sorry, he's mine.

      Началась очередная неделя учёбы, которая поглощала студентов ещё больше. Серое небо вгоняло в тоску, а осознание осени близилось с каждым моментом. Погода не была такой холодной, чтоб укутывались в куртки, шарфы, шапки, но явно должно быть что-то потеплее футболки или платья.       Прозвенел звонок на пару, пригласив студентов в аудитории. Многие уже сидели внутри, не имев никакого желания опаздывать, а кто-то добегал вместе с остальными. Преподаватели как всегда приветствовали с весёлой улыбкой и рассказывали про тему лекции.       —Итак, сегодня я хочу, чтобы мы заглянули с вами глубже, — мужчина средних лет прошёлся к другому концу аудитории, подняв взгляд на студентов, — погрузились не в историю о Ромео и Джульетте, а в роман Энтони Бёрджесса, который рассказывает о любви и разочарованиях великого поэта Уильяма Шекспира, — мужчина встал около своего стола, оглянув студентов, — Кто-нибудь догадался о каком произведении я говорю?       —«Влюблённый Шекспир», — два совершенно разных голоса заполнили аудиторию.       —Верно, мисс Хадсон и мистер Малик, — преподаватель улыбнулся и сложил руки в замок, — мы поговорим о неудачной женитьбе, переезде в Лондон, написании пьесы для театра и, конечно же, встречи своей страсти, музы и мечты.       Зейн опустил свой взгляд на первые ряды, когда Дакота посмотрела на него, сидевшего на шестом ряду вместе со своими друзьями. Он рассматривал каждую деталь : её хрупкое тело было облачено в тёмно-зелёную водолазку, талия подчёркивалась джинсами mom-fit высокой посадки и с разрезами на двух коленях, а на ногах были обычные ботинки с цепочками. Волосы плавно спадали на плечи, рядом стояла любимая сумка-шоппер светло-болотного цвета, а на лице минимум макияжа, как и всегда. «Ей он и не нужен», — единственное о чём думал Зейн.       Девушка отвернулась, медленно закрыв глаза и закусив губу. Чёрный свитер из тонкого трикотажа, такого же цвета джинсы зауженного кроя и с разрезом на левом колене и обычные мужские ботинки — всё это так чертовски шло ему. Дакота медленно вдохнула, попытавшись привести своё дыхание в норму. Чёрные, как уголь, волосы, которые Зейн поправлял каждые несколько минут, оставляли свой след в памяти девушки. Хадсон слабо потрясла головой, заправила прядь волос за ухо и попыталась начать слушать учителя.       —События развиваются в Лондоне в конце XVI века и описывают историю запретной любви между молодым начинающим драматургом, актёром Шекспиром и юной красавицей Виолой де Лессепс, которую он однажды увидел на балу и сразу полюбил, — мужчина начал свой рассказ, дабы студенты, которые не читали это произведение, смогли его прослушать.       Зейн, слушав историю, медленно погружался в мысли той ночи, когда он впервые поцеловал девушку.

Flashback.

      Кейд оттянул Зейна за руку и вывел из каморки. Он явно не понимал, почему его друг творит то, что запрещено.       —Ты же сам всё понимаешь, Малик, — Ривера нервно зачесал свои волосы назад, — она слишком юна, а у тебя слишком много тайн и увлечений, о которых…       —Я знаю, — Малик потёр пальцами переносицу, а после продолжил : — Но ты не говорил так ни о Монике, ни о Клэр, ни об одной из моих бывших. Что изменилось?       —Это были нездоровые отношения, Зейн, — Кейд нервно вздохнул, — им было плевать на то, что произошло тогда, а твои увлечения в постели, — парень покачал головой, — я не думаю, что Хадсон поймёт это.       —Ещё никто не уходил без удовольствия, — пакистанец слабо усмехнулся, а после обернулся назад, — она не должна узнать о том, что произошло год назад.       —Моника не умеет держать язык за зубами, — Ривера положил руку на плечо парня.       —Значит придётся заставить её это сделать, — Зейн повернулся к другу, — я не могу держать контроль рядом с Дакотой.       —Тогда ваше общение должно сойти на нет, — Кейд слабо похлопал по плечу пакистанца и отошёл к парням.       Зейн медленно повернулся в сторону девушки, подруга которой уже собиралась её уводить. Дакота в последний раз взглянула на парня, а после скрылась в толпе. Если бы не этот инцидент в прошлом, не его деятельность, то друзья навряд ли бы мешали ему. Но откуда им знать, что брюнетка просто сбежит?

Flashback Ends.

      —Вы, наверное, задаётесь вопросом, — преподаватель слабо засмеялся, — что же здесь делает 1 и 4 курс? Мне просто интересно посмотреть на разницу ваших мышлений, поэтому прошу вас всех прочитать эту книгу, кто ещё этого не сделал.       Дакота, сделав пометки в своём блокноте, приложила ручку к губам, снова вспомнив тот вкус сигарет и яблока.

Flashback.

      —Мы уходим, — Сторми взяла свою подругу за руку и повернулась к Саре, чтобы попрощаться с ней.       —Ничего же страшного не произошло, — девушка пыталась отговорить Пирс, — один поцелуй ничего не изменит.       —Сара, ты сама рассказывала и предупреждала, — блондинка слабо покачала головой.       — О чём вы говорите? — Дакота вмешалась в разговор, явно не понимав его суть.       —Идём, — Сторми посмотрела на свою подругу.       —Я не уйду, пока вы не скажете мне, что происходит, — брюнетка вырвала свою руку из рук подруги и посмотрела на девушек.       —У этого парня слишком много тайн, о которых даже я не знаю, — блондинка нервно закусила губу, — я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.       —Что со мной может случиться? — Хадсон вскинула руками, немного повысив голос, — он лучший студент своего факультета и…       —Дакота, ты не понимаешь, — Сторми попыталась взять свою подругу за руку, а затем нервно выдохнула, когда та отстранилась, — эта пятёрка тщательно скрывает что-то, и я уверена, что это не единственное, что может быть скрыто.       Хадсон слабо покачала головой, потому что нет никаких причин для этих предосторожностей. Сторми не могла быть уверена, что этот парень сделал что-то ужасное, ибо сама ничего не знала. А слухи? Слухи никогда не были достоверной информацией.       —Мы уходим, — блондинка попрощалась с Сарой, которая стояла рядом весь разговор, а затем вывела свою подругу из этого дурацкого клуба.

Flashback Ends.

      —Что ж, — мужчина явно подводил конец лекции, — я надеюсь, что вам было интересно и что вы прочитаете этот роман, потому что он стоит того, — на удивление преподавателя многие начали аплодировать, дав этим понять, что они обязательно прочтут книгу, — отлично, можете быть свободны.       Студенты начали вставать со своих мест и выходить из аудитории, делившись впечатлениями. Наверное, если бы Дакота не задумывалась о губах парня, его руках, татуировках и той ситуации, то тоже бы была в восторге, но сейчас она такого сказать не могла. Сложив блокнот и ручку в свою сумку, брюнетка встала со своего места и обошла парту, двинувшись к выходу.       —Мисс Хадсон, вы забыли телефон, — преподаватель позвал девушку, указав рукой на стол.       —Спасибо, мистер Гонзалес, — брюнетка слабо улыбнулась и вернулась обратно, дабы забрать свою пропажу.       —Я был приятно удивлен, когда услышал ваш голос вместе с голосом мистера Малика, — мужчина складывал свои бумаги в папку, — буду рад послушать ваше мнение на следующей неделе.       Дакота лишь кивнула, а после вышла из аудитории, оставив мужчину одного. Брюнетка зашла в дамскую комнату, поставив свою сумку около раковины. Она достала прозрачный блеск для губ и провела кисточкой по губам, а после, сложив всё в сумку, скрылась в кабинке.       —Это был лучший секс в моей жизни! — Дакота услышала знакомый голос и сразу же затихла.       —Ты говоришь это каждый раз, Ник, — девушка засмеялась от слов подруги, — и никогда не рассказываешь что и как.       —Малик против этого, — Моника пожала плечами, а брюнетка, что сидела за дверью, прикрыла рот ладонью, — просто знай, что ни с кем не получишь такого удовольствия, — вторая девушка снова засмеялась.       —Так что, вы теперь вместе? — Дакота слабо прикусила губу, надеявшись услышать ответ нет.       —Да, я думаю, да, — Моника весело проговорила эту фразу, — пошли уже.       Услышав звук закрывшейся двери, Хадсон аккуратно вышла из кабинки. Она, сама того не поняв, потеряла частицу себя, словно это чёртов обладатель карих глаз унес её с собой. Когда она успела подпустить его так близко к себе?       Брюнетка вышла из уборной, направившись к выходу из университета. Она шла своей лёгкой походкой, пребывав в каком-то своём мире. Она не понимала, почему ей так хотелось снова оказаться в сильных руках парня, хотелось снова провести по его татуировкам, хотелось снова поцеловать его.       —Чёрт, — Дакота не заметила, как врезалась в кого-то, — я прошу прощения.       —Всё в порядке, — уже знакомый хриплый голос сказал это над ухом девушки, заставив её поднять голову вверх, — я знаю, что тебе запретили со мной общаться, — Малик усмехнулся, поняв, как глупо это, — но ты бы не хотела съездить со мной в одно место?       —Я… — Дакота оглянулась по сторонам, а, когда не увидела никого из знакомых рядом, продолжила : — Можно.       Пакистанец слабо улыбнулся, протянув девушке руку, и она в который раз поняла, что потерялась в этой улыбке. Хадсон вложила свою руку в ладонь парня, крепче сжав её, когда тот переплел их пальцы, и они вместе вышли из университета, двинувшись в сторону машины парня.