Семья

Кое-как придя в себя от сногсшибательной новости, Пауль, наконец, выдал: - Тилль тебя прибьет. - Интересно, почему это только меня? – Муттер опешила от такого заявления. - А потому что он ко мне с воспитательными нотациями не лезет. А вам с Рихардом выписывает будь здоров! - Вот тут ты в самую точку. Вставит он ей по первое число. Гюнтера спихнула на Дженни и еще одного ребенка родит. – засмеялся Рихард. - А чего это ты такой развеселый? Вдруг окажется, что это твой ребенок? Как объясняться будем с родственниками? – девушке было совсем не смешно в этой ситуации. - Поэтому и веселый, вдруг это мой ребенок. А объясняться? Потом подумаем, сначала нужно пережить первый шквал нравоучений. - Может, мне аборт сделать? - Что?! – закричали на нее мужчины. – Только попробуй, прибьем! В дверь к ним постучали, и показалась удивленная морда Шнайдера. - Вы чего орете? У вас все нормально? - У нас все заебись! Муттер беременная! – сказал Пауль. - А-а-а, ну это я уже знаю, а чего орете-то? - Муттер! – воскликнул возмущенный Рихард. – А почему Шнай уже знает о твоей беременности, а мы только что это узнали? - Так, ладно, я валю к жене. Ну вас с вашими разборками. – Шнайдер быстро ретировался обратно. Девушка лишь недоуменно пожала плечами. – Так вышло. - Вышло?! – мужчины начали ее обвинять в том, что она не предохранялась, что не следила за своим циклом, что не заботилась о своем здоровье и что все первому рассказала Шнайдеру. - Наорались? Выпустили пар? Хорошо еще не деретесь! – она начала одеваться. – Я не собираюсь опускаться до разборок: кто, почему и зачем. Вы как будто не виноваты совсем. Я вообще пойду домой, раз вы так себя ведете. - Она права, крики сейчас не помогут. – словно читая мысли Пауля, уверенно сказал Рихард, вскинув вверх нос, и засмеялся. - Рих, ты, по-моему, очень счастливый. – Пауль смотрел на парня и недоумевал, как можно так радоваться в этой ситуации. - О, да! Я счастливый! – он сгреб в охапку сначала девушку, а затем Пауля и крепко-крепко их прижал к себе. - Блин, Рих, больно! Откуда сил столько? – Пауль и Муттер пытались выбраться из его объятий. – С ума сбрендил, отпусти! - Я чувствую, что это мой ребенок, девочка. Муттер, я тебя еще больше люблю. - Рих, у тебя голова совсем не на месте?! Она нашего сына на мать скинула, а второго тоже туда? - Я сам, я помогу, я воспитаю. Только роди мне ребенка. - А если опять мой? - Нет, Поль, это мой! И это просто высший класс! Я об этом даже не мечтал. А родителям не скажем, сами потом увидят. Решим, короче, позже. Какое счастье! Пауль и Муттер хлопали глазами, разглядывая совершенно прибалдевшего от счастья Рихарда. - Все, решили, пока молчим. Рихард, а ты прекрати быть таким счастливым. И сейчас мы ложимся спать. – сказала Муттер. Ее, как всегда, парни положили между собой и крепко обняли, уткнувшись в нее носами. Утром, предупредив Еву и Шнайдера, чтобы они никому ничего не рассказывали пока, все отправились по своим делам. Рихард с ребятами в универ, Пауль к Тиллю на работу, а Муттер домой к сыну. Ребята, как и договорились, пока скрывали беременность девушки, но Тилль заметил, каким счастливым стал его сын. Добиться внятного ответа он не смог и решил, что это все из-за скорого выступления. Тем более, что до него осталось меньше недели. И от этой мысли все участники рок-группы «Молоток» просто покрывались от страха холодным потом. Даже Оливер переехал жить к ним, правда, не к Паулю в дом, а к Тиллю с Рихардом. - Хватит бояться заранее. - успокаивали их взрослые. – Все у вас получится. Переживая все ужасы ежедневно и представляя все в малейших деталях, как на них смотрят сотни глаз, а у них дрожат руки, ребята испытывали всю гамму чувств. Оливер решил пойти от обратного и предложил представлять себя не трясущихся от страха на сцене, а наоборот, как без волнения они спокойно и уверенно приветствуют слушателей и начинают свое выступление. День отъезда приближался. Договорившись в институте и на работе о выходных, стали собираться. Оборудование решили отправить поездом с родителями, а самим поехать на машинах. У ребят была забронированная гостиница организаторами, и все бытовые вопросы решили давно без них. Музыкантам осталось только приехать и отыграть концерт перед показательным выступлением пилотов.

***

Площадку для выступлений расположили прямо на летном поле, на котором уже ждали меломаны всех неформальных мастей. С самого утра народ постепенно начал подходить к сцене и занимать места. Ребят поставили выступать предпоследними. После них выступала довольно известная в Германии панк-группа, и музыканты чувствовали себя далеко не лучшим образом. Нервы были на пределе у всех участников. Страх сковывал, и они даже не разговаривали друг с другом. Взрослые решили подойти к самому выступлению ребят и, пока молодые таланты жутко нервничали, спокойно отдыхали в гостинице от утомительной дороги. Просмотрев брошюрку с описанием выступлений пилотажных групп, они решили, что шоу должно быть незабываемым. - Моему внуку должно понравиться. - подбрасывая Гюнтера в воздух, говорил счастливый Тилль, играя с мальчиком. К двенадцати часам небольшая площадь возле сцены была почти полностью занята. Ведущий активно развлекал публику, которая податливо откликалась на его шутки и просьбы. Первые музыканты уже были готовы выйти на сцену и отыграть свои песни. Команда выступила довольно неплохо, а потом в небо выпустили сотню разноцветных шаров. Они красиво улетели покорять высоту, путь их пролегал как раз через траекторию взлета и посадки самолетов. Это было очень красиво, зрители кричали и восторгались зрелищем. Увидев это, Рихарду пришла в голову идея, как в дальнейшем сделать шоу. Оно будет связано с огнем. Он решил пока ребятам не говорить о своей идее, а хорошенько все сначала обдумать. Начала играть вторая команда, и ребята начали готовиться морально. Одежда на них сидела идеально и была уместна, все было отрепетировано: и движения, и жесты. Песни были просто отполированы. Ребята периодически выглядывали из-за кулис и рассматривали толпу людей, которая становилась больше и больше. Музыканты отыграли, и техническая группа начала менять оборудование. - Я боюсь, я не пойду, давайте без меня! – на Рихарда невозможно было смотреть - он так разнервничался, что хотел убежать со сцены и спрятаться в толпе зрителей. Его поймал Оливер и крепко держал. – Успокойся сейчас же, как мы без тебя, совсем ополоумел?! - Ты сам все это затеял, а теперь в кусты?! – начал ругаться на него Шнайдер. Рихард чуть ли не плакал, пытаясь освободится из стальных рук басиста и барабанщика. Увидев эту картину, Пауль бросился на выручку. - Отпустите его. – он прижал парня к себе и начал успокаивать, гладя по лохматой шевелюре. - Держись уверенно, даже если не чувствуешь себя так. Если ты совершишь ошибку, не обращай на нее свое и чужое внимание, а поправь себя и продолжай свою игру так, словно ничего не произошло. Муттер подошла к своим мужчинам и обняла их. – Мне тоже страшно. Следом к ним присоединились и Оливер с Думом. Так они и простояли, обнявшись, до выхода. Отыграли они очень слаженно и практически без помарок, ища глазами в толпе зрителей своих родных. Под самый конец выступления они увидели Еву, которую поднял на плечи Тилль, дав девушке возможность рассмотреть ребят. Она махала им немецким флагом, неизвестно где раздобытым, и была очень счастлива. Все они были счастливы в это мгновение. Встретившись с семьей после выступления, они пошли занимать места, чтобы посмотреть авиа-шоу. Получив порцию поздравлений от родных и от души насмеявшись, мужчины решили сходить за пивом. Сильно сказывалось нервное напряжение, и, оставив женщин с Гюнтером на своих местах, они пошли к ларькам. В это время началось выступление итальянцев. Десять самолетов, красиво прочертив в воздухе, развернулись навстречу друг другу. Три самолета, пилоты, которые не справились с управлением, столкнулись прямо над сидящими людьми. В результате столкновения один из самолётов рухнул на зрителей. Все произошло на глазах ребят. Услышав страшный грохот, мужчины посмотрели в небо. Взрыв, и пылающая, искалеченная машина рухнула в районе, где сидели их женщины. Упавший самолёт взорвался, начался сильный пожар. Оглушительный грохот, взрывы... На месте падения тотчас вспыхнул огромный огненный шар. Зрители в панике бросились в разные стороны. От бушевавшего пламени в толпу летели горящие брызги бензина, раскаленные осколки взорвавшегося самолета сметали людей как бумажных куколок. Море огня охватило все взлетное поле, и сразу же черный жирный дым потянулся к небу. Не видя ничего вокруг, они бросились обратно, не веря своим глазам. Там, где только что сидели люди и радовались прекрасному солнечному дню, был ад. Огонь и крики покалеченных людей, оказавшихся в жутком пекле и сгорающих заживо, слились в один дьявольский хор. Пытаясь найти своих женщин и ребенка, мужчины метались в панике, расталкивая всех остальных. Как Флаке увидел Дженни, осталось загадкой для него самого. Женщина поднялась на ноги и крепко держала своего внука, который от страха даже не мог плакать. - Вон! – крикнул он. Мужчины кинулись к Дженни. Пытаясь переорать крики, они ее спрашивали, где девчонки, но она ничего не могла им сказать, полностью парализованная шоком. Тилль забрал у нее Гюнтера, и они с Кристианом стали выводить ее на безопасное место, оглядываясь по сторонам и пытаясь увидеть остальных. Оливер увидел Еву, она пыталась выползти из-под мужчины, который своим весом придавил девушку. Ему бросились в глаза ее рыжие волосы, перевязанные ленточкой, которая странным образом не соскочила с ее головы. Кинувшись к ней, они вместе с Кристофом начали ее вытаскивать. У нее оказались сломаны обе ноги, но из-за шока она не чувствовала боли. Шнайдер взял жену на руки и понес с ужасного места, чтобы найти врачей. Муттер нигде не было. Пауль и Рихард маниакально искали ее, Оливер как мог им помогал. Но девушки в белом длинном платье они найти не могли. Уже почти сорвав голос от постоянных криков ее имени, ребята начали терять надежду. И вот тут Пауль увидел кусочек белого платья, который остался не тронутый огнем на полностью обгоревшем теле. Крики ужаса остались где-то в стороне, мужчина даже не мог понять, что это кричит он сам. Люди, искавшие своих родных и близких, толкавшие его, не отвлекали его внимание от страшного зрелища. - Муттер!! – вдруг ужасный крик, наполненный болью и горем, прорвался к нему в сознание. Это кричал Рихард, который тоже увидел девушку. До неё было не больше десяти шагов. Он видел её искалеченное тело, лежащее в неестественной позе. Вокруг лежали точно такие же: обожжённые и изломанные. Но он даже не обращал внимания на них. «Как на войне...» - вдруг пронеслась мысль. «Тут нет войны. Может, всё это мне только кажется.» Может, он спит? «Проснуться! Срочно проснуться!» Но видение не уходило, как Пауль его не отгонял. Она лежала на животе, полностью обгоревшая, только прядь волос и ножка в модельной туфельке, которые они с Рихардом вместе покупали, остались целы. И кусочек белого платья в пол, в котором она выступала совсем недавно. Живая и здоровая. - Нет! Только не она!! - кричал Рихард, бросившись к любимой. Он упал перед ней на колени и перевернул тело. Носом и ртом шла кровь, лица не было, кожа сгорела практически до кости, но это была она. Его любимая женщина, которая носила под сердцем его ребенка. Он попытался взять её на руки, но её голова опрокинулась назад через его руку - шея была сломана. Он осторожно взял её голову и положил себе на плечо. Она была мертва. Мужчина завыл от горя, проклиная все вокруг и себя в том числе.