Перерождение

— Это ужасно. Мы ведь даже не могли предположить, что он в этом не виноват, — видимо, Наташе материнский инстинкт в голову ударил. Какого черта она меня жалеет, неужели непонятно, что не стоит этого делать. Для меня это триггер. — А почему он так к жалости относится? — Он считает это унизительным, — это Питер, его голос я всегда узнаю. — Ну, быть может, не стоит его жалеть? — Старк. Хоть до кого-то дошла эта истина. — Он не заслужил этого. Мой брат казался мне таким беззаботным. Он был озорником, эгоистичным таким. Я ошибался. И как теперь с ним разговаривать, если я так перед ним виноват? — Не знаю, без обид, конечно, но он кажется мне весьма жестоким. — Локи не жестокий, Мистер Старк, вы ошибаетесь, — я невольно умиляюсь тому факту, что Питер оправдывает меня перед героями Земли. — Питер, он смеялся, смотря новости, и как оказалось плачевные для обычных людей. — А что если он смеялся с чего-то другого? — Питер, ты палишь нас, остановись, — Может, он просто вспомнил шутку и посмеялся с нее? У всех ведь такое бывало. — Не бывало. — Тоже нет. — Мой брат действительно немного жесток. Однажды, мы отправились на охоту. Хотели поймать стаю волков. Но мы не были готовы. Я и мои друзья пытались отбиться, а Локи не успел увернуться. Один из волков сломал ему пару ребер. Я так испугался за него. Хотел уже бежать спасать, а он просто взял и вставил огромный клинок тому прямо в позвоночник. Он всю стаю перерезал у нас на глазах. У него так по-звериному глаза сияли, я никогда не видел его таким. А ведь мы были совсем юны, — я помню тот случай. И я действительно очень разозлился. И да, сломал псине позвоночник одним ударом. И стаю тоже прирезал сам. Мне долго это припоминали, уже после этого стали монстром называть. И всем как-то пофиг, что я просто спас нас. — Но ведь он помог вам! К тому же, причинить вред этим волкам было вашей целью! Или было лучше, если бы те звери загрызли вас? — от Питера я вообще не ожидал подобного. Он ведь даже преступников не карает, лишь сдает полиции. — Почему ты защищаешь его? — Локи не жестокий, разве что только на поле боя, но ведь это можно оправдать! — Это не оправдать, Питер, успокойся. И хватит так за него заступаться, поверь, он того не стоит. — Изволь выбирать слова, Локи мой брат, и каким бы он не был, я не допущу такого обращения к нему. — Уже допустили. Он немного, но рассказывал. Ваши друзья насмехались над ним. Вы не реагировали, — поразительно. Наверное, зря я рассказал это Паркеру. Но я польщен его попытками убедить этих идиотов в моей безобидности. Какой наивный парень. — И ты веришь ему? — Он прав, Старк. Я действительно игнорировал насмешки со стороны друзей. Я не думал, что его это обижает. Я ужасный брат. — Тор, это не так. — Я сказал Локи, что он худший брат, потому что он не смог смотреть, как Танос убивает меня, и отдал ему тессеракт. А потом он умер, как выяснилось специально. Но мне от этого не лучше!       Да уж. Это действительно было неприятно, но так предсказуемо. Я даже удивлен, что он кается. Наступила тишина, всем нечего сказать. Питер собирается уйти, оправдываясь тем, что поздно и ему пора спать. Тони попытался что-то сказать, но Пит даже не стал слушать, вышел из комнаты и закрыл дверь. Он не заметил меня и видимо собрался идти дальше по коридору. Я перехватил его руку, и с развороту толкнул к стене. Я сделал это слишком резко, из-за этого пришлось подложить ладонь к его затылку, чтобы он об стенку не ударился. А еще я внепланово оказался слишком близко к нему. — Надо поговорить, — я пытаюсь отшагнуть назад, но он взял меня за руку, притянув обратно. Сразу же кладет свободную руку мне на затылок, утягивая в поцелуй. После всего, что он сегодня обо мне узнал, это самое непредсказуемое действие, которое он только мог выкинуть.       Я недолго простоял в ступоре, малейшее мое движение губами, а Питер уже теряет контроль. Аккуратный поцелуй превращается в нечто слишком страстное. А меня все устраивает, особенно тот факт, что из-за разницы в росте Питер привстал на носочки. Он берет обеими руками мое лицо, пытаясь еще сильнее углубить поцелуй. Жадина. Все, что я могу о нем сказать. Иначе как еще объяснить, почему он так меня целует. Как в последний раз, явно наслаждаясь каждым мгновением. Я чувствую, что ему нужна передышка и медленно отрываюсь от его губ. Стоим, как дураки, лбом ко лбу. Он так близко, я чувствую его сбитое дыхание.       Питер обнимает меня, но потом убирает руки, чтобы заправить мои растрепанные волосы за уши. Должен признать, это романтично. Я упустил момент, когда стал сентиментальным, Питер просто сломал меня, но мне уже все равно. Я отступаю назад, все же мне надо поговорить. Наступает пауза, эта минута кажется бесконечностью. По глазам понимаю, что у Питера появилась спорная идея. — Локи, ты выдержишь мой вес? — Что…?       Я не успел договорить, потому что Питер просто запрыгнул на меня. От неожиданности я начал терять равновесие и попятился назад. С нехилым ударом прислоняюсь к стенке и понимаю, что Питер подложил свою ладонь мне под затылок, чтобы я не ударился. У меня не получилось обдумать хоть что-то из произошедшего, Паучок целует меня. Жадно и так страстно. Я не понимаю, как его держать. Питер и сам отлично держится, но из-за того, что сползает он, сползают и мои штаны. Это я считаю недопустимым. Черт, мои руки прошлись по всей длине его ног, но удобней от этого не стало. Не разрывая поцелуй, я поменялся с Питером местами, теперь он прижат к стенке. Так гораздо удобнее. Ему опять нужна передышка, и я переключаюсь на его шею. Пока он пытался отдышаться, я целовал его ключицы. А еще я укусил его за плечо. Я правда пытался воздержаться, но все же оставил засос, на что получил стон. Питер прикрыл рот рукой, понимая, что шуметь вообще никак нельзя. Я пропустил смешок. Мы опять целуемся, но в этот раз Пит пытается расстегнуть мою рубашку. Мысли путаются, я не могу сосредоточиться на чем-либо. Все меркнет на фоне этого поцелуя. Весь мир перестает существовать. А Питер откровенно лапает меня. А ведь казался таким безобидным. Он вообще-то засмущался, когда я его с щеночком сравнил.       Стало жарко. Особенно когда Питер поерзал, все так же вися на мне. Вот от этого реально стало горячо, даже Муспельхейм с этим не сравнится. Я простонал ему в губы, от чего у нас обоих просто крышу сорвало. Моя рубашка улетела в никуда, точка невозврата достигнута. Поцелуев становится недостаточно. Это безумие. — Какого хуя здесь происходит? — удивительно эмоционально, до срыва, звучит голос вышедшего Старка. — Я объясню! — напугано обещает Питер, но объяснять нет нужды, и нечего даже.       Я стоял в ступоре, не решаясь даже Питера на пол опустить. Стою, как дурак, растрепанный, без рубашки, и с Паучком на руках. Что именно Паркер собрался объяснять Старку, я так и не понял. Но я посмеялся про себя с этой ситуации. Смешно же, ну. — Ну давай, карапуз, объясни мне и без того очевидные вещи. Я даже слушать ничего не хочу, только прошу, сходите в душ и идите спать, по-отдельности!       Он что, даже не подумает, что я околдовал Питера в корыстных целях? На самом деле меня больше волнует вопрос, как долго он простоял там, и если достаточно, то почему сразу не остановил нас? Любовался видом? Ладно, проехали. Я забрал рубашку, которая валялась в углу, и двинулся в свою комнату. Только потом обратил внимание на Питера. Он был просто в сумасшедшем смущении. Покраснел настолько сильно, что это было видно даже в гребаном полумраке. Выглядел он так, будто сейчас расплачется. В голове проскользнула мысль частично стереть Старку память. Я подошел к нему и взял за руку, чтобы повести за собой. Я собирался проводить Питера до его комнаты, а там уже разойтись. Только сейчас до меня дошло, что Питера бьет дрожь. Неприятно.       Мне пришлось наложить на Питера успокаивающие чары, так как он был не в состоянии успокоиться самостоятельно. Осталось дойти с ним под ручку до комнаты. Сначала уложу его спать, а потом пойду домой. Без Тора, он тут остается. Черт, уже четыре утра, ебануться просто.       Еле-еле разобравшись с несчастным Питером, я, в состоянии картошки, пополз домой. Я рад, что останусь дома один, люблю спокойствие, а с Тором об этом и не мечтать. Логично, что квартира встречает гробовой тишиной, и чего лукавить, я просто счастлив. После освежающего душа, я решил прибраться в комнате. Я никогда не был чистюлей, и откровенно захламляю комнату, а потом убиваю день на то, чтобы разобрать это дерьмо. Даже живя во дворце, я запрещал слугам убирать мои покои, боясь, что они сделают что-то не так. В это время все подростки спят, ну, а я убираюсь в комнате под любимую похоронную музыку. Как бы иронично не звучало, я хотел бы жить, как минимум, ради похоронной музыки. Просто это так красиво, и хочется слушать эту мелодию вечность. Что я усиленно стараюсь делать, слушая песни такого рода чуть ли круглые сутки, лишь бы наушники были под рукой. Сами наушники стали необходимостью для меня. Я купил несколько запасных пар, и куда бы не пошел, они всегда валяются в кармане толстовки. Вполне можно назвать зависимостью.       Не хочется признавать, но моя комната стала очень мрачной. Раньше эта комната принадлежала ребенку, поэтому изначально тут были розовые обои с принцессами, из-за чего Тор долго подъебывал меня. Я сделал капитальный ремонт, не тратя деньги, а просто наколдовав все, что считал необходимым. Тор не был доволен таким раскладом, считая, что мы должны жить, как смертные. Идиот, не больше.       В школе все было так же. Я разобрался с математикой, физикой и химией. Эти науки не сложные, просто отличаются от тех, что я учил еще ребенком в Асгарде. С Питером мы пересекались, но не больше. У него есть школьный друг Нед Лидс, и мне не хотелось быть причиной конца этой дружбы. В основном я общался с Пити в не школьное время. Это всех устраивало, и действительно было удобно. К тому же я просто обожаю ходить по школьным коридорам с похоронной музыкой в наушниках. Жизнь прям так и прет.       Очередной школьный день подошел к концу. У Питера стажировка и он, ни с кем не прощаясь, мчит геройствовать. На деле же он котиков с деревьев спускает, да дорогу до торгового центра подсказывает. Зато ему не грозит опасность, что утешает его тетю и Старка. Быть может и меня.       До дома я добрался спокойно, огорчало только то, что Тор сегодня весь день дома. Просто когда брат дома у меня не получается избежать общения, а поскольку обсуждать нам нечего, разговоры выходят отвратительными. Делать нечего и мне быстро стало скучно. В голове сразу родилась мысль подъебать Тора. Какой-нибудь детский трюк на уровне поменять соль и сахар. Мне было лень думать над этим, я славился шалостями, но мне надоело каждый раз придумывать что-то новое и гениальное. Короче, я снова превратил его в лягушку. Мы пили чай (в его случае пиво) и я просто молча заколдовал его. Мне понравилось то, что он упал в свое же пиво. Все так же молча я ушел в свою комнату, сказав, что чары спадут через час или два.       Шалостью это не назвать, местью тоже. Ему может показаться, что сегодня я не в настроении, но я не могу сказать обратного. Потому что мое эмоциональное состояние в последнее время можно описать фразой «ни живой, ни мертвый». Поэтому остаток дня прошел невесело. На удивление, Тор даже не злился, не орал на меня. Подозрительно, однако.       Уже поздним вечером, когда я сидел на подоконнике и наслаждался тишиной, в окно постучали. Да, в окно, если бы это не стало привычным для меня, я бы свалился на пол, но я лишь открываю человеку-пауку окно. Питер снимает маску и улыбается. Ну вот щеночек и все. Я создаю светящиеся магические сферы, чтобы осветить комнату и не идти к выключателю. Питер восторженно вздыхает. — Тетя Мей в курсе? — На счет ночевки да, но тут возникла проблема. Думаю, тебе стоит знать. Ты ведь знаешь, что я любитель всяких памятных штук, ну и фотографироваться, — он замешкался, отвел взгляд, положил руку на шею. — Ближе к делу, Питер. — В общем, у меня на ноутбуке была отдельная папка с нашими фотками, и тетя Мей добралась до нее. Сама проблема в том, что в той папке были и те фотки из парка аттракционов, и как бы вот.       Я стоял, осознавая, что Старк и тетя Мей знают. И я даже не знаю, как реагировать, потому что это не всея трагедия, но и тортик по такому поводу не купишь. — Как это вообще произошло? — мне действительно интересно. — Ей нужно было зайти на почту с моего ноута, потому что ее был разряжен. Ну я дал, сам продолжил заниматься своими делами, а она вышла куда-то и мой ноут оставила. Я подошел посмотреть, а она папку с фотками не закрыла. Но есть и хорошая новость. — Ну давай, добей меня, — я смеюсь. А как иначе? — Вышло так, что она не знает, что я знаю о том, что она знает.       Тут я заржал в голос. Смеялся я долго. Питер был рад, что я так отреагировал. А разве тут возможно реагировать иначе? Я заверил Паркера особо не париться за этот счет, и мы благополучно продолжили веселиться. Даже шуметь можно, все равно я поставил заглушающие чары. Мы поиграли в видеоигры, подрались подушками, в итоге Питер устал, и мы долго валялись в обнимку. Уже поздно и пора спать. Вполне логично, что Питер так быстро утомился. Насыщенный школьный день, супергеройские дела, ребячество со мной. Позже выяснилось, что Пит не взял сменную одежду и мне пришлось отдать свою футболку на ночь. Мне было лень надевать другую футболку, поэтому решил спать без нее.       Так и проспали всю ночь, в обнимку. А проснулся я из-за громкого возгласа Тора, он буквально ворвался в комнату и заорал «Подъем, детка» или что-то в этом роде, я не разобрал. А вот его дикий ржач я разобрал отлично. — Какого хуя, Тор?! — я кидаю в него подушку в то время, как Питер высовывается из-за моей спины. — Локи? Что происходит? — невероятно растрепанный Паркер пытается продрать глаза и понять, что происходит. Тор быстро замолкает, в шоке зажав рот рукой, как бы не веря своим глазам. Шутка официально вышла из-под контроля. — Пошел вон из моей комнаты! — я кидаю в Тора тапочек и он действительно спасается бегством. Завтрак обещает быть сложным.