Memento

— Чтобы еще хоть раз я посмела пустить тебя на разведку! — Хэй, я же предупредила тебя! — Это как?! — Закричала «ЗЕЛЕНЬ»! Адора остановилась, взрыв каблуками землю, и резко повернулась к Катре лицом, чтобы уставиться на нее хмурым голубым взглядом. Магикошка смотрела на нее недоуменно и требовательно одновременно: она и вправду обиделась? Никто даже не пострадал, кроме слишком одушевленного плюща, попытавшегося схватить девушек, когда они проходили одно из заданий полевого выхода. Но Адора и не думала злиться или кричать. Наоборот, она вдруг накрыла глаза ладонью и тихо прыснула, упираясь второй ладонью в колено. Катра тоже не сдержала смешка и подбоченилась, ожидая, пока их обеих попустит приступ веселья. И только потом, перестав улыбаться и щуриться от выступающих на глаза слез, магикошка сказала: — Ты не сердишься. Адора тоже замолчала, выпрямилась и чуть приподняла брови. Так она делала каждый раз, когда ей сообщали очевидную вещь, о которой сама она не задумывалась осознанно. Потом блондинка пожала плечом, опустила глаза, и Катра заметила притаившуюся в уголках ее губ улыбку. — Вовсе нет. Мы ведь в порядке. «Мы в порядке». Катре нравилась эта фраза, даже если... Даже если она значила не совсем то, чего ей бы хотелось. Отряхнувшись от остатков колючих листьев, девушки двинулись к центру лагеря, негромко споря о том, какое же обозначение зеленых растений было бы лучшим вариантом в случае опасности. Катра настаивала на «брокколи», Адоре же больше понравился предыдущий вариант, он мог бы описать любую опасность в виде растения! Катра в итоге сдалась, они решили остановиться на ее собственном варианте «зелень» и вернуться к своим обязанностям. В лагере было довольно шумно. Прошедшие последнее испытание кадеты оживленно обсуждали попавшиеся им ловушки, то, как они их обезвредили, и какие неожиданности Леса встречались на их пути. Кое-кто из старших доложил Адоре о том, что Лес как нарочно загородил двум кадетам путь свежеми лозами, но те успешно справились и вернулись обратно той же дорогой, потратив времени чуть больше обычного. Командор приказала добавить им баллов за подготовленность и отсутствие паники, что было делом справедливым, после чего отправилась дальше. Катра, что неожиданно, нашла себе дело: она активно помогала новоприбывшим с испытания обзаводиться бутылками свежей воды и полотенцами и находила забавным то, как поначалу кадеты косились на нее, но потом принимали помощь со словами благодарности. Забавным было также то, что сама она больше не находила какую-либо занятость чересчур утомительной или скучной. Каждый раз оглядываясь на Адору, она пыталась понять, почему именно, и однажды догадалась. Потому что раньше они были вместе, но не заодно. Теперь же, когда Адора ей верила, когда понимала, что Ткачиха Теней действует из собственных замыслов и интересов, Катра чувствовала себя увереннее. Почему-то она чувствовала себя действительно нужной. Правда, отсюда же рос корень иной неуверенности: что будет, когда Адора вернет свою память? Катра в такие моменты замирала, словно каменное изваяние. Она точно не знала. Адора будет злиться? Она будет в ярости? Ведь это Катра была той, кто не помешал Ткачихе забрать ее память. Катра была той, кто хотел, чтобы Адора вернулась в форт, чего бы это не стоило. Катра тоже была виновата, и спустя месяцы она успела осознать это в полной мере. Сколько уже прошло? Почти полгода? И почему только ее друзья до сих пор не явились спасать ее? Катра могла припомнить, что принцесса Яркой Луны пострадала, и забирали ее из форта едва живую. Возможно они посчитали Адору погибшей. Подобный вывод казался логичным. Могло ли это означать, что и всеобщая легендарная любимица тоже была признана мертвой? Ши-Ры нет. Меча тоже. Зло одержало победу? Катра нашла взглядом Адору: та стояла к ней спиной и разговаривала со Скорпией. Обе держали в руках планшеты, время от времени указывая на экраны и листая электронные журналы. Против своей воли Катра представила вдруг Адору в образе воительницы с гривой неспадающих золотых волос и длинным тяжелым плащом, укрывшим крепкие плечи. Как будто бы сама Ши-Ра вернулась прямо здесь и сейчас, повернулась, чтобы найти Катру взглядом и посмотреть ей в глаза светящимся небесно-голубым взглядом... Магикошка вздрогнула, когда голос Скорпии окликнул ее, и почувствовала, как каждый волос на ее теле встал дыбом. — Эй, Ка-атра-а! Скорпия махала ей рукой, приветливо улыбаясь. Пряди коротких белоснежных волос падали на ее лицо, красиво очерчивая его форму. Адора тоже смотрела, и на губах ее играла уже знакомая Катре призрачная улыбка. Она ей безумно нравилась, эта улыбка.

* * *

Полевой выход подразумевал под собой три дня и две ночи, проведенных в Лесу. Утро сопровождалось зарядкой и завтраком, инструктажами, уроками ботаники и биологии лесных зверей и птиц. В первый день кадеты под присмотром командоров разбредались по участкам и на практике изучали лесную флору. Повстречать диких зверей никому не довелось, и мнения об этом разнились. — В скором времени люди форта вырубят Лес и проложат дорогу к королевству Луны, — в ходе беседы сказал один из командоров. Вид у него был звериный, походил парень на помесь гуманоида и дикобраза. — Потому и зверье отсюда уже сбежало. Зато нам работы меньше! Услышавшая это Адора к разговору не присоединилась, но слегка нахмурилась. Как ни странно, но подобных взглядов она не разделяла. Несомненно, звери бежали из страха быть убитыми, из страха потерять потомство в ходе рейдов солдат из Кольца Страха. Но было ли это правильным решением? Уничтожать весь Лес только ради пути к Яркой Луне? Адора знала, что этим деревьям могло быть больше сотни лет, что Лес пропитан чем-то большим, чем просто жизненная энергия местной земли, и два существа боролись в ее душе: желание узнать об окружающем ее мире больше, чем есть, и желание быть хорошим содатом и примером для остальных. Но что есть хороший пример для солдат ее форта? Адора окинула взглядом кадетов, постепенно готовящихся ко сну. К завершению близился второй день выхода, завтра им нужно было собрать всю экипировку, погрузить ее на корабли и скифы и вернуться на базу. Хорошим примером для этих детей было беспрекословное подчинение старшим, идеальное выполнение приказов и такие же показатели в обучении. Дисциплина, порядок. Подчинение. Адора нахмурилась еще больше, когда ощутила укол боли, пронзивший ее висок. Помассировав пальцами горячую кожу, девушка вздохнула поглубже и закрыла чехол с планшетом. Ей не нравилось это слово все больше с каждым днем. Ей не нравилось общаться с кадетами, особенно с самыми младшими, так, словно они были обязаны считать ее богиней, а себя — грязью под ее ногами. Но этого добивалась Ткачиха Теней. Она же поощряла каждый успех Адоры, помогала ей пробиться на самый верх и, возможно, еще выше. Но почему же одна-единственная ложь так сильно пошатнула доверие Адоры к той, кого она могла называть матерью? «Может, потому что этого доверия никогда не было» — прошелестел чей-то голос в ее голове. Адора вздрогнула и обнаружила себя посреди постепенно затихающего лагеря, как если бы до этого она находилась под толщей воды, не слыша и не видя ничего вокруг. «Может, потому что вся твоя жизнь — это сплошная беспроглядная ложь». Адору затошнило. Она накрыла рот ладонью и зажмурилась, будто ее вот-вот вырвет. Это были не ее мысли! Не ее голос в голове! Закрепив чехол с планшетом на поясе, командор поспешила уйти в Лес, отдав перед этим приказ ближайшему командору проследить за отбоем и назначить дежурных. Сама она решила прогуляться, подышать воздухом, не пропитанным запахом фортовой каши и терпкого травяного чая. Чем дальше она шла, тем хуже ей становилось. Слова, произнесенные ее собственным подсознанием, бесили до белого каления, терзали изнутри острыми крюками и вызывали желание заорать в голос. Это неправда! Не может быть правдой! Ткачиха просто хочет ее защитить, как и всегда. А Катра? Разве она не хочет? Разве ее намерения не кажутся ей искренними? Но Ткачиха всегда говорила, что Катра — не самая лучшая напарница и подруга. Она говорила, что Катра тянет ее вниз, в то время как Адора способна добиться без нее куда больших успехов. Почему Катра так хочет постоянно быть рядом? Почему ведьма так настойчиво пытается их разделить? Кому верить? Стоит ли верить вообще кому-то? Что ей делать?! К тому моменту, как Адора почувствовала себя на пределе, мир вокруг кружился, как в центрифуге, и девушка, едва это заметив, сама покачнулась, потеряла равновесие и упала прямо в заросли плюща. Благо, ей хватило сил упереться в колючий слой зелени руками, как вдруг ее вырвало. А потом снова. И еще раз. Если до этого у Адоры были хоть какие-то силы, то к концу внезапного приступа их совсем не осталось. Кое-как блондинка отползла назад, села задом прямо на землю и облокотилась спиной о дерево. Неудивительно, но теперь ей действительно полегчало. Когда желудок окончательно опустел, и рвать стало нечем, даже головокружение и жар отступили, позволив Адоре сделать передышку. — Хэй... Ты как там? От неожиданности командора прошибло волной холода, и только отсутствие сил не дало ей тут же вскочить на ноги. Рядом с ней стояла Скорпия и протягивала ей флягу с водой. Как давно она здесь? Она шла за Адорой все это время, или Адоры не было дольше, чем она могла предположить? Скорпия заметила замешательство на лице Адоры и неловко кашлянула. — Ты выглядела сильно загруженной, когда уходила в чащу, вот и я подумала, что что-то случилось... Видимо, не зря я пошла за тобой. — Да, — таки заговорила Адора через пару мгновений, — абсолютно не зря. Спасибо большое, Скорпия. Ты хорошая коллега. Приняв флягу, блондинка сделала несколько глотков и прислушалась к себе. Тошнота отступила полностью, а ощущение потерянности почти пропало. Она медленно приходила в себя. Какое-то время Скорпия продолжала стоять, но, видя, что Адора вставать не собирается, решила присесть рядышком. Ширина ствола дерева позволяла сидеть двоим рядом и даже сохранять небольшое личное пространство между. — Как самочувствие? — Скорпия снова была первой, кто завел разговор. Адора негромко мыкнула. — Гораздо лучше, спасибо. Думаю, моему организму достаточно местного варева. Всему есть свой предел, да? Комардорши посмотрели друга на друга и вместе негромко прыснули со смеху. Ни для кого не было секретом, что в Кольце редко готовили вкусно. Адора все хотела начать это исправлять хотя бы, попервой, инспекцией на склады и кухни, но руки никак не доходили. Если даже взрослые желудки не всегда выдерживали этого варева, то что происходило с детьми? Конечно, вопрос был риторическим. Адора сама прекрасно знала, что происходит с детским ЖКТ в первое время употребления серых безрадостных пайков. — Ты перетрудилась, — Скорпия не предполагала, а констатировала факт. — Это не мое дело, но, должно быть, тебе трудно справляться со всем и сразу. Работаешь, как машина. — Все в Кольце много работают, — лениво отмахнулась Адора. Скорпия вздохнула так, будто хотела возразить, но в последний момент передумала. Адора вдруг вспомнила, как видела Катру и Скорпию вместе на многих тренировках и скосила взгляд в сторону. Вопрос сорвался с губ прежде, чем девушка успела его обдумать: — Ты хорошо знаешь Катру? Скорпия не ожидала не то что подобного вопроса, но даже какого-либо продолжения беседы. Она повернула голову к командору, и та сделала то же самое, но в сторону Скорпии. Так они смотрели друг на друга около минуты, пока Адора не решила, что задала слишком личный вопрос и не начала подниматься: — Если не хочешь отвечать, это твое право... — Ну, мы близко общаемся. В плане, так близко, как могут общаться подруги. Блондинка замерла, чуть покачнулась, но вставшая следом Скорпия заботливо поддержала ее под лопатки и тут же отшагнула, не решаясь слишком долго нарушать чужое личное пространство. — То есть, не как со мной? — Снова спросила Адора. — Мы ведь общаемся только по работе. — Пожалуй, так, — ответила Скорпия, пожевав губу. Они обе помолчали. — Как у вас дела? Адоре показалось, что этот разговор становился с каждой фразой все более сюрреалистичным. Создалось впечатление, будто они разговаривают о чем-то сокровенном — хотя это была всего лишь Карта — и от этого становилось как-то... Странно. — Наверное, нормально, — наконец, ответила она и пожала плечом. — Она говорит и делает много странного, но я больше не нахожу это... странным. Понимаешь? Она с надеждой взглянула на Скорпию, ведь до этого ни с кем она не могла даже осмелиться обсудить Катру, а тут напарница сама начала разговор и даже, кажется, готова его поддержать. Столько мыслей роилось в ее голове! И одновременно с этим она была безмятежно пуста, будто из нее вытрясли весь лишний мусор. Никогда еще Адора не чувствовала себя так легко и освежённо. Тем не менее, Скорпия, кажется, прекрасно понимала то, о чем толковала Адора, так как активно кивала ей в ответ. — Она очень за тебя переживала. Ткачиха... — Скорпия боязливо сглотнула и абсолютно машинально осмотрелась, словно боясь, что ведьма выскочит из сумрака. — Ткачиха Теней ведь что-то с тобой сделала, да? Все это знают. — Все? — Пространно переспросила Адора, будучи не в силах отвести от Скорпии взгляда. — Что значит «все это знают»? — Э-э... Ну... Знаешь, кажется, я слишком далеко зашла... — Скорпия... Адора уже хотела немного надавить на девушку, ибо та как раз-таки зашла настолько далеко, насколько ей самой не удавалось добраться до этого момента, как вдруг растительность за спиной Скорпии зашуршала, зашевелилась в потемках, и вскоре раздался знакомый обеим голос: — Да чтоб ты высохла, дурацкая веревка! Ух! На маленькой полянке появилась Катра. Скорпия и Адора встретили ее одинаковыми взглядами и одновременно посмотрели друг на друга. Магикошка так долго не могла догнать Скорпию, ушедшую вслед за Адорой, потому что никак не могла отвязаться от одного из младших кадетов, который все расспрашивал и расспрашивал ее о том, как стать командором, пока она не объяснила ему, что командорами точно не становятся те, кто нарушает режим сна и надоедает старшим. После этого мальчишка тут же сомкнул глаза и залез в спальный мешок по самый нос, видимо, старательно показывая, что он точно лег спать. — Ткачиха, кажется, стерла тебе всю память, после чего ты превратилась в машину, — выдала Скорпия прежде, чем Катра или Адора успели сказать хоть слово. — Образно выражаясь, естественно. Хотя сначала мне казалось, что ты реально превратилась в человекоподобного андроида. Ничего общего с прежней Адорой, не-а. Катра смотрела на Скорпию с широко раскрытыми глазами и отвисшей челюстью. Адора от нее не сильно-то и отличалась. Она лишь в какой-то момент накрыла лицо ладонью и помассировала переносицу. — Не смотрите на меня так, — снова заговорила Скорпия, — разве вы не хотите с этим что-то сделать? Лично мне крайне неуютно от мысли о том, что Ткачиха Теней может кого-то просто загипнотизировать и использовать в своих целях. Что если следующей будет Катра? Или Лонни? Или я? — Вот уж на Лонни мне точно плевать. Никто никого не будет гипнотизировать, Скорпия, — Катра и Адора заговорили одновременно, замолчали и уставились друг на друга. Катра сложила руки на груди, ее опущенный хвост закачался из стороны в сторону. Адора, вопреки собственным мыслям, выдохнула и сказала: — Ничего не понимаю. На самом деле, она понимала. Поняла она и ту часть себя, которая активно отказывалась верить в причастность ведьмы к ее отвратительному состоянию. Поняла и Катру со всеми ее странностями, рассказами, нарушениями субординации. Только вот все это порою происходило так быстро, что ее утомленное сознание не успевало толком обрабатывать информацию, и легче было сказать «Я ничего не понимаю» чем «Отлично, что дальше?». Лишь бы выкроить себе еще немного времени на отдых. — Ты давала ей зелье? — Спросила Скорпия, обращаясь к Катре. Та вся вздыбилась и зашипела: — Скорпия! — Что? Сколько еще нам ждать, прежде чем ведьма заподозрит что-то? — Святые Предтечи, что еще за зелье? Они вновь замолчали. — Она сказала «Предтечи»? — Переспросила Скорпия. Адора не выдержала: — Я сказала «Предтечи», и что с того?! Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? — Никто не произносит слово «Предтечи» уже много-много лет, — пояснила Скорпия предельно спокойно, растеряв всю свою прежнюю неловкость. — Это я от Ткачихи слышала... Адора все еще ждала ответа про зелье. Сейчас она сверлила взглядом Катру, ни на шаг не приблизившуюся с тех самых пор, как вообще появилась здесь, и сейчас упорно не смотрящую на своего командора. Какое-то время Скорпия наблюдала за нарастающим между ними напряжением, а потом предложила: — Может, я пойду? — Нет, — ответила Адора, — ты теперь часть всего этого, и я не отпущу ни одну из вас, пока не получу четкие ответы. Хватит ходить вокруг да около. «Ну наконец-то» — подумала Катра мимолетно, пока не вспомнила, что ответы выбивать будут из нее в первую очередь. С другой стороны, судя по всему, зелье, которое она добавила во флягу Адоры, подействовало. Та выглядела... Будто по-прежнему. Голубые глаза снова приобрели цвет ясного неба, а не льда, щеки порозовели, и весь ее вид вновь стал роднее. Она больше не держалась ледяной королевой. Вообще. — Я добавила в твою воду зелье, — призналась Катра. Катра редко признавалась в содеянном. — Которое мне дала лесная старушка в ту ночь, когда мы поссорились. — Когда мы... Это же было так давно! — Адора ахнула. — И ты все это время подливала его мне? — Нет. — Катра достала из поясной сумки маленький флакончик, опустошенный на четверть. — Только сегодня и совсем чуть-чуть. Боялась, что оно сделает с тобой что-то плохое, но... Для чего-то оно ведь было надо, да? Лесная старушка. Еще одна фигура во всей этой истории. Адора отвела глаза, не в силах отрицать того, что эта формулировка говорит ей о чем-то, но она не может вспомнить, о чем конкретно. Вернее, о ком. Кто не рискует, тот не ест, как говорят в форте, да? — К слову... Как ты себя чувствуешь? — Тон Катры был осторожным. Она понимала, что в каком-то смысле оплошала, но искренне уверяла себя, что сделала это ради самой Адоры. Блондинка снова посмотрела на нее, но хмуриться долго у нее не вышло. — Словно меня за долгое время впервые выпустили на свежий воздух из подвала. Голова никогда не была такой легкой и ясной. Троица помолчала в который раз, в который раз обменялась взглядами. Каждая чувствовала, что происходит что-то важное. Адора подумала, что настала ее очередь откровенничать. — Я видела меч в покоях Ткачихи Теней. — По открывшимся ртам Скорпии и Катры она поняла, что затронула весьма важную тему, девушка продолжила: — Точнее, сначала я услышала шепот, подумала, что кто-то из младших балуется, но потом... Потом нашла его в кабинете с Гранатом. Через несколько дней меча там уже не было, ведьма сказала, что его переместят в архивы. Но он не в архивах. — Что? — Хором произнесли командор и кадет. Адора вздохнула. — Я чувствую его... Понимаю, где он находится. Я могу добраться до меча. Только зачем? На пару минут они погрузились в тишину, в которой Катра чувстовала себя наиболее дискомфортно. Ей пришлось собрать все остатки своей смелости, чтобы открыть рот и признаться: — Потому что меч принадлежит тебе. Потому что это я забрала его у тебя в день, когда Ткачиха сделала то, что сделала. — Видимо, причины на то у тебя были серьезные, — Адора сама не знала, какой смысл она должна была внести в эти слова. Чуть насмешливый, чтобы разрядить ситуацию? Или серьезный, потому что Катра выглядела настолько подавленной, что хотелось... Честно, хотелось подойти к ней и обнять ее. Но Адора не стала этого делать. — Чтобы понять, что со мной происходит, мне нужно найти меч, — подытожила Адора, поняв, что никто заговаривать не собирается. Катра все еще не смотрела на нее, зато Скорпия поморгала и кивнула. — Звучит как логичный план. Они еще немного постояли вот так, а потом Скорпия двинулась в ту сторону, откуда пришла Катра. По пути она легонько похлопала подругу по плечу. — Уже поздно. Я скажу, что вы двое на обходе. Флягу потом отдашь. — Спасибо, Скорпия, — искренне поблагодарила Адора, чем заслужила несколько смущенную улыбку командора, прежде чем она скрылась за завесой темно-зеленой растительности. Вспомнив про флягу, Адора вновь открыла ее и отпила немного. Когда на протяжении всего дня она пила из собственной, она не приметила никакого постороннего привкуса, поэтому и не думала, что в воду что-то может быть подмешано. Она, конечно, теперь знала, что Катра сделала это из лучших побуждений. — Катра, отдай мне флакон. Я хочу, чтобы он был у меня. Пожалуйста. Магикошка подняла голову, но по-прежнему молча подошла и протянула Адоре склянку. Теперь зелье покоилось в поясной сумке командора. — Я не злюсь. — Меня это и не волнует, — буркнула Катра. Когда Адора подняла брови, девушка мотнула хвостом, осознав, что ляпнула. — Я имею ввиду, ты и раньше на меня злилась, когда я хотела помочь, так что даже если бы ты злилась сейчас, меня это не задело бы. — Что ж, тогда ладно, — нейтрально отозвалась Адора и поправила кофту. — Думаю, нам тоже пора возвращаться в лагерь. Иди первой. Я догоню. Катра взглянула на нее с толикой неуверенности, но Адора лишь качнула головой. Катре не хотелось спорить. Она чувствовала себя неважно, поэтому сейчас решила просто уйти, а поговорить с Адорой она успеет. Уж теперь точно, когда ее не пытались убить льдистым взором и плотно поджатыми губами. Стоило кадету исчезнуть с обзора, Адора длинно выдохнула и глубоко вздохнула, до боли в легких. Удивительно, как много может произойти всего лишь за каких-то полчаса! Никогда еще ее жизнь не делала таких кульбитов. Наверное, никогда. Адора не была уверена в этом, особенно после слов Катры. Однако сейчас ее волновало другое. Повернувшись в противположную от лагеря сторону, девушка сощурилась, вглядываясь во тьму. — Я знаю, что ты там. Выходи.