Молочные зубы

7 лет назад

      Года летят, как шлюхи с небоскреба, также быстро, насколько бы сильно не хотелось продлить время их полета. Стоит опустить странность этого сравнения и уточнить тот факт, что Джину и Хосоку по 15 лет, они в последнем классе средней школы. И примерно половину времени от прошедших лет Хоби ноет о том, что даже его восьмилетний брат имеет истинного, а он нет.       Но в том, что альфа не имел пару, он был виноват сам. Хосок пользовался популярностью у омег из-за занятий танцами, но сам не желал заводить отношений без любви или симпатии, считая их обычной игрой с чувствами партнера, что он не поддерживал. Парень был единственным альфой на занятиях, из-за чего привлекал к себе внимание всех людей противоположного пола из танцевальной школы. Танцы, которые считались необычным выбором, приносили ему радость от каждой тренировки. Родители не были против, считая, что в скором времени данный интерес сойдет на нет и Чон начнет заниматься «обычными для альфы» делами, только что определяет обычность поведения для определённого пола — Так, — Хосок вышел из комнаты, застегивая ремень на джинсах — Помнишь? Отправлять спать в девять вечера, днем он уже не спит, если захочет мороженое, то не давай, он болеет. Кстати, да. Он болеет, так что лекарства… Я тебе скину в катоке расписание их приема и еще… Гукки не любит сироп, который ему прописал доктор, придумай что-нибудь с его приемом. Вроде все, если вспомню что-то, то позвоню — С чего бы ему захотеть мороженое? — пока друг собирал свою одежду в рюкзак, решил спросить Джин — Твой сладкий запах и его маленький возраст плохое сочетание, ведь все дети любят сладкое. Ох, а вот и Чонни, — парень кивнул на стоявшего в дверях собственной комнаты мальчика — доброе утро. — Ким перевел взгляд с Хосока на его брата, мысленно радуясь встрече с этим заспанным чудом — Восходящего солнца — Чонгук зевнул и присел рядом с Сокджином, который улыбнулся от нелепого приветствия. Такова была особенность Чонгука, перенимающего все от друзей. В том числе и дурные вещи. Не прошло и года, как Чон нагло залез под бок Кима, втискиваясь между его рукой и телом — Хен, а тебя долго не будет? И уйдет ли Джин, если ты придешь? — У меня скоро соревнование, поэтому я на тренировке буду весь день. Но, если у твоего хена, а не Джина, появятся дела, то я приду рано, придется жертвовать тренировкой. Родители, наверное, приедут к десяти. У папы и мамы завал на работе, малыш. — Хо говорил это скорее своему другу, чтобы он знал о том, до скольких ему придется сидеть с мальчиком, ведь ребенку было не до этого — Правда? Я весь день буду с Джином? — младшеклассник обрадовался этому, пропустив мимо ушей замечание про то, что он должен уважительно относиться к старшему, и обнял омегу за талию — Ессс — Эй, ну и чего ты улыбаешься? — Хосок потрепал волосы братца, дополняя и без того бушующий беспорядок на голове. Но, это не волновало мальчика, смотрящего снизу вверх на своего истинного. И кажется, что лекции уже надо читать младшему альфе из семейства Чон, который пристает к омеге, а не наоборот. Джин, как и обещал, держит дистанцию между ними, а младший… Он не давал слова, а тем более не клялся в том, что не будет ластиться перед хеном, поэтому пользуется этим — Милый, убери зубки, Хосоку это не нравится — но иногда со стороны омеги проскакивали фразы, которые еще не были понятны Гуку, за что Хосок просто воспевал высшие силы — Тебе напомнить, что моему брату 8 лет? — Я помню. — Джин усадил младшеклассника на свои коленки, спиной к себе, и притянул поближе к туловищу — Чем займемся, малыш?       Чонгук, что не удивительно, хотел начать день с еды, так как он не ел со вчерашнего вечера. Услышав предложение младшего Джин уже знал, что можно приготовить ему, но ума не приложил как это сделать. Как-то вышло, что Сок, являясь омегой, не умел готовить. Точнее, он и не пытался, ведь дома всегда готовил папа, а потому он ни разу не брал в руки сковородки, кастрюли… Хотя, помнится, что его родитель проявлял желание научить сына готовить, чтобы он не позорился перед своим альфой, когда найдет его. И это желание длилось на протяжении нескольких месяцев, но Джин был ленивым и всегда находил отговорки. А точнее, он говорил несуразный бред по типу: «Папуль, я заболел Эболой, не сегодня», заставляющий папу задуматься над смыслом, пока сын сбегает из квартиры. И теперь Ким жалеет, что отказывался под предлогом своих вечных болезней, которые не занесены в медицинскую карту, ибо являются враньем. Так как маленького альфу одного не оставишь, мало ли что случится, а посадить рядом не вариант, ибо он умрет от скуки смертной, то был выбран вариант с тем, что Сок будет учиться готовить вместе с ним. Надеюсь, что ты хоть что-то запомнишь и будешь готовить себе сам в будущем       Когда телефон Сока подключился к вай-фаю в квартире, то брюнет начал искать рецепт блинчиков, которые, как он узнал от одноклассника целый год назад, были любимым блюдом ребенка. — Гукки, ты же продиктуешь мне продукты из списка? А то твоему хену неудобно заглядывать в телефон каждый раз.       Получив короткий кивок, Джин отдал смартфон ребенку, который по слогам читал пункты из списка. Отклоняясь от темы готовки, можно сказать о том, что старший Чон был отличником в своей школе, но несмотря на это, младший не выделялся перфекционизмом. Более того, он еле набрал проходной бал по корейскому языку в первом классе. Эту новость все восприняли далеко не радужно. Все кроме Джина, конечно же. Парень подбодрил альфу и сказал, что будет заниматься с ним на протяжении всего февраля, чтобы такого больше не случилось на следующем экзамене. Жертва в виде свободного времени была не напрасна, ведь Чонгук сквозь блад свиат энд тиарс хена улучшил свой показатель.       Сокджин не любил учебу из-за учителей и одноклассников, которые не отличались особым дружелюбием. Учителя были строгими и теми, кто крушил мечты многих детей. Как-то раз мальчик стал свидетелем того, как первогодке в их школе дали понять, что у нее нет будущего без хороших результатов на тестах, проводимых раз в семестр. Успеваемость по школе, вот на что смотрят в первую очередь. Пожалуй, именно слова, которые обломали кому-то крылья, дали их Джину. Он не знал как это сработало, но учитель дал ему мотивацию, которой не хватало для того, чтобы взяться за ум. Собственно, поэтому мальчик выбился во второй ранг* по школе, чему был безумно рад. Бессонные ночи перед тестами были проведены не за «Рик и Морти», хотя ему предлагали, а за различными книгами и учебными пособиями. *в корейских школах все ученики делятся по рангам в зависимости от получаемых оценок       Вернемся к блинам. Ким делал все в половину указанных параметров, чтобы это же смог повторить ребенок, который был захвачен процессом готовки. Ну, чем бы дитя не тешилось, ведь старший волновался о том, что он попросит уйти смотреть телевизор, бросив Сока в одиночестве. Когда дело дошло до муки, то в голове Джина должно было щелкнуть, что малец хоть и был альфой, но он ребенок у которого мышечной массы как таковой и нет. Давать ему полный пакет муки было плохой идеей, определенно. Жаль, что эта мысль появилась только после того, как в белом порошке оказалось буквально все. Все выглядело так, будто они были в одном из наркокартелей Монте-Карло, а не на кухне обычной корейской семьи. Кафель на полу, бежевые тумбы и их темные столешницы, плита, сковорода, на которой уже было масло, все было в порошке. Одежда парней не была исключением, на ней частично, белыми пятнами, осела мука. И что-то подсказывало Джину, что муку ты не отряхнешь так просто, вещи надо именно стирать.

…

      Завтрак был съеден, но ненасытный альфа требовал десерт, которым пропахла вся квартира. И Джин не знал что делать, ведь он принимал блокаторы сегодня, чтобы запах пломбира был не таким сильным, но, видимо, они были слишком слабыми, однако единственными, которые разрешены омегам его возраста. — Ну, Гуки, ты же болеешь. У тебя уже голос хриплый, а если ты съешь мороженое, то вообще не сможешь говорить какое-то время, ведь он у тебя пропадет. — Сок правда пытался объяснить доступным для ребенка языком такие простые вещи, но все было тщетно — Хен, от тебя так пахнет мороженым! Я поэтому и хочу его… — захныкал мальчик, что было вообще-то запрещенным приемом вместе с «хен», ведь Сок таял от данного слова из уст альфы. Он произносил его не так уж и часто. — Я не дам тебе мороженое, Гук. И это моё последнее слово. — мальчик обидится, но делать нечего, он должен выздороветь как можно скорее, чтобы Джин проводил с ним время не только в четырех стенах. Старший обещал, что отведет мальчика в зоопарк посмотреть на фламинго       И то что Гук обидится так, как делал это обычно, устроив молчанку, было лишь преуменьшением, ибо он отвернулся от него, начав есть шоколадное печенье, которое вообще-то ему нельзя. Впрочем, приняв игру Чонгука, Джин просто зависал в телефоне, сидя на стуле напротив. Младший быстро отойдет, а если Хоби спросит про печенье, то скажет, что сам съел.       Хах, было наивно предполагать, что его мир и спокойствие, царящие в ленте инстаграма не прервутся, например, копошением сбоку. Поспешный вывод о том, что мальчик решил уйти, не предупредив об этом омегу, создал порыв, которому поддался Джин. Он повернулся к младшему, дабы сказать ему замечание, да не успел сделать этого. Ощущение что к его губам прижаты чужие мгновенно заставило покраснеть. Чонгук всего лишь прикоснулся к его губам, зато в животе Джина расправили свои крылья бабочки, словно его разложили на столе и имели во всех мыслимых и немыслимых позах. Ах, как жаль, ему 8, а не 18, чтобы писать подобные вещи. Чонгук отстранился от омеги через четыре секунды, Сок засекал это время, не разрывая зрительный контакт. — Твои губы напоминают подталое клубничное мороженое. Они такие же мягкие и вкус… Хоть я больше люблю обычный пломбир, а не вкус блеска для губ, они неплохие. — улыбнулся кроличьей улыбкой Чонни и умчался в свою комнату. Что сейчас произошло?