Случайно

      После всех этих скандалов атмосфера в БигХите изменилась. Чонгук вёл себя холодно, будто бы мы никогда и не общались «почти-как-друзья». Я вообще не понимала, что за спектакль он пытался разыграть, но не лезла к нему с расспросами. Так даже легче. Чем меньше мы общаемся, тем больше вероятность разлюбить его. По крайней мере, так я себя убеждала. — Он просто ещё не очень понимает, что происходит, — подошёл как-то ко мне Чимин во время перерыва, — не злись на него сильно. В один прекрасный момент он всё осознает и извинится. Взрослеть всегда сложно.       Мне хотелось бы верить словам Чимина, хотя я не очень понимала, что именно он должен осознать. Что он ведёт себя как глупая ПМСная девочка? Так это, вроде, и так ясно, нечего и осознавать.       Каждый раз, когда я доставала телефон при нём, он бросал на меня злобные взгляды. Причём совершенно незаслуженные, так как мы обговорили с Чже Ином этот момент, и он больше не звонил мне во время работы.       Работы же становилось всё больше и больше. Кажется, сонбэ наконец-то решил использовать меня по полной, и иногда я даже не успевала с учёбой. Из-за этого приходилось делать задания ночью, что повлияло на моё самочувствие и внешний вид. Под глазами легли тени, а сама я стала рассеянной.       Когда я в очередной раз насыпала соль в чай, Чже Ин сказал мне: — Может, тебе уйти со стажировки?       От внезапного вопроса я резко проснулась. — Что? Зачем это? — Ты постоянно уставшая. Это того не стоит. — Всё нормально. Я просто попрошу чуть больше свободного времени, сонбэ хороший, он поймёт. Мне самой не стоило взваливать на себя столько всего. — На самом деле, меня не только это беспокоит, — вкрадчиво сказал Чже Ин, и я напряглась. Я подозревала, какую тему он мог поднять, и очень этого не хотела, — ты действительно думаешь, что работа рядом с Чонгуком поможет тебе его разлюбить? — Ну, учитывая, какой он говнюк в последнее время, то вполне себе, — попыталась отшутиться я. — Я сейчас серьезно. Тебе куда тяжелее будет забыть его, если он постоянно ошивается рядом. По сути, ты с ним проводишь времени куда больше, чем со мной, хотя это я твой парень. Тебя саму-то это устраивает? — Я не собираюсь отказываться от отличной в плане перспектив стажировки только из-за какой-то там безответной любви. Это глупо. Не так уж часто мы с ним сейчас и пересекаемся. Плюс, мой контракт подходит к концу. Вполне могу доработать до конца. — Так стажировка скоро закончится? — мгновенно повеселел парень. Видно, его куда больше интересовало его личное душевное спокойствие, чем мои карьерные возможности. Это, в общем, правильно, но меня всё равно задело. Если бы меня оттуда с позором вышвырнули, он бы тоже радовался?  — Контракт не вечный, — пожала я плечами, — так что данный разговор не актуален. Я пройду стажировку до конца, получу рекомендацию, и, можешь не переживать, с Чонгуком мы больше не увидимся.       Чже Ин с энтузиазмом принялся за еду, а я смотрела на него и в очередной раз думала: не ошиблась ли я? Может, мне не стоило соглашаться встречаться с ним? Чем дольше мы играли в отношения, тем больше он раздражал меня. Иногда мне хотелось выключить телефон или просто уйти. Он постоянно ревновал меня, хотя поводов, я, в общем-то, не давала. Отказываться от своего будущего ради его спокойствия я не собиралась, особенно учитывая, что будущее вряд ли у нас было общим. Моё раздражение слабо походило на начинающуюся влюблённость или хотя бы симпатию. Мне были неприятны его прикосновения, и хотя мы встречались уже почти месяц, я так и не позвонила ничего большего объятий. Не думаю, что его это устраивало. Но я понимала, что не хочу. Не могу.       Вся эта тема с любовью меня порядком достала. Кого любит Чже Ин, кого люблю я — всё это так сложно, так муторно, и так бесполезно. Эти чувства принесли всем нам только проблемы. Куда проще было бы без этого. Куда проще было бы всем оставаться друзьями.       Я тяжело выдохнула и отодвинула от себя поднос с едой. Нет, сейчас в меня вряд ли влезет ещё хоть кусочек. Я посмотрела на часы и поняла, что уже пора выдвигаться на стажировку. Я обрадовалась, что могу официально избавиться от компании Чже Ина, но она сменится на не более приятную в общении компанию Чонгука, так что, как говорится, «поменяю шило на мыло». Хотя второй, несмотря на своё отвратительное поведение в последнее время, всё равно напрягал меня не так сильно.       Я попрощалась с Чже Ином и уже спустя час была в БигХите. — О, хорошо, что ты пришла, — сказал сонбэ, когда я вошла в наш кабинет. Рядом с ним сидел менеджер, — мы хотели поговорить о твоём контракте.       Я положила сумку и села рядом с мужчинами. Я надеялась, что эта тема всплывёт чуть позже. Несмотря ни на что, мне всё-таки нравилось работать здесь. — Как ты знаешь, твой контракт подходит к концу, — начал менеджер, — и сейчас у нас есть два варианта: распрощаться, либо мы можем предложить тебе подработку на 0,2 ставки. Ты неплохо справилась, Джин Хо очень хорошо о тебе отзывался. Ему давно был нужен помощник. В выходные будет опять выезд с шоу, куда тебе придётся поехать одной. Это будет твоё последнее задание в этой стажировке. А далее — будем ждать твоего решения. — Спасибо большое за такую возможность! Когда мне нужно будет дать ответ? — я была в полном восторге, им действительно понравилась моя работа! Настолько, что они готовы платить за неё! О таком я не могла даже мечтать. — Думаю, мы дадим тебе небольшой перерыв на пару недель после этих выходных, — ответил менеджер, — Джин Хо говорил, что ты перестала успевать по учёбе. Как раз разберёшься с долгами и решишь. Что думаешь?       Я радостно закивала головой. — Да, да, спасибо вам большое ещё раз! — Это тебе спасибо за помощь, буду надеяться на положительный ответ.       Менеджер встал, пожал руку сонбэ и удалился. Я буквально не могла усидеть на месте. — Я смотрю, новость тебя обрадовала, — с улыбкой сказал парень. — Ещё бы! Я думала, разойдёмся мы по истечению контракта как в море корабли. — Ты действительно очень помогла мне. И с ребятами поладила.       Услышав последнюю фразу, я перестала крутиться на стуле. Да, особенно с Чонгуком. Очень поладила.       Весь вечер мы готовились к шоу. Сонбэ объяснял мне, что, где и как я должна снять, какой материал ему будет нужен. Я немного волновалась, но надеялась, что всё пройдёт хорошо.       В этот раз ребята снова должны были разыграть сценку. Теперь они попадали в мир фильма «Охотники за приведениями»: должно было быть четыре охотника, пожилая пара, которая страдает от призрака, и, в общем, сам призрак. Я подумала, что это будет действительно забавно. Главное, чтобы наши игры в обиженок с Чонгуком ничего не испортили.       В итоге, за вечер я так и не имела счастья (или несчастья, тут уж как посмотреть) увидеться с бантанами. Когда мы закончили подготовку, было уже очень темно, и я сразу же направилась домой.       В коридоре я неожиданно столкнулась с Чонгуком, сразу же вспомнив закон подлости. Он стоял у кулера с водой и наполнял стакан. Его футболка была мокрой от пота, кожа блестела, и я поняла, что он вышел с танцевальной тренировки. Мне нравилось смотреть, как он двигается, поэтому всегда, когда я каким-то образом оказывалась на репетициях, я не могла оторвать взгляд. Но парень всегда был настолько увлечён, что ничего не замечал. — Я думал, у тебя сегодня свидание, — вместо приветствия заметил он, делая вид, что его это совершенно не волнует, — рад, что ты ещё не ушла со стажировки, а то мне казалось, ты вот-вот всё бросишь ради этого парня. — Чонгук, тебе ещё не надоело? — устало спросила я, — Я не понимаю, какие у тебя ко мне претензии? Почему нельзя сохранять хотя бы нейтралитет? К чему эти вечные обвинения? — Просто удивлён тому, как твои слова расходятся с действиями. — Единственное место, где что-то расходиться, находится у тебя в голове. В моей работе здесь ничего не изменилось, кроме твоего постоянного недовольного лица. Такое ощущение, что я у тебя парня увела, честное слово, — до меня не сразу дошёл смысл слов, мною же сказанных, но отрекаться от уже сказанного я не собиралась. Пусть понимает, как хочет. Достал. — Когда таких парней как он уводят надо радоваться, а не плакать. — Так, всё, я хочу, чтобы ты перестал лезть в мою личную жизнь. Если у тебя будут какие-то обоснованные претензии — я их с удовольствием выслушаю, но пока ты будешь продолжать играть в маленького обиженного ребёнка, у нас не выйдет никакого диалога, — не выдержала я. — У меня нет к тебе никаких претензий, всё замечательно. — Вот и отлично. И, пожалуйста, не забудь об этом во время шоу в выходные. Я не хочу, чтобы наши глупые перепалки сорвали съёмки.       Я прошла мимо Чонгука, слегка задев его плечом, стараясь успокоить толпу мурашек, разбежавшихся по телу. Серьёзно? Вы реагируете на этого незрелого мальчика? Кристи, ты что, педофилка?       В голове промелькнула мысль, а стоит ли мне действительно устраиваться сюда. Из-за этого отношения я постоянно была на нервах, иногда парень вредничал и мешал моей работе. Про постоянные обвинения я вообще молчу. Как я оказалась в ситуации, что два самых близких для меня мужчины постоянно меня в чём-то обвиняют?       Я потрясла головой. Нет, я не должна лишать себя такой возможности из-за какого-то глупого мальчишки.       Не должна.       И полная решимости я вышла из здания БигХит.

***

      Так как в этот раз съёмки были в городе, вставать пришлось не так рано, чему я была безумно рада. Я почти что смогла выспаться (ибо всё равно проснулась я по будильнику), спокойно собралась и доехала до места назначения. Я оказалась тут даже раньше ребят и съёмочной компании, так что мне пришлось их немного подождать.       Они появились буквально минут через пять после меня. Шуга выглядел очень уставшим, Чимин и Хоуп были веселы, как чаще всего это бывало, РМ занимался своими делами в телефоне, Ви равнодушно осматривался, а Джин пытался растормошить угрюмого Чонгука. Он за это время вообще улыбаться не разучился?       Я махнула ему рукой, но он проигнорировал мой жест. Вот же упрямый ребёнок. Ну и чёрт с ним, пусть делает, что хочет.       Я вытащила камеру и стала её настраивать, а ребята отправились переодеваться. Жеребьёвкой между ними распределили роли, но я не знала, что кому досталось. Я проверяла настройки, щёлкая части интерьера, как вдруг в кадре появился Чонгук, и я не смогла удержать восторженного вздоха. Он был одет в серый костюм охотника с рюкзаком за спиной и оружием в руках, и во всём этом облачении он выглядел просто великолепно. Я понимала, что не должна так открыто пялиться, но не могла оторвать взгляда. Я не смогу разлюбить этого парня. Не смогу.       Чонгук, будто зная, что я смотрю на него через объектив, одной рукой поправил волосы, и мне показалось, что я забыла, как дышать. Он слишком прекрасен. — Перед кем красуемся? — Чимин обнял парня за плечи и засмеялся, — Тут не так много зрителей. — Я просто поправляю волосы, — смутился Чонгук и сбросил руку парня, на что тот только засмеялся и подмигнул мне. И что это сейчас было? Иногда я переставала понимать, что происходит.       Чимин, кстати, тоже был в костюме охотника, как РМ и Ви. Хоуп выполз в костюме старичка, а за ним, еле сдерживая смех, горбясь, вышел Джин в образе пожилой женщины. Роли были ясны, и я с нетерпением ждала, когда появится Шуга-призрак. Спустя минуту он всё-таки выплыл, весь выбеленный пудрой, в длинном белом одеянии и синими мешками под глазами. Я не смогла удержать смешок.       Включились камеры, и парни уже не просто общались друг с другом — они разговаривали со своей аудиторией, с АРМИ. Они что-то шутили, предполагали, и выглядели совершенно вовлечёнными в процесс. Чонгук тоже преобразился: вечно угрюмое выражение сменилось улыбкой, и я почувствовала облегчение. Зря я сомневалась в его профессионализме. Иначе он бы не забрался так высоко.       Парни сменили позиции, начиная разыгрывать сценку. Джин и Хоуп, стараясь изображать пожилую семейную пару, жались друг к другу и жаловались на надоедливого призрака. В это время Шуга сидел за их столом и скидывал с него столовые приборы, откровенно зевая. — Не волнуйтесь, мы профессионалы! — заверил стариков РМ, выпятив грудь. Парни еле сдерживали смех, но продолжали отыгрывать свои роли.       Наблюдая за этим, я чуть не забыла, для чего вообще сюда приехала. Я начала быстро щёлкать фотоаппаратом, надеясь заполучить как можно больше хороших снимков. Бантаны творили уже что-то совсем невообразимое, потому что охотники вступили в словесную перепалку с призраком, и Чонгук даже ударил его своим оружием по голове.       Началась какая-то неразбериха, и режиссёр объявил перерыв. Я стала проверять фотографии, прогуливаясь по помещению и совершенно не смотря по сторонам. — Осторожно! — крикнул Чонгук, и я почувствовала, как запнулась обо что-то, похожее на маленькую скамейку.       «Только бы камеру не разбить», — успела подумать я, как кто-то притянул меня за руку, и вместо пола я встретилась с мужской грудью. — Тебе бы стоило смотреть по сторонам, — мягко сказал Чонгук, крепче прижимая меня к себе.       Адреналин в крови превысил все возможные нормы, а сердце билось, как бешенное. Я вдыхала запах парня, чувствовала его руки и никак не могла этим насытиться.       План по влюблению в Чже Ина провален.       Точно. Чже Ин.       Я хотела отстраниться, но Чонгук только крепче прижал меня к себе. — Чонгук… Я уже не падаю. — А мне кажется, что падаешь.       Я так хотела согласиться с ним и остаться так навечно, но я понимала, что я не могу так. Это было нечестно по отношению к Чже Ину. Просто нечестно. — Чонгук, это уже выходит за рамки даже простых дружеских объятий. — Ты преувеличиваешь. — Чонгук, у меня есть парень, — последние слова я почти прошептала, в тайне надеясь, что он их не услышит. Но он услышал.       Чонгук ослабил свою хватку, и мы отошли друг от друга. — Действительно, тебе везде нужно про него вспомнить, — зло выпалил он. — Я не могу обжиматься с другими, когда я занята, это не честно. — А по отношению к нам это честно? Знать, что тебя лапает такой отморозок, как он, неужели ты не могла найти парня получше? — И какого же парня одобрит мне Великий Золотой Макнэ? — не выдержала я, тоже переходя на крик, — Может, теперь мне стоит советоваться с тобой, перед тем, как начать с кем-то встречаться? — А что, по-моему, великолепная идея! Я рад, что ты сама догадалась. — Чонгук, серьёзно, прекрати нести чушь. Хватит выносит мне мозг этим. Я уже сыта по горло. Мне даже видеться с тобой не хочется. — Так и зачем ты тогда приходишь? Ты всегда можешь уйти, особенно когда у тебя есть такое крепкое плечо в запасе! Может, тебе и работать не будет нужно, сиди дома да рожай детей! Ты же ведь этого хочешь, верно?       Слова, сказанные им, ножом резанули по сердцу. Я замолчала, не зная, что ему ответить. Я почувствовала влагу на щеках, и поняла, что плачу. Глупый, глупый Чонгук. За что ты так со мной? — Кристи… — испугавшись, начал он, но я уже твёрдым шагом направилась прочь из помещения. Бантаны ошеломленным взглядом смотрели на нас, а Чимин раздосадовано покачал головой.       Я забежала в туалет, и только там дала себе волю. Из глаз брызнул целый фонтан, который я была не в силах успокоить. Мне было так плохо, как не было уже очень долгое время. Как человек, который давно смог «спасти» меня из состояния вечной тоски, мысли о котором когда-то привели меня туда, где я есть, мог сделать мне так больно.       «Тогда зачем ты приходишь?» — звучали в ушах его слова. Зачем я прихожу, зачем? Я просто хотела получить опыт. Я просто хотела сделать вклад в своё будущее. Я не хотела ничего такого. Я не хотела как дура реветь в туалете из-за какого-то мальчишки. Что я сделала неправильно? Что я сделала не так? Где я провинилась? Почему всё не может быть просто хорошо?       Я понимала, что съёмки, скорее всего, уже начались, но я не могла прийти к ним в таком виде. Я пыталась успокоиться, но как только мне казалось, что я больше не буду плакать, я снова вспоминала слова Чонгука, и всё начиналось сначала.       Мне потребовалось не меньше получаса, чтобы более-менее почувствовать себя лучше. Мои глаза опухли и покраснели, но, по крайней мере, я больше не пыталась затопить туалет, что я уже считала большим успехом. Немного ополоснув лицо водой, я глубоко вдохнула и вернулась в помещение.       Удивительно, но съёмки ещё не начались. Все парни проводили меня испуганными взглядами. — Кристи… — подошёл ко мне Чонгук. — Пожалуйста, не разговаривай со мной сегодня. Я только успокоилась. Я просто хочу, чтобы мы смогли нормально закончить нашу работу на сегодня.       Я взяла камеру и поднесла объектив к глазам. Парни собрались у того места, где закончили. Им снова пришлось играть в веселье, и я поразилась тому, как они вживались в свои образы. На секунду я даже забыла о недавней сцене, поглощаемая общим весельем.       Стоило режиссёру сказать «стоп», как я сразу же начала собирать свои вещи, желая как можно быстрее оказаться дома. Уже на улице меня поймал Чимин. — Он сам уже сожалеет о своих словах, — парень не улыбался, как обычно, а выглядел непривычно серьёзно, — я думаю, вам обоим нужно поговорить, когда ты придёшь в следующий раз. — Не уверена, что этот «следующий раз» наступит, — с грустной улыбкой ответила я, — мой контракт окончен, и сегодня была моя последняя работа по стажировке. Мне дали две недели на раздумья, хочу ли я устраиваться на неполную ставку, но, если честно, я уже не уверена в том, что хочу. — Не принимай таких решений сейчас. Ты на нервах, тебе нужно успокоится. — Я знаю, Чимин, спасибо за поддержку. Я правда подумаю.       Мы попрощались. Парень вернулся в здание, а я направилась домой. Единственное, что я хотела сегодня — это упасть в кровать и забыться сном. Когда я уже подходила к дому, мне позвонил Чже Ин. Его ещё не хватало. — Я слушаю тебя. — Ты уже закончила свою стажировку? И как? Ты дала ответ? Будешь работать у них? — Я ещё не знаю, у меня есть ещё две недели. — Я всё-таки думаю, что тебе нужно сосредоточиться на учёбе.       Я еле сдержалась, чтобы не сказать, на чём стоит сосредоточиться самому Чже Ину, и ответила, что обязательно всё внимательно обдумаю. Неожиданно я осознала, что я больше не могу это выносить. Эти недоотношения высосали из меня все силы. Я устала от этого. — Ты завтра свободен? — быстро выпалила я, чтобы не успеть передумать. — Хочешь пригласить меня на свидание? — я услышала смешок в трубке. — Почти, так свободен? — Ты впервые делаешь что-то подобное, — кажется, парень улыбался, — да, свободен. — Тогда встретимся в парке в три часа. А теперь извини, я очень устала. — Хорошо, до встречи.       Я положила трубку и прислушалась к своему дыханию. Оно было частым, прерывистым. Меня пугало то, что я хотела сказать Чже Ину, но и продолжать это дальше я больше не могла. Я больше не могла обманывать его, Чонгука, себя, в конце концов. Я хотела освободиться ото всего этого.       Я никогда в него не влюблюсь.