Carpe diem

Рознев пытался попадать в ритм Скрипа, но у него получалось отвратительно. Огнева смеялась, когда Лешка демонстративно надувал губы от обиды. Время давно перевалило за полночь, они мчались по пустой трассе М4, в машине громко играла музыка, а Василиса пыталась избавиться от липкого страха. Что ее ждет по приезде в Москву? В Воронеже она чувствовала себя в безопасности, там можно было спрятаться за спинами мамы и Лешки, забыть о своих проблемах. Но ведь все равно наступил бы момент, когда ей пришлось бы уезжать обратно, возвращаться в жестокую реальность и разгребать накопившиеся проблемы. Вот Рознев рассказывает что-то про свою учебу, а девушка даже и не пытается вникнуть в смысл его слов. Парень выдохнул, приметил ближайшую заправку с круглосуточной кафешкой и продолжил делать вид, что не замечает её состояние. Неужели Огнева думает, что в глаза не бросается волнение и апатия? Да они волнами исходят от нее! Если это опять мудень Ляхтич что-то натворил, Рознев найдет и поговорит с ним ласково. С применением кнута и пряника. Давно он хотел познакомиться с москвичами Василисы не столько из желания завести знакомства, сколько из любопытства. Рыжая всегда так их нахваливает, весело рассказывает про нелепые ситуации, которые происходят с ней в столице каждый день. Рознев понимал, что для них он — белая ворона, непонятно откуда взявшийся малец из города-миллионника. Но ему было плевать, что и кто подумает о нем. Лешка едет туда не за конфликтом, а за правдой. Военный видит, как Огневой плохо, как что-то отравляет ее изнутри. И, сука, не дай бог это кто-то из ее компании. Свернув к заправке, Лешка отмахнулся от Василисы, которая показывала на полный бак в машине. — Мы же только заправлялись, — рыжая нахмурилась, но покорно вылезла из автомобиля вслед за другом. — Кофе хочу, в сон клонит, — Рознев улыбнулся, облокачиваясь на железную дверь. — Ты же молчишь у нас, вот и засыпаю. Огнева побухтела для виду что-то про несносного парня, а русоволосый приобнял девушку за плечо и повел в сторону кафе. Официантка старательно пыталась подавить зевки, рвущиеся наружу, Леша заказал два огромных латте и набор пончиков, на что Василиса закатила глаза. — Я, вообще-то, хотела сесть на диету после нг, — подруга скрестила руки на груди и тяжело вздохнула, покачивая головой. — Ну так он еще не кончился, терпи, мартышка, терпи, — Василиса не могла противиться улыбке Лешки. Пончики с разной начинкой и присыпкой дурманили своим ароматом, Огнева клятвенно пообещала себе, что с окончанием праздников сядет на диету, но сейчас ей жизненно необходим был допинг. Рознев хмыкнул, наблюдая, как один за одним с подноса исчезают пончики, хотя сам съел только один. — Можно? — девушка указала на его со сливочной начинкой и звездочками сверху, на что парень кивнул. И как ей вот отказать? Рознев поймал себя на мыслях о том, что Огнева для него не просто подруга детства, а не что большее. Он ощущал Василису своей младшей сестрой, хотя она и старше его на три месяца. Лешка готов за нее оторвать голову любому, парень всегда заступался за нее, всегда бил по роже каждому обидчику. Наверное, это по-настоящему искренняя и сильная связь между ними. Он по-своему любит ее, но точно знает, что не в романтическом плане, как Грезу. — А теперь выкладывай, — Лешка отпил кофе, отставив с торону мизинец, как истинный аристократ. Василиса почувствовала себя загнанной в клетку с диким зверем, нахлынуло дежа вю. На мгновенье ей показалось, что подобная ситуация уже была: они вдвоем сидят, в тишине, и что-то пьют. А, ну да, его день рождения. Только там был не кофе, а вино. — Например? — скосить под дурочку, вот что идеально получалось у Огневой. — Не увиливай, — Рознев отставил стаканчик в сторону, сложил руки в замке на столе и внимательно смотрел на Василису. — Может, с тетей Лиссой такое прокатило, но явно не со мной. С нг ты ходишь вся мрачная, даже не отнекивайся! — парень вздернул одну ладонь вверх, призывая девушку молчать. — Я жду. Рыжая вздохнула, собираясь с мыслями. Рассказывать Лешке абсолютно все — это безумство чистой воды. Но Огнева хорошо знала своего друга, парень до последнего не отстанет, пока не услышит каждую деталь. — Помнишь, я говорила, что рассталась с Марком? Ну, из-за его измен и всё такое… — Рознев серьезно кивнул, приглашая девушку продолжить свой рассказ. — Блять, да сложно это всё, Леш! — Так упрощай, смысл держать всё в себе, накладывать одно на другое? Василис, я тебя совсем перестал понимать. Зачем тогда друзья, если ты не делишься с ними тем, что тебя тревожит? Друзья созданы не только для хороших моментов, понимаешь? — Огнева вздохнула, признавая тотальное поражение. Лешка прав. Она отдалилась ото всех, скрылась в своем рачьем панцире, возложила на плечи тяготы мира, думая, что совсем одна. Девушка забыла о том, что вокруг нее всегда были и есть прекрасные люди, которые помогут всем, чем смогут. А она намеренно отталкивала их от себя, не желая принимать помощь. Рознев пересел к Василисе, замечая, как затряслись ее плечи, а глаза подозрительно заблестели. — Мартышка, перестань. Я рядом, слышишь? Мы обязательно прорвемся с тобой, я никуда не уйду. Всё хорошо, — Лешка гладил девушку по спине, прижимая к себе и успокаивая. Он не любил девичьих слез, но если это хоть чем-то поможет Василисе, то Рознева потерпит. Парень расплатился за кофе и пончики, взял с собой два стакана в деревянном подносе и вышел с Василисой на улицу. В машине они смогут нормально посидеть и поговорить. Девушка закинула на заднее сиденье шарф и вздохнула. Немного полегчало, мысли привели сами себя в порядок, а Лешка ждал и не торопил. И Василиса начала свой рассказ с самого начала, с пятнадцатого года, стараясь связать все нить в единый клубок. Рознев внимательно слушал, пытался уследить за повествованием, но порой переспрашивал очевидные вещи. — То есть, Ляхтич для тебя был так, мальчик, который заставит Драгоция ревновать? Серьезно? Ну, ты вообще… — Лешка одобрительно улыбнулся, кивая головой своим мыслям. Парень сжал кулаки, когда услышал, что Марк угрожал Захарре, тем самым пытаясь вернуть Василису обратно. Довольно хмыкнул, услышав про драку Драгоция с Ляхтичем, как Фэш отмудохал его за свою сестру. Нахмурился, когда этот самый Фэш обвинил во всем Огневу. Выпал в осадок, когда угрозы Марка приобрели реальный срок для друга Василисы. И рассмеялся, когда девушка поставила этого урода на место при помощи доброго и старого шантажа. — Больше он тебя не беспокоил? — Нет, наверное, присел на одно место, — Огнева хмыкнула, весело переглядываясь с Розневым. — Хах, это точно, — Лешка допил свой кофе, отставляя стаканчик в сторону. Он стал противным пойлом, успел остыть за долгий рассказ. Василиса металась, стараясь понять, стоит ли говорить другу о том, что переспала с Драгоцием? Что это гложет ее, что от одной мысли о встрече с парнем уходит земля из-под ног. Она решила умолчать об этом, ведь реакция Лешки неизвестна. Сказала лишь про поцелуй перед нг, когда собрались в загородном доме родителей Фэша и Захарры. — Вот и все. В поздравлении на Новый Год я ляпнула, что люблю его. Надеюсь, он спишет всё это на алкоголь, а не на мои чувства, — Огнева нервно засмеялась, ощущая, как постепенно становится пусто внутри. Да, ей действительно было необходимо высказаться об этом кому-то, собрать всё воедино, обмусолить ситуацию со всех сторон. И это помогло! Лешка сжал ладонь Василисы в своих руках, чувствуя, как холодна ее кожа. — Василис, твое от тебя не уйдет, ты это сама знаешь. Я понимаю, как сильно ты привязана к Драгоцию, как возвела его в свой идеал, но пойми… Судя по твоему рассказу этот парень не такой уж и классный. Он зациклился на том, что с ним сделала прошлая девушка, и теперь считает, что все вокруг желают ему зла. Это твой выбор, но просто задумайся: сделает ли он тебя счастливой? — Даже если захочу, я не смогу его разлюбить, — прошептала Василиса, внезапно понимая, что говорит истинную правду. — Никто и не просит делать это моментально. Не доводи всё это до точки невозврата, слышишь? — Рознев выехал с территории заправки, отмечая, что им осталось два часа пути. — Если тебе нужен мой совет: реши всё сразу, не откладывай это, не прикрывайся какими-то делами. Если дружбы после этого не будет, значит, так оно и надо. Только после нормального, взрослого разговора ты поймешь, заслуживает ли тебя этот человек или нет. Огнева задумалась над словами Лешки, сохраняя молчание. И как вот только решиться все поменять? После такого разговора невозможно будет повернуть время вспять, они все покатятся по наклонной вниз. Готова ли она рискнуть и попытаться что-то изменить? Или же проще оставить всё, как и есть, и задушить в себе эти чувства? Господи, как ей надоела собственная нерешительность…

****

Весь день они беззастенчиво проспали с Лешкой, а вечером выползли на заполненные улочки Москвы, чтобы поглазеть на пестрящие украшениями здания и деревья. Ребята понаделали глупых фоток, пытаясь запечатлить эти мгновения по максимуму. Посидели в уютной кофейне, болтая абсолютно ни о чем, затусили с какими-то ребятами, которые оказались веселыми людьми. И потом поехали с ними на тусовку, слушая песни в исполнении местной банды, обменялись номерами, зачатились в мессенджерах. Огнева удивилась, как Рознев быстро сошелся с москвичами, хотя до этого относился к каждому с подозрением. Но, глядя на то, как Лешка выплясывал с двумя парнями танцы из фортнайта, а их снимали две девчонки, успокоилась. Телефон замигал, пришло оповещение от Захарры, которая настойчиво что-то строчила в общем чате. Василиса посмотрела в беседу, хмыкнула и начала отвечать подруге, пока остальные подползали, как сонные мухи. Диана с Ником возвращаются, прикинь! Там какие-то неполадки в Париже, решили вернуться в мск. Когда? Завтра. Общий сбор всех гиен! Не дай бог ты, Огнева, слиняешь, я тебя из-под земли достану. И Рознева своего приводи, раз уж он тут. Василиса проигнорировала ее подкол, отмечая, что Фэш и Маар молчали, но читали каждое сообщение. На какое-то мгновение она испугалась, что ребята не очень хорошо отнесутся к Лешке, потом успокоилась, поняв, что сам Рознев может плохо отнестись к ним. И тогда ничего не поможет. Следующим вечером они направлялись в квартиру Фэша, Лешка выспрашивал у Василисы про каждого из компании отдельно, пытаясь узнать чуть больше о ребятах. Рыжая неохотно отвечала, поглощенная своими мыслями. Неужели сегодня всё решится? Либо их отношения пойдут дальше, либо дружба закончится. Внутри живот стянуло узлом страха, захотелось развернуться и засверкать пятками, убегая подальше от тяжелого выбора. Но ведь когда-то это должно было произойти, верно? Расставить все точки над и, как говорится. Она может, конечно, скинуть свой слив тем, что прилетели Диана и Ник, не стоит при них выяснять отношения… Да, через пару дней она откроется Драгоцию, так будет лучше. — Даже не думай отступать, Огнева, — произнес Лешка, скривив лицо. — Сейчас или никогда, сама знаешь. Василиса улыбнулась и заверила друга в том, что сделает всё сегодня же. Скрестив пальцы за спиной, конечно. — И почему я тебе не верю? — А, может, не стоит давить на меня прямо сейчас? — Иначе что? — Я разозлюсь. — Ой, Огнева, не смеши меня. Злись лучше на Драгоция, который воспользовался тобой, а потом спокойненько заигнорил, — Рознев бил прямо по больному, вытаскивая наружу все тревожащие Василису мысли. Почему Лешка так реагирует на то, что Василиса ничего не хочет делать со своей жизнью? Какое ему вообще дело? Огнева вспыхнула, подавляя в себе злость. Друг ни в чем не виноват, он ведь говорит правильные вещи. До сих пор Василиса трусила, боялась посмотреть правде в глаза. Но на самом деле всё так и есть: Драгоций просто попользовался, а потом сделал вид, что ничего не было. — Разве ты уважаешь себя, если позволяешь так с собой обращаться? — русоволосый в упор посмотрел на Василису, а девушка замотала головой, подтверждая сказанное. Рознев понимал, что уже задал настрой этой встрече. Возможно, если бы он не ожидал плохого от простых друзей Огневы, то события развивались бы по-другому. Но сейчас Леша и рыжую заразил пессимизмом, перетекающим плавно в зарождающуюся злость. Хозяин квартиры открыл дверь, встречаясь взглядом сразу же с русоволосым, который оценивающе оглядывал Фэша. Драгоцию сразу же он не понравился: уверенная поза, вздернутый вверх подбородок, наглый взгляд серых прищуренных глаз. И Огнева стоит между ними, подозрительно переводя взгляд с одного парня на другого. Лешка протянул руку, учтиво кивнул и выдавил натянутую улыбку, пытаясь удержать пожар ярости внутри. Он сам не понимал, с чего один взгляд на этого темноволосого долбоеба довел его до трясучки. И что в нем нашла его Василиса? Красив? Бесспорно. Умен? Вряд ли. Силен? Точно не про него. — Военный, — прорычал Фэш, сжимая мозолистую ладонь Рознева, пытаясь причинить ему боль. — Дипломат, — с презрением ответил Лешка, внутренне угарая с попыток Драгоция показать свою силу. Фэш сморщился, когда Рознев в ответ сдавил пальцами руку Фэша, играясь с костяшками. Драгоций отпрянул, хмуро глядя на парня, который уже не скрывал ухмылку превосходства. — Эй, петухи, потом яйцами мериться будете! — отпихнув братца в сторону, перед Лешкой возникла темноволосая фурия с веселыми карими глазами и широкой улыбкой. — О, тот самый Алексей? Приятно познакомиться! Захарра втянула парня внутрь, отталкивая Фэша подальше в сторону зала, и начала коршуном кружить вокруг него, осматривая со всех сторон. Наглости ей было не занимать, не то что брату, конечно же. Василиса закатила глаза, когда подруга обратила на нее внимание. — Наконец-то! — Драгоций кинулась к рыжей на шею, крепко обнимая. — Я скучала! — Захари, я тоже, — рыжая чмокнула в щеку подругу, взглядом указывая другу на проход, куда слинял Фэш. — Пошли, познакомим Лешку со всеми. В комнате уже сидели все ребята, Ник и Диана что-то весело рассказывали Маару, перебивая друг друга, а Фэш развалился в кресле, недовольно хмурясь. Рознев фыркнул от такого намеренного представления королевы драмы, а Драгоций метнул в него злобный взгляд. Василиса долго обнималась с Дианой и Ником, закидывая ребят глупыми вопросами, а Маар с любопытством осматривал Лешку. Огнева боялась, что они не примут его, не подружатся. Вон, Фэш скуксился весь, ведь внимание уделяют не ему одному. Рыжая от этой мысли скривилась и с презрением оглядела голубоглазого, который уставился в одну точку на полу. Ну, конечно, Лешка не понравился ему сразу, все должны теперь вокруг него бегать! Как же он ее сейчас раздражал! Постепенно шкала злости ползла вверх, рискуя дойти до точки кипения. Броннеру понравился Рознев, было интересно увидеть человека с абсолютно другими ценностями и складом ума. Лешка оказался простым, свойским пацаном, но в нем все равно была какая-то чертовщина, это чувствовалось сразу. Каким бы добряком с Василисой он не был, Маар сразу понял, что здесь ему не комфортно и не нравится. Это немного удручало, ведь человек он реально хороший. Захарра притащила утку из духовки, задавая Леше очередной вопрос про личную жизнь, от которого он уже в сотый раз отмахивался. — Ой, да хватит тебе. У такого красавчика и нет девушки? Я прям чую, что ты лжешь, — Драгоций примостилась рядом, испытывая истинный интерес к этому парню. Огнева оказалась права, Лешка правда хороший. Медленно, но верно его недовольство уходило прочь, потому что Фэш молчал, и ребята смогли разглядеть в нем отличного собеседника. Рознев рассказывал интересные истории из своей учебы, со времен школы. Проскакивали каверзные ситуации с участием Василисы, которая фыркала и краснела, стараясь скрыть смущение за смехом. Коленки дрожали, когда она натыкалась на пронзительный взгляд Фэша, а тот даже не пытался отвести от нее глаз. Как будто всё ждал, что Огнева обратит на него свое внимание, но та упорно игнорировала его. Драгоцию это явно не нравилось. Ребята не заметили, как за разговорами время пролетело незаметно, бутылка вина оказалась распита, и настал момент тортика, испеченного Захаррой. Василиса вызвалась навести всем чай и принести каждого по кусочку, лишь бы избежать натянутости с Фэшем. Маар притворялся, что не замечает заинтересованных взглядов Захарры. Он был недоволен еще с самого празднования нг в непонятной компании, а сейчас натянут, как пружина. Ему надоели эти кошки-мышки с этой наглой девчонкой, хотелось спокойствия и умиротворенности, а не выноса мозга 24/7. Фэш вскочил, решил помочь Огневой и заодно поболтать с ней по душам. Рознев проводил темноволосого подозрительным взглядом, готовясь в любую секунду прийти на помощь к своей подруге. Сейчас она либо прекратит этот фарс, либо сделает вид, что всё нормально. Василиса вздрогнула, когда тихо закрылась дверь на кухню. Она почувствовала спиной присутствие хмурого Драгоция, а потом и вовсе увидела отражение парня в стеклянном кухонном шкафчике. Он сверлил ее взглядом, не двигаясь с места. — Ни о чем не хочешь поговорить? — Василиса резко крутанулась на месте, опираясь о столешницу копчиком, и сделала вид, что задумалась. — А нам есть о чем разговаривать? — она знала, как Драгоций ненавидит, когда ему отвечают вопросом на вопрос. — Ну да. Например, о том, почему ты меня избегаешь и щемишься по углам, как крыса, — Огнева задохнулась от возмущения из-за резкости Фэша и не заметила, как он подошел ближе к ней. — Это я-то бегаю? А, может, ты меня игнорируешь с той самой ночи? — рыжая постепенно распалялась всё больше и больше, не желая сдерживать накопившееся за эти два года. — Зачем мне это делать? — пробурчал Фэш, опираясь на столешницу руками по обе стороны от бедер Василисы и приближаясь к ее лицу своим. — Может, потому что боишься взять ответственность за свой поступок? — Огнева сама подалась вперед, глядя прямо ему в глаза. — Ответственность? За что? За секс по пьяни? Вась, не смеши, — парень отошел от нее, натягивая улыбку на лицо. А Василисе показалось, что земля ушла из-под ног. Мысли заметались в голове с дикой скоростью, Огнева начала осознавать, что всё выдумала для себя. Их секс для него ничего не значит, просто способ снять стресс. Она для него ничего не значит, и сейчас Фэш напрямик ей об этом сказал. Рыжая для него одна из тех, кто бывал в его постели одну ночь. Ему плевать на нее, на ее чувства… Василиса не вслушивалась в то, что он там что-то бубнил себе под нос, ей казалось, что внутри нее происходит целая война. Мир рушился, а никто этого и не видел. — Я бы хотел забыть об этом, — Драгоций взъерошил волосы, представляя, как низко выглядит сейчас в ее глазах. — Забыть? — прошептала Василиса, а парень вздрогнул от этого. — То есть ты, блять, просто взял и воспользовался мной, а сейчас предлагаешь забыть? Ты ебанутый, Драгоций? Я тебе два раза призналась в любви, а тебе даже ответить нечего! Ты трус, Фэш. Тебе плевать на чувства других, тебя заботит лишь твоя задница, не более. — О чем ты вообще говоришь? Разве это было все не по пьяни? — темноволосый хмыкнул, скрещивая руки на груди. Глупые девушки, сами себе воздушных замков настроят, а потом мучаются от этого. — Нет блять! Я тебя люблю уже давно, но ты в упор меня не видишь! Я для тебя всего лишь подружка Ника, какой была в пятнадцатом году, такой осталась и сейчас. Ты серьезно решил, что мы можем заняться сексом, а потом спокойно сидеть рядом и делать вид, что все нормально? Нет, Драгоций, не нормально! Я устала от этого! Я устала скрывать, прятаться от правды, боясь разрушить нашу дружбу. Но почему-то мне кажется, что ее и никогда не было… — Что за дичь ты несешь, Огнева? Я всегда тебя поддерживал, помогал в случае чего, был рядом. И теперь у нас резко никогда не было дружбы из-за твоей истерики! — Но это совсем не то, чего я хочу! — Да мало ли что ты хочешь! Ты взяла и тупо обесценила то, что было между нами эти три года! — Между нами были моя любовь и твоя бывшая, не более. Скажи, тебя самому не надоело убиваться по ней, а? Она тебя в хуй не ставила, и сейчас ты делаешь то же самое со мной. Ты говорил, что она самый мерзкий человек в твоей жизни, но и ты такой же, Драгоций. Чем ты лучшее нее, а? — Огнева оттолкнула парня от себя, выключая давно кипевший чайник. Василиса сама сейчас была похожа на этот чайник, который просто взорвется от кипения. — Не смей меня с ней сравнивать! Это вообще две разные ситуации! — И в чем же они разные? Она тобой пользовалась, ты попользовался мной. Ммм, да, абсолютно разные, — Огнева взмахнула рука, состроив невинное лицо. Драгоций резко перехватил ее запястья и прижал обратно к столешнице, сдерживая свою злость. Как эта сука его бесила! Надавила на больное, а еще и херню несет, упрекает его непонятно в чем! — Огнева, я не знаю, что там твой воспаленный мозг напридумывал себе, но успокойся! Я понимаю, что ты что-то чувствуешь ко мне, что возвела меня к лику святых, но я не такой. Я мразь, Василис! И даже если бы я испытывал что-то к тебе в ответ, не решился бы признаться. — Что за синдром героя, а? — Я не могу ответить тебе взаимностью, не сейчас. Всё слишком сложно, я даже не знаю, что тебе сказать. Возможно, в тот день мы совершили ошибку, я без понятия. Ты хороший друг, я бы не хотел тебя терять, понимаешь? — Какой же ты все-таки эгоист! Собственный комфорт дороже чувств других! Василису трясло от злости и от осознания того, какого человека она любила всё это время. Он предстал перед ней в истинном обличье, показал, насколько жалок. Стало настолько обидно за себя, за свои чувства, за свою гордость. Она открылась ему, показала, что по-настоящему любит, а Фэш взял и растоптал. — Драгоций, я тебя так ненавижу! — Огнева залепила опешившему парню пощечину и ринулась в сторону двери, пулей вылетела с кухни и пронеслась через весь зал, желая оказаться подальше от этого места. — Эй, Василис, ты куда? — Захарра вскочила вслед за подругой, увидев слезы у нее на лице. — Да подожди ты! — девушка с Дианой метнулась за Огневой, но та лишь хлопнула дверью. Рознев вскочил на ноги, сжимая кулаки. Как он и думал, этот Драгоций совсем еблан, который сейчас отхватит по роже. Ник переводил взгляд с набыченного Лешки на всклокоченного Фэша и прикидывал, кого следует держать. — Между вами кошка перебежала что ли? — произнесла Диана, стоя в проходе с Захаррой. Они не успели остановить Василису и нормально поговорить. — Опять ты нахуевертил, Фэш? — Захарра вплотную подошла к брату, тыкая его в грудь. — Я же предупреждала тебя! Парень скривился, отмахиваясь от сестры. Не хватало ему тут нотаций еще вдобавок, мало что ли бешеной Огневой? Вопросы от ребят посыпались на Драгоция со всех сторон, обвиняли его во всех смертных грехах, и он не выдержал. — Блять, да переспали мы, что непонятного?! — заорал Фэш, пытаясь выпустить на ком-нибудь свой гнев. Драгоций забыл, что в комнате находились не только его друзья, которые поймут и примут, но еще и лучший друг Василисы. А Рознев за рыжую порвет любого. Не успел Фэш спокойно выдохнуть, как в скулу ему прилетел кулак будущего военного. Захарра замерла в ступоре, Ник остановил дернувшегося Маара, покачав головой. — Сам напросился, — карие глаза Лазарева блеснули холодной яростью, Ник сжал кулаки, даже не пытаясь вытащить друга. Драгоций проигрывал Розневу по многим параметрам, мало того, что он пропускал почти все удары, которые наносил бывший школьный драчун Лешка, так еще русый блокировал каждую попытку ответки. Фэш вывернулся, поставил подножку Розневу, тот плюхнулся на спину, но ловко подскочил, сбивая с ног парня. Драгоций нанес удар наотмашь, но для Лешка это было не более, чем укус комара. Противного, раздражающего, так и хочется прихлопнуть. — Фэш, Леш, перестаньте! — Захарра попыталась вклиниться между рычавшими парнями, но ее оттащил Маар. — Не трогай меня! — Они сами разберутся, вон, Рознев уже успокоился, — блондин кивком головы указал на Лешку, и Захарра перевела взгляд на друга Василисы. И правда, тот сидел на спине Фэша, придавив того к полу, и держал обе руки темноволосого, вытянув их прямо вверх. Рознев что-то говорил Драгоцию, а тот пытался вырваться. Внезапно Лешка слегка дернул руку, Фэш замычал от боли, но смог успокоиться. Рознев встал, отряхнул руки в легком жесте и оглядел присутствующих, скривившись. — Такие себе у тебя друзья, Драгоций. Не вступился никто, кроме твоей сестры, — русый хмыкнул и сделал шаг в сторону двери, но потом опять развернулся к ребятам. — Хотя, я бы тоже на вашем месте не пытался защитить этого мудака. И вышел, набирая номер Василисы, но та словно сквозь землю провалилась. — Вот же ж, — Фэш сел, потирая запястья после хватки военного. — Они с Огневой подходят друг другу, оба вспыльчивые. — О, Фэш, ты заслужил это, — вступился за Лешку и Василису Ник, скрестив руки на груди и глядя недовольно на друга. — Ты сам всё испортил. — Эй, ну хватит! Кто из нас не совершал ошибок, а? — Маар постарался повернуть ситуацию в другую сторону, но никто этого не оценил. — Ошибок? Да он унизил Василису перед всеми! — взъерошилась Диана, выступая вперед, и посмотрела на Броннера, удивляясь, какой он тугодум. — Он хотя бы сказал правду о своих чувствах, а не бегал от нее, — вбросил Маар, не в силах сдерживаться. Сама атмосфера, полная негатива, способствовала возможности выяснений отношений с Захаррой раз и навсегда. Броннер чувствовал, как внутри него что-то щелкнуло, он готов прямо сейчас принять решение, все зависит от Захарры. Та повернулась к нему, не веря своим ушам. — Кто от тебя бегал, а? Это ты прикрываешься глупыми играми, которые никому не нужны! — Драгоций подскочила к парню, стискивая кулаки от злости. — Ой, да что ты! Может, это ты испугалась своих чувств, решила просто промолчать в тот день? Ах ну да, у тебя же великие цели, куда мне, простому смертному, до прекрасной Захарры! — Окей, ты хочешь поговорить об этом? Давай поговорим! — Захарра распылялась с каждым словом всё больше и больше, абсолютно не замечая, что все присутствующие смотрят в упор на них. — Мало того, что ты наплел всем, в том числе и мне, про свою девушку. Хотя это твоя подруга детства Лена из Америки, так ты еще пытался этим поиграть на моих чувствах! Как оно, Броннер, нормально? — Ой, Захари, я все вспомнил в тот же день. Но ты оказалась такой ебаной трусихой, раз не сказала мне правды сразу, — Драгоций молча смотрела на Маара, пытаясь понять, когда он успел стать такой мразью. — Я устал бегать за тобой, быть твоим мальчиком для ебли. Я тебя, блять, ненавижу, Драгоций! Фэш услышал эту фразу уже второй раз за вечер, но понял, что обращена она не к нему, а к его сестре. Темноволосый сплюнул кровь на ковер, который все равно давно хотел поменять, и внимательно разглядывал Маара и Захарру. — Ненавидишь? А как же твои слова про любовь? Или что, Броннер, это пиздежь? Как и твоя нежность, как и твое внимание, как и наши отношения? — А у нас они были, эти отношения? Я же для тебя просто ходячий член, не больше! И ты мне это ясно дала понять в начале декабря, когда я чуть ли не в ногах у тебя валялся, говоря о своих чувствах! — Я летела к тебе в тот день, хотела признаться, что люблю тебя, но ты решил пострадать хуйней! Устроил глупую игру со своей подружкой, пытался заставить меня ревновать, вот только сам обосрался и сел в лужу. Считаешь себя лучше меня? Я хотя бы не бегала от правды, не прикрывалась жопой подруги из Америки, не старалась играть на твоих чувствах! — Ты это и делала все три года, блять! Захарра замолчала, проглатывая обиду и слезы заодно. Только сейчас она поняла, что в комнате всё еще остались Ник, Диана и Фэш. И они всё слышали. Драгоций затравленно оглядела друзей, отмечая, с каким неверием ребята смотрят на нее. Особенно четко презрение проглядывалось в глазах Фрезер, которая искренне считала, что Захарра доверяет ей полностью. — Я… — То есть, Броннер, ты хочешь сказать, что все эти три года ебал по-тихому МОЮ сестру за МОЕЙ спиной? В перерывах между шлюхами-однодневками? — Драгоций в какой-то момент перестал испытывать боль после ударов Рознева и сейчас надвигался на Маара яростным смерчем. — Да не было у меня шлюх-однодневок. Зачем они мне? У меня была Захарра… — у блондина засверкало в глазах, когда Фэш ловко нанес удар кулаком в живот, а после коленом ему по лицу. — Фэш, отстань от него!.. — Захарра пыталась оттащить злющего, как черт, брата от своего любимого, но тот лишь оттолкнул ее. Драгоций упала на пол, в шоке смотря на человека, которого уважала всю свою жизнь. — Сиди смирно! — голубые глаза Фэша горели яростью, пока парень смотрел на нее и говорил это. — Ты охуел? — Броннер рыкнул и кинулся на своего друга, повалив его на пол, сел сверху и начал наносить точные удары. — Живо извинился перед ней, ублюдок! Драгоций скинул блондина с себя, повторил его же движения, и ловко разбил Маару нос последним ударом. Захарра увидела кровь, низкий стон Броннера и кинулась к брату, обхватывая его со спины, стараясь оттащить от зеленоглазого. — Ник, надо что-то сделать, — Диана стояла в стороне, наблюдая за этим фарсом, который разворачивался на ее глазах. — Пошли они все, — прорычал Лазарев, прижимая к себе свою девушку и отступая в сторону. — Ник, помоги ей, пожалуйста, — Фрезер отошла от парня и указала на сцепившихся друзей. — Ладно. На что не пойдешь ради тебя, — блондин преодолел отвращение к этим людям, ласково убрал заплаканную Захарру от ее брата и сделал удушающий Фэшу, отрывая от Броннера. — Успокойсяблять! Темноволосый пытался оторвать руку Лазарева, но тот лишь сильнее сжал, заставляя Драгоция хрипеть от недостатка воздуха в легких. Диана подскочила к своему парню, плеснула ледяную воду в лицо Фэшу, кивнула Нику, и только тогда кареглазый отпустил друга. Фэш с обидой наблюдал, как Захарра лезет к Маару с салфеткой, пытаясь остановить ему кровь из разбитого носа, а тот отмахивался от нее, как от жука. Темноволосая закусила в отчаянии губу, попробовала еще раз, но Броннер снова ее оттолкнул. Слезы катились по ее лицу, но блондину было плевать, что там испытывает Драгоций. Он вскочил на ноги, пошатываясь, и оглядел окружающих. В зеленых глазах мелькнула неприязнь, когда парень в упор посмотрел на Фэша и Захарру поочередно. Утерев рукавом заляпанной и порванной рубашки кровь с лица, блондин мерзко улыбнулся. — Какие же вы все конченые здесь. Пошли вы нахуй, Драгоции, — Фэш взбрыкнул, но Ник удержал его на месте, придавив к полу, а Захарра смотрела на Маара с непониманием и отчаянием. — Маар… — Я сказал, пошла нахуй! — кареглазая вздрогнула от дикого, полного злости рыка Броннера и сжалась, даже не пытаясь стереть слезы с лица. Маар вышел из комнаты, быстро оделся и пулей вылетел из квартиры бывшего лучшего друга, оставляя за спиной абсолютно всё, что когда-то приносило ему радость. — Клоун блять, — прорычал Фэш, отпихивая Ника от себя. Захарра так и продолжала сидеть на полу, пялясь в одну точку. Хотелось выйти в окно, просто стереть из памяти этот вечер, нахерачиться вдребезги, а не вот это вот все. Фэш ходил и бубнил себе под нос, что доберется до Броннера, чего бы ему это не стоило. Лазарев одернул темноволосого, развернул к себе лицом и со всей силы ударил парня в челюсть. — Клоун здесь только ты, Драгоций, — Фэш присел на диван, зажимая подбородок руками и в шоке глядя на вечно спокойного и рассудительного Ника. Захарра даже не дернулась на вскрик брата, продолжая плакать и осуждать себя за то, что разрушила собственную жизнь. Верните ее кто-нибудь в начало декабря, когда всё было так хорошо, просто и понятно. Дайте ей подзатыльник за то, что упустила свое счастье из-за своего упрямства. Все цели и достижения в один момент показались просто пылью, а мечты такими воздушными и глупыми. Ведь всё видится в темных цветах, когда сердце разбито. Она знала Маара хорошо. Настолько хорошо, чтобы сразу понять, что все кончено для них. Броннер не простит ее ни за что за весь концерт, который Захарра устроила перед всеми. Внезапно желание доказать свою правоту, выиграть в несуразной игре, добиться от него признания путем ревности — всё стало таким мелочным и глупым. Почему всегда так? Почему люди теряют то, что делает их по-настоящему счастливыми? Почему в упор не видят тех, кто любит их так сильно и так отчаянно? Почему обижают самых близких? Почему думают, что им все всё всегда простят? Драгоций вцепилась руками в волосы, захлебываясь в слезах и осознании того, что больше ничего не будет как прежде. Что она потеряла разом все: любимого человека, доверие друзей и брата, собственную гордость. Девушка уткнулась лицом в колени, стараясь скрыться от всего мира, и не замечала, что происходит вокруг, оплакивая утраченное. — Вы погрязли в своих проблемах, забыв о тех людях, которые рядом с вами. Вам абсолютно плевать на других, вы считаете, что только вам все должны. Вы мне отвратительны! — Диана скривилась, стараясь держать себя в руках, и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. — Устроили здесь детский сад, хотя могли просто нормально сесть и поговорить. Но нет, вам нужны страдания, — Лазарев накинул куртку в зале, желая провалиться сквозь землю. И этих людей он считал хорошими друзьями? — Драгоций, ты ебаная королева драмы, а не мужик. Не умеешь нести ответственность за свои поступки. Вцепился в фантомное прошлое, застрял на одном уровне развития. Как же ты жалок… — Лазарев, молчи! Это не твое собачье дело! — Даже так? Скажи мне, а что-то хоть раз было моим? Или я просто так, для галочки? Ты спокойно крутишь людьми, считаешь себя самым умным. Но это не так, Фэш. Как бы ты не скрывал, всем хорошо видно, что ты ебнулся в край. Ты разрушил отношения с Василисой, поигрался на ее чувствах и остался доволен! Ты влез в личную жизнь своей сестры, хотя тебя не просили! Ты вытер ноги о нас с Дианой, абсолютно забыв, что мы твои друзья! Да пошел ты нахуй, Драгоций! Лазарев круто развернулся и покинул квартиру, даже не пытаясь выслушать оправдания Фэша. Они всегда у него одинаковы и не меняются, как, в принципе, и сам темноволосый. Ник был терпеливым человеком, снисходительным, принимал людей со всеми их изъянами. Но порой чаша переполняется до краев, и тогда происходит взрыв. Ведь никогда не стоит испытывать терпение спокойных людей, огрести можно не по-детски. И, видимо, их «крепкой» дружбе пришел конец.