Питер Паркер и его фантастические фейлы

***

      В школу пришлось выезжать сразу с базы, потому что на ночь еще было приказано оставаться под наблюдением — за день безделья рана почти заросла, поврежденное мясо и мышцы заняли свое законное место, и восстановиться оставалось только коже и убитым за сутки, проведенные рядом с мистером Старком, нервам. К утру рана уже затянулась тонким слоем кожицы, поэтому он все-таки выбил у своего лечащего врача право наконец-то свалить — Господи, если бы ему полгода назад сказали, что он будет всеми силами пытаться поскорее сбежать из логова супергероев, напичканного разномастной техникой и прочими интересными штуками, при том, что у него есть возможность этим всем воспользоваться, он бы от души посмеялся и покрутил пальцем у виска.       Это даже в какой-то степени иронично. То, насколько изменились его взгляды за такой короткий промежуток времени. Взгляды на самого себя, на свое «хобби» и, черт возьми, на задницу мистера Старка.       Что-то, пока наблюдал за ним исключительно издалека — телевизор, интернет, слухи и прочие неопасные способы современного сталкеринга, — не замечал за собой пагубной привычки залипать глазами на его филей, да и вообще на него в целом. Конечно, он был фанатом, порой — очень редко и до личной встречи — случайно заглядывался на постер с его лицом во время мастурбации — но то случайно, он ведь над кроватью висит! — да и предпочитал быть в курсе всех новостей. Спасибо, что пока долгие взгляды на него ограничиваются лишь кучей бабочек в животе, периодически упархивающих куда-то к горлу. Простым языком — не вставало. И его гетеросексуальность, хоть и ни шатко ни валко, но шагала, пока что, в верном направлении. Порой поглядывая на сторону. Может, он вообще бисексуал? Но тогда ему должны нравиться все парни, а не самый богичный из них, черт возьми. У мистера Старка даже свой олимп имеется — чем башня Старка не олимп? Мстители оттуда хоть и съехали в более комфортную локацию, но факт остается фактом — офисы «Старк Индастриз» по-прежнему на месте.       И Питер понятия не имел, как классифицировать этот свой «интерес». Он за всю жизнь никогда не был так странно в ком-то заинтересован. Зациклен.       Вздохнув и бросив косой взгляд на безучастного водителя, которого он сегодня увидел первый раз в жизни, Пит выудил телефон из кармана и, пару минут покопавшись в неактивных последние пару дней Твиттере и Инстаграме, чирканул Неду сообщение о своем сегодняшнем возвращении в строй, с трудом нажав на кнопку отправки — похоже, не только экран потрескался, а еще и сенсор поврежден. Класс, новый мобильник появится точно не скоро, а чинить самому — запчасти на айфон далеко не дешевые, действительно дешевле будет уже просто устроиться на подработку и накопить на новый, не такой модной модели, а просто рабочий. Тем более, что Питеру абсолютно без разницы, с каким мобильником ходить — лишь бы работал, а этот ему уже очень давно подарили на день рождения тетя Мэй с дядей Беном. Вот и ходил с ним Питер скорее как с дорогой памяти вещью.       Сейчас же побитое устройство больше напоминало душевное состояние самого Питера. Не воплощало — потому что он не ощущал себя настолько покоцанным, и если бы Пита попросили описать свое состояние, он, наверное, привел бы в пример маленькие, почти незаметные издалека трещинки на картинах художников прошлых веков.       Ответ от друга примчался практически мгновенно: «Тебе повезло, чувак, ЭмДжей еще вчера сказала, что лично придушит тебя, если не придешь на сдачу вашего проекта».       Неуверенно прогнав в голове информацию по проекту, Питер хмуро ответил Неду, что по плану он должен быть представлен только через несколько дней, но никак не сегодня — он точно помнил, что сдача назначена на понедельник, впереди определенно были еще целые выходные на повторение и зубреж материала, на который ранее, выполнив с Мишель самую важную часть, он благополучно забил до лучших времен.       Нервно поводив пару минут пальцами над экраном, Пит так и не дождался ответа от обычно мгновенно отвечающего на смс в любой момент — и именно сейчас этого, как назло, не делающего! — друга, вышел из диалога и парой кликов, еле сдерживая нервную дрожь, отыскал контакт друга в журнале вызовов и совершил звонок, чуть смущенно скосив взгляд на безучастного водителя, который в ту же секунду нажал на какую-то скрытую кнопку, после чего непрозрачная перегородка между передними и задними сидениями поднялась, отрезая Питера от единственного человека в автомобиле.       — Нед, что за подстава? Почему я узнаю, что этот сраный проект перенесли, только сейчас? В день сдачи? — сходу вспылил, едва гудки прекратились, а на том конце послышалось тихое дыхание, отлично осознавая, что за тонированным стеклом не слышно ни звука. — Почему никто не сказал? ЭмДжей? Ты? Черт, меня не было сутки, сутки, Нед! Что такого успело произойти, пока я там пытался не вскрыться при виде этой железной задни…       — Питер, — вклинился в становящуюся гневной речь голос не кого иного, как чертова мистера Старка. Которого Питер только что завуалированно обозвал железной задницей, пускай и не совсем успев договорить. В способности неожиданного и нежданного собеседника додумывать недосказанное Питер сомневался в последнюю очередь.       — З-здрасте, мистер Старк, — сразу сдулся Питер, уже начиная осознавать масштаб возможной катастрофы. Грандиозный масштаб. И это если повезет.       — Какие неожиданные перепады настроения, паучок, — прозвучавший из динамика смешок оказался неопознаваем по эмоциональной наполненности, и Питеру оставалось только гадать, зол Старк, просто рассержен, или, может, вообще счастлив — что, естественно, маловероятно, если не невозможно. Но прикинуть все же стоило.       — П-простите, — еще раз запнулся, не в силах совладать с дрожащим от шока голосом, и поспешил оправдаться: — Я номером ошибся, хотел позвонить Неду. Лидсу. И, наверное, не туда нажал, простите, до свидания, мистер Старк! — едва разделяя слова паузами выпалил Питер, около десятка раз нажал на мигающую красным трубку на экране и, высоко пискнув, отбросил смартфон в неизвестном направлении. На дисплее белым по черному все еще светилось «Мистер Старк».       Блядский. Сенсор.       Удары лбом о стекло, ведущее наружу, ощущались как нечто спасительное, мешающее пробраться в голову мыслям о сказанном, мыслям о том, что только мог подумать мистер Старк, о том, что его, скорее всего, будет ожидать серьезный разговор. Мистер Старк любил разговаривать. И доводить Питера до ручки в его извечном смущении тоже любил.       Судя по глухому звуку и тихому треску, телефон последовал примеру бестолкового хозяина и влетел в, к счастью, закрытое окно, наверняка заполучив еще пару трещин — мало ему было приложиться о стену высотки, — а сомневаться в прочности старковских стекол не приходилось. Завершил он свой путь где-то под сидением, прежде вдобавок стеклу стукнувшись еще и о дверь.       Взывать к Богу тоже как-то не хотелось — занятие заведомо бесполезное, ведь, будь он реален, то восполнил бы недостающий — отсутствующий — запас разумности Питера.       Оставалось надеяться, что режим встреч с мистером Старком не участится, и ему дадут хотя бы пару-тройку дней на «поостыть». Но чутье нашептывало, что зря он надеется, шиш ему, а не спокойствие — спокойствие, которого его лишила уже такая далекая первая встреча с Тони Старком.