Обратный отсчет (Countdown)

POV Питер. Уже привыкший к этому состоянию, Питер проснулся на полу в ванной в синяках, порезах и с оглушающей болью. Было чувство, будто его сбил автобус, но это не так. Реальность была куда хуже. Он быстро обработал раны и начал одеваться. Натянул джинсы, топ с длинными рукавами и джемпер, потому что не мог позволить никому увидеть свои раны. Так же внезапно, как скачет настроение Джорджа, Питер кое-что понял. Все его раны были открыты, а синяки налились темно-фиолетовым цветом. Исцеляющий фактор предал его. Подросток в один момент оказался таким одиноким, хоть дело было и всего лишь в паучьих способностях; их отсутствие заставило Паркера чувствовать себя уязвимым и пораженным в самое сердце. Единственный щит пропал. Питер хотел проверить, мог ли он лазать по стенам, но едва ли у него были силы, чтобы хотя бы встать в полный рост, не то что прилепиться к стене. Укол столь привычного жужжания, которое Питер уже привык притуплять, напомнил парню, что его шестое чувство не оставило хозяина. Оно предупреждало, что Джордж был где-то поблизости, возможно, с другой стороны стены. Стараясь скрыть дрожь, Питер прошмыгнул на кухню. Он увидел Мэй и Джорджа, мирно болтавших на диванчике в гостиной. Как только Мэй заметила племянника, она раскрыла руки для объятий. Под свирепый взгляд Джорджа подросток подошел к тетушке и обнял ее. — Тони будет не очень скоро, — сказала Мэй. — Не хочешь позавтракать и сесть за домашнее задание, пока он не пришел? Питер покорно закивал, хотя изнутри горько смеялся. Домашку? Он закончил ее днем ранее, пытаясь спрятаться от Джорджа. Хватая кусок тоста, он направился в свою комнату, по пути ловя взгляд от Джорджа, который явно говорил: «Не возвращайся, пока не придет Тони, и ты получишь за все позже». Питер приноровился в понимании свирепых взглядов Джорджа за последнее время. После того, как парень съел тост, у него было свободное время, которое нужно было как-то убить, но он все никак не мог придумать, чем заняться. Правда, радовало то, что организму, получившему небольшое количество еды, был дан толчок для пробуждения лечащего фактора. Он чувствовал, как постепенно синяки и порезы начинают заживать, он скучал по чувству завершенности, по возможности не испытывать боль. Питер мог сказать наперед, что день обещает быть замечательным. Пока Тони не разузнает все, ему не нужно было обременять единственных людей, которые о нем заботились. В итоге, парень потратил время, приводя комнату в порядок и удостоверяясь в том, что она выглядит, как комната ребенка, который чувствует себя в безопасности и счастливым. Один взгляд на нее заставил сердце Питера пропустить горький удар. Почему Джордж так сильно его ненавидел? Что Питер ему сделал? Почему именно он? И почему он никому не рассказал об этом? С ними говорили об этом в школе много раз, показывали видео, «если кто-то причиняет вам боль, расскажите кому-нибудь» и «вы не должны страдать в тишине». Так почему он делал это? И тогда его супер слух уловил что-то, доносящееся из гостиной. Смех. Мэй смеялась намного больше, чем раньше, у нее стало больше свободного времени. Конечно, хоть подросток и должен был находиться в своей комнате и не мог проводить время с ней, но тетя была счастлива. Вот почему Питер никому не говорил, он пройдет через что угодно ради Мэй. Стук во входную дверь одновременно заставил Питера замереть в ужасающем напряжении и наполнил его облегчением. Тони был здесь. Парень выбрел из своей комнаты прямо к Джорджу, но тут же были и Мэй, и Тони. Как могла быть одна комната наполнена людьми, о которых он заботился больше всего на свете, и человеком, которого он ненавидел больше жизни? — Питер! --послышался голос Мэй. — А вот и он, Тони. Просто делал домашнее задание. — Привет, карапуз, рад тебя видеть. — Паркер не смог сдержать улыбку, ставшую в два раза шире при виде Тони. «Я скучал по вам,» — кричало сознание парня. Он держался изо всех сил, чтобы не подбежать к миллиардеру и не сказать, как сильно он по нему скучал. Но вместо этого он подошел к Мэй, обнял ее и повернулся к Тони. — Здравствуйте, мистер Старк. Простите за то, что мне пришлось рано уйти в пятницу. — Тут ему пришлось замереть на секунду — нужно было придумать оправдание. — Много всего нужно было сделать. — Питер внутренне сжался от собственных слов, и он видел, что Тони они озадачили, но он больше не настаивал. — Слушай, Питер, что думаешь о том, чтобы мы с тобой сходили за едой? — спросил Джордж, как всегда разрушая момент. По какой-то причине он просто не мог допустить, чтобы Питер был счастлив. Тони, должно быть, заметил колебание со стороны Питера или просто хотел провести больше времени с ним, поэтому повернулся к Джорджу и произнес: — О, нет, все нормально, я сам схожу за едой с Питером! Джордж сузил глаза и отправил подростку убийственный взгляд, который ни Мэй, ни Тони не заметили. — Нет! Ты наш гость! Мы с Питером сходим и купим все, а вы с Мэй можете пока поболтать. Верно, Питер? Питер осознавал смысл, таящийся в словах Джорджа: «Иди, или не поздоровится». Так что паучок кивнул, прежде чем добавить: — Все хорошо, Джордж и я выбежем и возьмем все, что нужно. Одна нога здесь, другая там. Тони явно не был в этом уверен, но кивнул. Тогда Джордж взял свой бумажник, и они с Питером устремились прочь. — Я так рада, что они начинают ладить. Раньше я боялась, что у них какие-то проблемы, — уловил супер слух Питера, пока они выходили из квартиры. Как же ошибалась Мэй, но он не испытывал ненависти к ней, ведь это все — не ее вина. Питер — тот, кто не сказал ничего. Питер позволил всему этому случиться и отказался лопнуть маленький мыльный пузырь счастья тети. — Пошевеливайся, Питер, — позвал грубый голос, подгоняя подростка, пока они шли по улице. Паркер знал, куда они шли — в ресторан с китайской кухней. До него было всего лишь 2 дома от их квартиры, но даже это слишком долго, когда остаешься наедине с Джорджем. На улице было не особо холодно, однако подросток чувствовал, как начинает дрожать. Обычно Питеру нравились тихие пустые улочки, но не сегодня. Было только несколько человек поблизости, но и они слишком спешили по своим делам, едва ли кидая взгляд на парня. Джордж не сказал больше ни слова с того момента, когда сказал Питеру пошевеливаться, и это заставило парня ощутить бассейн страха в животе. Один взгляд Джорджа сказал ему все, что нужно было знать. Джордж был опасен сегодня. Словно кипящая кислота: опасный при нормальных условиях, но в таком состоянии — даже хуже. Они дошли до китайской кухни, не сказав ни слова, и направились внутрь. Мэй сделала заказ по телефону, поэтому им просто нужно было заплатить и забрать еду. Питер не мог противостоять ужасу, усиливающемуся в нем с каждым шагом. Чем дольше приходилось ждать, тем хуже было на душе, но он чувствовал, что это грядет. — Поставь еду сюда, — резко скомандовал Джордж, указывая на выступ. Питер сделал, как было велено, ощущая, что начинает уже трястись, а не подрагивать. У Паркера едва ли было время, чтобы положить еду, прежде чем первый удар в живот застиг его врасплох. — Что ты сделал?! Ты попросил Мэй пригласить его! Парень попытался ответить, но пинок по голени заставил его мысленно выругаться, а другой удар по ребрам оставил задыхающимся от нехватки воздуха. — Нет, — выдохнул он. — Я ничего не говорил. Еще один тычок под ребра на пару с ударом в ногу. — НЕ ЛГИ МНЕ! — прокричал мужчина. Питер не смог сдержать всхлипы, когда все новые удары обрушились на него разрушительным градом. Он скучал по Тони. Скучал по Мэй. Скучал по безопасности.