Живучий Гарри

— Я вас умоляю, заберите с собой этого старого палочника! — чуть ли не со слезами на глазах попросил Билл. — Он ведь не может остановиться и постоянно делает волшебные палочки. И его вообще не смущает то, что здесь нет нужных материалов. Пользуется тем, что есть под рукой. Просто разбирает нашу мебель… Вчера он сделал четыре палочки из нашего стула, а внутри у них шерсть нашей любимой кошки… Гарри, она уже лысеть начинает! — Хорошо, я посмотрю, что можно сделать, — пообещал Гарри. — Но ты будешь мне должен! Гарри вошёл в комнату Олливандера и увидел, что старик уже почти доделал очередную волшебную палочку. — Дверца шкафа и мышиный хвост… — увлечённо бормотал он себе под нос, и далеко не сразу заметил Гарри. — О, мистер Поттер! Я так рад вас видеть! Знаете, у меня появилась чудесная идея. Можно мне пустить на палочку вашу «Молнию», а внутрь натолкать волос Избранного? — Вот уж точно нет! — покачал головой Гарри. — И вообще, я здесь по делу. Мне нужно, чтобы ты помог мне разобраться со всем этим бредом с палочками. Они что, живые? Почему метла не выбирает себе хозяина, хотя она, вроде бы, тоже магическая? Мы ведь тысячу раз разоружали друг друга раньше, и ничего — палочки даже и не думали менять хозяев. А теперь начали? — Мистер Поттер, вы задаёте вопросы, на которые у меня нет и не может быть ответов… Это тупо магия. — Так и знал… И что мне теперь делать? — Предлагаю пожертвовать один палец на благо магической науки — я сделаю из него отличную сердцевину для новой мега-палочки! — Ой, да пошёл ты… Гарри вышел в холл, но и тут ему не было покоя. После смерти Добби семейство Малфоев не знало, куда себя девать. От них, конечно, попытались отделаться, но это было почти так же трудно, как избавиться от Рона. — Хозяин Гарри! — радостно воскликнул Люциус. — Мы, наконец-то, нашли вас! — Да чтоб вас… — Наша семья обязана служить вам всю оставшуюся жизнь! Пожалуйста, прикажите нам что-нибудь! — Эх, ладно… Идите к Олливандеру, пусть он наделает из ваших волос палочек. Думаю, их можно будет выдать за шерсть единорога… — Раз уж мы заговорили о шерсти, — в комнату вошла Гермиона, которая очень осторожно, словно какое-то сокровище, несла одинокий волос. — Ты понимаешь, к чему я клоню, Гарри? — О, нет… Ты же помнишь, что было на втором курсе… Хочешь снова стать женщиной-кошкой? Нет, я, конечно, буду любить тебя даже с хвостом, но, может, не надо, а? — Успокойся, Гарри, на этот раз всё проверено. Воспользовавшись положением твоей девушки, я потребовала от Малфоев волос Беллатрисы Лестрейндж. Её облик поможет нам пробраться в Гринготтс. Её ведь даже гоблины боятся… — План — так себе, но придумывать другой мне лень, — вздохнул Гарри. — Ладно, может и сработает. Вообще-то изначально планировалось, что все выпьют оборотное зелье. Однако Гарри отказался пить подобную гадость, а Рон даже после четырёх литров зелья всё ещё оставался рыжим. — Да и чёрт с ним! — махнул рукой Гарри. — Я накину на себя мантию-невидимку, а на Рона, как обычно, никто не будет обращать внимания. — И то верно, — теперь Гермиона выглядела уже как Беллатриса. — Урур-рур? — вмешался в разговор упырь. — А у тебя, мой друг, будет особая задача, — самым заговорщицким шёпотом сообщил ему Гарри. — Как только Когтеточь проведёт нас в банк — избавься от него.