда вместе с Логаном. Перспектива, связанная с суши и скайпом, привлекала его гораздо сильнее, чем эта картина под рабочим названием «утро в семье аристократа». Точнее, аристократки. Как обычно, на первых порах Анна попытается быть хорошей и вежливой, но, чем больше времени будет проходить, тем больше яда будет сочиться в её голосе и больше неприятных замечаний вылетать изо рта. О том, что сестра относилась с неприятием к Трейси, Шелдон помнил прекрасно. Тот день, когда они оба оказались приглашены на ужин, можно было назвать одним из самых больших провалов в жизни Блэра. Сначала всё было очень даже неплохо. Анна улыбалась, даже похвалила кофточку Тёрнер. Шелдону казалось, что они найдут общий язык, но это был всего-навсего обманчивый маневр. Стоило только Трейси поверить, что она пришлась ко двору, как заботливая сестрица Шелдона начала топить потенциальную родственницу. В переносном смысле, конечно. Закончился вечер достаточно печально. Скандалом между родственниками и слезами Трейси, которую нужно было успокаивать, гладить по голове и шептать, что она самая лучшая, а всё, что сказала Анна – ерунда. Судя по мерзкой улыбке, Эверетту собирались приготовить ту же самую участь, что и Трейси. То есть, сначала мило улыбнуться, потом окунуть с головой в море грязи. В принципе, Шелдон о возможных последствиях этого разговора Логана предупреждал, но тот лишь улыбнулся шире и заявил, что с достойной соперницей ему будет интереснее вести беседу, чем с Вайолеттом, бесславно утратившим вчера дар речи. – Твой муж на работе? – зачем-то спросил Шелдон. Ответ был ему известен, потому что всегда оставался неизменным. Почему-то создавалось впечатление, что муж Анны дома вообще не появляется. – Да. – А Джерри? – В школе. В отличие от некоторых. – У меня есть повод для прогула. – Есть, – согласилась сестра. – Тогда какие претензии? – развел руками Шелдон. – Никаких. Разговор у них по обыкновению не клеился. И оба эта понимали. Анна даже тяжело вздохнула, представив, что в ближайшее время ей придется развлекать разговором сразу двух человек, о которых она практически ничего не знает. И наплевать, что один из них – её родной брат. – Проходите в гостиную, – произнесла Анна, распахивая двери настежь. – Я скоро приду. После того, как она удалилась, Шелдон почувствовал себя в разы свободнее. Странное дело, но когда рядом находилась сестра, он ощущал себя пустым местом. Вероятно, виной тому были детские комплексы и предрассудки, возникшие по причине неправильного воспитания. Неравномерно разделенная родительская любовь сделала своё дело. Рядом с сестрой Шелдон чувствовал себя ненужным, лишним. Вследствие чего замыкался в себе и не знал, о чем может с ней поговорить. Анна чувствовала настороженность и некое пренебрежение к её персоне. Её это раздражало и она тоже не знала, что можно обсудить с братом. События из повседневной жизни? Их обмен впечатлениями обычно заканчивался на уровне: «Как дела? – Отлично. – Да, здорово». И это за полгода, год. Они пересекались крайне редко, даже на семейные торжества не собирались вместе. То есть, Анна, её муж, сын и родители Шелдона собирались, а он, пару раз почувствовав себя лишним на празднике жизни, больше не совался в эти мероприятия, предпочитая проводить время в одиночестве или же в компании друзей, с которыми было легко и хорошо. Они могли запросто с ним пить, не морщили носы, когда он доставал сигареты, не шипели что-то в адрес распущенной молодежи, когда он приобнимал Трейси за талию, а она прижималась к его губам в страстном поцелуе. Для них это всё было в порядке вещей, потому что они не пытались играть чужие роли и быть лучше, чем есть на самом деле. Родители и сестра пытались быть идеальными. Он для них был паршивой овцой. Или белой вороной, если подобрать менее обидное сравнение. Наверное, вместо второго ребенка им действительно следовало завести собаку, но родители решили, что в одиночестве Анна вырастет эгоисткой, нужно добавить ей ответственности. Так в доме и появился Шелдон. – Судя по всему, мне снова придется принести извинения, – задумчиво протянул Эверетт, появившись в гостиной. Он окинул комнату изучающим взглядом. Ничего особенного в оформлении интерьера не наблюдалось. Очередной модный дизайнер, который заработал славу и имя только потому, что у определенной категории людей не было вкуса, и они нашли его работу восхитительной. Другие её таковой не нашли, но побоялись открыто выразить своё мнение и тоже подхватили песню о том, как все изысканно и талантливо. – За что? – усмехнулся Блэр, присев на диван. – За то, что усомнился в правдивости слов. Это какой-то ад, – произнес Логан, проведя ребром ладони по горлу. – Кто бы знал, что твоя сестрица с годами превратится в такую зануду? Я помню, одно время в школе активно обсуждалась её личная жизнь, и даже до малолеток долетали сплетни о похождениях твоей родственницы. Сейчас такая примерная, словно всю жизнь просидела за последней партой, нацепив на нос жуткие очки и завязав хвостик, вроде того, что делает Нора. – Как их можно сравнивать? – усмехнулся Шелдон. – Мисс Форест – секс-символ Веддингтона вообще. Даже твоя тётка рядом не стояла, не то, что моя сестра. – С Норой вообще никто не сравнится, – подтвердил Эверетт, вспомнив, что учительница делала в бассейне. Он в образе призрака тоже там находился, но не стоял у двери, как фантазия Шелдона и сам Блэр, а непосредственно в помещении находился. И мог всё разглядеть с любого ракурса. Предпочитал наблюдать из-за спины тренера по плаванью. После того, как Шелдон и его придуманный Эверетт сбежали, последовал за ними и наблюдал уже за тем, как подделка ловит чужие мысли и претворяет в жизнь некоторые эротические фантазии Шелдона. В общем, развлекал себя подглядыванием за окружающими. Иногда выбирался в реальность, но там ничего не происходило. Время шло, но очень медленно, здесь же оно летело с фантастической скоростью. Шелдон вновь тяжело вздохнул, привлекая к себе внимание Логана. – Чего теперь боимся? – спросил Эверетт весело. – Того, что моя сестрица сейчас превратится в морализатора и будет полоскать нам мозги на тему того, насколько мы аморально себя вели. – Тебя это пугает? – Нет, но... – Тогда положись на меня и поверь, что этот день будет не хуже, чем предыдущий. Мы не можем сделать каждый день идеальным, но мы можем попытаться, – Логан подмигнул Шелдону и весело засмеялся. Блэр удивленно посмотрел на одноклассника, прикидывая, что тот задумал. На ум ничего дельного не пришло, и Шелдон решил не гадать, а позволить событиям идти своим чередом. Так он и сделал.