А ведь мы должны друг друга ненавидеть...

Главное держаться… Нельзя показывать страх. Эти нелюди только и ждут подтверждения своего превосходства, чтобы сломить очередную жертву. Но нет. Не сегодня, дамы. Не сегодня. Девушка приподняла полы белого платья, делая несмелый шаг к лестнице, что вела в большой каменный зал. Она слышала от людей, что происходило в самом центре этого храма. По коридорам разносились отчаянные крики боли, многие из которых оказывались предсмертными. Её передёрнуло. Это ад на земле, не иначе. И чёрт… Если бы она могла избежать происходящего — она бы с удовольствием это сделала. Но выбора нет. На неё последняя надежда. Женщина, облачённая в красную кожу, указала гостье на арку, разделяющую коридор и помещение. Как мило с её стороны не ткнуть в спину эйджилом, а элегантно пропустить вперёд себя юную незнакомку на «растерзание» своему хозяину. Выдохнув, девушка благодарно кивнула и вошла в зал. Здесь было несколько небольших окон, два из которых распахнуты настежь, из-за чего по помещению гулял сквозняк. Каменные стены были расписаны какими-то золотыми узорами, знаками. Возможно, магическими. Кто знает этих волшебников, как они способны извращаться над своей реликвией. В центре помещения был небольшой люк, над которым висели цепи. Ах, вот куда подвешивают жертв. Понятно. В противоположной от арки стороне находился стол с различными орудиями пыток, а справа от него — шкаф, хранящий в себе, видимо, нечто более опасное. Или для чего всё это? Девушка и понятия не имела. Всё, что ей было известно о хозяине храма — он жестокий, как и его предки. Он не ведает пощады. Это садист, сам Дьявол в человеческом обличье. Но у каждого из живущих есть слабое место. Как же повезло его найти и у владельца этих территорий. Ага… Осталось только понять, где же он сам? — Так-так… — по спине брюнетки пробежали мурашки ужаса от низкого голоса, что раздался за её спиной. — Признаюсь честно, я до последнего сомневался в адекватности своих доносчиков, — мужчина усмехнулся, выходя на свет. Девушка прикусила язык. Ох… — Но теперь вижу, что сам ошибался на их счёт. Не могу поверить… Неужели меня решила посетить сама Мать-Исповедница? Гостья сложила руки вместе, как подобает человеку её статуса. Верно, главное — не забывать, кто она такая. Мать-Исповедница является блюстителем закона во всех Срединных Землях, она — негласный представитель всех стран, расположившихся между Вестландией и Д’Харой. Она равна по правам с тем человеком, что сейчас стоит перед ней. — Глаза вас не обманывают, — кивнула брюнетка, чуть склоняя голову в знак уважения. — Меня зовут Пак Мису. Я — новая Мать-Исповедница, выбранная другими представителями нашего клана. И я пришла к вам не просто так. — Ну ещё бы, — махнул рукой мужчина, отворачиваясь и направляясь к одному из окон, дабы зашторить его. — Ко мне даже простые смертные не заглядывают на «чаепитие». А здесь… Такая важная персона, да без кортежа. Чувствую, не спроста вы, Мису, объявились в храме Джандралин. Больно давно Исповедницы не пересекали границу Д’Хары. Девушка прикрыла глаза, медленно выдыхая. Не поддаваться на провокации, Мису, тебя этому учили… Помни, ради чего все твои страдания. — Вы правы, в последний раз на вашей территории Исповедница появлялась более пятисот лет назад, когда вас ещё и на свете не было. И я бы тоже сюда не сунулась, не полезла бы в ваши расприи, но дело сугубо серьёзное. Я пришла просить… Помощи. Мужчина чуть усмехнулся, приподнимая бровь и осматривая юную красавицу с ног до головы. Интересное заявление… — Как велико отчаяние, коли Мать-Исповедница просит о помощи покровителя Морд-Сит… — Вы не просто покровитель Морд-Сит, — вскинула голову Мису. — Вы — Мин Юнги. В ваших жилах течёт кровь Ралов и вы, после смерти вашего брата, станете прямым наследником трона Д’Хары. Вы самый могущественный волшебник за последние семьсот лет, — Пак стиснула зубы, когда увидела, как напряглись плечи мужчины. О да, дорогой тиран. Мы не без тузов в рукаве. — И самое главное — вы тоже ненавидите Его. — Мои отношения с братом вас касаются в последнюю очередь, — рыкнул Юнги, сжимая и разжимая кулаки. — А ты, Мать-Исповедница, остерегалась бы своих желаний. Не зря ведь в твоих словах о моих титулах промелькнул истинный Рал. Мису довольно улыбнулась. Отлично, клюнул… Теперь дело за малым. — Понимаете ли, Юнги… Идон Рал забрал у меня кое-что слишком ценное, чтобы я позволила этому оставаться в его руках. Он похитил это у меня и намерен использовать в своих целях. Жестоких, корыстных, мерзких целях. Я в свою очередь желаю помешать ему в этом и вернуть свою собственность обратно, но одна справиться не смогу. — У вас есть армия, — повернулся к девушке Лорд. — Есть десятки могущественных волшебников, которые не могут противостоять мне, но способны противостоять ему. Для чего вам нужна моя поддержка при таких приспешниках? — Ошибаетесь, Лорд Рал, — Исповедница опустила голову и постаралась унять эмоции, которые могли бы сейчас всё испортить. — То, что украл Идон… Другие не станут помогать мне в его поисках. Никто не осмелится. — Почему же? — удивлённо склонил голову на бок Мин, проходя мимо своих орудий пыток и беря в руки эйджил, доселе лежащий в отдельной секции. Мису напряглась. Нехорошо, когда в руках у кого-то такое страшное оружие. — Неужели Мать-Исповедница, сама Истина в первозданном виде, хранила у себя что-то незаконное? Что же это, Мису? Книга сочтённых теней? Так все уже знают, что это был древний обман и никому она не нужна. Камень Слёз? Побойтесь Создателя, сёстры Света никогда больше не отдадут его жителям Нового Мира. Или это какой-нибудь особый магический артефакт, созданный в последние десять-двадцать лет? — Этот артефакт был создан двадцать два года назад, — огрызнулась девушка, теряя терпение. Невозможно сохранять хладнокровие рядом с этим чудовищем! Ох, родной, я терплю всё это только ради тебя… — И это не просто «магическая побрякушка». Это то, что может лишить тебя жизни, Мин Юнги. — Ну, я не бессмертный, и знаю, что способно меня убить, — пожал плечами Мин, перекатывая эйджил из одной руки в другую и медленно перемещаясь по залу. Даже немного скучающе. Он тоже издевался над собеседницей… Взаимная неприязнь, что может быть прекраснее? — Яды, холодное или же огнестрельное оружие, арбалеты, магия. Мне можно свернуть шею голыми руками при желании. Так что… — О, нет… — убрала руки на пояс девушка, прожигая взглядом плечо хозяина храма. — Это тебя точно заинтересует. Хм… Пожалуй, мне стоит напомнить, почему же ты пока что жив и твой братик, повелитель Д’Хары, всё ещё не прикончил своего младшенького родственника. Ралы ведь никогда не оставляли в живых «лишние ветви». А тут ты, сыночек сестры действующего на тот момент Магистра. Девушкам трон Д’Хары не занять, вот твой дядя её и пожалел, убивать не стал. Только засомневался в правильности своего решения, когда она вышла замуж за Мин Джихёна, одного из самых могущественных волшебников того времени. Идона разозлило, что теперь у его отца есть выбор, кого же посадить на трон после своей смерти и он… что он сделал, не напомнишь? Мису вздрогнула, когда мимо неё пролетел кинжал. Ох ты, а он без оружия никуда. Но болевая точка вновь нащупана, прогресс. Ну держись, Мин Юнги! — Я отлично помню, что этот ублюдок сделал с моей семьёй, — рыкнул волшебник, проводя рукой по тёмным волосам и немного оттягивая их на затылке. — И никогда не забуду того, что он сказал мне после. Однако в его словах звучала истина. Я не Рал, я Мин. В моих жилах магия могущественных домов, но я не имею право занимать трон. Меня держат здесь, как оружие. В обмен на жизнь… — Но скоро ты им и как оружие не потребуешься, — подняла указательный палец девушка, невольно делая шаг на встречу Лорду. — Я не могу рассчитывать ни на кого, кроме тебя, Юнги, потому как в плену у Идона… Мой младший брат. Мин закатил глаза, поражаясь идиотизму девушки. Ну чудесно, просто чудесно. Она предлагает ему спасти человека! И что же это за существо такое, для вызволения которого необходим сам хозяин Морд-Сит, при условии, что никто более не согласен на помощь?.. Одну минуту. Мужчина развернулся на каблуках сапог, громко цокая обувью и ошарашенно уставился на поникшую Исповедницу. Весь официоз из разговора моментально исчез. О, нет… Быть того не может! — Ты. Растила. Исповедника?! — шокировано выкрикнул Лорд, роняя эйджил на каменный пол. — Женщина, да ты с ума сошла! Двадцать два года… О, милостивые духи… И он в руках Идона? Ну всё, это финал. Прощай, скоро нам всем наступит конец. — Да постой же ты! — взмахнула руками Мису, стараясь хоть как-то успокоить волшебника. Его помощь по-прежнему нужна, а Исповедница добивалась от него лёгкого невроза, но никак не паники. — Он безобиден, клянусь тебе! — Ага, как же. Я. Поверю тебе. Ха!— Юнги отвернул голову к окну, скрещивая руки на груди. — Мужчина Исповедник… О чём ваши родители вообще думали, когда оставляли это чудовище в живых? Ты хоть представляешь, как Идон его использует? — Представляю, — кивнула девушка, убирая руки за спину и делая ещё несколько шагов к заклятому врагу. — Можешь не верить мне, но я отлично себе это представляю. Разница лишь в том, что… Я так же знаю и своего брата. После смерти родителей я сама воспитывала его. И поверь, он — исключение из всего, что было описано в легендах и пророчествах. Я помню истории о тёмных временах, когда Исповедники захватили власть над всеми тремя территориями… И что с тех пор никто и никогда не позволял мальчикам с подобной силой выживать. Но когда мой брат родился… — Брюнетка сцепила руки в замок, поднимая глаза на Юнги. — Такого света в человеческих глазах я не видела никогда, пойми. В нём не было того корня зла, который разрастается в Исповедниках и проявляется в более сознательном возрасте. Я лично убедилась в этом после. Он полностью контролирует свои чары и никогда не использует их в корыстных целях. Также, если он чувствует опасность для других, то дабы защитить посторонних от себя, он надевает Рада-Хан. Это не алчное и эгоистичное чудовище, Мин Юнги. Это существо, сохранившее свет Создателя в первозданном виде. — У-тю-тю, сейчас расплачусь, — цокнул языком мужчина, обходя Исповедницу стороной. — Если он такой Святой Великомученик, то чего же ты боишься? В таком случае он не позволит Идону управлять собой и скорее умрёт, нежели станет выполнять его извращённую волю. — Я не хочу потерять брата, — Мису сжала руки в кулаки. — О нём никто не знал, совершенно. Для всех это был просто… Просто… Юнги удивлённо вскинул бровь, пропуская дальнейшие слова могущественной гостьи мимо ушей. Мужчина Исповедник, у которого за двадцать два года не проявились наклонности к диктатуре и насилию… Это что-то новенькое, определённо. Да и девушка так ручается за него, так отчаянно хочет вернуть. Вероятно, дело здесь не только в родственных чувствах. — Ты боишься не его смерти… — перебил девушку Лорд, возвращаясь на своё место перед глазами Исповедницы. — О, нет, не смерти… Что такое Смерть? Душа всего лишь уходит в Подземный Мир, чтобы после забыть о земной жизни и вернуться через сотни лет обратно. Тебя страшит нечто иное… Тебя страшит моя власть над людьми, — Юнги чуть улыбнулся, по взгляду девушки понимая, что раскусил её. — Ну конечно… Идон хорош в пытках, но ему не сравниться с тем, кто стал хозяином каждой из ныне живущих Морд-Сит. Ты боишься, что если я не пойду против брата, то он попросит меня помочь ему с этой маленькой проблемкой. Попросит меня обучить твоего малыша и передать свою власть ему… Ох, невероятно, — мужчина поаплодировал Мису. — Браво! И всё, что ты доселе мне говорила… — Клянусь, Юнги, это всё чистейшая правда! — воскликнула девушка, прижимая руки к груди. — Чимин, он… — Мхм, значит, его зовут Чимин, — уцепился за информацию мужчина, поднимая с пола эйджил и убирая его на пояс. — Уже что-то. — Мне умолять? — тихо спросила Исповедница, понимая, что план её провалился. Она не хотела показывать слабость. Но скрыть волнение от такого человека не получилось. Мису боялась его, боялась за брата, боялась того, что могло случиться со всем миром, если Юнги откажется помогать. И этот страх не спрятать за каменной маской Матери-Исповедницы. Мужчина коснулся своих губ указательным пальцем, делая вид, что размышляет, а затем покачал головой. — Не стоит, красавица. Коленопреклонение с твоим платьем будет не очень эстетично смотреться, — сделав шаг вперёд, Юнги взял юную повелительницу истины за подбородок и заставил посмотреть в свои голубые глаза. Глаза, в которых искрилось магическое безумие. — Я помогу тебе и твоему брату. Мы его освободим из плена Идона, но… — он поднял указательный палец. — У меня условие. — К-какое?.. — пролепетала Мису. — О нём позже. Тебя лично это никак не коснётся, — усмехнулся Лорд, протягивая девушке руку. — Тогда договорились? Исповедница нервно сглотнула вязкую слюну, судорожно выдыхая. Её поймали на её же страхе. Зацепили. Ситуацию под контролем удержать не удалось… Но, быть может, ещё получится что-то исправить? Ведь своё отношение к брату Юнги не изменил, теперь помогать ему точно не станет. Ведь понял, что помощь Идону — это смертный приговор для всех людей, включая и его самого в первую очередь. — Договорились, — кивнула Мису, отвечая на рукопожатие. — Только… Как мы его вытащим?.. Быть может, твои Морд-Сит… — Полагаешь, Морд-Сит станут помогать Исповедницам? — хохотнул Мин, отходя к арке и щёлкая пальцами. Девушки в алой коже, что всё это время находились у холодных стен, скрылись за поворотом коридора. — Дорогая, не заблуждайся. Как бы они не покорялись мне — они не станут добросовестно подходить к делу, касающемуся спасению члена вашего Клана. Мису нахмурилась. Вот тебе и великий хозяин Морд-Сит. Не может справиться со своими собственными созданиями! Блеск… — И почему же это? — проворчала девушка, убирая руку за спину. — Если кто-либо из них ослушается тебя, ты можешь просто… — Будет поздно их наказывать, идиотка, — шлёпнул ладонью по каменному косяку мужчина, поворачивая голову на Пак Мису и поправляя алую жилетку на груди, обрамлённую такими же золотыми нитями, которые красовались на стенах зала. — Мы уже попадём в неприятности, а Морд-Сит — дамочки рисковые. — Ненавижу Морд-Сит… — невольно произнесла Мису, моментально захлопывая рот рукой и широко распахивая глаза. Проклятие… Надо же было ляпнуть подобную вещь в таком месте! А Юнги вдруг засмеялся. Отойдя от арки, он приобнял девушку за плечи, подводя её к столу, на котором лежало разнообразное оружие, с помощью которого, по слухам, он пытал маленьких девочек, превращая их в Морд-Сит. Ведь именно так их создают испокон веков. Отнимают у малышек детство, с помощью боли подчиняют их себе, обучают тёмной магии и вынуждают служить дому Ралов до тех пор, пока эйджил в их руках не перестанет работать, оповещая тем самым девушек о смерти последнего из этой великой династии. — Моя дорогая Пак Мису… — прошептал Мин на ухо девушке. — Тебе ли не знать, что наши с тобой чувства невероятно взаимны. Кого Морд-Сит ненавидят больше всего на свете? Исповедниц. Так всегда было, есть и будет. В эру Ричарда Рала многое изменилось, не спорю. Но после его смерти люди своими руками всё разрушили, возвращая мир к прежнему течению, если не усугубляя ситуацию. — Люди жестоки, но это часть нашей жизни, — дрожащим голосом произнесла девушка, унимая подступающую к горлу тошноту. — А вы видите в людях лишь тьму. — Спорный вопрос, малышка, — цокнул языком Мин, убирая тёмные пряди со лба. — Но наша с тобой ситуация в данный момент не очень располагает к беседе о различиях в мировоззрении. Оставим этот разговор на следующий раз, ладно? Нужно придумать, как вытащить из плена Идона твоего Чимина. — И что же ты тогда предлагаешь? Подцепив шнурок на платье девушки, Юнги притянул Мису к себе вплотную и убрал с шеи длинные чёрные кудри, которые так и кричали о её высоком статусе. — Для начала… Я предлагаю тебе переодеться.