Помечтай со мной

В доме было тихо и уютно. Не так, как во время вечеринки. Не грохотала музыка, не бесились пьяные подростки, не воняло сигаретным дымом и ни намека на алкогольный запах не присутствовало. Эверетт стоял посреди гостиной и осматривал комнату, которая в прошлый визит стала местом его очередного позора. Самого крупного после лягушки и обморока. Радовал лишь тот факт, что о нем никто не станет вспоминать. По ряду причин. Во-первых, практически все были мертвецки пьяны, во-вторых, вряд ли на его похоронах захотят обсуждать подобные вещи, если, конечно, не совсем отморозки. Логан придерживался мнения, что его одноклассники вполне нормальные люди, потому хотя бы ради приличия изобразят скорбь и скажут пару сочувствующих слов его родителям, тётке и прочим родственникам. На город уже спускалась темнота. Следовательно, приближалось и время X. Зная об этом, Эверетт стал внимательнее к деталям, ко всему, что видел и ощущал. Цвета, вкусы, запахи. Это было для него сейчас необычайно важно. Здесь, как и в лесу, пахло озоном, а ещё гиацинтами и тюльпанами, цветущими на клумбах. Окна в гостиной были открыты, а потому свежий воздух без проблем врывался в помещение. Логан взял со стола зажигалку, поднес её к свечам, установленным на торте, зажигая все. Вновь подхватил поднос, на котором стояло праздничное лакомство и направился на второй этаж. Проходя мимо ванной усмехнулся, вспоминая первый день. Последняя вариация дня рождения в корне отличалась от всех предыдущих дней. Пожалуй, она была самой спокойной из всех и самой печальной. Но при этом в ней чувствовалось то, что принято называть атмосферой домашнего тепла и уюта. Эверетт улыбнулся, поймав себя на подобных мыслях. С каких пор Шелдон Блэр, вечный враг и самая мерзкая на свете дрянь, стал для него олицетворением этого самого тепла? Раньше об этом даже подумать было смешно. Но раньше ему вообще многое казалось смешным и далеким. Сейчас всё изменилось. Может, не кардинально, но очень прилично. Логан толкнул дверь спальни. Шелдон сидел на полу, дожидаясь появления Эверетта. В его отсутствие Блэр тоже успел о многом подумать. Как и Логан, он сейчас всё воспринимал острее, чем раньше. На многое смотрел с иного ракурса. И, пожалуй, только сейчас задумался над тем, насколько ценит и любит свою жизнь. Пусть даже она была такой короткой. – Песенку петь не буду. Думаю, она у тебя уже в печёнках сидит, – произнес Эви, опускаясь на колени. Поднос он продолжал держать в руках, пока лишь прикидывая, куда его поставить. – Правильно думаешь, – улыбнулся Шелдон. – Учусь читать чужие мысли. – Тебе не привыкать. – Тогда я был призраком и было немного проще, – Эверетт всё-таки пристроил поднос на пол и взял в руки стакан с молочным коктейлем. От спиртного оба из принципа отказались, вспоминая печальный опыт настоящего дня, а не призрачных. – И каково это – быть призраком? Блэр взял свой коктейль и обхватил губами трубочку. На время Логан задумался. Действительно, каково это? Пока он пребывал в призрачном состоянии, он не пытался ничего анализировать, он был занят другими вопросами. Как так случилось? По какой причине он завис между двумя мирами? Найти ответ на этот вопрос в одиночку у него не получалось ровно до тех пор, пока не появились голоса родственников и не поведали ему всю историю от начала и до конца. В дальнейшем, правда, выяснилось, что они пытались его запутать, выдавая разные версии одного и того же события. Сначала сказали правду, потом решили всё переиграть, дабы спасти родственника, позволили пожить надеждой, отобрали её. Их ситуация, кажется, забавляла, а вот Эверетту было совсем не смешно. Однако время, проведенное в качестве призрака, ему... Не сказать, что оно понравилось, но зато позволило приоткрыть завесу тайны, заглянуть в чужие мысли, потому... – Я рад, что мне довелось так пожить некоторое время, – признался Логан. – Честно. Наверное, это глупо, но мне, правда, было не так уж плохо. Разве что придуманный Логан раздражал, а в остальном – всё хорошо. Кстати, почему ты об этом спрашиваешь? – Подумал, что у меня после смерти есть шанс остаться в призрачном облике, – честно ответил Блэр. – С такими приключениями я уже ничему не удивляюсь. – И твои друзья тоже? – Почему нет? – Будете доставать меня и после смерти? – Ну... – Да ладно. Я же шучу, – засмеялся Эверетт. – Если вы будете призраками и придёте жить ко мне, я не стану возражать. Даже мерзкого Вайолетта вытерплю, хотя вот уж кто-кто, а он мне доверия не внушает. – А Пьер? – Что с ним? – Он постоянно опасается увольнения. – Почему? – удивился Логан. – Потому что он мой лучший друг, и это многое объясняет. – Он слишком много думает. Иногда это ни к чему. – То есть, увольнять его ты не собирался? Эверетт отрицательно покачал головой. – Вообще. Даже мысли такой не было. Разговор отлично отвлекал его от предстоящего события. Логан старательно исполнял свою роль, делал вид, что да, именно он вернётся мир живых и продолжит все начатые дела, но знал, что вернется Шелдон и его друзья. Пьера, разумеется, никто не уволит. Наоборот, у него будет повышение. Когда Эверетта не станет, школьную газету возглавит именно Джастис, а приветствия Веддингтону будет читать Вайолетт, раз уж у него прекрасно поставлена дикция и он вообще безумно талантливый актёр. Пройдет время и многие даже позабудут о том, что произошло. Наказания никакого не последует. Родители Шелдона вспомнят о том, что у них есть ребенок и приложат все усилия для того, чтобы их ребенок не попал за решетку. Ведь, несмотря на то, что сбил Эверетта Джастис, за рулем в тот момент находился Блэр, его во всём и обвинят. Картинки сменялись практически молниеносно. Логан не успевал о чем-то подумать, как уже получал ответ на свой вопрос. Сейчас он был спокоен и уверен, что всё обязательно сложится хорошо. Шелдон и его друзья выживут, за решетку не попадут. Это всё спишут на несчастный случай, тем история и завершится, а в подарок Блэру достанутся воспоминания о нескольких призрачных днях, в которых он был по-настоящему счастлив. – Он опасался почему-то. – Бойся меня, я – монстр, – засмеялся Эверетт, наклонив голову. Волосы снова скрыли его лицо. Невозможно было рассмотреть его выражение. А Логан в этот момент улыбался, понимая, что хотя бы на время смог стать счастливым и сделать счастливым другого человека. Пусть даже сложно было поверить в эту любовь, которая столько лет прожила под маской дикой ненависти. – И вовсе нет, – произнес Шелдон, отводя от лица длинные пряди, пропуская их сквозь пальцы. Ладонь переместилась на лицо, провела по щеке, спустилась ниже. Пальцы приподняли подбородок. – Загадай желание, – прошептал Эверетт. – Какое? – Которое в этот момент кажется тебе самым важным, – ответил Логан, взяв в руки торт. – Загадывай желание. Оно обязательно исполнится. – Один раз уже исполнилось, – с улыбкой ответил Блэр. – Правда? – Да. – А что это было за желание? – Четвёртый день. Я загадал: «Пусть Эверетт Логан в меня влюбится. Хотя бы на один день, но влюбится». И именно тогда пришёл ты. Настоящий, а не подделка. И сказал, что любишь меня. Выходит, приметы не такая уж глупость. Чудеса случаются. Нужно только верить в них. – Сильно верить. – Безгранично. – Да, – выдохнул Эверетт, наблюдая за одноклассником. Шелдону хотелось верить, что чудеса действительно случаются. Ему хотелось верить, что и его нынешнее желание исполнится, хотя понимал, что ничего такого произойти не может. Всё равно. Он загадает это желание, даже, если от него не будет никакой пользы и оно сгорит в этом дне так же стремительно, как сгорают праздничные свечи на торте. «Если есть такая возможность, хотя бы самая маленькая... Хочу, чтобы в реальный мир мы вернулись вместе с Эвереттом. Только так, а не иначе». – Раз, два... – начал Блэр. – Три, – закончил Логан. И они одновременно подули на свечи, погасив все до единой. – Исполнится, – заметил Шелдон. – Должно, по идее, – согласился Эверетт. – Торт пробовать будем? – Наверное, он вкусный. – Наверное, да. Логан взял ложку, лежавшую на подносе, и подцепил немного взбитых сливок. – Исполним твоё давнее желание, – произнес, ухмыльнувшись. – Это какое? – Я покормлю тебя с ложечки. Открывай рот. – Думаешь, хорошая идея? – Не будь таким рационалистом. Давай. Эверетт пересел ближе, поднес ложечку с тортом ко рту Шелдона, ожидая реакции одноклассника на его действия. Блэр послушно открыл рот, слизывая верхушку сливок. Логан улыбнулся, набрал ещё немного торта на ложку и снова поднес её к губам. – Надеюсь, ты не собираешься весь его скормить мне? – уточнил Шелдон. – Не планировал. А что? – Просто хотел удостовериться. Кстати, почему сам не попробуешь? – Он вкусный? – Очень. – Тогда попробую. Логан провел кончиком пальца по желейной поверхности торта, по сливкам, поднес палец ко рту и обхватил губами, слизывая сладкую массу. – И как? – поинтересовался Блэр. – Вкусно. – Правда? – Да. Но есть кое-что, чего мне сейчас хочется больше. – И что? – Хочу съесть тебя, – прошептал Эверетт, клацнув зубами для устрашения. Засмеялся и потянулся за поцелуем. Шелдон, разумеется, эту инициативу подхватил, благополучно позабыв и о коктейлях, и о торте, который остался практически нетронутым. Сегодня у Логана мыслей относительно того, как можно использовать еду в эротической игре не было, потому торт так и остался невостребованным. Есть его никто не собирался. Сейчас на горизонте маячили куда более привлекательные перспективы. – Это гораздо лучше торта, – произнес Блэр. – Согласен. – И слаще. – Неужели? – Да. Знаешь, меня никогда не целовали так сладко, как ты. – Правда? – Эверетт по-прежнему разговаривал шепотом, боясь разрушить магию момента. Опасаясь того, что предки в который раз разрушат его иллюзии, наплюют на договор, не станут ждать двух часов ночи. И заберут его к себе прямо сейчас. – Честное слово. – Тогда самое время продолжить. Эверетт вновь потянулся к Шелдону. Отбросил волосы назад, чтобы не лезли в рот и не мешали целоваться в своё удовольствие. Глаза закрыл, хотя был велик соблазн смотреть на Блэра во время поцелуя, чтобы понаблюдать за его реакцией, за его ощущениями. Шелдон, впрочем, тоже глаза закрыл, положил ладонь на предплечье, задрав рукав футболки, прикасаясь к коже. Они сидели на полу и целовались, думая о том, что времени совсем мало и совсем скоро они расстанутся навсегда, а потому не могли друг от друга оторваться, используя все возможности побыть вместе. Ещё немного, совсем чуть-чуть. – Идём в постель, – шепотом произнес Блэр, проводя пальцем по нижней губе Логана. – Идём, – отозвался Эверетт, цепляя край чужой футболки и потянув вверх. При этом немного царапнул по спине короткими ногтями. Стянул ненужную вещицу с Блэра и бросил её куда-то в сторону, не посмотрев даже, куда она приземлилась. Эверетт не торопился. Спешка казалась ему едва ли не преступлением. Сейчас у него вновь возникло то самое чувство, что и в гостиной. Хотелось больше времени уделить изучению чужого тела. И наплевать на то, что они уже занимались любовью в прошлых вариациях дней. Тем более, что сейчас всё должно было быть несколько иначе и отличаться от четвертого и пятого дней. Хотя бы тем, что сегодня Логану предписывалось быть сверху, а это в какой-то степени накладывало на него немалую ответственность. По сути, Шелдон ведь тоже в этом смысле был девственником, и его явно впереди ждали не самые приятные минуты жизни. Да, эта перспектива не должна была так сильно его пугать, ведь его никто не принуждал и не заставлял. Он сам согласился, сам ответил на предложение Эверетта согласием, и сама мысль у него отторжения не вызывала. Блэр понимал, на что идёт, но отступать не собирался. И стыдно до безумия ему тоже не было, именно из-за личности человека, находившегося рядом. Логану он мог довериться на все сто процентов и даже больше, если бы такая возможность существовала. В комнате ярко горел свет, но его никто и не думал выключать. Эверетту хотелось не только чувствовать, но и наслаждаться визуальным рядом всего происходящего, что он, в принципе, уже сейчас мог делать. Логан не торопился, он сидел, упираясь коленями в кровать, и внимательно разглядывал Шелдона, стараясь запомнить каждую черточку, каждую деталь его внешности. Аккуратно провёл пальцами по щеке, спустился на шею, провел по плечу. Волосы снова занавесили лицо и Блэр не видел его выражения. А Эверетт, казалось, затаил дыхание и получал нереальное эстетическое наслаждение от того, что видел перед собой. От того, кого именно видел перед собой. Его ладонь соскользнула с плеча, замерла на талии. Пальцы осторожно прошлись вдоль кромки джинсов, прежде чем Логан решился расстегнуть их и потянуть вниз вместе с бельём. Избавив Шелдона от одежды, Эверетт подцепил и свою футболку, стягивая её с себя. Блэр принялся воевать с застежкой на его джинсах, надеясь тоже их снять в самые кратчайшие сроки. Логан, конечно, позволял ему это делать, потому что сам хотел того же, и не меньше. Кожа к коже, без лишних тряпок, которые только мешают. На губах Эверетта появилась улыбка, он отвел руки Шелдона от своих брюк, прижал их к кровати, наклонился близко и прикоснулся к губам, сразу же втягивая Блэра в сумасшедший поцелуй без всякой нежности, хотя и без каких-то маньячных наклонностей. Шелдон попытался освободить одну руку. Эверетт некоторое время не позволял ему вырваться, после – ослабил немного хватку. Блэр тут же воспользовался перспективой, нарисовавшейся перед ним, положил ладонь на затылок, немного прижимая к себе, словно боясь, что Эверетт исчезнет прямо сейчас, поцелуй этот прекратится и всё будет совсем не так, как услужливо нарисовало его воображение. Шелдону хотелось... Хотелось всего и сразу, и он не собирался от этого отказываться, тем более, что времени у них было достаточно. Два часа ночи казались такими далекими, хотя они были ближе, чем могло показаться. У времени есть странное свойство. Когда чего-то дико хочется и ждешь этого с нетерпением, оно тянется и тянется. Кажется, что тот момент, которого так ждешь, не наступит никогда. Когда мечтаешь отсрочить что-либо - наоборот торопится, спешит вперёд, наплевав на желание человека. Пролетает буквально. Вот и сейчас в мечтах Шелдона и Эверетта время замерло, в реальности оно бежало гораздо быстрее, приближая развязку их недолгой истории. Возможно, ничего не изменилось, и время шло так, как и прежде, просто теперь его ход ощущался иначе. Логану и Блэру действительно казалось, что оно бежит, летит на реактивной скорости и совсем скоро эта реальность рассыплется, как замок из песка, на который наступили из принципа, чтобы обидеть строителя. – Люблю тебя, – прошептал Логан, вновь заправляя волосы за ухо и облизывая стремительно пересохшие губы. – Помни об этом. Вообще-то, с его стороны было достаточно эгоистично произносить подобные слова. Они были почти как поводок, с которого невозможно сорваться. Помни об этом. Фактически, помни меня... Запомни навсегда, не вычеркивай из памяти. Конечно, Шелдон не мог знать, насколько это эгоистично, он не догадывался о рокировке, о том, что это Эверетт остаётся здесь. И хочет верить, что там, в мире реальном, где будет ещё множество лиц и судеб, с которыми переплетется судьба Шелдона, он не забудет свою персональную дрянь, пренебрежительно бросавшую время от времени насмешливое «звезда моя». – Эверетт... – Тс, – Логан приложил палец к чужим губам. – Не говори ничего. Договорились? – Хорошо, – согласился Блэр, послушно замолчав. Больше они и не разговаривали, решив, что язык тела скажет намного больше слов. Все слова уже были сказаны прежде. Некоторые и не по одному разу. Бессмысленно было в сотый и сто первый раз проговаривать одни и те же фразы, глупо было хвататься за призрачные мечты. Нужно было жить настоящим, хотя настоящего оставалось всего ничего. Потому-то оба и не стали тратить его на слова... Логан был потрясающим любовником. Причем, в нем было прекрасно именно то, что он не только отдавался, что называется, со вкусом, без причитаний, без воплей и заявлений о том, как для него это унизительно – раздвигать ноги, подобно девчонке. В нем было прекрасно ещё и то, что он умел брать так, что это не вызывало в голове разрыв шаблона. Шелдон, оказавшись в нижней позиции, не думал ни о чем, кроме того, что ему это, пожалуй, нравится, и наплевать, что могут подумать окружающие. Его не занимали мысли о том, что он, по мнению некоторых, приравнял себя к девчонке, оказавшись под другим парнем. У него вообще мыслей никаких в голове не осталось. Да и какая вообще разница окружающим, что происходит именно в его постели? Разумеется, Логан не обманывал. На первом этапе это было весьма больно и неприятно, но со временем, когда Шелдон немного привык, стало не так уж и плохо. Под конец вообще можно было сказать, что ему хорошо. Он не жмурился от стыда, не чувствовал себя униженным, он легко подстраивался под тот ритм, который ему задавали, двигал бедрами, ощущая прикосновения Эверетта, его поцелуи на шее, легкие прикосновения пальцев. Он по-прежнему не упускал возможности запустить пальцы в длинные светлые волосы, намотать их на ладонь, немного потянуть назад, заставляя Логана отвлечься от своего занятия, прижимаясь к его губам... – Сколько у нас ещё времени? – поинтересовался Шелдон, прикасаясь губами к мочке уха и чуть сжимая её зубами. – Если верить часам, то ещё целых сто двадцать минут. – А ты им не веришь? – По правде сказать, не очень. – Почему? – В этом мире меня частенько обманывают. – Правда? – Ага. Но я уже привык. Логан присел на кровати, перехватил волосы, правда, на этот раз не ленточкой, а одной, самой длинной прядью, используя её вместо заколки. – Думаешь, и на этот раз обманут? – Честно? Не знаю. – Слушай... – А? – Я бы сейчас тоже не отказался от ванны со льдом, – усмехнулся Шелдон. – Очень больно? – Да ничего, терпимо. Тем более, что в процессе было хорошо. – Я надеюсь, – произнес Логан, опустив глаза. Он по-прежнему не краснел, но вот кончики ушей, вспыхнули, выдавая истинное отношение ко всему происходящему. Эверетт в этой ситуации переживал намного сильнее, чем Блэр. Наверное, так происходило потому, что он не хотел оставить о себе неприятное впечатление. Ему на самом деле хотелось, чтобы у Шелдона остались о нем приятные воспоминания. И в этом плане тоже. – Мне было очень хорошо, – повторил Блэр, приподняв чужой подбородок пальцами и прикасаясь губами к губам Эверетта. Он хотел сказать ещё что-то, но в этот момент почувствовал, как Эверетт в его объятиях начинает растворяться. В третий и, наверняка, в последний раз. Больше он не вернется. Сейчас он уходит навсегда и этот поцелуй последний для них. Шелдон всё ещё ощущал прикосновение чужих губ, но с каждой секундой оно становился всё слабее и слабее. Всё менее ощутимым. Логан не пытался в этот момент толкнуть торжественную и пафосную речь о том, как он был счастлив прожить несколько дней рядом с одноклассником, о том, что это было, по-настоящему, здорово. Он и так понимал, что Шелдон всё это знает. Это было похоже на второй вариант дня рождения, когда к Блэру впервые пришел насмешливый призрак. Сейчас Эверетт тоже менялся. Его волосы снова были идеально уложены и перевязаны лентой, и он вновь был облачен в форму Веддингтона. Он протянул ладонь, чтобы погладить Блэра по щеке, но Шелдон снова ничего, кроме прохладного ветерка, не ощутил. Логан уходил. Уходил навсегда. Эверетт, обнял его и прошептал на ухо: – Живи и будь счастлив. А потом исчез, словно его никогда не было. Блэр не сразу понял смысл его слов, но, когда до него дошло, что именно произнес Логан... Он готов был заорать во всю мощность легких, что это отвратительно. Отвратительно и несправедливо. Но ни одно слово не сорвалось с его губ, потому что уже через мгновение Шелдон понял, что он тоже растворяется в воздухе, как совсем недавно Эверетт. Вспышка света ослепила его, и... * * * ... – Твои планы относительно Грейс провалились? – Вайолетт решил завести светскую беседу с Пьером. Джастис обернулся назад и посмотрел на одноклассника так, словно впервые в жизни увидел. – Кто такая Грейс? – произнес, стараясь добавить в голос значимости. – Знать такую не знаю. – Неужели? – притворно провыл Лорэнс. – Как же так? – Если хочешь, забирай. Мне не нужна. – Зубки сломал? – Просто подумал, что такая чумичка мне не пара. – Кого-то отшили, – засмеялся Вайолетт, запрокинув голову. Капюшон с головы упал, волосы он сам от лица убрал, чтобы в рот не лезли. И захохотал ещё сильнее, чем прежде. – Никто меня не отшивал, – злобно произнес Пьер. – Я сам её послал. – Отшили, – продолжал смеяться Лорэнс. – Отшили, отшили, отшили... – Дебил, – прошипел Джастис. – Мне скучно, – произнес Вайолетт, откинувшись на сиденье. – Какое-то странное ощущение пустоты. Никто никогда ничего подобного не испытывал? – Тебя потянуло на философию? – хмыкнул Пьер. – Меня бесит тот факт, что мы сейчас едем по темной улице и рассмотреть что-то можно с большим трудом, – влез в разговор Грегори. – Может, стоило остаться дома? – Я никого не заставлял со мной ехать, – произнес Шелдон, выбрасывая в окно незажженную сигарету, всё ещё торчавшую изо рта и доставая новую. – Вы сами напросились. Теперь не жалуйтесь. – Я боюсь за ваш загородный дом. Боюсь, что, вернувшись, мы обнаружим на его месте лишь пепел. – Дом из камня. Мы обнаружим ещё и стены, – невозмутимо ответил Блэр. Празднование дня рождения действительно проходило в загородном доме. Шелдон давно решил, что праздновать будет там, и от решения не отступился. Поэтому, как только речь зашла о вечеринке, он сразу же заявил о своём желании. Как, впрочем, и о том, что родителей видеть там... Не то, чтобы не хочет. Но надеется, что они понимают, насколько важен факт их отсутствия. Шелдон полез в бардачок за зажигалкой, которая валялась здесь на всякий случай, если основная будет позабыта где-то в доме. Вот сейчас вещица пригодилась, как нельзя кстати. – Там кто-то есть, – произнес Пьер, ткнув пальцем в темноту. – Точно кто-то есть. – Чужой пришел за тобой! – фыркнул Вайолетт. – Нет же! – вспылил Джастис. – Там белочка. – А белочка исключительно у тебя в голове, – хихикнул Грегори. – На себя посмотри, пьянь, – прошипел Пьер. – Там, действительно, белка. – Плевать на белку, – меланхолично отозвался Лорэнс. – Это живое существо! – И что с того? – Ты – сволочь. – Может быть. – Эй, Шелдон! Ты слышал, что там белка? – спросил Джастис, обратившись непосредственно к Блэру. * * * Он слышал голоса своих друзей в отдалении. Картинка была нечеткой, а звук доносился, словно через слой ваты. Совсем недавно Шелдон должен был умереть, не так ли? И он, и его друзья, и Эверетт Логан... Или? Внезапно Блэра осенило. Он понял, почему первым исчез Эверетт. Логан не вернулся в другой мир, он выбрал смерть для себя, отдав свою жизнь самому Шелдону и его сумасбродным друзьям. «И кто же из вас обоих должен умереть?» – поинтересовался голос в голове у Блэра. «Я». «Правда? А Эверетт решил, что он». «То есть...». «Да. Сейчас ты собьёшь его, он умрёт, а вы останетесь живы». «Нет». «Что нет?». «Это он должен выжить, а я умереть». «Уверен?». «Да». «На сто процентов?». «И даже больше». «Какие же вы оба странные, право слово», – заметил голос. Слой ваты исчез и картинка прояснилась. Шелдон понял, что вновь сидит за рулём автомобиля, как в самый первый день. Машина мчится по дороге, освещая её, а впереди... – Там кто-то есть, – произнес Пьер, ткнув пальцем в темноту. – Точно кто-то есть. – Чужой пришел за тобой! – фыркнул Вайолетт. – Нет же! – вспылил Джастис. – Там белочка. – А белочка исключительно у тебя в голове, – хихикнул Грегори. – На себя посмотри, пьянь, – прошипел Пьер. – Там, действительно, белка. – Плевать на белку, – меланхолично отозвался Лорэнс. – Это живое существо! – И что с того? – Ты – сволочь. – Может быть. – Эй, Шелдон! Ты слышал, что там белка? – И не только белка, – произнес Блэр, резко ударив по тормозам. Машина вильнула куда-то в сторону, свет фар выцепил в темноте ещё один силуэт, принадлежавший, что неудивительно, Логану. Пьер, Лорэнс и Грегори матерились в один голос. Джастис уже позабыл про белку, которую собирался спасать. Теперь его мучил вопрос, какого хрена «этот долбаный гонщик так резко тормозит, словно везет мешки с картошкой». Но долбаный гонщик уже ничего не слышал, потому что выскочил из машины и бросился к Логану, который в данный момент был бледным, как полотно. А то и бледнее. Ещё минуту назад он шёл по дороге, повторяя фразы из спектакля, в котором ему так и не довелось сыграть, думал о том, что зря пришел на вечеринку к Шелдону. О том, что одежда воняет, волосы тоже. Жизнь – отстой и лучше никогда не станет. И в этот момент услышал, как на него мчится машина. Свет фар ударил прямо в лицо. Логан зажмурился, приготовившись бесславно умереть здесь, так и не добравшись до дома, но... ничего не произошло. Машина успела затормозить. – Эверетт! – донесся до его ушей голос Шелдона. Логан посмотрел в лицо человека, стоявшего напротив него, закатил глаза и рухнул в обморок, как когда-то в младшей школе.