Перерождение

      Я не совсем понимал, что делать. Да я даже не ебу, как Тор это пережил и что с ним там. Хотя я искренне сомневаюсь, что мне интересно это знать. Время пять утра, что за херня? Тор по выходным до часу дня дрыхнет, а тут подскочил ради прикола. Увижу, уебу за то, что в комнату и без стука. У меня даже на двери висит табличка «НЕ ВХОДИТЬ! ТОР, ЕСЛИ ТЫ ЗАЙДЕШЬ БЕЗ СТУКА — ПРОПИШУ В ЕБЛЕТ!». Спрашивается, что ему там, блять, не понятно?       Питер, осознав, что только что произошло, начал паниковать. Потому что Старк на пробу отреагировал спокойно, тете Мей, кажись, вообще по кайфу, а как Тор отреагирует, попробуй, угадай. И все потому что мой брат — непостоянное чмо. Ладно, похуй, разберемся. Питер спрашивает, что теперь мы будем делать, я заявляю, что собираюсь еще немного поспать, и действительно падаю на кровать. Питер улыбается, вновь обнимает, и что-то мне так тепло и уютно. Даже двигаться не хотелось. Спросонья понимаю, что Питер ушел через окно. Выхожу из комнаты, и тут же пересекаюсь с Тором, который шел в гостиную. Он даже не посмотрел в мою сторону, зараза. Я умылся, позавтракал, интуитивно собрал учебники (я не держу в голове расписание уроков) и собирался выходить. — Локи, погоди. Ты ведь это не серьезно? — я даже удивлен. Его это волнует? Я скалюсь, прищурив глаза. — Боюсь, что ты, Тор, не тот человек, которому позволено лезть в мою личную жизнь, — я процитировал его же, во время нашей ссоры, после которой я разнес тот зал. — Все еще обижаешься за тот случай? — Нет, не обижаюсь. Но и забывать не стану. Пока.       Я вышел из квартиры и направился в школу. Наконец-то я могу расслабиться под успокаивающую музыку. Нихера она не успокаивает, все-таки это чертов рок, но для меня она, как манна небесная, хули. На любимом моменте песни, орущей в наушниках, на мое плечо упала чья-то рука. Ко мне подошли сзади и вот так поздоровались. Из-за неожиданности, я был готов защищаться. Неожиданно поворачиваюсь, хватаю чужую руку, резко тяну на себя, и подставляю кинжал к горлу обеспокоенного смертного. Он явно ожидал другой реакции. Это Нед Лидс, друг Питера. Я думал, он ходит другой дорогой. Ой, а я его напугал, да? Убираю клинок, отступаю на шаг, и с большим разочарованием убираю наушники. Ну что за день такой, только утро, а уже все паршиво. — Ты что-то хотел? — заставляю очнуться замершего в испуге подростка. — А ты всегда с собой ножики носишь? — парень очень шокирован, хотя я не сделал ничего такого. — Ты что-то хотел?! — прозвучало больше как агрессивное утверждение. Просто, если ты заставляешь человека оторваться от музыки, имей хотя бы уважительную причину. — Д-да, — у него дрогнул голос, — просто ты вроде как с Паркером ладишь, вот я и решил познакомиться. Я могу уйти, только скажи.       Это весьма забавно. Я больше полгода тут торчу, и с самого начала учебы тусовался с Паркером, но Неду хватило смелости познакомиться только сейчас, и я все равно его напугал. Я не знаю, что сказать. С одной стороны, я вполне могу заткнуть уши наушниками и идти в свое удовольствие, а с другой, это не так уж и прилично. Я, конечно, мудак, но меня воспитывали как принца. Я надавил пальцами на виски, и согласился один раз дойти до школы с кем-то помимо Питера. Первые минуты шли в полной тишине, и она неприятно давила на меня. Будто я обязан заговорить первым. — Питер очень дорожит твоей дружбой, верно? — так и быть, я начну диалог первым. — А? Да, я надеюсь на это, — парень приуныл. Неловко вышло. — Что-то случилось? — спрашиваю чисто из вежливости. В душе мне похуй. — Ну, он очень часто отвлекается, иногда так задумывается, что даже не слышит меня. Мы перестали устраивать ночевки. А недавно я узнал, что он был на вечеринке у Томпсона, представляешь?! Он даже не сказал мне об этом.       Тут до меня дошло сразу несколько вещей. Теперь друг Питера считает, что мне и вправду интересно его нытье. Блять. Так же Нед не знает о моих каких-никаких отношениях с Паркером, а сам Питер обходится с другом, как минимум, хуево. И по факту — из-за меня. Увижу, вставлю пизды, мне вот прям так дохуя нужна ответственность за чужую дружбу. — Ты в обиде на него? — мой вопрос прозвучал так, будто я делаю великое одолжение. Впрочем, так и есть. Я мог бы не лезть, и они бы разбирались самостоятельно, но вот я здесь, выслушиваю это дерьмо. — Не совсем, я просто не могу понять почему. Почему он даже не сказал, что пойдет на вечеринку? Почему врет и оправдывается? — Знаешь, на счет вечеринки. В этом я виноват. Томпсон позвал только меня, но я настоял на том, чтобы Питер пошел со мной. Я не знал, что он с тобой дружит, и тебя там не оказалось, так что вот. — А почему ты вообще позвал Питера? Я знаю, вы общаетесь, но вы не выглядите, как лучшие друзья навеки. Я сомневаюсь, что у него есть на компе папка с названием «best friends», в которой хранятся ваши отбитые, но такие дорогие вам фотки. Впрочем, неважно. Прости, я сорвался на тебя.       О-хо-хо, парень, на компе Питера есть папка похуже чем «best friends», но знать это тебе не обязательно. А еще я не понимаю, какого хуя он на меня срывается. Забыл, как я с ним поздоровался что-ли? — Ты многое не знаешь, так ведь? Не думаю, что стоит говорить тебе об этом сейчас. Просто поговори с Паркером, и не еби мне мозги. Пока, я отключаюсь.       После этих слов, я вернулся к музыке, что все это время играла в наушниках просто так. Ускоряю шаг, продолжаю идти в школу в желанном одиночестве. Нед остался позади. Интересно, неужели лучший друг Питера так мало о нем знает? Я принял решение позвонить Паучку. Набираю номер и жду его ответа. Он отвечает на вызов. — Алло? Ты что-то хотел? — Питер кажется обеспокоенным, я никогда ему не звонил. — Мистер Паркер, я хотел задать Вам один вопрос, — я убеждаюсь, что Лидс не слышит меня, и продолжаю, — какого хера ты творишь? Из-за твоего эгоизма, я был вынужден отказаться от прослушивания любимой песни, на прослушивание нытья твоего друга. Перечислять его жалобы не буду, но знай, что он разочаровывается в тебе. Хватит врать, ты с этим не справляешься! Рассказывай ему все что хочешь, мне похеру, но чтобы он со своими пиздостраданиями больше ко мне не обращался, понял меня? — Н-не уверен. Нед, что, пожаловался тебе на меня? — я понимаю, что Питер растерялся. — Да, поймал на пути в школу, и начал заливать что-то в духе: «Почему он мне врет? Почему пошел тусить, даже не сказав мне?». Прости, конечно, но я терпеть такое не намерен, сами разбирайтесь.       Я отключился. Настроение пассивно-агрессивное, и это только утро. Надеюсь, остаток дня пройдет спокойнее. Стоит ли говорить, что все мои надежды, как и мечты, не сбывались.       Я пришел в школу и уже после десяти минут первого урока захотел уйти. Настроение ухудшалось, а это значит, что я готов вскрывать ебальники всем, кто скажет мне что-то не так. Время текло отвратительно медленно, я уже чувствую неимоверное желание сдохнуть. Лучше бы я сгнил во льдах Йотунхейма. Помню, смеялся над Одином после того, как он сказал, что я жив только благодаря ему. Я просто не мог поверить, что он на полном серьезе заявляет, что спас того, кто всю сознательную часть жизни пытался умереть. Надо будет погуглить, как не заржать на коронации брата, на собственном суде и на своих же похоронах. А то некрасиво получается.       Первый урок подошел к концу, я уже хотел порадоваться, но сюрприз — сегодня дохуя уроков. Я вяло пополз к нужному мне кабинету. Народу много, хотя возможно, это моя нелюбовь к людям так считает. Кто-то мне кричит со спины, я не успеваю повернуться, как Питер с радостным воплем налетает на меня. — Питер, что случилось? — на нас пялятся, и Паучок, стушевавшись, отступает. — Ты сейчас упадешь! — Ну, если еще разок так на меня налетишь вполне возможно, — я перебиваю его, в попытке успокоить, но безуспешно. Он протягивает два билета на концерт одной из моих любимых рок-групп. Я в ахуе немного. Даже не немного. Очень даже. — Ты это сейчас серьезно? — мне просто не верится, что он зовет меня. Я польщен и удивлен. — Серьезнее некуда! Ты ведь пойдешь со мной, да? — А ты смеешь сомневаться? Надеюсь, твой друг не против, — спрашиваю лишь из вежливости! Мне просто нужно знать, ждать еще таких высеров или нет. — Ох, Нед не любит такую музыку, так что все отлично. Мы поговорили и все уладили, спасибо тебе! — За что? — немного удивленно поднимаю и сразу же опускаю брови. — Ну так, ты дал мне пинка под зад, чтобы я все разъяснил, сам бы не допер, — Питер немного смутился, поднял на меня взгляд и лучезарно улыбнулся. Просто солнышко. Так, я отвлекся. Спрашиваю, когда и во сколько концерт, убедившись, что времени дохуя (несколько дней) благодарю Паркера. Я действительно благодарен, что просто удивительно. Увидев новость о туре по Америке этой группы, я и не думал, что попаду туда. Конечно, меня не удовлетворяет мысль о большом скоплении людей, но это все мелочи.       Прозвенел раздражающий звонок, но мое настроение улучшилось, к тому же на литературе Паркер сидит сзади меня. Учительница весьма строга, нарушишь дисциплину, а она спросит биографию самого неизвестного писателя и поставит оценку, соответствующую твоему ответу. На ее уроках мы с Питером иногда переписываемся. Это сложно назвать перепиской, все начинается того, что я просто рисую забавные рисунки, которые относятся либо к учительнице, либо к теме урока. Но не сегодня. Просто мне лень что-то придумывать и рисовать это. От начала урока прошло меньше двадцати минут, я чувствую прикосновение к волосам. Иногда я заплетаю небрежные пучки, но гораздо чаще хожу с распущенными волосами. Сейчас я тоже их распустил. Питер не переставал трогать мои волосы, явно заплетая их в косу. Пожалуй, он единственный, кого я не ебну за прикосновение к моим волосам без спроса. Пару минут, и косичка была готова. Неаккуратная, конечно, и далеко не идеальная, но я все равно поворачиваюсь к нему с самой великодушной улыбкой. Я не заметил, что наступила весна, и солнце светило так, будто хотело сжечь к херам эту планету. У Питера карие глаза, и иногда, когда лучи солнца пытаются его ослепить, глаза светятся теплым оранжевым цветом. Вот и сейчас так получается. Это завораживает. А еще у него стали ярче веснушки, и я не могу не залюбоваться им. Всю идиллию нарушает учительница, которая негодует по поводу того, что я так нагло повернулся на заднюю парту.       Мне приходится развернуться обратно, и я дарю учителю упрекающий взгляд. В ответ на него она травит шутку про голубизну, многие засмеялись. А мне нихуя не смешно. Грозно щурюсь и делаю такую улыбку, будто мне отвратительно видеть ее лицо в принципе. Я считаю эту улыбку предупреждающей, мол, еще что-то подобное и тебе пизда. Нелепо кашлянув, она возвращается к уроку. Это победа. Надеюсь, она больше не будет шутить, потому что шутки травлю тут только я.       Остаток учебного дня прошел спокойно. Не покидала мысль о скором конце этого года. Осталось проучиться чуть больше двух месяцев. Скоро лето, свобода. Хотя я искренне сомневаюсь, что у смертных есть такое понятие. Они никогда не познают настоящую свободу, а вместе с ними и я. Дерьмово.       Выйдя из школы, я принял решение пойти в башню Старка, потому что мне захотелось поиздеваться над кем-нибудь и испортить настроение всем, кому можно. Я Бог озорства, хули. На ходу распутываю наушники, видимо, зря я их в карман кинул, психую и помогаю себе магией. Зеленые искорки прошлись по несчастному комку наушников, в ту же секунду приводя их в порядок. Мои глаза неизменно сияют таким же зеленым. Ничего нового, ничего сверхъестественного, однако я понимаю, что все это время на меня пялился какой-то ребенок. Я развожу руки в сторону и проговариваю типичное «Та-дам!», типа это фокус такой, да и вообще, как я могу быть магом, ты что. Пацан испуганно поглазел на меня, а потом заулыбался, восторженно хлопая в ладоши. Смеху ради я поклонился, благодаря за аплодисменты. После этого счастливая детина побежала к родакам, видимо, горя желанием рассказать о моем потенциале в фокусах. Фыркаю и собираюсь идти, но слышу заливистый смех за спиной. Это Питер решил пойти со мной вместе куда-нибудь. Паркер говорит, что я отлично лажу с детьми, но я отвечаю, что ему показалось.       Я уговорил Питера пойти со мной в башню Старка, так что я зря распутал наушники. Мы идем не спеша, разговаривая о всякой чепухе и смеясь над каждым словом. Сегодня солнечно, и если утром меня это раздражало, то сейчас я счастлив. Мы держимся за руки, это непривычно. Некоторые обращают на нас слишком много внимания, зато мы не зацикливаемся на этом. По дороге зашли в магазин и купили немного еды. Хотя это сложно назвать едой. Газировка, пачка мармелада и немного жевательных конфет. Идем, веселимся, жрем. Идиллия.       Мы спокойно дошли, но в башне Старка оказалось очень мало людей. У них какие-то дела, так что они разбежались кто куда. Класс, мы зря сюда топали. Было решено сыграть в приставку. Со мной лучше не играть в такие игры, ибо я увлекаюсь процессом и становлюсь до ужаса жестоким. Питер уже не раз делал мне замечания по этому поводу, немного пугаясь моего неожиданного порыва убивать. Не немного. Я всегда увлекался боем, из-за этого приходилось страдать. Потому что, когда я начинаю биться, уже не остановлюсь, и буду драться, даже если сам буду на пределе. А потом магическое истощение, которое я так ненавижу. Фригга нередко волновалась за меня, и не желала отпускать на серьезные битвы, которых и без этого было слишком мало. Друзья Тора считали это моей слабостью, думали, что я не боеспособен и так далее. На деле же, я просто мог перестараться и убить любого, кто под руку попадется. Ха-ха, как иронично складывается! Думаешь, что человек не идет на сражения из-за страха за свою жизнь, а на самом деле он просто не хочет перебить абсолютно всех воинов, включая и своих союзников. Думаю, Питеру не стоит знать это, как и видеть меня во время любого боя.       С приставкой мы закончили и решили посмотреть телик. Там как раз шел дебильный сериал. Стало скучно. Заняться больше нечем, и это совсем не радовало. Я устало положил голову на плечо Паркера. Немного задумываюсь над тем, что со мной не так. Я стал сентиментальным. Это просто полное дерьмо, во что я, блять, влез? Отвлекаюсь на сериал, там показывается сцена, где девушка с абсолютно каменным ебалом признается в любви коллеге, а потом уходит нахуй. Коллеге, кстати, тоже поебать. И вот как бы у меня вопрос. Так и задумывалось, или это актеры так отвратно играют? Так или иначе, сцена просто полный провал. Где обещанная драма? Я уже надеялся проблеваться, увидев самую наигранную любовь и так далее. Весь день испортили, ну что за херня? Ладно, я просто издеваюсь. — Локи? — Питер позвал меня, видимо хочет поговорить. — Ась? — я поднимаю голову и выжидающе смотрю на него. Он краснеет и опускает взгляд, пытаясь выдавить из себя то, что хотел. Глубоко вздыхает, поднимает взгляд вновь на меня и пытается сделать моську кирпичом. У него получается, вау. — Я люблю тебя, — он совершенно спокойно сказал мне это в лицо, а я начинаю задыхаться.       Ощущения будто отказали все органы, даже в глазах потемнело. У меня сейчас паника начнется. Нет-нет-нет, нельзя паниковать, я не на дискотеке! Отлично, теперь я хочу истерически посмеяться над этой фразой. Я бы хотел посчитать шуткой то, что сказал Паркер, но тогда бы почувствовал ложь в его словах, но я не почувствовал этого. Зато отлично чувствуется шок. Что мне ему сказать? Что вообще нужно делать? Я ведь не могу выразить ему свое сочувствие, потому что ну хуйня идея это все. Я начал истерически искать нормальный выход из ситуации, но нихуя не получалось. А еще иногда я вспоминал самые отвратные шутки из интернета и едва сдерживал смех. Отлично, теперь Питер может написать статью о том, как сломать кого-либо всего лишь тремя словами. Всего лишь три слова! Три блядских слова, и нихуя не понятно, стоит ли воспринимать их всерьез или нет.       Я очнулся только после смачного леща. В немом шоке и без понятия, что вообще происходит. Через пару минут ситуация прояснилась. Пока я пребывал в шоке, вернулись мстители и поскольку Питер тоже запаниковал, Тор помог меня откачать. О том, что у меня был шок, Паучку поведал И.И. Старка, вот Пит и поднял панику. Теперь брат расспрашивает Паркера, пытаясь понять, что могло напугать меня до такой степени. Я свалил все на внезапный флэшбэк и направился в свою комнату, дабы подумать. Просто пиздец, иначе не скажешь.