Until the End

Время близилось к вечеру. Карина ни с кем не разговаривала, даже с американцем. Она нашла себе уютный уголок, возле Токарева, который из подручных средств пытался сделать верстак, и уселась там. Пока Токарев занимался своим делом, он параллельно рассказывал истории из жизни Ордена. Мужчина был поражён молчаливостью девушки и тем, что она даже не пыталась его заткнуть. Она просто наблюдала и слушала, несколько раз проваливалась в неглубокий сон. Девушка периодически вспоминала то, что она видела после удара по голове. В конце концов, осознав, что ей надоело сидеть без дела, Карина все-таки решилась выйти на улицу. Пройдя через рубку, она встретилась с недовольным взглядом Мельника, но Аникина даже не придала этому значения. Карина открыла дверь, и её встретил сильный морозный ветер. Немного вздрогнув от холода, она натянула капюшон на голову в надежде, что это поможет, и пошла дальше, к спартанцам. Первый же, кто заметил Карину, был Сэм. Ещё никогда девушка не была настолько равнодушна к нему, но сейчас американец только это и видел. Она дважды спасала ему жизнь, а он даже не знал как её отблагодарить. Один только взгляд Карины заставлял передумать о начале разговора, и это останавливало всех, кроме Идиота. — Решила вылезти на свет? — хмуро спросил мужчина, на что Аникина недовольно цокнула языком. Это немного позабавило Сергея, но этого он не показал. — Наверное, неприятно оказаться в такой ситуации? — Я слышала, что кто-то называл тебя очень умным. Пораскинь мозгами, — грубо ответила Карина и встала рядом с Сэмом. Американец и Дамир лишь молча наблюдали за этой картиной. А вот Идиоту было, что высказать Аникиной. — Пытаешься выглядеть всё такой же сильной? Твоих друзей-Оборотней здесь больше нет, и никто тебя прикрывать не будет. Мы вас всех отловили, кроме тебя. Может расскажешь, как тебе удалось выжить? Карина не хотела ничего ему отвечать, но и промолчать она тоже не могла. Аникина уже миллион раз думала о том, как убьёт его. У неё было множество причин это сделать, но только не сейчас, не на поезде. — Предлагаю сделку: ты со мной не разговариваешь, а я не скину тебя с поезда, — сказала девушка и показательно улыбнулась. — Приятно было с вами поморозить жопу, джентльмены. На этом Карина поставила точку. Она вернулась на свое заветное место рядом с Токаревым. Но в этот раз Аникина была настроена на беседу. — Скажи, пожалуйста, кто этот замечательный человек, который Сергею дал кличку Идиот? Хочу выразить благодарность сие персоне. — Вообще, он сам себя так назвал… — А, ну тогда обойдёмся без благодарностей. Токарев наконец-то оторвался от верстака и как-то странно посмотрел на Карину. — Ты была с ним знакома, верно? — Не думаю, что он лучшая тема для обсуждения, но да, была. В рубке послышались тяжёлые приближающиеся шаги. Это был Сэм. Он практически не изменился с момента их последней встречи. — Можно мы поговорим? Наедине, — спросил американец у Токарева, приближаясь к Карине. В ответ спартанец кивнул и поднялся наверх, прикрыв за собой дверь. За это время Аникина успела морально подготовиться к разговору. — Можно считать, что ты нашла меня? — Сэм стоял уже в паре сантиметров от Карины. — Ты первый нашел меня, — в ответ девушка слабо улыбнулась. Не то, чтобы она была чем-то недовольна, она была просто физически и эмоционально истощена. — Я хочу вернуть все, как было… — Ты хочешь снова валяться в медчасти с раной от пули? — вопрос Аникиной звучал немного насмешливо, но Сэм не придал этому значения. — Пусть так, но я хочу быть с тобой, независимо от теперешних обстоятельств. — Как бы мы этого не хотели, Мельник не даст нам спокойной жизни. Я для него заключённая, а ты его телохранитель, если я не ошибаюсь.  — I don't care anymore… Хоть Карина и не знала английский, она поняла приблизительное значение этой фразы. Она увидела, что он не собирается отступать перед тем, что желанно ему. И в подтверждение этого он нежно и легко поцеловал девушку, обняв её за талию.

***

Ночь выдалась не самая простая. Карине и спартанцам пришлось расположиться на металлическом полу на старых матрацах. Конечно, если лечь в центр рубки, то будет не так холодно из-за топки. Аникиной не посчастливилось там расположиться, но Сэм, пристроившись рядом, прекрасно выполнял функцию грелки. Если бы Мельник не распределил почасовое дежурство на всех, то эту ночь девушка проклинала бы не так сильно. Подъём был, естественно, ранний, как в армии. Карина так просыпалась только тогда, когда проходила подготовку Оборотней. Девушкам там поблажек не делали. Но как только Доринов повысил её, то жизнь немного облегчилась. Теперь Карина почувствовала, что все началось сначала, только Мельник – не Андрей, с ним будет намного сложнее. У неё было два плана действий: смириться со своей участью, чего ей хотелось меньше всего, или, подговорив Сэма, сбежать. Хотя и со вторым было много проблем. Американец, скорее всего, привязан к спартанцам так же, как и Карина к Оборотням, и вряд ли Сэм готов их оставить. Задумчивое настроение Карины заметил, как ни странно, сам Мельник. У него ещё осталось несколько вопросов про Оборотней, но желания спрашивать при всех у него не было. — Карина, надо поговорить, — требовательно сказал полковник, открыв дверь на улицу. Аникина сразу учуяла подвох. — Сэ-э-эм, если я не вернусь, я хочу берёзовый гроб, и похорони меня возле речки, — громко сказала девушка, поднимаясь с матраца. Большинство спартанцев оценили юмор, кроме самого американца. Мельник вывел Карину наружу и закрыл за собой дверь. Теперь девушка почувствовала себя наедине с опасностью. — Вчера ты сказала, что ты последняя из Оборотней, так? — Да… – протянула девушка, не понимая, к чему ведёт Мельник. — После Д6 у нас было две задачи: восстанавливать силы и ловить вас. Рейх вас знатно потрепал, но вы всё равно остались в большинстве. Это сильно облегчило нам задачу. Но знаешь, что меня смущает? Когда я допрашивал каждого из вас лично, я не увидел Доринова и ещё десятерых. А это значит, ты мне врёшь. У меня только один вопрос: где они? Карина была в шоке от такого умозаключения. Ей пришлось собраться с силами, чтобы сказать то, что хочет услышать Мельник. — Я не знаю, где они. Когда мы в последний раз виделись, они собирались перейти с Проспекта мира на Знамя революции. Я сказала, что приду к ним через неделю, но когда оказалась там, их не было; и люди со станции сказали, что они даже близко не появлялись. Я-то думала, вы их словили. — Как теперь понимаешь – нет. Знаешь, что меня смущает в твоей истории? — Ну и что же? — Звучит, как хорошо продуманная… — Да мне всё равно, веришь ты или нет. Оставь хоть одного волка в живых, и овцы больше никогда не смогут спать спокойно. Карина посмотрела на Мельника с какой-то едкой насмешкой и после этого она развернулась и зашла обратно в рубку. — О чём разговаривали? — тут же поинтересовался Князь. — Ну уж точно не о погоде… Поезд резко дёрнулся, и после этого засвистели тормоза. Внутрь ворвался Мельник и приказал всем собраться. Ермак сразу же побежал в котельную, очевидно, проверять, что сломалось. И как он сообщил — накрылся один цилиндр и дальше мы никуда не поедем. — Мы чей-то блокпост в тумане не заметили, — сказала Аня, которая до этого была снаружи. Мельник сразу забеспокоился. — Кто охранял? Форма чья? — Ничья. Они в ватниках, — ответил полковнику Степан. — Возможно, это оккупанты, и это был их внешний периметр. Ермак, сколько времени нужно, чтобы починить Аврору? — Может день, может больше… Карина поняла, что она застряла тут вместе со спартанцами. И ей нужно как можно быстрее решать, что делать: сбежать или же остаться?