Особенная. Часть вторая: Саша...

      Саша резко открыла глаза и села на кровати, быстро осматриваясь по сторонам. Голова на столь бурное пробуждение отозвалась болью и закружилась. Не уделив ей никакого внимания, только пошипев немного и прищурившись, Саша продолжила осматривать свою комнату.       Ничего нового она, впрочем, не увидела. Всё та же комната, в которой она просыпалась день ото дня уже почти год. Лёгкий бардак, пара разбросанных по полу вещей, включая одежду, в которой она вчера весь день ходила и которую сняла с себя — или, точнее, сорвала — только перед сном, длившемся не больше шести часов.       Глаза изо всех сил пытались закрыться сами собой — хоть и с трудом, но она подавила это желание, встала с кровати и не торопясь стала одеваться. Не хотелось, чтобы голова снова начала ходить ходуном.       Закончив с одеждой, она спустилась на первый этаж, потирая глаза и немного пошатываясь от ещё не до конца прошедших усталости и сонливости. Так или иначе, ей удалось добраться до ванной и начать приводить себя в относительный порядок.       Умыв лицо и уже собравшись почистить зубы, она решила этого всё-таки не делать — лучше уж после завтрака. Затем её взгляд упал на расчёску. Она медленно взяла её в руку, поднесла к голове. Поглядела на отражение в зеркале, слегка запотевшем от горячей воды, которой она до этого умывала лицо. Из зеркала на неё смотрела молодая девушка. Из-за кругов под глазами ей можно было смело добавить пару лишних лет, окрестив двадцати- или даже двадцатипятилетней, в то время как ей самой было семнадцать с половиной.       Занесённая над головой рука с расчёской, на которой были её короткие, вечно нечёсаные чёрные волосы, дрогнула. Она странно на себя смотрела — и сама не знала, почему. Она думала о будущем. Пара лет — и нужно будет искать себе кого-нибудь, заводить свою семью. А у неё не было ни планов, ни желания.       «Что со мной такое? Может, я какая-то неправильная?» — спросила она саму себя и, естественно, не получила ответа.       То, что многие не желали заводить семью, в её время было почти что нормой. Правительство старалось решить эту проблему: ему нужны были увеличение рождаемости или хотя бы медленный, стабильный рост населения, а из-за миллионов таких, как она, молодых людей и подростков было на порядок меньше, чем взрослых и стариков. Власти обещали выплачивать огромную сумму за каждого рождённого в семье ребёнка, но из-за этого стали появляться тысячи детей, которых родители бросили, едва получив деньги.       С этим всячески боролись, тратили огромные средства и множество ресурсов — но борьба оказалась крайне непродуктивной и слабой. Результата всё равно не было, лишь тысячи сломанных судеб детей, рождённых ради денег и сразу же после этого брошенных, забытых.       Мысли. Тяжкие мысли, без какого-либо лучика счастья… в очередной раз. Саша тряхнула головой и откинула расчёску, смерив её гневным взглядом, словно она была виновата если не во всех бедах людей, то хотя бы в части из них, и явно не самой маленькой.       Закончив с ванной, Саша направилась на кухню. Время было не самое ранее, и мама уже вполне могла начать готовить — или даже закончить, если встала раньше, как она иногда, словно против своей воли, делала.       К удивлению Саши, на кухне никого не было. На столе стояла яичница, но со всякими дополнениями: беконом, свежими фруктами, парой бутербродов и чаем. Саша удивилась подобному зрелищу. Здесь, в колонии, она нечасто видела, чтобы мать готовила что-то сложное или тем более покупала что-то, кроме самого необходимого. А тут и бекон, и фрукты — Саша на секунду почти забыла, что всё ещё находится где-то в жопе мира, именуемой Флутом-5. В эту секунду она была счастлива, и облом от понимания того, что она всё ещё здесь, а не в более приятном месте, был довольно болезненным.       Она застонала во весь голос, задрав голову к потолку, и села за стол. Еда, к её удивлению, была даже не тёплой, а давно остывшей. Саша тяжело вздохнула. Самой разогревать что-то не сильно хотелось, а холодного она старалась избегать. Поэтому встала изо стола, взяв с собой грушу, и пошла на поиски матери.       Дома она никого не нашла и решила, что мать свалила от неё, как она это часто делала, в клуб книголюбов. Догадка была вполне правдоподобна и не вызывала ряд новых вопросов.       Саша недолго пробыла дома — через двадцать минут она от нечего делать вышла на улицу.       Там стояла обычная для Флута в это время года и дня погода. Тепло и светло — лето на планете выдалось довольно хорошее, как многие говорили. В основном те, кто на ней не был и вовсе не собирался сюда прилетать; чаще всего это были люди, распоряжавшиеся перевозкой колонистов на планеты, подобные Флуту. Саше это казалось чем-то премерзким. Они, с их возможностями и деньгами, могут проводить лето где и когда угодно, а колонисты — там, где за это заплатят больше. И редко когда погода в таких местах радовала. Чаще разочаровывала или вовсе убивала.       Её взгляд упал на одного из техников-ремонтников, и девушка, увидев знакомое лицо, решила подойти поздороваться. Судя по всему, он занимался диагностикой системы вышки связи. Саша слышала, что в последнее время те начали работать хуже или, по непонятным причинам, перестали это делать совсем.       — Здравствуй, Дмитрий! — поздоровалась она со знакомым техником. Тот оторвался от своих дел и повернулся к ней, поправив кепку, а планшет положил у вышки связи. — Что на сей раз выкинул этот мусор?       — На сей раз он и меня удивил не на шутку! — заявил техник, обернувшись к вышке и показав Саше на неё. — Я не знаю, что с ней. Работает идеально, но сигнал не посылается и не принимается уже не первый день. И так происходит не только в этом селении, но и в остальных. Меня дёргают от одной точки к другой, я больше чем на час не задерживаюсь нигде! Какой-то трэш!       — Даже твои мозги не могут понять причину неполадки? — спросила Саша с язвительной улыбкой. Дмитрий усмехнулся, положив руки на пояс.       — Даже мои, — подтвердил он. — Я просто не знаю… что здесь такое. Но точно уверен, что хочу чего-то холодного. Тебе принести?       — Эм… да, вполне можно. — Дмитрий кивнул и удалился к холодильнику у входа в ближайший дом. Саша из любопытства подошла к его планшету, заглянула в него. На экране было открыто недавно пришедшее сообщение.       «Дмитрий, возникли трудности с этой хреновой вышкой. Теперь и через неё не проходит сигнал. Мы не можем понять, почему. Её усилили втрое, сигнал вроде бы появился, но спустя считанные секунды вновь пропал. Словно кто-то балуется с пультом и выборочно отключает функции наших вышек. Так у нас не будет никакой связи с внешним миром! Ты у нас лучший техник, и твоя помощь в такой патовой ситуации была бы очень полезна. Так что сделай одолжение — как можно скорее приезжай к нам. У нас есть мысли насчёт того, что не так с вышками, и про сами вышки там немного. Мы считаем, что их блокируют, причём не абы кто, а самые настоящие хреновы специалисты! У нас даже есть пара идей, кто именно. Мы думаем, это те, кто припёрлись сюда не так давно. С этого дня всё и начало хреново работать…»       — Кхм-кхм, — раздался нарочитый кашель за спиной Саши. Она повернула голову и увидела Дмитрия с двумя бутылками газировки. Тот смотрел на неё и медленно, неодобрительно качал головой. — Как не стыдно, Саша, — вполголоса запричитал он, — как не стыдно…       — Дай мне ещё минутку! — взмолилась она, уже быстрее дочитывая остальную часть сообщения. Дмитрий со смешком отобрал у неё планшет, протянул газировку. — Спасибо.       — Слушай, Саша, — начал он, отпивая из своей бутылки. — Там на трудовой базе случился небольшой коллапс, ребятам не помешала бы помощь. Работа, может, не слишком благодарная и выгодная, но зато полезная для селения и живущих в нём людей. Поможешь им?       — Эм… — засомневалась Саша, вертя бутылку у себя в руках. — Лады, помогу…       — Хорошо, — сказал Дмитрий и отвернулся. — Меня ждут сейчас в другом месте, так что вечером расскажешь, сколько принесла пользы своей работой!       — Как скажешь! — крикнула она и с хмурым лицом поплелась помогать колонии.       — Вы только поглядите-ка, кто к нам пришёл! — с наигранным восторгом, повысив голос, воскликнул глава склада, на который Саша пришла просить работы. — Ты, видать, заблудилась?       — Нет, я пришла помочь в вашем нелёгком деле. — Начальник поцокал языком и повертел головой, не веря в услышанное. — Думаю, только с моей помощью дела у вас пойдут в гору.       — Это да. Давно тебя не было видно у нас здесь… да и вообще в окрестностях склада. Короче, лишняя пара рук, даже твоих, будет весьма недурным плюсом в нашу копилку.       — Ну, я так и поняла: без меня вы даже палец о палец не ударите, — Саша с довольной ухмылкой сложила руки на груди.       — Но-но-но! — деловито погрозил пальцем начальник. — Ты много о себе не думай хорошего. Думать о тебе хорошего особо нечего, так что давай сразу к делу. Окей?       — Окей-окей, — передразнила Саша и задала интересующий её вопрос: — Что мне нужно делать, чтобы ваша работа и дальше не стояла хорошо вбитым в землю столбом?       — У меня сегодня мало ребят, да и вообще… всё время у меня мало ребят! — признался начальник под её недоверчивым взглядом. — Тут на складе скопилась огромная гора самой разной всячины.       — Ого! Дашь мне что-нибудь из этого в качестве награды за труды? — с наигранной надеждой спросила Саша, сделав вид, что всерьёз заинтересована в вещах со склада.       — А хер на губу ты себе не хочешь? — слегка раздражённо отозвался глава склада и продолжил дальше, уже по теме: — Вон там ты можешь лицезреть огромную туеву хучу ящиков с контейнерами. В них лежит всякий шлак, который сейчас нужен людям в селении. Твоя задача состоит в том, чтобы разнести всю эту поебень. Ничего сложного. Возможно, долго, но не сложно.       — Охренеть… — присвистнула Саша, оглядев количество ящиков с контейнерами, которые предстояло разносить. — А как я узнаю, что и куда тащить?       — На каждом ящике есть прикреплённая записка. На ней указан адрес.       Саша подошла поближе и стала осматривать ящики, слегка приподнимая каждый и прикидывая вес. Вскоре она сделала интересное наблюдение.       — Не на каждом есть записка с адресом! — пожаловалась она начальнику. Тот оторвал взгляд от планшета, покосился в её сторону и, тут же уткнувшись обратно, ответил:       — А ты чего хотела? — Саша развела руки в разные стороны. — У моих «работничков» и без того были важные дела. Радуйся, что хоть большая часть с адресами.       — А как тогда быть с теми, на которых адресов нет? — не унималась Саша. Начальник вздохнул, но краем губ улыбнулся. Её подход к работе ему понравился.       — Те ящики, что в одной куче, — с одним и тем же адресом, их нужно в одно место тащить. А теперь не надоедай мне и приступай.       Саша про себя передразнила его и принялась за дело. Работа заняла много времени…       Вся потная, уставшая за несколько часов непрерывной возни с контейнерами и ящиками, Саша опёрлась спиной о стену и по ней соскользнула на пол. Одной рукой утирая пот со лба, другой она махала у самого лица, чтобы хоть немного охладиться.       Несколько часов она таскала ящики со склада всем, кто в них нуждался. Она неоднократно думала о том, что легче было бы просто ходить и оповещать людей об их вещах на складе, но нет. Беда была в том, что услуги курьера стоили недёшево, и рабочим склада приходилось страдать, таская всё это барахло самим: иметь при себе одновременно и рабочих и курьеров для подобных колоний было тем ещё мажорством.       Саша перевела взгляд на оставшиеся ящики — всего пара штук. Издав стон негодования, она медленно встала на ноги, опираясь на стену позади себя. Затем громко хрустнула спиной — от этого в глазах мелькнула пара искр и на секунду потемнело, но почти сразу взгляду снова предстала та же самая картина: несколько ящиков, что нужно было отнести людям. Некоторые из них ждали вещей со склада не первую неделю или месяц, а из-за унылой работы сотрудников склада — бывало, и дольше. Колонисты могли бы и сами приходить, но не появлялись порой месяцами, так как о прибытии посылок им не сообщали, и со временем люди о них просто забывали.       — Саша, Саша! — раздался голос начальника склада, когда она согнулась и чуть подняла над полом первый ящик. Она резко повернула к нему голову, и шея издала хруст, от которого она болезненно выпустила изо рта воздух. — Ты чего это удумала? Может, ты весь склад перенесёшь в другое место?       — А кому-то это нужно? — спросила она с полной готовностью это сделать в голосе. Начальник ударил себя по лбу. — Ты чего это вообще обо мне вспомнил?       — Ах, Саша… ты молодец! — начал начальник немного иначе. — Считай, выполнила половину работы тунеядцев, которыми я как бы заправляю. Но тебе уже хватит!       — Всего-то пару ящиков осталось! — вздохнула она, указав на них.       — Я вижу. И говорю тебе от себя и всех тунеядцев, что здесь «работают», спасибо. А теперь иди домой!       Саша разогнулась и глянула на него косо.       — А что я дома? Что мне дома делать?       Начальник хмыкнул, забегав глазами, и замахал на неё руками:       — Всё! Иди домой и отдыхай! Можешь теперь хоть неделю не работать. Я отмечу твою помощь на неделю вперёд, семь дней разрешаю ни хрена не делать! А теперь давай, иди. Не хватало мне тут обмороков.       Саша фыркнула и медленно поплелась в сторону дома, покачиваясь и немного путаясь в ногах при каждом втором-третьем шаге. Начальник покачал головой, глядя ей в спину, а после принялся за работу, приговаривая:       — Какая странная девочка, но трудолюбивая… пусть и временами только…       Саша часто так делала. Иногда она могла подолгу не приходить на работу, а когда приходила, то выжимала из себя чуть ли не все соки, включая жизненно важные. Поэтому ей часто давали отгулы по паре дней или недель. Сегодня начальник буквально смухлевал: в прошлый раз он дал ей почти две недели, и Саша шастала из стороны в сторону, мозоля всем и каждому глаза, маяча перед ними и не имея не малейшего представления, куда можно себя деть на этот день или его часть, пусть даже небольшую.       От усталости у девушки не было ни одной идеи, чем можно заняться сейчас и в ближайшее время, и она поплелась домой.       Добравшись, она открыла дверь и прошла мимо кухни, на которой её мать что-то готовила: времени до ужина оставалось не так много. Она на пару секунд отвлеклась от своей работы, повернула голову на звук открывшейся двери и, увидев прошедшую, словно зомби, дочь, прикрикнула:       — Ужин будет минут через пятнадцать-двадцать!       — Плевать… — себе под нос буркнула Саша и стала подниматься по лестнице на второй этаж. Потом открыла дверь своей комнаты, завалилась сразу на кровать и, достав телефон, потерялась в нём на некоторое время.       — Ужин готов, — послышался голос Матери, что стояла у двери в комнату. Саша перевела взгляд с телефона на неё, потом снова посмотрела на экран и убедилась, что прошло чуть больше двадцати минут.       — Не хочу… — выдавила она из себя и устремила взгляд в потолок.       — А для кого я тогда готовила? — спросила мать, надеясь, что она одумается и всё-таки пойдёт есть.       — Не знаю… — ответила Саша, всё ещё смотря в потолок. Затем медленно перевела взгляд на слегка приоткрывшую дверь мать. — Мою долю можешь собакам отдать… или этому мохнатому уродцу.       Мать покачала головой и, закрыв за собой дверь, пошла ужинать в одиночку.       Саша тем временем снова уткнулась в телефон и ещё некоторое время просидела в нём, пока это занятие ей окончательно не наскучило. Отложив аппарат на тумбочку, она закрыла глаза и, не раздевшись и даже одеяло не накинув, заснула.       Спала Саша пару часов, в основном крепко, время от времени ворочаясь во сне. Ей ничего не снилось, но что-то всё равно было не так. Словно она видела какой-то кошмар — но дело было не во снах или кошмарах. Дело было в реальном мире.       Проснулась она резко. У неё были не самые приятные предчувствия насчёт тайника с деньгами, добытыми в ходе ограбления магазина. Саша резко вскочила с кровати, за секунду оказалась у окна и стала всматриваться во тьму, смягчённую спутником планеты и парой сотен звёзд на небе, — которых могло бы быть и больше, если бы не многочисленные облака, что принёс ветер.       Саша глядела в открытое окно на заднюю часть их дома до того, что чуть не выпала. Как бы она ни желала увидеть свой тайник, отсюда его не было видно даже самую малость — для того, чтобы его заметить или открыть, нужно было выйти на улицу и завернуть за дом.       Саша тяжко вздохнула. Для этого пришлось бы спуститься по лестнице, открыть дверь на улицу и наверняка дать себя услышать матери. Или даже увидеть идущей ночью на улицу, если та решит устроить ночной перекус.       В этой ситуации волноваться за тайник было глупо. Саша спрятала его надёжно, его не смогут найти до тех пор, пока не узнают о нём. Знала о нём только Саша, и возможность выведать что-то о нем у неё была минимальной. Но даже несмотря на всё вышеперечисленное…       Сомнения и лёгкий страх не покидали Сашу до сих пор и даже преумножились, когда она вспомнила про Макса и тот факт, что он мог незаметно проследить за ней, узнать о тайнике и забрать из него все деньги.       Саша решила под покровом ночи сходить за дом и убедиться в их сохранности. Мысль о возможном обнаружении наслала на неё лютую бессонницу, что не прошла бы сама собой, — нужно было удовлетворить её блаженным фактом того, что с тайником всё нормально и в ближайшее время так и останется. Это здорово подбодрило бы Сашу, и она смогла бы вернуться обратно спать.       Дверь на улицу и мать — вот это были две проблемы, с которыми у неё не было абсолютно никакого желания разбираться, да и сможет ли она на этот раз?       Саша решила воспользоваться окном. Через него вылезти и оказаться на земле, а потом, по возвращении, прыгнуть с растущего рядом дерева, ухватиться за окно и таким образом забраться обратно.       Она была уже одета: пусть и немного для дневного времени, но с накинутой сверху курткой, у которой уже не первую неделю не работала молния, а Саша, себе назло, всё время забывала отнести её в ремонт… в общем, она посчитала, что не успеет замёрзнуть за те от силы пять минут, что проведёт на улице.       Открыв окно и встав на него, она пригнулась и поглядела вниз. Высота была небольшая, при правильном приземлении Саша даже ушиба не получила бы. У неё появилась ещё одна мысль, едва её глаза забегали и остановились на растущем рядом дереве, по которому она планировала потом взобраться обратно.       «Может, по тебе спуститься и потом подняться?» — подумала она и пришла к выводу, что скорее выколет себе глаз какой-нибудь веткой при прыжке на него. Мысль о дереве отпала, и она снова сконцентрировала взгляд на земле под окном.       Везде была трава высотой где-то ей по колено, но она всегда казалась Саше какой-то не особо мягкой. Девушка тряхнула головой, вспомнив, что сидит так на окне не первую минуту и что-то там себе на уме паникует. Дело-то самое обыкновенное. Будто в детстве она не прыгала и с более высоких мест, чем второй этаж.       Раз — и всё. В следующий миг она уже летела вниз, контролируя своё падение. Ещё секунда — и Саша оказалась на земле, сделав кувырок вперёд, чтобы вся сила приземления не пришлась на ноги, от чего те могли стать чуть менее функциональными.       Всё обошлось.       Саша тут же встала на ноги и пошла к тайнику, стряхивая с себя траву. Завернув за дом, она со всеми аккуратностью и скрытностью оказалась у тайника и провела рядом с ним некоторое время, чтобы точно знать, обнаружил ли его кто-нибудь и видно ли его, если кто-то ни с того ни с сего окажется поблизости.       В общей сложности она провела у тайника минут пять; потом, удовлетворённая тем фактом, что с ним всё нормально, вернулась к месту приземления и стала карабкаться по дереву. Ей далось это без особого труда. Мышечная память, выработанная с детства, до сих пор помогала — пусть, может быть, и не в полную силу. Почти десять лет прошло с тех счастливых дней, которые ей теперь казались весьма отстойными, а мышцы до сих пор помнили. Она с радостью бы поменяла мышцы с памятью местами.       Одно маленькое усилие в виде прыжка — и вот она вцепилась в окно обеими руками, ногами оперевшись на стену под собой, и постаралась взобраться обратно. Одним рывком девушка оказалась у себя в комнате.       Рывок получился немного чрезмерным, и она сделала ещё один кувырок, но лишь для того, чтобы не упасть лицом в пол. Места в комнате у окна было маловато из-за кровати, из-за этого при завершении кувырка Саша оказалась ногами на ней, а спиной и головой — на полу.       Она тяжко выдохнула и залезла в кровать, не забыв закрыть окно. За эти несколько минут тело начало легонько потряхивать.       В этот раз она укрылась одеялом и даже скинула с себя обувь — как потом выяснилось, весьма зря. Но пока что всё было нормально, и она снова погрузилась в сон, в этот раз — без каких-либо сомнений или ужасов насчёт хоть чего-то… и опять же, очень зря.       На первом этаже раздался резкий грохот, словно кто-то выломал дверь. Глаза Саши тут же открылись, а уши вмиг стали прислушиваться ко всем прочим звукам, что могли последовать за этим.       Снизу раздался крик мужчины. Он был явно злой, а голос — требовательный, словно он был копом, приехавшим на вызов, что оказался совсем не ложным.       Пелена непонимания сменилась ужасающим предположением: пришли за ней. Местным стражам порядка как-то удалось узнать о её участии в ограблении магазина.       Холодный пот выступил по всему телу. От страха дыхание участилось, а глаза бешено забегали по тёмной комнате, постепенно начиная различать всё в темноте.       Саша вскочила на ноги и тут же услышала голос матери на первом этаже, а потом — снова крики: того мужчины и, по всей видимости, ещё одного.       Голос матери постепенно перешёл на крик, а громкие звуки и грохот участились. Саша не была уверена на сто процентов, но вроде бы кто-то разбивал посуду и опрокидывал сложенные на столах кухонные принадлежности.       Мысль о том, что это было скорее ограбление, быстро охватила её разум. Она быстро натянула ботинки и стала глазами искать что-нибудь поувесистее, однако почти сразу пришла к выводу, что всё, за исключением электронной гитары на стене, смотрелось бы в её руках очень слабо и даже жалко на фоне здорового мужика или даже двух, возможно — вооружённых.       А ещё ей было жалко свою гитару, которую, если дело дойдёт до драки, придётся потом ремонтировать.       С гитарой в руках она подошла к двери и стала её медленно открывать. Устремила свой взгляд на лестницу, ведущую на первый этаж, и медленно двинулась к ней, готовая нанести удар в любую секунду, если грабитель уже поднимался на второй этаж.       — Отвечай на вопрос! — раздался крик мужчины. — В доме есть ещё хоть кто-нибудь?!       — Нету! Я здесь одна! — последовал возглас матери, обливавшейся слезами и чуть ли не впавшей в истерику от творившегося ужаса.       Услышанный голос матери вызвал у Саши настоящее чувство жалости, девушка сжала гитару покрепче и с озлобленным оскалом оказалась у лестницы, тяжело дыша и оглядывая нарушителей порядка.       К её удивлению, это были не обычные грабители с ножами, с которыми она более чем могла вступить в драку, имея у себя гитару. Эти больше походили на пиратов. У них было огнестрельное оружие, броня с защитными жилетами, и выглядели они весьма внушительными и опасными.       Они тут же подняли головы к Саше, что стояла с гитарой на втором этаже, у самой лестницы. С этой гитарой она на их фоне выглядела так же жалко, как если бы была без гитары на фоне обычных грабителей. Вот бы дробовик хотя бы оказался под боком… тогда бы она из себя что-то да представляла против них, а так… просто очередная мелочёвка для этих ребят.       — Беги! — раздался крик матери, у которой забегали глаза. Один из мужчин ударил её и указал пальцем на Сашу. Второй сказал, что понял его, и побежал к девушке. Какую-то долю секунды она сама не знала, что делать в этой ситуации.       Она решила последовать совету матери и свалить отсюда как можно быстрее и дальше, но посчитала, что не может сбежать без хотя бы какого-то намёка на драку. Поэтому кинула свою гитару в поднимающегося по лестнице бандита и бросилась в свою комнату.       Бандит подставил руки, и гитара, вместо лица, угодила в них. Он резко и озлобленно махнул руками и с раздражением на лице увеличил скорость подъёма по лестнице. Саша уже была у своей комнаты и спустя секунду находилась внутри, заперев дверь. Бандит ударил в дверь плечом, попытавшись её выломать, но затем сплюнул и достал пистолет.       Саша носилась по комнате в панике. Она изо всех сил хотела отмудохать того парня, что был у неё за дверью, но ещё больше она хотела смерти того подонка, что ударил её мать. В комнате, однако, не было ничего особо увесистого, что хоть отдалённо могло послужить ей битой для такого желанного избиения одного за дверью и ещё более желанного убийства ублюдка, ударившего мать.       — Блять! — выругалась она, едва раздался выстрел и пуля угодила в пол чуть ли не ей под ноги. Если были сомнения до этого, то они все благополучно испарились, и теперь другой мысли, кроме как бежать со всех ног, у неё не осталось.       Одного выстрела бандиту оказалось недостаточно, чтобы попасть в комнату, поэтому он сделал ещё один, а затем ещё пару. Саша до предпоследнего выстрела была на окне и собиралась спрыгнуть. Долго ей этого делать не пришлось. Последовало два выстрела, а после них — один удар ногой. Вот и всё, дверь была открыта, а этот псих с пистолетом мог видеть её на окне, готовящуюся к прыжку.       — Стой, сучка! — Саша на его крик никак не отреагировала и всё равно прыгнула. — Блять! — снова выругался бандит, подбежав к окну и начав взглядом отыскивать Сашу.       Было темно, и он включил фонарик на пистолете. Затем издал восторженное «йеху!», когда быстро отыскал Сашу, закончившую кувырок и уже сломя голову бежавшую за дом, чтобы как можно быстрее уйти с его линии обзора и, что более важно, прицеливания.       — Не уйдёшь! — закричал мужик и стал стрелять ей в спину. Два выстрела он сделал, а затем Саша пропала за домом. — Вот сучка!       Он огляделся и фыркнул, а затем выпрыгнул из окна.       — Где ты, дрянная девчонка? — спросил он вполголоса, побежав за дом с выставленным вперёд пистолетом.       Едва он завернул за угол, как ему в голову прилетела железная часть лопаты. Несколько брызг крови попало на стену, что была ближе всего. Он держался на ногах некоторое время и поднёс обе руки к голове, не в силах вымолвить и слова. Затем повернулся в сторону нападавшего. Саша со звериным оскалом стояла с лопатой, укороченной от того, что та сломалась надвое когда-то. Сейчас на ней был след от крови этого человека, и на девушке тоже. В основном — на левой щеке и в районе глаза.       Саша уронила лопату и толкнула руками бандита в грудь. Он ударился спиной о стену дома и съехал по ней на землю, начав качаться из стороны в сторону с прижатыми к ране руками.       — Фу, блять… — выругалась Саша, заметив немного крови у себя на руке. Вытерла её о бронежилет обезвреженного противника, а затем выхватила — или, точнее, попыталась выхватить — пистолет из его рук.       Тот стал сопротивляться и тащить пистолет на себя, делая это, скорее всего, лишь бы делать, а не с целью не позволить ей обзавестись оружием. Он, похоже, ничего не соображал от её удара.       Саша резко отпустила его руку и стала бить в лицо кулаками до тех пор, пока его нос не хрустнул трижды, а зубы не окрасились в красный. Только тогда он выронил пистолет.       Ударив его ещё раз кулаком по щеке справа, она подняла и оглядела пистолет. Оружие было знакомой ей модели. Раньше она с такого в тире стреляла. Он был точно таким же, как тот, из тира, за исключением фонарика и крови на стволе. Качественный и дорогой. На нём также всякие пометки присутствовали. И куча крестиков, нацарапанных на рукоятке…       Девушка резко дёрнулась, когда почувствовала прикосновение к своей ноге. Но успокоилась, поняв, что это был избитый ею бандит. Она покачала головой, убрав его руку от своей ноги, глянула на него разок и ударила рукояткой по виску, отправив того если не в реанимацию с черепно-мозговой, то хотя бы во временный нокаут.       Саша отошла от своего дома, сев за ближайшие кусты, вынула обойму пистолета и пересчитала патроны. Девять в магазине и ещё один в патроннике. Она выдохнула с облегчением. Мысль о том, что теперь она может представлять угрозу для парня, что сейчас был в её доме и мучил маму, заставила её взбодриться и получить дополнительные силы с решимостью, но решимость вмиг угасла, а на её месте вырос интерес. Интерес к звукам выстрелов из пистолетов и… очередей из винтовок. Паника прокралась в Сашу и обосновалась в ней.       «Кто-то стреляет здесь очередями из винтовки?!» Она сглотнула и вышла из кустов, пригибаясь как можно ниже. Затем выглянула из-за угла дома.       «Что за хуйня?!» — про себя прошептала Саша, тут же потеряв дар речи и начав дышать очень быстро.       Ей довелось увидеть, как группы вооружённых людей, вроде тех двоих из её дома, насильно гнали людей к вездеходам — на которых сами сюда, скорее всего, и приехали, — а затем заталкивали всех, кого могли. Особо яростно сопротивляющихся просто пристреливали, и чаще всего — очередями, для большего эффекта.       Саше удалось насчитать семерых вооружённых людей. Это были только те, что сейчас торчали на улицах, а ведь в домах оставались ещё бандиты, и их могло быть там втрое больше, чем на улице, и радовать это не могло никак.       Затем Саша обратила внимание на вездеходы. Их было весьма порядочное количество. Она разглядела с этой части селения пять, а ведь их могло быть больше. Ей в голову стали приходить различные предположения о том, что, скорее всего, это пираты и сейчас они занимаются тем, что собирают людей для продажи, а кому их будут продавать — это не столь важно; главное — не стать предметом подобного торга. Именно так думала Саша, следя за всем этим с лёгкой паникой на лице.       Если к пиратам её глаза привыкнуть более-менее сумели, то к боевым андроидам… далеко нет. Она широко раскрыла рот, наблюдая, как мимо проходят люди под прицелами боевых андроидов в количестве трёх штук. Спустя время ей удалось обнаружить в селении ещё двух, а после ещё одного.       Саша, увидев андроидов, краем губ улыбнулась. Не каждый день элитные разбойники обращали внимание на настолько неинтересный мир, так что, с одной стороны, это нападение можно было считать каким-то везением. Но в любом случае везение в особо крупных размерах Саше и многим другим колонистам не помешало бы: рассчитывать только на свои силы вряд ли приходилось.       «А может, это они сигнал и блокировали? — подумала Саша, вспомнив недавние события и проблемы со связью во всей колонии с тех пор, как к руинам обнаруженной цивилизации прилетела проверка от правительства. — Может, проверка была частью пиратских сил? Или сама проверка на стороне пиратов?»       Саша поняла для себя, что данная тема ей весьма интересна, но сейчас речь шла о выживании, а не об увлекательном времяпрепровождении за очередной теорией заговора.       Она хотела бы наведаться домой и помочь матери. Насколько она могла судить, бандит ещё не вышел из их дома, — значит, он был там, и мать тоже. Саше хотелось пристрелить его, но она боялась поднять шум, а затем угодить в ловушку, обрекая на страдания или смерть как себя, так и мать, которой, возможно, ничего не угрожает. По крайней мере, в обозримом будущем.       Ей пришло в голову залезть в пару домов и поискать в них что-нибудь полезное, но в каких домах были пираты, а в каких их уже или ещё не было, она точно не знала, а действовать сейчас вслепую означало либо смерть, либо пленение. Так как она избила одного из них и имела при себе огнестрельное оружие — для неё скорее смерть или сексуальное рабство на долгие годы, пока она не потеряет всю имеющуюся у неё красоту, не будет продана куда-нибудь или просто выброшена в космос. Много подобных историй она слышала и прочла. От вспомнившихся ужасов её передёрнуло.       Через пару минут усиленного мыслительного процесса — который, как она сама утверждала, был для неё нехарактерен — она пришла к выводу, что оставаться здесь опасно, даже если найти отличное место, чтобы спрятаться. Её наверняка обнаружат. Пираты переворачивали с ног на голову всё, что не было прибито гвоздями, а остальное просто сжигали или ломали.       «Бежать — и только бежать. Пусть даже в тёмный лес. Там всё равно безопаснее, чем здесь». Таково было её решение, и она поспешила воплотить его в жизнь.       Вначале очень медленно, осторожно и скрытно она двинулась в сторону леса. Пару раз даже падала на живот в траву, чтобы избежать обнаружения, а достигнув деревьев и зайдя за них, ударила по своим внутренним педалям газа и побежала сломя голову в лес, желая укрыться в нём на время и надеясь, что ей не придётся провести там много времени: этой ночью было холодно.       Она отбежала на довольно солидное расстояние и села у крупного дерева, принявшись восстанавливать дыхание и обтирать себе плечи от нахлынувшего холода.       «Как мне теперь быть? — думала она, выдыхая ртом воздух в плечо, чтобы не терять слишком стремительно тепло. — Стоит ли мне прятаться — или совершить что-то против них?» Подобная дилемма пришла ей в голову, когда она вспомнила о своём пистолете, но много ли она смогла бы навоевать против пары десяток хорошо вооружённых здоровых мужиков, да ещё к тому же с парочкой боевых андроидов?       Того парня она обезвредила по большей части благодаря его неосторожности и самоуверенности, а также доле удачи с решимостью, что плотно вцепились в неё, желая, чтобы она сделала это. И она сделала. Будь у неё всё та же решимость, что и тогда, Саша наверняка бы попыталась им ещё как-нибудь напакостить, но решимость покинула её, и на смену ей пришли сомнения и страх. Страх по самым разным причинам. Страх за себя, за мать и немногочисленных приятных ей знакомых, которые жили рядом с нею в селении.       Затем она вспомнила про свой тайник с деньгами, украденными в магазине, и выругалась сквозь зубы в плечо. Шанс, что их обнаружат, был невелик, но произойти могло всякое, и её деньги могли перестать быть её и перейти в руки тех, кому было плевать, каким образом они были получены.       «Хм, прямо как мне. Мне ведь тоже плевать, что они краденые… но они хотя бы украдены лично мною, не кем-то другим… молодец… успокоила себя и совесть…» Саша тяжело вздохнула, желая ударить себя по лбу, но всё же предпочла этого не делать: сейчас это было лишним и в какой-то степени нежелательным. Сейчас ей нужно было просто подождать немного здесь и проверить затем селение на наличие в нём бандитов. Спать совершенно не хотелось. Холод вгонял в дрожь, но Саше на него стало почти совершенно плевать. Так она сидела некоторое время…       Саша медленно кралась по лесу к селению, из которого ей пришлось бежать. По мере приближения звуки, а точнее, крики с раздававшимися время от времени одиночными выстрелами становились всё отчётливее. Ни стрельба, ни крики не радовали Сашу, это означало лишь то, что в селении ещё были бандиты, но… раз они стреляли и орали, судя по всему, была и часть селения.       Надежда на то, что бандиты покинут селение в ближайшее время, таяли с каждым новым шагом. Саша всё больше считала, что, если хотя бы часть тех ублюдков останется в селении, ей придётся либо ждать ещё не пойми сколько времени — либо рискнуть и незаметно полазить по селению в поисках чего-нибудь полезного.       Она притаилась среди корней дерева, выбор на которое пал по причине его близости от селения. К тому же отсюда Саша могла видеть добрую половину всего селения и при этом оставаться полностью незамеченной до тех пор, пока ей в голову не придёт мысль о том, что поорать во всё горло будет замечательной идеей, но та всё не приходила и не приходила, словно догадываясь, что сейчас будет лишней и лишь усугубит всё ещё больше       Сон к ней так и не пришёл, будто понимал, что сейчас ему лучше посидеть в сторонке и дать бодрствованию больше времени, но не из добрых побуждений: когда-нибудь ему надоест ждать, и он возьмёт своё время, чужое — и ещё сверху пару процентов. Сейчас Саша была готова согласиться с его требованиями, лишь бы дождаться столь желанного момента ухода этих ублюдков из селения, её дома, а лучше бы ещё и из жизни в целом.       Минута за минутой Саша выглядывала из-за корней дерева, за которым сидела, и убеждалась раз за разом, что ублюдки всё ещё сидят в селении и в ближайшее время не собираются его покидать.       От нахлынувшего холода её стало бросать в дрожь. Она снова принялась выдыхать ртом воздух себе в плечо, чтобы не тратить лишний раз тепло.       «Вот чтоб хотя бы зажигалка была с собой…» — думала она безутешно и при этом улыбалась, посмеиваясь над своим желанием согреться обычной зажигалкой. Её смех был лёгким, тихим и очень коротким, так как его резко оборвали крики со стрельбой. Шум доносился из селения, и в самом начале всей этой какофонии громких звуков Саша дёрнулась и запаниковала, но паника быстро угасла, и её взгляд обратился на селение.       Там была какая-то суета, множество людей бегали и стреляли не пойми куда, сразу так точно. Но затем пули стреляющих бандитов стали постепенно лететь в одном направлении. Саша пригляделась в того, кто был для них сейчас целью номер один или, скорее, мишенью. Ей удалось разглядеть силуэт убегающего в лес человека.       Саша была и рада и огорчена. Рада потому, что могла бы попытаться объединиться с этим кем-то вместе против нахлынувшей на колонию напасти, но огорчена из-за того, что, возможно, этот кто-то умрёт до их первых слов в адрес друг друга.       Девушка вышла из раздумий и снова оценила ситуацию. Неизвестный бежал в лес, а за ним — несколько людей с пушками… но была ночь! У них были включённые фонарики на пушках… вот только темнота — друг молодёжи! Да и пистолет с патронами имелся. Можно — или даже нужно — было попробовать помочь беглецу. Это было рискованно, но шансы выжить после успеха данного мероприятия выросли бы вдвое, если повезёт, а если повезёт ещё больше, то втрое, вчетверо и так далее.       Впрочем, думать о чём-то настолько хорошем в данный момент было тем ещё занятием. Нужно было действовать, а о результате думать чуть меньше, чем о чём-либо. Сейчас главное — действовать.       Саша встала на ноги, что немного затекли за время, проведённое у корней дерева. Недолго думая она кинулась в лес по направлению к неизвестному, за которым гнались как минимум трое, если не больше. Саша до сих пор не была уверена в их количестве, но надеялась, что их не больше трёх, а если быть точнее — что у неё в глазах троится и, кроме одного бегущего за неизвестным бандита, опасностей не предвидится.       «Жаль, глушителя нет… — подумала Саша, невесело покачав головой и стараясь не сбавлять темп. — Был бы — можно было бы их всех троих переложить, и хрен бы они догадались, откуда стреляют».       Но глушителя у неё не было, и действовать приходилось иначе, полагаясь на скрытность с хитростью. Силы сейчас были неравные, и только так они могли выровняться, а тогда можно будет и сделать что-то дерзкое…       — Вот суки… — сквозь зубы простонала Саша на бегу, уже теряя остатки выносливости, что — к её же удивлению — ещё не кончилась.       Неизвестный бежал быстро — видимо, страх получить «пару ласковых» от преследовавших его бандитов служил ему чем-то вроде мотиватора. Саша не знала, какой может быть мотиватор у бандитов, но бежали они не сильно отставая. А какая мотивация была у Саши? Отбросьте все свои догадки, ответ прост — недостаточно сильная! От этого у неё и не получалось бежать так же быстро, как тот парень (скорее всего) — или хотя бы как трое ублюдков, что уже давненько не стреляли из своих пукалок…       «Стреляли? Как давно?» — задумалась Саша, и все мысли тут же обратились к пистолету, что и сейчас был с нею. Она призадумалась о том, чтобы пальнуть разок и заставить троих бугаев сбавить обороты. Выстрел пролетит эхом по лесу, и хрен они поймут, откуда стреляли, а как начнут оборачиваться по сторонам, Саша уже будет далеко или — на крайний случай — вне поля их зрения. Рискованно и почти безумно, но так хотя бы на время она будет на шаг впереди. Главное, чтоб всё получилось, как она затеяла.       Пара секунд — и едва не выпавший у неё из рук на бегу пистолет оказался направлен в сторону бегущих бугаев и нацелен прямо на них. Ещё пара секунд — и раздался выстрел, ударивший по ушам и заставивший все прочие звуки утонуть на фоне звона в голове.       Из-за этого Саша споткнулась и чуть не упала лицом в землю, но всё же удержалась на ногах, и очень скоро её скорость возросла. По сравнению с начальной она была и в половину не такой высокой — но хорошо, что девушка вообще ещё могла бежать…       Бандиты от прогремевшего где-то не столь далеко выстрела тут же присели и стали оглядываться. К неудовольствию Саши, большая часть их взглядов была устремлена в её сторону. Она и забыла, что от выстрела обычно появляется очень яркая вспышка. Биться головой обо что-то твёрдое не было времени, пусть и очень сильно хотелось.       Она, как и планировала изначально, принялась спешно менять место дислокации с целью не дать себя обнаружить. Противники быстро потеряли страх с частью настороженности и стали стремительно приближаться к предполагаемому месту, откуда в них стреляли. Но никого не нашли: Саша быстро оказалась на приличном расстоянии, и теперь искать её там толку не было совершено.       Поняв это, бандиты стали рыскать вокруг в поисках стрелявшего или чего-нибудь, что помогло бы обнаружить место, в которое он мог направиться.       Толку искать что-то ночью в лесу было чуть меньше чем ничтожно мало. Сначала раздались жалобы от одного бандита, затем послышалась ругань от двоих других в адрес третьего, а спустя считанные минуты ныть и жаловаться стали ещё двое, в то время как третий, которого вначале за это грязно обругали, решил не останавливать этих двух, а просто присоединился к ним. Через какое-то время они дружной компанией пришли к выводу, что делать им здесь больше было нечего, а всё, что можно было просрать, было ими благополучно просрано. Неудовлетворённые забегом, но счастливые от того, что он закончился, они поплелись обратно к селению, к своим товарищам.       Если бандиты не нашли стрелка — Сашу — и потеряли из виду своего беглеца, то сама девушка знала, где он сейчас был, почти со стопроцентной гарантией. Самым сложным теперь было добраться до него в этих потёмках, не сломав ноги. Чем дальше в лес, тем больше шанс упасть из-за корня, торчащего из земли, но Саше удалось избежать подобной участи и всё же найти беглеца.       — Ты цел? Если да, то вставай! — сказала она лежавшему среди корней парню, что очень быстро вдыхал и выдыхал ртом воздух, словно больше минуты провёл под водой, когда его рекорд не больше сорока секунд.       — Ты кто? — прохрипел он и откашлялся.       — А ты кто? — спросила Саша, не желая представляться авансом.       — Я первый спросил… — просипел он в ответ, и Саша про себя подумала о логичности в его словах, но козырь был всё же у неё.       — Логично ты говоришь, но да не забывай, у кого здесь ствол.       Парень приподнял голову, стараясь разглядеть её оружие, если то и было. Саша взяла пистолет в руку. Парень стал всматриваться в него и никак не мог понять, действительно ли это пистолет. Саше надоело это всё, и она, вынув обойму, громко вставила её обратно. Парень закивал головой: понял, что это не шутка, и решил, что лучше лишний раз сделать всё так, как того хочет она.       — Меня зовут Крис… теперь ты! — потребовал он, уже почти перестав тяжело дышать и хрипеть. Саша решила, что так будет честно.       — Меня Саша звать. — Она протянула ему руку и помогла встать. Крис стал отряхиваться, но в такой темноте это было пустой тратой времени. — Как так получилось, что ты бежал оттуда и за тобой такой хвост был?       — Мы с ребятами решили действовать дерзко и… даже чересчур дерзко, — невесело начал он. — Нас всех поймали и повыводили из домов. Часть тех ублюдков ушла искать остальных по селению, и охранников, что следили за нами, было не так много. Мы решили общими силами отвлечь ближайшего подонка, пока другие наши навалятся на него и отберут винтовку.       — Я так понимаю, та стрельба — ваших рук дело? — полюбопытствовала Саша. Крис некоторое время молчал, а затем кивнул.       — Ну да, частично…       — Частично? — приподняла бровь Саша. — То есть всё, что не первая и вторая, были бандюковскими?       Он снова кивнул.       — Да… — невесело произнёс он и тут же добавил на повышенных тонах: — Мы надеялись сыграть на эффекте неожиданности! — Саша приподняла руку, призывая его к тишине. Он вскинул свою, словно извиняясь, и продолжил тише и сдержаннее: — Но его оказалось мало, или он был недостаточно… эффективным… винтовка оказалась у нас!       Он снова повысил голос, и Саша сквозь зубы прорычала:       — Тише!       Крис опять поднял руки — в этот раз две, — тем самым вновь извиняясь перед ней за свои эмоции, что до сих пор не утихли.       — Полностью отобрать винтовку нам не удалось…       — Это как понимать? — не поняла Саша.       — Ну, тот выродок крепко её обхватил, и вырвать её у нас не получилось, а потом он стал орать, что на него напали «мелкие членососы, которые не влезли в этот ёбаный вездеход…» — Саша фыркнула с лёгкой улыбкой от его пародии на голос бандюги. Крис лишь пожал плечами с невесёлой ухмылкой. — Затем мы стали его избивать руками и ногами, чтобы забрать его злоебучую винтовку. Нам удалось повалить его с ног и произвести пару очередей из неё во все стороны. Никого благо не задели из своих знакомых и даже… тех мразей… — прискорбно добавил он, Саша понимающе кивнула. — Затем… подоспели остальные пидорасы и стали по нам палить с криками: «Ну а хули?! Они всё равно все не влезут! А другого вездехода ждать не охота!» Они начали по нам палить, и мы все стали съёбывать оттуда кто куда… думаю, только я и смог… только я один… других, думаю, не осталось совсем…       — О-о-о! Только не плачь! — гаркнула Саша, не желавшая быть жилеткой для нытья. — Утри сопельки и больше не пускай их! У нас на это нет никакого времени, да и чем они помогут в такой ситуации?       — Ты говоришь правду… — согласился с нею Крис и вспомнил волнующий его вопрос. — А откуда у тебя пистолет взялся?       — Догадайся… — Она решила, что его попытка угадать, откуда у неё ствол, будет достаточно интересной, да и ему должно было быть приятно слегка отвлечься от случившегося.       — Ну, наверное, ты дочь какого-то местного правоохранительного хера и в суматохе — или даже раньше — у него украла ствол.       — Хе-хе… почти, — ответила Саша.       — Расскажи, мне интересно, — стоял на своём Крис. — А вдруг твой чудодейственный способ и мне поможет обзавестись стволом?       — Ну, если ты сможешь подручными средствами или даже голыми руками обезвредить одного из бандюков, то, считай, пистолет у тебя уже в кармане!       Крис тяжело вздохнул.       — Очень напряжный какой-то и опасный способ… почти как наша попытка отнять ствол у того ублюдка. Хотя нет, она была намного опаснее и безрасуднее, чем твоя!       — Возможно, — немного засомневалась Саша, вспомнив, как рискованно было отнимать оружие врага таким образом, как это сделала она. Она отбросила эти воспоминания, ведь на то они и были воспоминаниями: реальность с ними мало чем связана, и необходимо было думать о настоящем, всё остальное подождёт. — Нужно решить, что нам теперь делать.       — Назад лучше не идти, — озвучил Крис очевидный им обоим факт. — Лучше пойти в другое селение.       — Другое? — переспросила Саша. — А другое может чем-то отличаться от этого?       — Я не ебу! — вырвалось у Криса, и он тут же покачал головой. — Прости… нервы. — Саша махнула рукой, не обидевшись на его резкость. — Я хочу надеяться, что в другом селении будет не так плачевно — или даже что в нём ещё не было этих уёбков!       — Я, конечно, полностью за твои мечты, которым наверняка не суждено сбыться, но я также реалистка по большей части и могу тебя заверить: в любом другом селении эти ублюдки тоже, скорее всего, уже побывали или находятся прямо сейчас. Так что сильно надеяться на что-то действительно прекрасное не стоит в любом случае.       — Это да… — согласился Крис. — Я до появления тех пидорасов слышал всякие разные слухи, и про похожих ублюдков что-то говорили.       — Даже так? — удивилась Саша. Крис кивнул. — Что про них базарили?       Лицо Криса потеряло некоторую долю оживлённости. Словно про эту тему он ничего не знал.       — Я не придал особого значения этим слухам, оттого и не запомнил ничего, что про них трындели некоторые знакомые.       — Понятно, — огорчённо произнесла Саша. — Так что мы решили делать? Пойдём в другое селение со слепой верой в лучшее?       — Я только за, — подтвердил опасения Саши Крис — девушка вздохнула, не особо обрадованная таким решением. Он не мог не заметить этого и пояснил ей свою точку зрения: — А что нам ещё делать? Выживать в лесах и прятаться по норам? Или, ещё лучше, вернуться туда, откуда нас обоих выперли?       Саша покачала головой: с его словами было сложно не согласиться.       — Ты ведь сама это понимаешь! Нам нужно двигаться вперёд, а не назад. Регресс сейчас плачевно скажется на нас. Нам нужен прогресс! И пусть с нового селения он начнётся!       — Довольно пафосно, на мой взгляд, но ты, сука, прав, — согласилась Саша. — Сколько до ближайшего селения топать?       — Не знаю, сколько топать по времени, но должно быть около пяти километров… — Послышался долгий и протяжный стон Саши. — Что такое?! — не понял её реакции Крис. — Это лучше, чем ничего, да и не так чтоб уж очень далеко и долго.       — Это да, это ты прав, — закивала Саша, — но ведь не через лес и к тому же в ночи, при такой температурке! — Крис отвёл взгляд в сторону, признавая её правоту. — У тебя есть зажигалка или хоть что-нибудь, чтоб костёр развести?       — Не самая лучшая идея, — покачал головой Крис. — Нас могут легко найти.       — Мне сейчас на это немного похер. Холодно! — настаивала на своём Саша. — Мы найдём укромное место и разведём костёр. На крайняк можно небольшую ямку выкопать или камней вокруг костра понаставить… блять! — выругалась она, когда поняла, что замечталась и, возможно, ничего этого не выгорит, если у парня не будет зажигалки. — У тебя есть ведь зажигалка?!       Крис кивнул с лёгкой усмешкой.       — Тебе повезло, что я курящий хер. — С этими словами из его кармана возникла зажигалка. Крис щелкнул ею, и пламя, на миг появившись, исчезло. — Надо бы найти место для костра.       — Ну, это, пожалуй, самая приятная работёнка для меня за последнее время! — заявила Саша, начав оглядываться в поисках подходящего места.       — Не могу согласиться насчёт приятности, — возразил Крис, занимаясь тем же, что и она. — Для нас сейчас эта работа не столь приятна, как жизненно необходима…       Костёр был сделан небольшой и находился в маленькой яме, что они вырыли толстыми ветками, в конце руками убрав разворошенную палками почву. В эту яму они накидали всего, что смогли найти в лесу горючего, и подожгли. Разгоревшись, костёр принялся их обогревать. Его пламя и свет увидеть не мог никто, с далёкого расстояния — стопроцентно, и Саша с Крисом сейчас сидели у него и обогревали руки его теплом.       — Ранним утром пойдём и поищем по селению чего-нибудь полезного, — напоминал Саше Крис их первоначальный план. — Кто-то должен остаться, приглядывать за костром и стоять на шухере… — начал он издалека. Саша смотрела на огонь и не отводила от него взгляда, тогда Крис продолжил: — Я вымотался больше некуда, и… ты не могла бы постоять на шухере первой? Мне сил не хватит стоять на нём первым и…       — Да поняла я тебя. Спи и не еби мне мозги, — прервала его Саша. Крис благодарно кивнул, лёг на мох рядом с костром и стал засыпать.       Саша ещё долго сидела, подкидывала в пламя хворост и думала обо всём случившемся и о том, что ещё могло произойти с нею и её новым другом по несчастью.       Ночь неспешно проходила и постепенно уступала место раннему утру, которого они и ждали для похода в селение, что мог быть для них как спасительным, так и губительным, а возможно — не тем ни другим. Что для них сейчас, учитывая все обстоятельства, было не так уж и плохо…