Black moon

Эмма, с детства не привыкшая к телесному контакту, чуралась его и сейчас. Ей было непросто обнять кого-то или пожать человеку руку в знак приветствия. Её смущали поцелуи в щеку от Лейси или Лукасов, казалось, что порой она бы предпочла просто обойтись короткой улыбкой и дистанцией в метр, не впуская в свое личное пространство других людей, даже тех, кто был ей дорог. И вот, стоя на автобусной остановке в Стонвилле, она мыском ботинка отшвыривала камешки на дороге в разные стороны и всячески старалась не смотреть парням в глаза. Они прощались, немного неловко, как-то зажато, словно никто из них не понимал, как правильно нужно расставаться и что следует говорить. — Ну, мы пойдем? — напряженно спросил её Кайл. — Ага, — кивнула тут же головой Свон. — Э-э-э, ну, тогда остаемся на связи, — однобоко бросил следом Смит. — Ага, — вновь повторила блондинка. — Звоните, если что, — произнес зачем-то Эндрю, который уже даже вспотел от неловкости и смущения. — С вами точно всё будет в порядке? Мы можем остаться… — Я уже не в порядке, — пробормотала Эмма. — Мы стоим тут, как три барана, и не можем разойтись. Уверена, что желания обниматься у вас нет так же, как и у меня. Теперь давайте просто скажем друг другу «пока» и избежим неловкости. — Пока, — с готовностью и даже несколько обрадованно выпалил Соулд и зашагал прочь. — Поддерживаю, — пробормотал Эндрю и бросился его догонять. — И так сойдет, — сама себе кивнула головой Свон, усаживаясь в автомобиль. Спустя сорок минут она наконец-то добралась до указателя с ярко-красной надписью на зеленом фоне «Добро пожаловать в Сторибрук». Впереди в горизонт упиралось асфальтное полотно, окруженное по обеим сторонам лесом, а сверху дорогу защищало бледно-голубое и на удивление безоблачное небо. Пока она ехала от Стонвилля, небо будто разглаживалось и молодело. Облака становились рваными и дымчатыми, а потом и вовсе исчезли, будто их никогда и не было на небосклоне. Это несколько настораживало Эмму. Было нечто пугающее в том, что даже солнце иначе светило в окрестностях Сторибрука. Еще десять минут езды на машине, а Свон не увидела ни одного жилого строения. Закралась мысль, что город надежно спрятан за раскидистыми ветвями леса и дороги туда не знает ни один навигатор. С каждым километром дороги, что оставляли за собой колеса автомобиля, напряжение Свон только усиливалось. Впереди блеснули яркие цвета, Эмма немного сбавила скорость и опустила стекло. В пятистах метрах от нее просигналила полицейская машина. — Вы заблудились, мэм? — спросил у нее мужчина в форме, наклоняясь к окну машины Свон. — Да, я пытаюсь обнаружить город, о котором в двадцати километрах позади меня говорит вывеска, — широко улыбнулась Эмма. — Сторибрук? — уточнил коп, словно эта местность предполагала наличие еще нескольких городов. — Зрите в корень, офицер, — ухмыльнулась Свон. — Еще пять километров, и вы доберетесь до него, — сообщил полицейский. — Могу поинтересоваться, с какой целью вы едете в Сторибрук? — Я узнала о том, что местный монастырь активно продвигает программу «Happiest day», — ответила блондинка. — Рул Горм прислала мне приглашение. — Что ж, — задумчиво протянул мужчина, — настоятельница будет рада вас видеть. Следуйте за моей машиной, я сопровожу вас в город. — Спасибо, — немного удивленно произнесла Эмма. — А вас как зовут? — Дэвид, Дэвид Нолан, и я шериф в этом городе, — представился тут же офицер. — Недалеко от центра есть отель с кафе, там вы сможете остановиться. Я сообщу настоятельнице о вашем прибытии. В словах Свон не было лжи, Кайл действительно позаботился о её алиби. Рул Горм, она же мать-настоятельница, действительно ожидала прибытия спонсора своей благотворительной программы. Единственное, что было сокрыто от нее, так это имя. Но Эмма не нуждалась в представлении, чтобы быть узнанной. Она делала щедрые пожертвования и была довольно-таки известна среди тех, кто стоял во главе любых благотворительных мероприятий и организаций. Конечно, она действовала через посредников, не желая публично заявлять о своем меценатстве, но и это нисколько не скрывало имя той, что всячески поддерживала любые проекты, направленные на процветание общества, а не на его деградацию. Забавно, но Свон сразу же составила портрет Дэвида. Он был одет в форму, носил солнечные очки и всячески демонстрировал наличие оружия в своей кобуре, словно пытаясь произвести впечатление. Его короткие светлые волосы были тщательно уложены и зализаны назад, ни единый волосок не выбивался из прически, дабы не нарушить образ копа. Аккуратно подстриженные ногти, белоснежные зубы, гладко выбритое лицо и начищенная до блеска бляха ремня — буквально кричали о том, что мужчина уделяет своей внешности максимум времени. Тонкая золотая полоска кольца на безымянном пальце свидетельствовала о том, что шериф женат. В целом, он не вызвал внутреннего отторжения у Эммы, но всё же было в нем что-то такое, что заставляло звенеть тревожные колокольчики в голове Свон. Через десять минут шериф притормозил у небольшого заведения с облупившейся белой краской на деревянных стенах. Он вышел из машины и приветливо махнул рукой светловолосой девушке, стоявшей на крыльце кафе. Она выдыхала сизый дым сигареты, размеренно жуя жвачку. — Добрый день, шериф, — ухмыльнулась незнакомка, бросив заинтересованный взгляд на Эмму. — У нас гости? — Привет, Кэтрин, — улыбнулся как-то особенно ласково ей Дэвид. — Мидас у себя? — Ага, папа только закончил приемку продуктов, теперь торчит в своем кафе, корпя над накладными, — кивнула ему Кэт, гася сигарету о дверной проем. — Идем, я тебя провожу. — О, погоди, — остановил её Нолан, словно о чем-то запоздало вспомнив. — Мисс… — он посмотрел на Эмму. — Эмма, — представилась блондинка. — Эмма Голд. — Мисс Голд нужен номер, она гостья Рул Горм, — сообщил девушке шериф. — Организуешь? — Без вопросов, красавчик, — игриво подмигнула Кэтрин ему. — Какой номер желаете? — Самый лучший, люблю комфорт, знаете ли, — сверкнула белоснежным оскалом Эмма. — Мы как раз недавно закончили отделку люкса, идемте, я вам всё покажу, — довольно ухмыльнулась девушка. — Дэви, передай папочке, что я буду наверху. — Хорошо, — кивнул тут же Нолан, заходя вслед за ними в кафе. После презентации апартаментов Кэтрин повела гостью вниз, чтобы оформить заезд, а заодно расспросить её о большом мире. Как выяснилось, девушка никогда не покидала пределов Сторибрука, как в принципе и остальные его жители. Гостей в городе не было вот уже как одиннадцать лет, поэтому Кэт сразу предупредила блондинку о том, что её приезд станет сенсацией и тут же привлечет внимание мэра Сторибрука. — Вы к нам надолго? — поинтересовалась девушка, внося паспортные данные в компьютер. — Всё будет зависеть от обстоятельств, — уклончиво ответила Эмма. — Шериф — ваш супруг? — Бывший, — хмыкнула Кэтрин. — Мы вот уже как три года в разводе. Теперь Дэвид женат на Мэри, это наш мэр города. Итак, вам требуются какие-то дополнительные услуги? Я могу включить в счет трехразовое питание и посещение фитнес-зала. — Отлично, — утвердительно кивнула ей головой Свон. — А обзорные экскурсии по Сторибруку у вас имеются? — Нет, — рассмеялась Кэт. — Но вам об этом беспокоиться не стоит, тут любой мужчина сочтет за радость показать вам наш город. — О, нет, — отмахнулась тут же Эмма, — я тут по делам, а не для того, чтобы устраивать свою личную жизнь. — Тогда могу с городом вас познакомить я, а взамен вы мне расскажете о Европе, вы же там бывали? — глаза Кэтрин зажглись огоньками неподдельного любопытства. — Конечно, — охотно согласилась Эмма. — Мне вполне подходит этот вариант, на какое время назначим экскурсию? — О, я могу хоть сейчас, но вам, наверное, надо сначала отдохнуть после дороги, а затем заехать к Рул Горм, — немного смущенно ответила девушка. — Все в порядке, в монастырь я загляну завтра. Сейчас я только отнесу вещи в номер и буду готова знакомиться с вашим милым городком, — произнесла Свон. — Мне нужно пять минут. Встретимся у входа? Кэтрин провела ознакомительную экскурсию по Сторибруку за час с небольшим, они передвигались пешком от кафе до центральной площади с башней, на которой были установлены часы. — Ровно сто десять лет назад часы остановились. Ни один часовщик в городе не мог понять, в чем дело, почему стрелки перестали ходить. В Сторибрук приезжало тогда немало мастеров, прибывали даже экстрасенсы и те, кто утверждал, что владеет магией. И, как видишь, никто из них не смог заставить часы снова пойти. Мэр нашего города тогда сильно разозлился на этих шарлатанов и прогнал всех из Сторибрука, на долгое время запретив пересекать границу города чужакам. Один из магов, уезжая, сказал, что часы неспроста остановились и что они снова начнут свой ход, когда в наш город обратно вернется Истинная Любовь, — усмехнулась как-то грустно девушка. — А причем здесь часы и любовь? — непонимающе нахмурилась Эмма. — В то время у нас все браки заключались по договорённости между семьями, девушек с пеленок готовили к браку с выбранным кавалером, — объяснила Кэт. — Имя своего суженого невеста узнавала за неделю до свадьбы. Странный обычай, но тогда никто не смел возразить слову отца или матери. По большей части, самую красивую девушку выдавали за старого богача, а невзрачным доставались плотники, охотники, конюхи и так далее. Брак по расчету стал нормой для всех. Тот старик сказал, что часы остановились, потому что из Сторибрука ушла любовь, точнее, её вытеснил из города холодный расчет местных жителей. Всех, кто шел наперекор сложившемуся обычаю, выгоняли из Сторибрука, отбирали дома и земли. Закидывали камнями и били палками. — Дичь какая-то, — покачала головой Свон. — С тех пор что-то изменилось? — Нет, — пожала плечами Кэт. — Мой отец выдал меня за Дэвида, не скажу, что я особо возражала. Нолан все же лучше, чем судья Спенсер, который сватался к отцу. Мы развелись с Дэви, когда Мэри-Маргарет стала мэром города и выяснилось, что она растит сына от моего бывшего мужа. — В смысле? — вскинула брови блондинка. — Никто не знал, от кого у нее ребенок? — Ага, представь себе, какой переполох поднялся, — засмеялась Гриффит. — У моего папочки чуть сердечный приступ не случился от переживаний. Но Мэри быстро замяла этот скандал, кто в здравом уме решит выступать против слова мэра города? Так что мы с Дэвидом развелись, и он в скором времени женился на Бланшар. И я его прекрасно понимаю, быть мужем мэра города куда лучше, чем супругом дочери владельца местной забегаловки, — девушка достала сигареты и закурила. — Всё, что осталось мне после брака — это только его фамилия. Хотя подозреваю, что Леопольд выплатил хорошую компенсацию моему отцу, чтобы уладить конфликт. Леопольд — это отец Мэри-Маргарет, — добавила тут же она. — Хочешь сказать, что браки так и продолжают в вашем городе заключаться по расчету? — удивленно уточнила Свон. — Да, — кивнула головой Кэтрин. — Так что, думаю, что часы нескоро снова заработают. Ну что, пойдем, покажу тебе наши охотничьи угодья? — Наверное, это слишком сложно — стать героями для кого-то или оставаться частью какой-то легенды? — вслух размышляла Эмма, пока они шагали в сторону леса. — Что ты имеешь в виду? — недоуменно посмотрела на нее Нолан. — Ну, вот представь, что мы все в сказке и ты Белоснежка, ладно, — осеклась блондинка, поймав на себе скептический взгляд девушки. — Допустим, ты принцесса Аврора, но, вопреки своему сердцу, не можешь быть с любимым, кажется, с принцем Филиппом, по стечению обстоятельств. Ваша сказка не предусматривает быструю развязку событий или счастливый конец в принципе. И вот проходят годы, ты продолжаешь искать своего любимого, ждать его возвращения, когда все-таки его каменная статуя оживет. Но годы идут, ты не молодеешь, отвергаешь любые предложения других мужчин. Исправно день за днем проводишь время у окна, грустно глядя на ворота замка, словно вот-вот они распахнутся, и белый конь с ездоком появится в поле твоего зрения. Ты вынуждена томиться в одиночестве, ожидать счастливого конца, но не потому, что сама этого возжелала, а потому, что тебе в этой сказке отведена роль изнывающей от тоски принцессы и ты просто обязана продолжать делать вид, что где-то там за горизонтом принц Филипп несется на белоснежном коне, чтобы сжать тебя в своих объятиях. Что может быть хуже роли, где ты четко следуешь заранее прописанному сценарию? — Оказаться Белоснежкой, живущей с семью гномами? — хмыкнула Кэт. — Или Ариэль, что лишилась голоса и своих ног, — усмехнулась следом Свон. — Добро не всегда выглядит так, как должно. Разбитый корабль с одним выжившим пассажиром — не есть великое счастье, это всего лишь улыбка Фортуны или судьбы. Никто не станет концертировать свое внимание на потерях, когда остался в живых герой, на котором сосредоточен сюжет. Ты же видела фильм «Титаник»? — спросила она. Кэтрин утвердительно кивнула головой. — Нам показали Роуз и её отношения с Джеком, это всё вышло на передний фон, оставляя за спиной сотни жизней других людей, которые, может быть, были куда эффектнее и важнее, чем то, как Джек имел в карете Роуз или рисовал её обнаженную фигуру в своем блокноте графитом. Понимаешь? — Ты хочешь сказать, что Аврора могла быть не столь значительной фигурой, как, например, её служанка? — поинтересовалась Кэтрин. — Или мышь в замке, которая побывала во всех закоулках и оставалась непредвзятым зрителей всех сговоров и разборок, — ухмыльнулась Эмма. — У большинства есть мотивы, чтобы оступиться. Разве это повод делать из них злодеев? — Моего отца назвали в честь царя Мидаса, его родители думали, что это имя принесет ему богатство. Но почему-то напрочь забыли о том, что царь с помощью Диониса получил дар, всё, что ни брал он в руки, всё тут же становилось золотым: и еда, и вода, и предметы, — произнесла задумчиво Нолан. — В этом мифе порочат людскую жадность, приводя Мидаса, в качестве урока. — Как корабль назовешь, так он и поплывет, — усмехнулась криво Эмма. — И как же сложилась жизнь твоего отца? Всё ли в его руках превращается в золото? — Отец хоть и говорит, что я — единственное его сокровище, но мотель с кафе — вот то, чем он по-настоящему дорожит в своей жизни, — пожала плечами Кэт. — День и ночь он трудится, не покладая рук. Обустраивает номера, делает перепланировку, устраивает всякие тематические вечера по пятницам, даже построил танцевальную площадку на заднем дворе. Летом там собираются практически все горожане, принося отцу неплохой доход. — Зачем же мотель в таком маленьком городе, если у вас уже практически одиннадцать лет здесь не бывало туристов? — удивилась Свон. — А где же еще уединяться любовникам? Не в лесу же, там если охотники или лесничий поймает, то через полчаса весь город об этом знать будет, — ухмыльнулась Нолан. — Да, и потом, если кто напьется вечером в пятницу, то тут же отправляется спать в гостиничный номер, потому как никто его пьяное тело волочить до дома не станет, да и шериф у нас строг к пьяным, что разгуливают по улице. У нас лишь Ворчун только просыпается в полицейском участке. — Кто такой Ворчун? — спросила блондинка, прищуриваясь. — Занимается строительными работами, своя бригада из местных ловкачей, — ответила Кэтрин. — Надо сказать, что работают они так же добросовестно, как и напиваются. В основном, они содержатся на окладе у муниципалитета, но иногда берутся и за частные заказы. Это бригада Лероя занималась постройкой танцпола, фитнес-зала и твоего люкса. — Славно они поработали, действительно добротная отделка, — подметила довольно Свон, — вот только дизайн номера ни к черту. Кто этим занимался? — Мэри-Маргарет, — рассмеялась громко девушка. — Она полгода назад закончила онлайн-курсы по дизайну помещений и папа, чтобы ей польстить, попросил оформить люксовый номер. Господи, я как сейчас помню, какой банкет Бланшар закатила по этому поводу. Гулял весь город. — Надеюсь, что банкеты она организовывает лучше, чем оформляет номера, — проворчала Эмма. — Ты только об этом больше никому не говори, иначе сразу попадешь в черный список нашего мэра, — посоветовала Нолан. — Даже твоя дружба с Рул Горм не спасет тебя от её мстительности и козней. — Ну, ссориться с местной главой администрации мне точно не на руку, — немного успокоила девушку Свон. — Особенно, если я решу здесь задержаться. — Мать-настоятельница все уши прожужжала Мэри по поводу своего благотворительного проекта «Happiest day» и о том, что к нам скоро приедет очень богатый инвестор, — поделилась Кэтрин. — Мы все ждали мужчину. — Ну, прости, что не оправдала ваши ожидания, — саркастично ответила Эмма. — Это даже к лучшему, — отмахнулась Нолан. — Нет, правда. Иначе нас уже бы по пятам преследовала толпа одиноких девушек, возглавляемая их родителями. — Звучит так, будто Сторибрук — капкан для всех богатых и одиноких мужчин, — хмыкнула Свон. — Не хочу тебя пугать, но всё именно так и обстоит, — сокрушенно покачала головой девушка. — Идем, мы уже практически на месте. Я познакомлю тебя с нашими охотниками. Пару минут спустя они вышли на лесную опушку, которая была довольно-таки большой и явно ухоженной, словно у нее был какой-то владелец. Трава выглядела подстриженной, а кусты не казались дикими. — Здесь кто-то живет? — удивилась Эмма. — Не совсем, просто это место совещаний для охотников, — ответила Кэт. — Погоди, — она приложила руки ко рту, образуя раковину и издала какой-то лающий звук. Голос эхом пронесся по лесу, будоража его обитателей. — Скоро они появятся, — гордо заявила девушка. Через несколько минут на опушку из разных сторон начали приходить люди в странных нарядах. Свон они чем-то напомнили разбойников из какой-то сказки о лесном воре. — Кэтрин, — пробасил огромный мужчина, стискивая в своих ручищах хрупкое тело Нолан. — Детка, давно ты к нам не заглядывала! А кто это с тобой? — Джон, это Эмма Голд, — представила свою спутницу Кэт, — Эмма, это Малыш Джон. Тук, — она радостно помахала рукой бородатому мужчине, с добродушным лицом и в монашеском одеянии, что стоял поодаль от них. — Братец Тук, — она обняла его, как старого знакомого. — Тук, это Эмма. Кстати, а где Роби? — Я здесь, — раздался голос и Свон просто замерла на месте с открытым ртом.