Предназначение

Предчувствую Тебя. Года проходят мимо– Всё в облике одном предчувствую тебя. Весь горизонт в огне – и ясен нестерпимо, – И молча жду, – тоскуя и любя. А. А. Блок Всегда сложно привыкать к кому-то заново, особенно если вы расстались на тысячу лет. Мерлин не мог поверить в реальность происходящего. Он не видел Артура, но чувствовал его присутствие, стремился постоянно касаться, чтобы убедить себя в том, что он ещё не сошёл с ума. Не сошёл с ума окончательно. Первые месяцы маг не выпускал короля из дома одного, ходил за ним, привлекая чужие взгляды. Одна старуха даже спросила, зачем брать с собой слепого, когда Мерлин чуть не столкнулся с ней в магазине. Тогда Артур впервые за всё время повысил на кого-то голос, и это было действительно страшно. А ещё приятно. Возвращаясь к жизни, маг вновь начинал чувствовать не только бесконечную боль и отчаяние, но и радость, забытую давно влюблённость в своего господина. Артур теперь был рядом с ним. Это значило, что всё должно измениться к лучшему. Однако… Кое-что действительно тревожило Мерлина: они были двумя сторонами одной медали, предназначенные для великих деяний, свершений, но теперь он был бесполезен. Даже со всей своей магией юноша оставался беспомощным котёнком, потому что ничего не видел. Совсем ничего, кроме абсолютной тьмы. И с какой-то обречённостью Мерлин ждал, когда король не выдержит, оставит его в одиночестве. Он не верил, что судьба способна дать ему такой щедрый подарок в виде бесконечного счастья. Шли дни, недели, месяцы, а Артур не уходил. Он устроился на работу в какую-то фирму, стал приносить домой деньги и – каждый день новые – сладости. Он прекрасно знал, как сильно его волшебник влюблён в конфеты, а потому просто не мог его не радовать. И улыбался каждый раз, когда слышал довольное мурчание своего бывшего слуги. – Артур, – однажды юноша решил не оттягивать момент казни, поставить точки над i быстро и навсегда, чтобы потом не было так больно и мучительно от осознания собственной глупости. – Прошёл год. Сегодня ровно. Когда ты собираешься уходить? Король засмеялся, подумав, что это странная шутка. Маг совсем недавно вновь начал шутить и называть его королевской задницей, что заставляло сердце Артура сжиматься от бесконечной нежности. Однако Мерлин казался серьёзным. И от этого стало страшно. – Ты ведь шутишь, да? Скажи мне сейчас же, что ты шутишь, Мерлин, – голос невольно стал слишком громким, король действительно пожалел об этом, но решил не извиняться. Не та ситуация, чтобы думать о том, как и что говорить. Сегодня он планировал рассказать наконец о своих чувствах, поэтому слышать подобные слова от мага было жутко. – Я слепой, Артур. Не могу сам выходить на улицу. Ничего не могу. Вчера пытался призвать себе чашку с чаем и разбил её. А потом не смог собрать, потому что не нашёл осколков. И магия мертва. Её больше нет! Я не могу творить те чудеса, что раньше. Не только из-за зрения. Я слаб. Зачем я тебе? Ты ведь вернулся не просто так. Камелоту нужна помощь. Это твоё предназначение. А я… Груз, Артур. Груз на тебе. Когда ты бросишь меня? Пожалуйста, сделай это скорее. Мне не стоило вспоминать, каково это – быть рядом с тобой. – Идиот! – король облегчённо выдохнул, давя усмешку. Мерлин остался всё тем же наивным чудаком. Он верил в судьбу и истинную суть вещей, думал о том, что хоть что-то из этого имеет значение, как обычно. – Камелота больше нет, Мерлин. Посмотри вокруг! Видишь наш замок? Или, может быть, деревни? Чему нужна помощь?! Тому, чего больше не существует?! Нечего спасать Я больше не король. И вернулся я не для этого. У меня есть другое предназначение, ради которого я здесь. Я думал, что ты догадался. Ты порой говоришь такие умные вещи, что я забываю, какой же ты на самом деле дурак! Слова закончились. И расстояние чудесным образом стёрлось между ними. Артур склонился к нежным губам, оставляя целомудренный поцелуй, будто спрашивая разрешения. Не столкнувшись с протестом, король коснулся поцелуями дрожащих, израненных век, мягко изучил губами всю кожу лица и прижал Мерлина к себе, увлекая на шёлк простыней. Они слишком долго скрывали чувства друг к другу из-за условностей общества и глупостей бытия. Артур ненавидел себя за то, что не признался в своих чувствах ещё при жизни. И поэтому так долго не мог сделать первый шаг сейчас, боясь всё разрушить. * * * Крепко-крепко прижимая к себе Мерлина, Артур шептал ему на ухо: – Ты ведь сам звал меня, помнишь? Я слышал тебя. Даже оттуда. А потом ты замолчал. И я так сильно испугался за тебя, что смог вернуться. Я плохо помню тот мир. Но там было темно. И так одиноко. К чёрту все пророчества, Мерлин. Единственное моё предназначение – быть рядом с тобой. Заработаю денег, починим твои глаза, отправимся куда-нибудь на край света, будем жить рядом с лесом и рекой, разводить скот, охотиться, ездить на лошадях, хочешь? Найду тебе твою книгу магии, продолжишь изучать её. Пусть мир говорит, что волшебства больше нет, но ты же ещё существуешь. Так что он ошибается, этот мир! Мы будем вместе. Всегда. Как одно целое. Я больше не отпущу тебя. Никогда. И мы справимся со всем, слышишь? – Обещаешь? – стонами и криками маг сорвал голос. – Даю честное королевское слово.