Третий лишний

Держась за руки, они неспеша шли по ночному городу, обнимая глазами заснувший парк, еще не остывший от вечернего солнца. Слова, казались забытыми и ненужными. Но говорить хотелось, а больше кричать, а потом тихо шептать, взяв в руки любимое лицо. Хотелось бежать, а потом просто стоять, не обращая внимание на время, бегущее впереди дыхания. Динка включала телефон, общалась с детьми и разговаривала с мамой. Галина Анисимовна попросила дать Свете трубку и они долго беседовали, осторожно и тихо объясняя друг другу между строк свои мысли. — Света! Я очень была рада видеть тебя в Олимпийском, и в Питере, в Ледовом. Я, как никто другой, стояла у истоков группы и возможно все было бы иначе, если бы я тогда…да что говорить, видишь, что я натворила!  — Галина Анисимовна вздохнула. — Ты прости меня?! — Что Вы! Я давно Вас простила! Давайте забудем, все то, что было? Вы мне все очень дороги! За эти годы, Вы стали моей семьёй и совершенно не важно, как мы друг к другу относились! — Спасибо! Мне очень приятно это слышать. Давайте вместе соберемся? Побудешь у нас, когда вы приезжаете? — Послезавтра! Обязательно встретимся! Света облегченно отдала телефон Динке, которая закончив разговор, выключила смартфон и прошептала: — А я ревную! — Я знаю, — так же шепотом сказала Сурганова. — Не, ты не поняла. Я ревную себя. Ты сейчас маме сказала про прошлое. — Динка, философия сегодня, это явно не твое! — Света рассмеялась, заглядывая в обескураженные глаза. — Динка, что же будет? — Будем мы! — Диана выпустила Светкину руку и притянув ее к себе, укутала в свои объятия. — Мы были всегда, но… — Света с нежностью и легкой грустью смотрела на уставшую Динку, прекрасно понимая, что омрачать такой вечер разговорами не хотелось, но иначе она просто не могла. Светин телефон смотрел на нее черным экраном и включать его она боялась больше всего на свете. Как теперь смотреть в глаза Элле? Как объяснить ей, что не прошло ни минуты, без того чувства, что захлестнуло ее на пороге своего двадцатипятилетия? — Никаких «но» не будет! — Арбенина, взяла Светкино лицо в ладони, мягко поцеловав слегка обветренные губы. — Светка, а раньше ты губы чем-то мазала и они у тебя были вкусные такие, мягкие, нежные. — Диана причмокнула и широко улыбнулась, обнимая Сурагнову, прижимая к себе. — Ты меня просто чаще целовала, вот и все! — Света буквально растворилась в Динкиных объятиях, не желая больше контактировать с внешним миром никогда. Ну или в ближайшие несколько часов точно! — Так мне и нравилось тебя целовать, потому-что на губах был этот… — она как задумавшийся подросток почесала затылок, и с совершенно трогательным выражением лица объявила: — забыла как называется! — Динка, это был бальзам для губ, всего лишь. — Света мягко смеялась, качая головой и устроившись у неё на плече сжала футболку, комкая ее в пальцах. — Свет, ты чего? — Диана напряглась, почувствовав, что Сурик впивается пальцами ей в спину, как раз в том месте, где была порвана футболка. — Да выкинем мы эту футболку, не переживай. — Диана отстранилась, всматриваясь в Светкины глаза, полные слез. — Хорошо, хорошо! Постираем и будем хранить как память о твоей страсти! — Диана пыталась шутить, а Светка уже откровенно царапала голую спину своими сильными пальцами. Скулы заострились, выражение лица менялось от всепоглощающей нежности до лютой ненависти.Из глаз текли слезы, обрамляя красивые черты, словно высекая их из хрусталя. — Светик? — Диана совсем растерялась. — Ну не послушала я тебя, ходила в рваной футболке, но ты сама виновата, переодеться то мне не во что. Пусть все видят, какая ты у меня страстная! — Динка не понимала что происходит. Светка, словно пытаясь что-то сказать, не находила в себе силы и все больнее впивалась в спину. — Ты жизнь моя! — срывающимся голосом прошептала Светка, глядя ей прямо в глаза. — Как мне тебя не хватало, боже мой! — слезы заливали лицо, вспыхивая в лунном свете. - Я не жила все эти годы! Ненавидела тебя, забывала, а потом… - она оттолкнулась от Дианы и сделала шаг назад: — любила все сильнее! Арбенина, расправив плечи, поежилась от больно горевшей от Светиных пальцев спины, подошла к ней вплотную. — Посмотри на меня! — Диана достала из кармана Светины кольца и протянула их на раскрытой ладони. — Ты не выбросила? — Сурганова удивленно вскинула заплаканные глаза. — Она любит тебя. Ты любишь ее. Она дала тебе то, что в свое время не смогла обеспечить я: уверенность в завтрашнем дне! Банальная фраза, а столько упущенных лет. — Диана играла кольцами, перекатывая их в ладошке. — Твои «музы», как ты их всегда называла, давали тебе уверенность, что ты красивая, обаятельная женщина, которая может одним движением ресниц заставить их плясать под твою дудку. Они давали тебе свободу. Ведь все эти годы, проведенные со мной, я словно подрезала тебе крылья, заставляя летать лишь на моей высоте. Света, проведя пальцами по Динкиной ладони уронила кольца на землю, смотря ей прямо в глаза. — Поцелуй меня! — Светка, погоди, надо найти… — Диана засуетилась, пытаясь найти блестящий камешек. Сурганова, схватив Динку в охапку, просто притянула к себе сметая все мысли и вопросы сочным поцелуем. Коррида со всеми матадорами и быками просто меркла по сравнению с этим танцем страсти. Светка, осыпая татуированную шею поцелуями, снова возвращаясь к губам, шептала снова и снова: — Как же я по тебе скучала! Арбенина, забывшая обо всем на свете жалела о том, что Светка пожалуй не согласится заняться любовью в центральном парке города. — Светка, остановись, — Динка отстранилась, наблюдая за возбужденной и слегка ошалелой Сургановой, которая никак не хотела останавливаться. — Я занята! — Сурганова куснула Динку за подбородок, обнажая сверкающую в лунном свете улыбку. — Светик, что на тебя нашло то? — Диана весело смеялась, кружа хохочущую Светку по дорожке парка. — Да люблю я тебя! Неужели непонятно? — Не-а! — Динка, буквально подпрыгивала, пританцовывая вокруг Сурика. — Непонятно! — Ну тогда я сейчас объясню! — Сурганова аккуратно повалила Динку на пушистый прохладный зеленый ковер. — А как же твои правила? — Динка тонула в ощущениях: с одной стороны прохладная трава, с другой — горячие Светины губы, рассыпающие все мысли и вопросы, словно карточный домик. — С тобой не работает ни одно правило! Или ты хочешь, чтобы я остановилась? — Света произносила это таким жарким шепотом, что Арбениной показалось на мгновение, что ее бросили в огонь. — Светка! Говори, что хочешь, только не останавливайся! — Диана откинула голову назад и почувствовала дыхание, выбивающие рваный ритм слов на своём теле. Небо зажигалось звездами. Небо краснело восходом от увиденного в ту ночь. Небо обнимало двоих, скрывая от мира. Небо снова дышало в унисон с теми, кто этой ночью пообещал быть под ним навсегда!