А ведь мы должны друг друга ненавидеть...

Звук шагов, отражающийся от каменных стен, заставлял женщин испуганно вздрагивать. Если бы они только знали, что всё так обернётся! Ни одна бы и слова не сказала… А теперь пострадает их любимая аббатиса! Вернее, она уже и так… — Итак… — произнёс мужчина, наклоняясь к лицу висящей вниз головой женщины. — Значит, вы утверждаете, что ещё вчера ночью мой пророк был здесь? — Д… да… — прохрипела Наставница, сплёвывая кровь и вскрикивая от нового удара по щеке. Послушницы и сёстры, прикованные в темнице к стене, снова безмолвно заплакали от страха. — Тогда где же он?! — рычал Магистр Рал, отходя в сторону, чтобы не свернуть женщине шею раньше времени. Это всегда успеется. — Вы сообщаете мне о том, что в вашем Дворце Пророков вот уже почти сотню лет проживает пленённый волшебник необходимой мне специализации. Что он даже не помышляет о побеге, который и без того невозможно провернуть. Но за несколько часов до моего появления он загадочным образом исчезает! — блондин развернулся на каблуках, гневно бросая взгляд на пленниц собственного дома. — Выходит, вы меня дезинформировали. А вы знаете, как я поступаю в таких случаях. — Магистр… — всхлипнула одна из сестёр Света, падая на колени. — Клянусь Создателем, мы не лгали вам! Ким Сокджин был под нашим надзором двадцать часов в сутки! И они… — Кто? — резко перебил женщину Идон, быстро подходя к ней и беря за подбородок, тем самым заставляя посмотреть себе в глаза. — Его имя. Повтори? — К-Ким Сокджин… — проблеяла сестра. — Ким Сокджин… — повторил Рал, проводя языком по нижней губе. Сокджин. Джин-и?.. Нет… — Раздери меня Владетель, неужели?.. — Если бы ты почаще интересовался историей, братишка, ты бы знал, что пророки рождаются примерно раз в несколько сотен лет, а не тысячу, — бросил через плечо Юнги, перелистывая страницу книги. — И, за что тебе огромное спасибо, я даже подружился с одним из них. — Пророк в Новом мире? — усмехнулся Идон, наблюдая за каждым действием младшенького. — Я бы узнал. У нас таких не водится, сплошные провидцы, доверять которым — идиотизм. Они видят будущее на две секунды вперёд. — На несколько недель, — снова поправил хёна Мин, захлопывая книгу. — И разве я тебе хоть слово сказал про наш мир? Болван. На Д’Харе вселенная не кончается. — Естественно, есть ещё две территории, которые скоро будут моими. Юнги уронил голову на ладонь, досадуя на отсталость в умственном развитии старшего. Вот что делает с людьми власть. Они деградируют на глазах. Хоть бы его такая участь не постигла… — Джин-и бы назвал тебя психически нестабильным дегенератом. Но переводить этот диагноз тебе я не стану. У тебя и так скоро взорвётся голова от общения со своим умным донсеном. — Твою мать! — Идон ударил стену кулаком. По каменной поверхности поползли трещины, что ещё сильнее напугало «психически нестабильных» послушниц. Бедняжки закричали и стали жаться друг к другу, шёпотом молясь Создателю о прощении и сохранении своих жизней. — Какой я идиот, ну конечно! Нужно было раньше понять… Братишка бы не оставил мне такую явную подсказку, нет, он для этого слишком умён. Я его определённо недооценил… — Мой Господин? — к разгневанному мужчине подошёл главный советник, быстро склоняя голову и убирая руки за спину. — Отправить квод на поиски беглого волшебника? — Нет… — переведя дыхание, Магистр убрал растрёпанные волосы с лица и обернулся к полумёртвой аббатисе. — В вашем послании речь шла не только о Пророке. Кажется, упоминался Слушающий? — Это его… м-муж… — произнесла одна из послушниц, всё ещё желая сохранить более-менее ровные отношения с будущим Властителем Миров. — Ким Намджун… Они вместе пропали. — Слушающие не владеют магией… — задумчиво произнёс волшебник, чуть улыбаясь. — Но это объясняет, каким образом Пророк пропал с Рада-Ханом на шее. Если они друзья моего братика… Догём? — мужчина встал по стойке «смирно». — Не нужно квода. Объяви на всех трёх территориях: любой, кто посмеет укрывать у себя Лорда Рала, Пророка или Слушающего, будет казнён на кресте без обычной милости в виде сворачивания шеи, — одна из послушниц упала в обморок, только представив себе это зрелище со стороны. Со стороны! А каково будет на плахе… — И снимите аббатису с крюка, — сверкнув голубыми глазами, колдун склонил голову к плечу, созерцая до чёртиков великолепную картину. — Я её научу, как перепроверять факты, прежде чем вытаскивать Магистра Рала из Народного Дворца…

***

— Кто такой Ким Сокджин? Юнги устало провёл рукой по лицу, приподнимаясь на локтях. Боги, пошлите ему Сил, а Ким Тэхёну — кляп. Пусть, конечно, вопрос был задан обоснованный недавними событиями, но как же не хотелось на ночь глядя вспоминать подробности жизни практически лучшего друга… Нет бы спросить это на пару часиков пораньше? — Ты же слышал, что сказал твой папаша перед тем, как преставиться, — пробормотал колдун, садясь прямо и ловя на себе взгляд проснувшегося от диалога Чимина. О, отлично. Теперь ему точно от разговора не отвертеться… — Это Пророк. Я о нём вам уже упоминал. — А, тот самый приятель, который тоже Ким? — догадался Тэ, скрещивая ноги и придвигаясь ближе к костру. — Так он правда Пророк? — Да. Первый за последние несколько столетий. И очень сильный волшебник, — Юнги слегка улыбнулся, когда перед закрытыми глазами промелькнула нежная улыбка старшего. Его добрые глаза, мягкие руки… Тихий высокий голос… — Я был им просто восхищён несколько лет назад. — Как же вы познакомились, если ты был заперт в храме Джандралин? — нахмурился Чимин, подпирая подбородок рукой и испытывая какое-то странное неприятное чувство в груди. Чего хён так улыбается? Он даже при разговорах о Хосок-хёне так не светится! — Он тоже пришёл в город? — Нет, — покачал головой мужчина, снова беря в руки кинжал и вырезая какую-то фигурку из брусочка, чтобы занять руки. — Джин-и… То есть, Джин-хён, был тоже заперт в своём «доме». Во Дворце Пророков. И очень долгое время. Почти сто лет. — Сто лет?! — удивлённо воскликнул Ким, чуть ли не роняя челюсть на траву. — Сколько ему? — Сто двадцать четыре года. И не стоит поднимать эту тему. Потому как… — заметив, как приятели переглянулись, Мин закатил глаза. — Он не старый! Ни одного седого волоса. Время во Дворце Пророков течёт иначе, чем здесь. Люди там просто не стареют и могут жить тысячелетиями. Так было решено сделать ещё древними колдунами, дабы юные маги, обучающиеся там, могли познать весь спектр своих возможностей. Поэтому хён до сих пор выглядит не старше меня. И был таким же, когда мы только встретились. — Так как это случилось? — тихо спросил Чимин, опуская взгляд на землю. Было интересно, но… Почему он не хочет этого слышать? — Через кольцо, — колдун поднял свою руку в воздухе, демонстрируя перстень на указательном пальце. Перламутровый камень приятно переливался в свете лесного костра, отсвечивая в глаз Тэхёну, из-за чего тот прищурился и хихикнул. — Я нашёл его в архивах храма Джандралин, в одном из свитков. Возможно, его там забыли, возможно, оставили намеренно. Я не знаю. Но надев его… Мне показалось, что я увидел перед собой какого-то посланника Создателя, — теперь челюсть чуть не потерял Мин-и. Хён… смутился?! Ох, сколь велико было его желание сейчас просто встать и уйти подальше! Зачем он вообще просыпался? — Как я понял после, из нашего разговора с хёном, это был… магический артефакт на подобии Книги Пути. В основе лежит похожее заклинание, только работает иначе. Когда кто-то надевает кольцо, он видит перед собой другого человека. Владельца кольца-близнеца. Где бы тот не находился — они могут общаться напрямую, лично. Пространство вокруг, конечно, не переносится, но если кто-то возьмёт другого человека за руку — перед собеседником он тоже появится… Эм… я понятно объясняю или перефразировать? — спросил Юнги, видя активную мозговую деятельность на лице Кима. Но волшебник покачал головой и сделал круговой жест рукой, призывая приятеля продолжать. — Ну ладно. Так вот… Я познакомился с хёном именно так и долгие годы мы держали подобную связь. Джин-и обучал меня всему, что знал сам и что находил в библиотеке Дворца Пророков, а я делился с ним сведениями, которые хранили древние свитки, спрятанные в стенах читального зала моего храма. Ох, клянусь Создателем, если бы я не был таким эгоистом от рождения — я бы в него влюбился! Пак скрипнул зубами, садясь прямо и прижимая ноги к груди, при этом стараясь не смотреть на своих попутчиков, которые были заняты «увлекательной беседой» о Великом Пророке. Исповеднику вдруг стало как-то больно и очень обидно. Даже неясно, отчего? Хён ему даже не друг! Ну… Вроде как. Они просто путешествуют вместе, не больше. У Юнги были десятки женщин, парней… Даже Хосок-хён! Так почему же его волнует рассказ старшего о человеке, с которым они никогда лично даже не встречались? Почему сердце так больно ударяется о рёбра и щиплет глаза?.. — А пару лет назад он познакомил меня со своим мужем. Тэхён, так не вовремя взявший флягу с водой, поперхнулся, сильно закашливаясь. Чимин просто удивлённо повернулся на ехидного Юнги, который как ни в чём не бывало продолжал вырезать какого-то нового зверька. — Мужем? Он что… А как это? — недоумевал донсен, придвигаясь к старшему. — Разве так можно? Они как вообще?.. Он что, какой-то прислужник во Дворце? — Нееет, — засмеялся Лорд, качая головой. — Сокджин-и, как и мне, можно было покидать дворец, но только под присмотром кого-нибудь. И обязательно с Рада-Ханом на шее. Он частенько выбирался в Танимуру, глянуть, как развивается город и что нового происходит в Древнем и Новом Мире. Как и мне, ему просто хотелось нормальной жизни, как у любого обычного человека или волшебника, владеющего менее сильным даром. И вот… в одну из таких прогулок он столкнулся со своей любовью, что имеет ту же фамилию. — Тоже волшебник или простой смертный? — уточнил Чимин, ненадолго забывая о боли в груди. — Не волшебник, но и не человек, — цокнул языком Рал, убирая непослушную чёлку с лица. — Он Слушающий. — Кто? — нахмурились друзья. — Твою дивизию, парни, вы точно из Срединных Земель, а не из Вестландии? — взмахнул руками колдун. — Вы же обучались в этом вашем Дворце Исповедниц, вы должны знать, кто такие Слушающие. — Ну… — Мин-и почесал затылок. — Название мне смутно знакомо. Полагаю, это кто-то, кто может слышать… Мысли? — Отлично, вспомнил, — щёлкнул пальцами Юнги, возвращаясь к своему занятию. — Да, Слушающие могут узнать мысли человека, стоит им лишь взглянуть в чужие глаза. Но Намджун оказался не простым Слушающим. За всю историю этих одарённых людей Джун оказался первым, кто не просто слышит мысли, но и видит их, словно на экране. Ну, те, что можно рассмотреть. Друзья уважительно закивали, представляя себе, какая это поразительная способность. При отсутствии обычной магии так чётко распознавать правду или ложь… Как хорошо использовать такое существо при допросах. Но… При таком даре он не должен был быть на свободе! Сколько держав бы пожелали его себе, чтобы… Ох… Одна мысль страшнее другой. — Они столкнулись в Танимуре?.. Но… — Джун скрывал свою способность, — с улыбкой пояснил Юнги, вырезая перья. — От всех скрывал с рождения. Но когда встретил Джин-хёна, как и я, быстро понял, что пропал. Пропал в этих глазах, утонул в нежных прикосновениях. Серьёзно, ребята, этот Пророк безумно красивый. Когда-нибудь, надеюсь, я вам смогу его показать. Так вот… Они встречались несколько месяцев в одной лавке с зельями, пока Намджун не понял, что ему это надоело. Его нервировала обеспокоенность Джина своим возрастом и пленом, своим бременем. Он признался ему в своём даре и просто… Пошёл во Дворец, чтобы просить у аббатисы разрешение быть рядом со своим возлюбленным. Что согласен даже жениться на нём и провести всю оставшуюся жизнь в подобном «свободном плену», лишь бы их больше не разлучали. Сокджин-и тогда даже связался со мной, переживая за решение сестёр Света. Я впервые видел его слёзы… — мужчина немного печально улыбнулся. — Я впервые видел такую сильную любовь… Даже мои родители не испытывали подобного чувства друг к другу. Это была не больная привязанность, как у Хосока ко мне, это была самая настоящая… Большая, искренняя, чистая Любовь. И я был очень рад за хёна, когда аббатиса разрешила им быть вместе. Джун оказался даже младше, чем я, но это не мешает ему быть очень умным и храбрым человеком. С ним мы, удивительным образом, тоже подружились. Они не одобряли моё увлечение тёмной магией, конечно, но и не пытались переубедить меня. Упоминали, конечно, между делом, что я больной садист, но только в шутку, мне было даже приятно, — брюнет тяжело вздохнул. — Давно мы с ними не связывались… Но сейчас нам всем не до того. Чтобы не потерять случайно драгоценность, каждый раз надевая и снимая её, я просто переделал основное заклинание. И теперь я могу увидеть его по своему желанию в любое время не снимая или надевая кольца. К сожалению, в обратную сторону эта фишка не работает, потому как для этого мне нужно как раз-таки второе кольцо. Ну, а сейчас… Если я попытаюсь связаться с ними, то Идон вычислит нас. — Постой минуточку… — поднял указательный пальчик Чимин. — Но… Проясним ещё один момент. Ты не можешь связаться со своим хёном, потому что тебе нельзя использовать магию. Но ты же столько раз её уже… — Это разные виды магии, — перебил донсена Лорд, взмахивая кинжалом. — Мне нельзя обозначать своё место нахождение. То бишь, я не могу куда-то сейчас перенестись или перенести что-либо. Но я могу использовать несильное волшебство, поскольку оно меня не компрометирует. — А то очищение границы Кельтона? Юнги поморщился, вспоминая неприятные последствия своего «доброго дела». Всю неделю потом голова кружилась! Вот и поступай после этого хорошо. Эгоистом было быть куда как проще! Рррр… — Это заклинание не в счёт, — жёстко отозвался Мин и обхватил рукоять оружия сильнее, вырезая глазки филина. — Оно было настолько сильным, что внезапную вспышку определить было невозможно. Она прошлась по всей территории Срединных Земель. И у меня много сил на это ушло! — Да молодец ты, хён, молодец, — хихикнул Тэхён, помышляя погладить старшего по голове. Но поймав на себе злобный взгляд, закатил глаза и сел обратно. — Кхм… А что там на счёт Идона, кстати? Он реально хочет себе пророка? Если в его руках окажется Сокджин… — Не окажется, — замотал головой Юнги, ставя фигурку на землю и убирая деревянную стружку в огонь. — Не забывайте, что Пророк может предвидеть будущее. А такое значимое для всех нас событие не могло обойти его стороной. Я уверен, Идон его не поймает. Как минимум не сейчас. С Джуном они ребята не глупые, сбежать могли… По крайней мере, я на это действительно очень надеюсь. Ким понимающе кивнул, ложась обратно. А Чимин взял статуэтку филина в свои руки, рассматривая фигурку с разных сторон. Как обычно, идеальная работа, никак не подкопаешься. Такая же идеальная, как… — Он действительно такой красивый? — полушёпотом поинтересовался Мин-и, ставя птичку обратно и щекой чувствуя немного насмешливый взгляд старшего. — Мин Юнги, не вздумай потешаться надо мной. Это просто вопрос. — Ну, если «просто вопрос»… — произнёс волшебник, притягивая младшего к себе за талию и усаживая на колени. — Он правда красивый. Янтарные глаза, немного полные губы. Удивительный смех, даже не знаю, с чем его можно сравнить… Тонкая талия, стройные длинные ноги. Я бы сказал, что чудеснее этого существа не видел никого в своей жизни, но… — Но?.. — хрипло повторил Мин-и, сдерживая проклятые слёзы. — Не молчи… — Но жизнь свела меня с тобой, — шепнул на ушко донсена Юнги, почти невесомо целуя его в шею. — И теперь я точно могу сказать, что прекраснее создания я не встречал. И больше точно не встречу…