Код «Красный»

      Узорное изголовье кровати бесперебойно билось об стену. Деревянный каркас опасно скрипел, а пружины матраса были готовы и вовсе прорвать ткань. Комната частного дома в Лос-Анджелесе заполнилась жалобными стонами. Палящее солнце клонилось к закату, а день двух распаленных желанием парней только начинался.       — Ты так мило поскуливаешь, — Дилан облизнул пластмассовый шарик с несколькими отверстиями для дыхания. — Громче, Томми.       Сангстер заныл сильнее, звук рвущийся из самого горла разносился по всему дому Дилана. О`Брайен потянул за кожаный ремешок, который был надежно застегнут у «пленника» на затылке. Томаса заставили снова захныкать. Слишком сладко.       Темно-карие глаза умоляли не останавливаться. Металлическая цепочка от наручников сдерживала Томаса, который брыкался под телом любовника.       — Ты плохой мальчик, да, Томми? — в ответ только молящий о свободе скулеж. — Хочешь прикоснуться к себе? Жаль, что ручки связаны, да?       Изящные руки Томаса, на запястьях которых красовались наручники с черным мехом, были сцеплены над головой. Крючок, приделанный к изголовью, еще ни разу не позволил парню освободиться от оков. Сангстер дергался, выгибал позвоночник и подмахивал бедрами навстречу движениям Дилана.       — Хочешь поглубже? — прикусил О`Брайен мочку Томаса, а после зализал след от зубов. — Что бы мне еще с тобой сделать?       Дилан остановился и оглядел своего мальчика. Светлая челка прилипла ко лбу небольшими прядями, щечки горели румянцем, а в глазах мелькала сама похоть. Молочная кожа обтянула напряженные мышцы, каждый глубокий вздох позволял увидеть ребра, а на впалом животе около пупка блестела естественная смазка.       Сангстер толкнул пяткой Дилана в живот и проворчал что-то в кляп.       — Будешь буянить, я и ножки свяжу, — пригрозил О`Брайен, а Томас попытался спрятать горящее от смущения лицо. — Томми? — Сангстер свел колени вместе и легонько коснулся груди парня пальчиками на ногах. Дилан посмотрел ему прямо в глаза, а Томас лишь неловко кивнул.       Дилану потребовалось меньше минуты, чтобы исполнить просьбу Томаса. Теперь щиколотки Сангстера украшали такие же обшитые с внутренней стороны мехом «наручники».       — Тебе нравится, да? Пожестче? — рыкнул Дилан, накидывая цепь, соединяющую между собой два ремешка, себе на шею. — Достаточно глубоко, Томми? — резкий толчок, а в ответ — блаженный скулеж.       Дилан через несколько минут спустил внутрь Томаса, как тот и любил, а сам Сангстер, будучи все еще прикованным к изголовью кровати, выплеснул сперму любовнику в рот.       — Чистая работа, — усмехнулся Дилан, освобождая парня от недетских игрушек.       — И как у тебя только хватает сил на шутки? — сиплым голосом произнес Сангстер, как только ему перестал мешать кляп.       Томас кое-как перевернулся на живот и завернулся в одеяло. Теперь он выглядел как огромная гусеничка. Дилан убрал все предметы в ящик и прижал к себе мягкий кокон, в котором спрятался его «невинный ангел».       — Томми, может ты мне сразу расскажешь все, чего я о тебе еще не знаю? Раньше мы так не развлекались, — Дилан нашел брешь в одеяльной обороне и начал щекотать Томаса.       Сангстер залился смехом, звучащим как колокольчик. Из кокона вскоре показались две ладошки, а за ними пара карих глаз. Томас выполз из укрытия и осторожно присел напротив Дилана.       — Ты никогда не узнаешь, понравится ли тебе что-то, пока не попробуешь, — робко ответил Сангстер, глядя на парня из-под ресниц.       Дилан никак не мог налюбоваться своим мальчиком. Именно мальчиком, который спрятал бордовое лицо в ладонях. Если бы О`Брайен не знал его возраст, то подумал бы, что он подросток, изучающий главный разворот украденного у отца Playboy.       О`Брайен поражался тому, как Сангстер менялся рядом с ним. Как только они оказывались в постели, от приличного британца не оставалось и следа, скромность юноши испарялась, а с его губ срывались неприличные просьбы и словечки.       — Ты помнишь, что сегодня мы идем в бар? — Дилан обнял Томаса со спины, целуя в макушку.       — Уже сегодня? — Сангстер уткнулся парню в шею и замурчал от того, как любимый нежно поглаживал его тело, которое вмиг покрылось мурашками.       — Мы, между прочим уже четыре дня из дома не выходили. Я, в принципе не против, но ребята могут что-то заподозрить. Тем более к себе мы их не зовем, — аргументы О`Брайена возымели должный эффект.       — Хорошо-хорошо, — пробубнил Томас.       — И вообще, мы в Лос-Анджелесе, а ты до сих пор бледный. Загар тебя совсем не берет.       — Меня берешь только ты, — Сангстер натянул одеяло до самого носа, а на Дилана смотрела пара оленьих глаз. Бемби, и никак иначе.       — Давай собираться, а то еще несколько минут, и мы продолжим.       — Тогда я первый в ванну, — Томас пополз к краю кровати и получил шлепок по и без того настрадавшейся в удовольствие заднице.       — Эй!       — Что?! Кто-то просил недавно меня его отшлепать, — Дилан, сдерживая смех, развел руками.       — И все же, ты придурок! — Сангстер показал своему парню язык и скрылся за дверью ванной комнаты.       О`Брайен развалился на кровати, думая о том, что он самый счастливый человек на планете.