Питер Паркер и его фантастические фейлы

***

      Питер неуклюже присел за стол и откинулся на стуле, стараясь не цепляться взглядом за футболку, надетую на мистера Старка — потому что это пиздец чистой воды, он, хоть и посмеялся над ситуацией вполне искренне, желал провалиться на пару этажей пониже, чтобы спокойно покинуть бренный Нью-Йорк и отправиться в Тибет постигать дзен.       На нынешнем этапе своего умственного, физического и духовного развития Питер постиг только пиздец. И, как дополнение к этому весьма прискорбному навыку, обширный запас обсценных слов и периодическая неспособность контролировать речь на их отсутствие.       — А теперь, милые… — выразительный взгляд от Мэй, брошенный с противоположной стороны кухонного стола, заставил поежиться и отвести взгляд — и это при полном отсутствии какой-либо вины! Имея за плечами реальную причину для подобных взглядов, Питер редко выдерживал долгий и проникновенный разговор, как это у них с тетей бывало, предпочитая замолкать и, понурившись, пялиться в выбранную случайным образом точку в пространстве и всем видом изображать покаяние. — А теперь мне нужны факты, причины и подробности о том, как вы, мистер Старк, оказались в постели моего несовершеннолетнего племянника, — хмурый взгляд вынудил даже такого стойкого до внимания человека, как Тони Старк, спрятать нос в огромном стакане, наполненном крепким кофе. — В то время как тот должен находиться на занятиях в школе, — Питера, едва обрадовавшегося тому факту, что вниманием его обделили, настиг колкий взор и не менее колкая фраза.       — Все донельзя просто, Мэй, — почти снисходительно сказал Старк, когда Питер уже был готов начать говорить — или отговариваться… — Я там, ну, как бы поприличнее выразиться, — хохотнул мужчина, фыркнув в булькнувший напиток, — спал? Да, точно, спал.       — Да, мы спали, — в согласии с высказанным склонил голову Пит, а после залепетал, бросив раздраженный взгляд на сидящего рядом наставника: — В смысле сна, если что, тетя Мэй, ничего криминального. А все, что пишут в интернете, по-прежнему вранье.       — А одежду он твою носит по какой причине, милый? — будь голос родственницы осязаемым, Питер уверен, из него неминуемо посыпался бы чертов сахар. — Да и у тебя наряд… Специфичный, я бы сказала. Вам точно нечего мне сообщить? Никаких… Интересных новостей? — уже более спокойно вступила она, поставив локти на стол и пристроив подбородок на сцепленных в замок руках. — Я пойму, не ханжа. Да и Питеру довольно скоро восемнадцать… — задумчивые нотки проскользнули в чуть притихшем голосе. В Питере же, наоборот, все восстало — а в частности протестующая подростковая натура, которая требовала справедливости. То есть его до этого чихвостили фактически ни за что?!       И Питер, безусловно, знал, что Мэй не ханжа, но одно то, что она косвенно согласилась принять — так ведь? Он же не ослышался и не уснул? — гипотетические отношения между ним… Между ним и… И Тони ебаным Старком!       — Да что ты за тетя такая! — с негодованием воскликнул Питер. Нет, он ждал много, но явно не такого! То есть он это сам у себя не принимает, волнуется о том, что подумает сердобольная тетушка, а у нее уже все принято. Ему она, конечно, накануне втирала диаметрально противоположное! — Да как ты… Да он же!.. Он же… Он же, блин, почти дед! — выдохся на последнем слове, хмурым и яростным взглядом пронзив тетушку и ткнув пальцем в плечо соседа по столу, постели и несчастьям. Насмешливый взгляд, полученный в ответ, добавил его общей хмурости еще процентов пять сверху.       — Полегче, парень! — прозвучало слегка сконфуженное от владельца пострадавшего плеча. — Я тяну максимум на папочку, какой дед? Ты вообще в курсе, сколько мне лет?       — И сколько же нынешним папочкам лет, мистер Старк, если не секрет? Или точнее будет сказать железным папочкам, да? — вспыхнул он, озаренный воспоминанием, переведя внимание на виновника его последних проблем с самоосознанием. — Почему вы вообще сразу себе такой никнейм не взяли, а, я искренне не понимаю!       — Во-первых, мне тридцать семь, как вообще можно не знать, сколько мне лет? Как ты можешь быть моим подопечным и не знать этого? Ты меня с днем рождения поздравлял, Паркер, что с тобой не так? — насмешливо ответил Старк, выразительно глянув на палец упершийся в плечо, который Пит, побледнев, а потом и снова покраснев, сразу же убрал. — А во-вторых, если бы каждый встречный-поперечный меня так называл, это потеряло бы всякие краски, Питти.       — О да, краски, они же…       — Молодые люди, — вклинилась Мэй в едва начавшийся монолог Питера, который, судя по виду, останавливаться не собирался еще долго. — Прошу повременить с выяснением личных отношений. Я все поняла, расходимся по углам ринга и культурно обсуждаем дальнейшие действия, — без эмоций высказалась женщина, откинувшись на стуле, в точности копируя позу Питера.       — Да какие обсуждения, — буркнул Питер, покосившись на сидящего как ни в чем не бывало наставника. — Я, в принципе, еще успею не опоздать на испанский, так что, с вашего позволения… — стул с мерзким скрипом отодвинулся от стола, и парень за мгновение выскользнул за дверь, направившись в собственную комнату. Нет, плакат он теперь точно снимет. И толстовку с Каспером постирает и засунет куда подальше — от греха и всего сопутствующего. Точно.       — Подростки, — легкомысленно хихикнула Мэй, когда рука уже легла на ручку закрытой двери своей спальни.       — За деда обидно, — приглушенный голос мистера Старка полоснул по нервам, заставив вздрогнуть и снова раскраснеться — раз уж он в пылу назвал Старка дедом, то он что, латентный геронтофил теперь? Или и был всегда?       Странной и немного стремной мании к наставнику, блядскому, блин, «железному папочке», различные формулировки и отрицания не отменяли ни коим образом.