Мой мальчик

Очевидно то, что Геллерт справился с заданием лучше и быстрее остальных чемпионов. Второе место занял Бернштейн, а третье–де Фабрилье. Но чувство тревоги за юношу не покидало Дамблдора. Как будто что-то в Гриндевальде надломилось, упала стена показного превосходства над другими. Он изменился. Стал более терпимым, не приставал к Альбусу, как только они оставались наедине, а  наоборот–вообще не подавал признаков симпатии. Временами, от безысходности, профессор думал сделать первый шаг на встречу, но вовремя одумывался. Утро. Прохлада Хогвартса всегда будила Дамблдора. Альбус резко встал с кровати, не давая себе поспать ещё „минуточку”, и пошёл умываться. Через пару часов урок у Дурмстранга. Альбус должен выглядеть великолепно, чтобы не разочаровывать Геллерта, хотя тот и не подаст виду. Дамблдору всего двадцать один год, а чувствует себя на сорок, особенно только проснувшись. С первого испытания прошёл месяц с небольшим, ещё два задания и Гриндевальд отправится в школу, а затем–домой. Возможно, забудет британца и его упрямство, как страшный сон. Возможно, сохранит, в память о первой любви, возможно...А что ещё возможно?! Нужно действовать в ускоренном темпе, пока не увели чемпиона Дурмстранга! Геллерт–лакомый кусочек для окружающих его девиц. Для Альбуса–единственный, кто сумел покорить его, до этого, каменное сердце. После победы в Турнире, а Дамблдор уверен, что Геллерт победит, к нему будут сыпаться под ноги девушки(и юноши), как плитки домино.                     *** —Профессор, Вы же помните, что завтра–суббота?– в кабинете никого не было, кроме ученика и его учителя. Обычный кабинет Хогвартса, ничего примечательного: четыре ряда парт, стол профессора посередине, пара окон. Разве что Геллерт Гриндевальд, а так, абсолютно ничего особенного. —Конечно же, я помню. Я ещё различаю дни недели, Геллерт.– усмехнулся Дамблдор.– Ладно, я помню про наши занятия. —Мы же завтра будем заниматься? —Да. Во сколько часов Вам удобней?– спросил Альбус, предвкушая встречу. —Можно после обеда, в два часа. Вам удобно? —Вполне.–ответил, улыбнувшись Дамблдор.– Тогда, пожалуй, до завтра! Слишком быстро Альбус выставил юношу из кабинета, а тот и не сопротивлялся. Может ему действительно ничего не нужно, кроме дополнительных занятий? Миклош, как мог, советовал блондину, как себя вести с Альбусом. У самого Датски всё было отлично в личной жизни. Всё-таки он начал встречаться с тем пуффендуйцем. Весь Хогвартс бурлил отношениями учеников, как будто специально именно сейчас у юношей и девушек проснулись гармоны. Если быть честным, Геллерт завидовал этим влюблённым парочкам, так как сам– Чемпион, отличный ученик, заслуживший счастье– не имел пару. Точнее, имел, но эта пара, половинка страшно правильный человек. Чёртов Дамблдор! Все ломает, хотя в последнее время он обжигает взглядом, а от мимолётных прикосновений, от обычной, уже родной, улыбки внутри всё переворачивается. Гриндевальд никогда в жизни не привязывался к кому-то настолько сильно. Никогда... *** Вечер прошёл спокойно, а ранним утром в дверь постучались. Выходной, какого придурка к нему принесло? Дамблдор открыл дверь и увидел там гриффиндорца-первокурсника. —Профессор, сэр, Вас вызывает к себе директор.– у паренька был до ужаса звонкий голос и Альбус невольно поморщился. Всё-таки пара бокалов огневиски вечером была лишней. Первачок испарился со скоростью новейшей метлы „Титан”. Пришлось по-быстрому сходить в ванную комнату и переодеться. Почему по-быстрому? Как бы Диппета не любил своего подчинённого, но гневался, из-за опозданий и прочего, так же сильно. —Доброе утро, Альбус!– жизнерадостно поприветствовал его Армандо. „Как ты, старый хрыч, высыпаешся, если у тебя Давидов очень даже...Короче, как ты высыпаешся?”,–мысленно спросил у него Дамблдор. „Старый хрыч”– это любя. Альбус давал такие прозвища всем своим близким, так что уже всегда мысленно называл их. К примеру, МакКоулс –„любимая стерва”. Не слишком оригинально, но полностью описывает её характер. А как можно назвать человека, который сменил мужей шесть раз? И они не умирали от старости, а сами уносили ноги от неё после года-двух отношений. —Не самое доброе, Армандо.– ответил Альбус и зевнул, давая понять, что его подняли с кровати.– Что Вы хотели? —Ну, что ты так сразу?–усмехнулся Диппета. Он то давно проснулся от нежных поцелуев Марка и теперь такой довольный, как кот, наевшийся сметаны. —Давайте сразу к делу. —Хорошо,–Диппет выдержал паузу,–что у тебя с Гриндевальдом? —Что?! —Серьёзно? Ты ещё смеешь удивляться?–Армандо вопросительно выгнул бровь.– Скажу честно, у тебя очень плохо получается. Дамблдор подавился или похлебнулся, если бы пил или ел. Внезапный и неожиданный вопрос. —У меня ничего с ним не было.– ответил Альбус. —Странно,–пробормотал Армандо. Он полностью доверял словам профессора и даже не усомнился в правдивости слов,– между вами такие искры проскальзывают. Да и вообще, вы очень гармонично смотритесь. —Спасибо, конечно, но не думаю, что это отличная идея.– ответил Альбус.–То есть, встречаться с учеником. —Начинается.–Диппет показательно закатил глаза.– Мальчик мой, Гриндевальд из какой школы? —Дурмстранг,–недоумённо произнёс Дамблдор. —Ты в какой преподаёшь? —В Хогвартсе,–догадка проскользнула в голове профессора. —Ты вполне можешь с ним...завести отношения. Тем более, он заканчивает школу и, плюс к этому, ему восемнадцать. То есть, он большем чем совершеннолетний. Альбус подскочил и, на радостях, обнял своего наставника. —Ты слишком зацикливаешся на рамках, мальчик мой. *** Как же медленно тянется время, когда ты чего-то ждёшь. Как будто кто-то специально замедлил часы. Причём везде–на запястье, в кабинете профессора и главные часы Хогвартса. Альбус, в ожидании встречи, успел проверить эссе учеников(удивившись неплохим работам), прочитать пару глав книги о некоторых опасных зельях. Автор писал просто и понятно, легко используя факты. И Дамблдор, увлёкшись книгой, не заметил, как Геллерт тихо вошёл в комнату, сел рядом и, улыбаясь, за ним наблюдал. ***