А ведь мы должны друг друга ненавидеть...

Тэхён зажал рот рукой, чтобы сдержать рвотный позыв. Такого тошнотворного запаха он ещё никогда не встречал в своей жизни. Было ощущение, что неподалёку находится яма с разлагающимися трупами. Но, увы, он немножко не угадал. Гнили не трупы. Гнили люди, населяющие этот город. Юнги привалился к стене дома плечом, тоже не вынося этот ужасный запах и дёрнул мальчишек на себя, когда мимо пошла городская стража. В конце концов, с подачи Идона это великолепное трио теперь находилось в розыске по всему Новому Миру. И если их не сдадут люди, то у стражи и иных блюстителе закона чёткие распоряжения на этот счёт. Поймают — и кранты. Особенно тут. — Сехун-и… — прошептал Тэхён, утыкаясь в плечо Чимина. — Его?.. — Если ты сейчас используешь магию — ты труп, понял? — рыкнул Мин, хватая парня за затылок и разворачивая на мужчину у противоположного дома. Бедолага согнулся пополам и откашливал кровь из лёгких. — И это не угроза, малыш, это констатация факта. Скажи «спасибо» своим родителям. — Причём здесь мои родители? — всхлипнул волшебник, крепко обнимая Пака, чтобы не поддаваться нарастающей в душе истерике. — Хочешь сказать, ты правда не понимаешь, что здесь происходит? — злился Рал, указывая на умирающих людей. — Это же чёртова магическая лихорадка! Она передаётся через колдовское воздействие, через воздух. И заболевают не только люди, владеющие волшебством, а ещё и те, на кого их заражённая магия направлена. То бишь умирают сейчас здесь ещё и ни в чём не повинные люди. Видел листовки по городу? Что магия под запретом и каждый волшебник будет казнён? Ничего не хочу сказать «против» или «за», но бедные и отчаянные смертные просто, чёрт возьми, хотят жить. — Ещё бы они не хотели, — нахмурился Чимин, поворачивая голову на старшего. — Но всё-таки, причём тут родители Тэ? — Как думаешь, откуда в Кельтоне магическая лихорадка? — скрестил руки на груди Юнги. — Ветром надуло? Создатель взбунтовалась? Владетель решил поиграть? И правда, как по всей стране единовременно началась такая оказия, да ещё и во время столь ожесточённой войны с Галеей, на стороне которой как минимум два достаточно могущественных волшебника? Ну, волшебник и ведьма. Ким вздрогнул, поражённо ахая. Великая Создатель!.. Неужели его родственники могут быть такими чудовищами?.. Страдают невинные люди! Умирают беззащитные существа! И ладно Идон, который выкашивает всех «несогласных», он Рал, чёрт его дери, у него это в крови, но… Но это… — Но Сехун… — волшебник повернул голову в сторону, куда утащили сопротивляющегося мага. Он так хорошо помнил его, ещё во время учёбы в Эйдиндриле. Они не дружили, но и не враждовали, находились в приятельских отношениях. И Чимин, и Тэхён никак не желали смерти фактически своему товарищу по «школе». — Он же даже ничего не сделал! Он только угрожал спалить волшебным огнём одного из этих прокажённых! И то лишь угрожал, Сехун-и бы не поступил так жестоко с… — Если бы он его сжёг — это была бы гуманность, а не жестокость, — фыркнул Лорд Рал, снова морщась от вида поселенцев. Ведь все здоровые люди сидели по домам, боясь и нос высунуть на улицу. А меж строений бродили едва ли не живые трупы. — Нам убираться отсюда надо. — Почему мы не обошли этот город, как все другие? — непонимающе произнёс Пак, стирая слёзы с щёк. Глаза щипало от едкого запаха — жуть! — Могли бы… — Этот город находится очень близко к границе, нам его всё равно было не обойти, — закатил глаза колдун, разминая запястья. — Сейчас нужно просто уйти по-тихому, не привлекая внимание. Никакого колдовства, Тэхён, понял? — Понял… Но я без Сехуна никуда не пойду! Мужчине хотелось взвыть и разразиться проклятиями. Ким Тэхён, ну ТВОЮ МАТЬ! Что за сестра милосердия в тебе проснулась?! Да ещё и так невовремя! И надо же было этому придурку угрожать расправой магией заражённому именно в тот момент, когда друзья пробирались мимо. Рррр… — Ты изде… — Я согласен с Тэ, — вдруг заявил Чимин. — Хороших волшебников осталось мало, преданных истине и не продажных различным государствам — тем более. Сехун хороший человек и он может быть полезен нашему ордену. Ему нужно помочь. Он не заслуживает смерти. — И как ты предлагаешь расправиться нам с целым легионом солдат втроём, ммм? — волшебник упёр руки в бока. — Позволю себе напомнить, что мы с Тэхёном на данной территории магией не располагаем. А через три часа, примерно, вашему другу отсекут голову. Мы не успеем его вытащить при всём желании. — Великого Лорда Рала остановило одно заклинание? — иронично произнёс Пак. — Стража! Здесь разыскиваемые! — заверещала какая-то женщина, указывая на забывших о конспирации приятелей. Мин смачно ударил себя ладонью по лбу. Блеск! Хотели уйти тихо, так нет, эта дура подняла сирену. Ну, детка, уж не взыщи. — Юнги! — взвизгнул Чимин, когда мужчина сделал два быстрых шага вперёд и ударил горожанку в грудь эйджилом. Раскрыв рот в немом крике, женщина пала замертво. — Что ты натворил?! — Поступил гуманно, — ядовито отозвался колдун, замечая уже бегущую к ним стражу. — Она всё равно бы тут сдохла. Я лишь немножко пораньше прекратил её мучения. К тому же, она заслужила. Благодаря её вокальным данным нам самим не жить. Хотя… Тэхён испуганно обернулся на солдат, которые набегу велели им оставаться на месте и поднять руки вверх. Ну да, такие указания хоть один преступник выполняет? Ребята, подумайте над новым способом задержания, серьёзно. Поработайте над изучением человеческой психологии по крайне мере. А Чимина волновало задумчивое лицо Хозяина. Не к добру эта коварная ухмылка на его губах. Он что-то задумал? И стражу тоже убить? Или?.. — Не сопротивляйтесь, — приказал мужчина поднимая руки так, чтобы их было видно. — Позже объясню. Как Исповедник ненавидел, когда кто-то сжимал его запястья. Парень терпеть не мог стражников, потому что все они одноклеточные полудурки, исполняющие механические действия изо дня в день. Всё по стандарту, всё по схеме, никаких отклонений даже в экстренной ситуации. Им что не скажи… Айщ, даже думать об этом не хочется! Но больше парня интересовала опять-таки реакция Лорда. Он достаточно спокойно воспринял всю грязь, что ехидно выплёвывали ему в лицо по дороге в тюрьму стражники, безропотно сам вошёл в камеру. Удивительно. Где весь типичный вулкан ярости? Или он действительно без магии уже никто? Ну это неправда. Хён даже без применения физической и магической силы может подавлять человеческое сознание, захватывать власть над конкретным индивидуумом. Значит, такое примерное поведение не с проста… О, а вот и объяснение! — Сехун! — воскликнул Тэхён, освобождаясь от пут и кидаясь на шею волшебнику, что сидел в уголке. Мужчина недоумённо распахнул глаза, придерживая донсена за талию и переводя взгляд с Чимина на Юнги, который наблюдал за тем, что происходит за пределами камеры. — Я так волновался за тебя! — Тэхён-и? — хрипло спросил колдун, отстраняя странного знакомого от себя. — Ох, что вы здесь делаете?.. И Чимин-и… — Долгая история, — перебил Сехуна Мин, пытаясь примерно представить план тюрьмы по тому пути, каким они сюда попали. — Если коротко — я ненавижу этих болванов, которые отказались без тебя покидать Кельтон. А ты сам за каким чёртом тут оказался? — Меня… попросили о помощи друзья… — растерянно ответил маг, поднимаясь на ноги и помогая встать Тэхёну. — Сказали, что здесь происходит какой-то натуральный кошмар, умоляли спасти их. Я приехал, но… Мне сказали, что те, кто звал меня — погибли от магической лихорадки. Поняв её природу я тут же собрался возвращаться в Эйдиндрил, но меня… Вот. Поймали… Так глупо… — И не говори, — хмыкнул Юнги под осуждающие взгляды Чимина и Тэхёна. — Если уж ты разобрался в специфике болезни, то что это было там, на улице? Не мог перетерпеть неприятные ощущения? Нет, нужно было при страже угрожать прокажённому. — Ты ещё кто такой, чтобы указывать мне, что делать?! — разозлился Сехун. — Сам-то не в лучшем положении, как я посмотрю. Брюнет развернулся на рассерженного собеседника, убирая руки на пояс и подходя ближе. Магию он не использовал, но она и без призыва хозяина искрилась в его тёмно-синих глазах. Фамильное достояние. И выглядит… слишком устрашающе… — Кто я? — склонил голову к плечу Мин. — Я — Мин Юнги. Лорд Рал. Хозяин всех Морд-Сит в Новом Мире. Я — великий маг. И я человек, который может помочь тебе выбраться отсюда живым. Или же убить голыми руками прямо сейчас, — губы колдуна тронула лёгкая усмешка, когда лицо Сехуна стало бледнее полотна. — Полагаю, теперь ты заткнёшься вместе со своими приятелями по несчастью и дашь мне объяснить вам план действий, чтобы сбежать? Нервно сглотнув, мужчина закивал, вжимаясь спиной в стену. И правда, к чему сейчас попусту тратить энергию на ненависть? Этим можно заняться и позже. Главное — удрать. Вот только как?.. — Чимин, подойди ко мне. — велел Рал, возвращаясь к решётке, и опираясь предплечьем на ржавые прутья. Донсен убрал руки за спину, несмело выполняя приказ старшего, но прикасаться к физическом символу неволи не горел желанием, поэтому просто выпрямился возле мага. — Видишь вон того стражника? Парень пригляделся к человеку, на которого указал Юнги. Ха, пойди его не заметь. Здоровый детина. Кило под двести будет, прямо как четыре Пак Чимина. И на вид ни разу не симпатичный. Зачем его видеть? — Ну? — У него ключи от нашей камеры, — тихо пояснял Мин, опуская руку пониже и демонстрируя связку на поясе недо-солдата. — Нам нужно их достать. — И как? — нахмурился Мин-и. — Я ворую плохо. — Да кто просит тебя делать то, что получается плохо? — хмыкнул мужчина, приобнимая приятеля за плечи. — Делай то, что выходит хорошо. Исповедуй его. — ЧТО?! — воскликнул Чимин, лишь чудом не обращая на себя внимание заинтересованных в содержимом дальней камеры стражников. — Нет! Я не буду! Я не стану! Мне нельзя!.. — Отставить истерику! — Юнги несильно ударил Пака по щеке, приводя в чувства. — Магическая лихорадка распространяется лишь на волшебников. Твоей магии она не коснётся, потому как в самой природе болезни нет «кода» твоего дара. Он не болен, видишь? Больных на службе не держат. Зато, если ты его исповедуешь, то он не только откроет нашу камеру, но и отвлечёт на себя своих коллег, а мы спокойно выберемся отсюда и смоемся за пределы Кельтона. — Но, хён… — Чимин нервно заламывал себе пальцы, оборачиваясь на свою жертву. — Ты знаешь, как это опасно? А если я потеряю над собой контроль? У нас нет с собой Рада-Хана, чтобы удержать мою силу в узде после её использования? А если мне не понадобится время на восстановление? — И снова слишком много «а если». «Если», «вдруг» — какая разница? Не попробуем — не узнаем. Зато умрём точно, причём все четверо, — Юнги сжал чужое плечо. — Ты слишком мало пользуешься своей силой. Тебе придётся восстанавливаться где-то минут пятнадцать, как минимум. Ты не успеешь прочувствовать свою власть над всеми присутствующими, ты же ещё маленький и неопытный в делах родной магии. — И всё-таки… — прошептал Мин-и, отчаянно глядя в глаза колдуну. — Если я подниму руку на тебя?.. — Я смогу тебя остановить, — пообещал Лорд Рал, касаясь немного покрасневшей от удара щеки младшего. — И сделаю всё возможное, чтобы ты не навредил никому, включая себя. Давай, малыш, сделай это ради себя. И ради Тэхёна. Судорожно вздохнув, Чимин кивнул, подходя к решётке вплотную и выжидая момент, когда объект воздействия окажется в одиночестве для дальнейших махинаций. Юнги же отошёл подальше, к стене и двум оставшимся волшебникам. Сехун поражённо смотрел на Чимина, раскрыв рот. — Он что… Исповедник?.. — прохрипел маг, испуганно поднимая взгляд на Тэхёна. — Но это же… — Этот не знал? — удивлённо вскинул бровь Юнги. — Вы ринулись спасать человека, который даже не знал ваш секрет? Который не входит в круг полного доверия? Парни, когда мы выберемся отсюда — я вас поколочу! Но сперва сотру память этому идиоту, чтобы вас не сдал. — Спасибо, хён… — тихонько отозвался Ким, зажимая рот Сехуна рукой, когда к Чимину приблизился стражник. — Напрягитесь, — снова велел Юнги, немного сжимая зубы. — Мы находимся слишком близко, будет больно. Тэхён зажмурился, вжимая голову в плечо Сехуна. Он не впервые наблюдал за магей Исповеди, но она всегда его пугала. Одно прикосновение полностью лишало человека воли, желаний, сознания, прошлого. Лишало всего… Сехун больно ударился головой об стену из-за магической волны, пронёсшейся по пространству от прикосновения Чимина к человеку. Парень смотрел в глаза стражнику, наблюдал за тем, как расширяются его зрачки и как ломается воля. Прошла всего секунда, но мужчина уже был потерян. Бедняга грохнулся на колени, зачарованно смотря на Любовь всей своей Жизни. — Приказывай, Господин… — прошептал исповеданный. Юнги действовал молниеносно. Оторвавшись от стены и не слушая стоны боли остальных волшебников, он поймал оседающего на пол Чимина и поставил его прямо, обхватывая за талию. — Тихо-тихо, держись… — пробормотал колдун, позволяя парню опереться на него. — Ты молодец, отлично сработано. Давай, приходи в себя… Идти сможешь? — приоткрыв слипающиеся глаза, Исповедник кивнул, тут же роняя голову обратно на чужое плечо. — Не спааать, Чимин, не спать! Прикажи ему отпереть нас. Пак открыл рот, чтобы повелеть своему рабу исполнить приказ Лорда Рала, но голова так болела, а усталость, накатившая после использования дара, была столь сильной… И подумав, сколько ещё ему придётся управлять этой марионеткой… Ой, да ну всё это к чёрту! — Сделай всё, что он скажет… — приказал Чимин пленнику чувств, слабо кивая на Юнги и практически отключаясь. Довольно улыбаясь сообразительности донсена, Мин закинул ослабевшее тело себе на плечо и принялся распоряжаться людьми. Стражник отпер камеру, указал друзьям короткий путь на выход, а после посадил в пустое помещение других пленников, чтобы его коллеги ничего не заподозрили. Ведь люди сидят? Сидят. Спиной. И какая разница, кто там именно, верно? Да, Юнги чуток к мелочам. Солнце медленно садилось, когда парни выбрались из тюрьмы и направились к границе Кельтона. Рал примерно представлял себе, куда можно пройти и как срезать. К тому же, им оставалось пройти совсем немного. В конце концов, всё это время они шли по кельтонским лесам и это был единственный город, который встретился им на пути. Город-пограничник. Ну же, совсем немножко… Меньше, чем через полчаса, утомлённый, но уже более-менее оклемавшийся Чимин бежал вместе с остальными, даже не оглядываясь. Ему и думать было больно, тело продолжало ломить, но он понимал, что сейчас главное — это убежать. А всё остальное… «остальные проблемы решим по мере их поступления». Молодец, Мин Юнги, хорошо сказал, это хоть немножко утешает. — Граница! — радостно ахнул Тэхён, видя смену деревьев в лесу и плавное мерцание барьера. Ну да, к чему нам заборы и стены, зачем крепости, когда есть магия? Ма… Проклятие. Мин ещё раз дал себе ладонью по лбу, но уже мысленно. Так вот на что было наложено заклятие! Вот откуда магическая лихорадка и заражение через воздух. Виной всему куполообразная граница! Держась за руки, парни медленно прошли сквозь барьер, облегчённо выдыхая. Юнги ещё раз порадовался своей сообразительности и находчивости. Потому что посмотрите, какой он умный мальчик, не забыл родное оружие и чужие вещи. И Книгу Пути вернул, и эйджилы. А побежали бы сразу, сломя голову, и как бы потом держали связь с друзьями? — Чимин, так т… — Сехун не успел даже закончить предложение, как вдруг Юнги с разворота ударил его по голове рукоятью кинжала. Тело обмякло, валясь тряпичной куклой на мягкую траву. — Мин Юнги! — хором воскликнули донсены, снова негодуя с манер старшего. — Чего орёте? — возмутился мужчина, присаживаясь возле головы своей жертвы и касаясь его висков. — У вас, вроде как, клановая принадлежность Чимина является секретом. Я обещал стереть ему память — я это делаю. Но дался бы он мне добровольно? Что-то я в этом сомневаюсь. — Он бы мог сохранить мою тайну, — проворчал Пак, скрещивая руки на груди. — Он бы, может быть, и сохранил, — согласился волшебник. — А парочка колдунов, которым бы он проболтался под каким-нибудь «зельем правды», этого уже бы не сделали. Или Идон, а? Вы были сильными и выдержали пытки. Но такой ли Сехун? Вы это проверяли? Хотите рискнуть? — парни понуро замолчали. — То-то же. Запомните уже, что я всегда прав, и прекратите удивляться моим «манерам». Пока Юнги колдовал над Сехуном, Чимин отошёл обратно к границе, с сожалением глядя на погибающий маленький мир в пределах Срединных Земель. Война — это ужасно. Но эпидемия… До уставшего парнишки начало доходить, что имел ввиду Юнги, когда заговорил о родителях Тэхёна. Он подразумевал не дело их рук, а дело их слов. Двух колдунов явно не достаточно для настолько сильной лихорадки. Но они могли подговорить других волшебников, чтобы те помогли им создать особое заклинание для победы над Кельтоном. Это уже больше похоже на правду. Очень печальную правду. — Он проспит несколько часов и не вспомнит, как встретил нас, — сказал Юнги, подходя к Чимину и приобнимая его за плечи. — Нам придётся уйти немного подальше от границы, но время ещё есть. Можешь отдохнуть. — Хён… — парень повернул голову на старшего, грустно вздыхая. — Неужели Кельтон обречён? Это заклятие не снять? Все люди, живущие там… Даже те, кто не болен, они же страдают. Причём ни за что! Только маги, наложившие проклятие, могут отменить его? Юнги задумчиво кивнул. Жаль было расстраивать малыша ещё сильнее, но что поделать? Правда горькая, зато чистая. — Таковы законы магии, — цокнул языком мужчина. — Коллективные заклинания обладают очень мощной силой. Особенно когда они имеют такое воздействие на целую страну… — Мне так больно, что я ни чем не могу им помочь… — хрипло перевёл дыхание Пак, смаргивая слёзы. — Там же дети… Страдают невинные, а я остаюсь в стороне. Почему жизнь так несправедлива?.. Лорд Рал смотрел на искреннюю скорбь младшего и не мог понять, что же происходит? Это невинное существо переживает за тех, кого даже не знает, он и правда жизнь готов отдать за спасение людей… Ну вот просто… Что он такое? И почему слёзы, застывшие в его глазах, причиняют боль и муки совести самому Юнги?.. — Жизнь всегда несправедлива, малыш… — Мин коснулся губами виска парня в лёгком поцелуе и отпустил, указывая на Тэхёна головой. — Иди, посиди с ними. Восстановишься, потом пойдём. Слабо кивнув, Исповедник ушёл в сторону, а колдун сосредоточенно выдохнул и вытянул руку перед собой, касаясь ладонью границы. Она пропитана ядом… Он остро ощущал это, особенно в одиночку. Что ж, Чимин прав во всём. Жизнь несправедлива. Но невинные не должны страдать. — Что он делает?! — поперхнулся Ким, указывая на сосредоточенного колдуна. Чимин обернулся через плечо и упал на спину, не веря своим глазам. Юнги опустился на пятки, выводя какие-то символы на барьере и собирая всё проклятие с широкой границы в один сгусток энергии. В месте, где парень выводил знаки, магический барьер становился ядовито-фиолетовым. А с пальцев колдуна на землю падали капли крови. Тяжёлая лихорадка, самому бы не… заразиться… — Дай мне что-нибудь убить… — надрывно произнёс Юнги, скосив взгляд на подошедшего Тэхёна. Парень испугался, даже не представляя, к чему относилась фраза старшего, но мужчина быстро всё пояснил. — Букет, бревно, дай мне что-нибудь, куда я могу перенести это проклятие… — Ой! Сей-сейчас! — заторопился маг, осматриваясь вокруг и уже через несколько минут подкатывая к границе небольшое бревно. Ну, а что? Сказали же, «что угодно». Сосредоточив всё своё внимание на смертельной магии, Мин резко развернулся, пропуская энергию через себя и перенося её в несчастный трупик деревца. Бревно почернело, затрещало, а после и вовсе рассыпалось в прах. Юнги обернулся на «чистую» границу и стёр пот со лба немного подрагивающей рукой. — Здесь невинные больше… не страдают… — еле слышно произнёс волшебник, поворачивая голову на застывшего в шоке Чимина. — А теперь нам нужно уходить, пока я ещё в состоянии… — Хён… — восхищённо выдохнули донсены, когда мужчина немного пошатываясь прошёл мимо них к своему заплечному мешку. Но Лорд Рал лишь отмахнулся. — Да идите вы к чёрту, недоделанные сёстры Света!..