Между нами гравитация

На часах было семь утра. Парень проспал всего четыре часа. Поэтому сейчас весь сонный, он направлялся на кухню, чтобы позавтракать. Беззубик так и не встал со своего места, что совсем не удивило парня. Пёс тихо подергивал задней лапой и слегка поскуливал, насколько знал парень, это значит, что ему снится что-то хорошее. В ванне он почти уснул, но холодные струи воды, полившиеся из крана, заставили его дёрнуться. Иккинг умылся, глядя на свои синяки под глазами, и пошёл на первый этаж, чтобы, наконец, позавтракать. Телефон в руке завибрировал, заставляя обратить на себя внимание. Пришло уведомление из классной беседы в мессенджере. Иккинг медленно разблокировал телефон и посмотрел их. Первым уроком английский язык, вторым геометрия, третьим биология. Дальше не стал интересоваться и быстро включив будильник на девять, он лёг прямо на диван.

***

Не то чтобы он прямо любил биологию или учитель был с ним великодушен, нет, далеко нет. Просто это тот предмет, на котором можно тихо позалипать в телефон, иногда, после гонок, поспать. Учитель видел, то что делает Иккинг, но последний всё-равно был у него на хорошем счёту, потому что, даже если он ничего не делал на уроках, он хотя бы их не пропускал. Сейчас в классе присутствовали все и что-то очень бурно обсуждали. Хеддоку было глубоко всё-равно, поэтому он спокойно прошёл и сел за свою последнюю парту. Одноклассники вели споры, но парень не слушал их, потому что так и не выспался. Прозвенел звонок и зашёл учитель. Все разошлись по своим партам. — По вашим лицам я уже вижу, что вы знаете что вас ждёт, — мистер Коллинз имел на лице добрую ухмылку. Парень начал оглядываться на одноклассников в непонятках, ища ответы в их глазах, ну или хотя бы подсказку. — Ну или не все, — учитель и ученик встретились взглядами и шатен понял, что сейчас ему всё объяснят, — Вы, — он оглядел класс глазами, — Можно сказать, везунчики. В прошлом месяце проходил жребий среди девятых, десятых, одиннадцатых классов. Двенадцатый не вошёл в счёт, потому что у них экзамены. Вы первый и единственный класс в этом году, который будет выполнять одно очень интересное задание, совмещённое с программой биологии и психологии. Ребята с замиранием сердца чего-то ждали. Только Хеддоку эта идея вообще не нравилась. Это было слишком опасно. Он не хотел дружить со своими одноклассниками, не хотел выполнять с ними что-то и поэтому надеялся, что это задание индивидуальное. — Итак, теперь сама суть, — учитель перелистнул какие-то бумажки и достал одну, — Двадцать четыре школьника из вашего класса разбиваются на пары, по моему усмотрению, и узнают друг-друга на протяжении апреля и мая. На выходе в итоге ваша работа должна иметь заключение: своё значение для вас, то есть появилось ли то, чего вы не ожидали или не знали о напарнике. Я жду взрыва. Класс сидит и не понимает, как и Иккинг. Задание, ну очень, глупое, зачем вообще узнавать кого-то из них? Ну или с другой стороны, стороны одноклассников: они ведь и так знают друг-друга. Многие уже 10 лет вместе учатся и знают других как облупленных. Вот например близнецы вечно ссорятся, но при этом любят друг друга сильнее, чем родителей, всю жизнь вместе и больше никто не нужен. Ну как считали ребята, ведь кто знает, вдруг кому-то из них всё-таки кто-то нужен, кто-то особенный, для своего сердца. В любом случае, даже сейчас, сидя за одной партой, они делили ручку, хотя точно такая же лежала рядом с Забиякой. Спереди был Рыбьеног, его так прозвали, из-за того, что в младшей школе он очень любил кушать рыбу в столовой, так и закрепилось за ним прозвище и в старших классах. Сам по себе, он любил учиться, а в особенности алгебру с геометрией. Рыбьеног отличник и всегда помогает другим одноклассникам с домашними заданиями, да и вообще с разбором темы. Возможно благодаря этому он стал популярен в школе и попал в условную элиту. Вообщем-то так можно о каждом рассуждать и по часу, да и больше, но особого желания он в том не видел, так что вновь обратил внимание на учителя. — В этих конвертах имя вашего напарника, — Коллинз помахал ими и продолжал, — Обмену, возврату или отказу не подлежит. От этой оценки зависит ваша оценка в триместре, — Он вновь помедлил и сощурив глаза, ухмыльнулся, — Тони, раздай пожалуйста конверты. Класс защебетал, девушка начала раздавать бумаги и дрожащими руками Рыбьеног был первым, кто получил своего напарника. — Ну же, кто? — спросил Сморкала. Парень, одним движением руки достал листок с именем, сделал рваный вдох и посмотрел на свою напарницу, которая наблюдала за ним. — Хезер, — полушепотом произнёс тот. Все знали, что он по ней сохнет со второго класса, только сама девушка не понимала ничего. Хотя иногда шатен думал, что она просто притворяется. Хезер была красивой шатенкой с длинной густой косой, Рыбьеног влюбился в неё, когда она перешла к ним в класс на втором году обучения. Первое время он боялся при ней говорить, не мог нормально отвечать на уроках, отчего, даже однажды, у него вышел бал «хорошо», вместо «отлично» по математике. Тогда он понял, что чувства не должны мешать учёбе и стал сдерживать все эмоции. Дальше, бланк попал в руке Задираке. Хэддок на секунду взмолился всем богам, чтобы не его имя стояло на бумажке, что была в руках блондина. Задирака был неплохим парнем, но только за пределами школы. В ней же, Торстон был настоящей грозой всех учителей, но ему это нравилось. Парень делал всё назло, кроме учёбы, в ней он был далеко не отличником, но держал стабильный средний бал, чего не понимали учителя, ведь как можно быть таким, но при этом хорошо учиться? — Вообще, я не против любого напарника, — говорил тот, открывая конверт, — Я в любом случае ничего делать не буду, — произнёс тот и прочитал имя, написанное на листке и неожиданно стал улыбаться, — Поздравляю, Сморкала, мы зажжём на этой домашке! Йоргенсон развернулся к нему и пожал ему руку. Парни дружили с первого класса. Они были знакомы ещё в детском саду и в дошкольном классе, но тогда они враждовали из-за одной сероволосой девчушки, имя которой никто из них уже не помнит. Та девочка переехала и оба мальчика забыли о ней, стали общаться и в итоге подружились и стали называть друг-друга братьями, что не нравилось Забияке. Зак всегда считал, что она просто ревнует. И что скрывать, ему это нравилось. Ему всегда нравилось бесить сестру. Дальше Забияка стала обладательницей своей золотой бумажки. На секунду Иккинг перевёл взгляд на её брата и заметил мгновенное недовольство Зака: не хочет делить единственную сестру с кем-то ещё? Зои же не терпелось распаковать и прочитать имя, поэтому она и не медлила не секунды. Пальцы разорвали обертку и осторожно достали листок. Мгновенно она провела глазами по чёрной надписи и воскликнула: — Тони! — миг и вновь энтузиазм куда-то исчез, — А почему мальчикам попадаются мальчики, а девочкам девочки? — Она не секунду задержались взглядом на Хезер, — Ну Рыбьеног и Хезер это совсем другое, — протянула та, — Также не честно, вдруг кто-то из наших девочек хочет пообщаться с мальчиком! — делая тонкие намеки закончила блондинка. — Ещё не вечер, — весело подмигнул учитель. «На что он намекает?» — пронеслось в головах каждого из присутствующих. — Иккинг, Астрид, ваши тут рядом лежат и вы близко сидите, поэтому вы уж простите, что не жду, когда каждый из вас откроет по отдельности, ведь у меня ещё шестнадцать конвертов, — виновато произнесла темноволосая. Девушка вручила им в руки по бумажке и все внимание устремилось на них. Астрид была одной из тех, с кем очень хотелось бы быть в паре, а Хеддок наоборот: мальчик-неудачник. Казалось, работать с рыбьей костью, самое худшее, что могло бы произойти со старшеклассником в этой школе. И Иккинг знал, что все так считают и уже мысленно извинялся перед своим будущим напарником. Астрид была далека от жизни Иккинга. Ну, так конечно думал он, это из его личных соображений. У неё всегда было своё личное место в этой школе: отличница, спортсменка, любимец учителей. Со стороны всё было именно так, а как это выглядит и работает изнутри никто не интересовался, хотя бы потому что обёртка может быть красивее, чем то, что внутри. — Астрид Хофферсон. — Иккинг Хэддок. Произнесли ребята в унисон. В классе повисло неловкое молчание и только два подростка встретились с друг другом взглядами. Для Иккинга это значило только одно: «Чёрт, целый месяц с ней!». Для Астрид все было точно также, только Хеддок об этом даже не догадывался. — Вау, — прервал молчание Йоргенсон, — Тебе сегодня подозрительно везёт. — Сморкало, прекрати, — заступился за парня Ингерман, — Астрид это точно такой же ученик как и мы все. Она могла быть у кого угодно, ведь не мы это решаем. Тот в свою очередь почти подавился злостью. — Но в любом случае, этим «кем угодно» в итоге оказался этот… — прозвенел звонок и заглушил его дальнейшие слова. Ученики повставали со своих мест, уже получив свои конверты и поспешили выйти из кабинета. «Кто самый везучий в этом мире?» — с сарказмом протянул парень в голове, пытаясь застегнуть заевшую молнию на портфеле. — Это мой номер, — со спины послышался голос девушки. В классе остались они вдвоем, — Добавляйся в ватсапе, вечером обсудим наши дальнейшие действия, — Астрид прошла вперёд, положила перед ним листок с номером и вышла. Иккинг не мог понять свои чувства: счастлив и он такому повороту или это возможно будущая угроза для Ночной Фурии?