Обратный отсчет (Countdown)

POV Тони Тони сделал глубокий вдох, прежде чем постучал в дверь перед собой. Он не знал, почему так волновался, ведь уже много раз бывал в гостях у Паркеров, хоть и не в последнее время. Все, чего он так долго ждал, наступило. Миллиардер, наконец, встретится с Джорджем и сможет снова увидеть Питера. Дверь открылась, и у порога его встретила Мэй, широко улыбающаяся Тони и спешно провожающая его внутрь. Старк протянул ей бутылку вина и огляделся вокруг. Квартира изрядно изменилась с тех пор, как он был тут в последний раз. В целом в ней стало как-то более организованно, будто у людей стало больше времени на уборку, а вдобавок к интерьеру прибавилось больше мебели. — Питер! — протянула Мэй, подзывая племянника. — А вот и он, Тони, просто делал домашнюю работу. — Хэй, карапуз, рад тебя видеть, — сказал гений, замечая, что улыбка Питера тут же стала ярче и шире, и чувствуя, что его собственная улыбка проделала то же самое. Было всего несколько человек, о которых он действительно заботился, и каким-то образом этот чудной ребенок затесался в этот список. Но Тони ни о чем не жалел. Питер прошел к тетушке, обнял ее и повернулся к Тони. — Здравствуйте, мистер Старк. Извините, что я рано ушел в пятницу. — Здесь он на секунду остановился, как будто задумавшись. — Просто было много дел. — Это сбило Тони с толку, но он не настаивал. Почему было ощущение, будто Питер лгал ему? Но зачем ему это делать? Миллиардера обуревали противоречия, но поток бесконечных мыслей был прерван новым голосом, вмешавшимся в разговор. — Слушай, Питер, что думаешь о том, чтобы мы с тобой сходили за едой? — Тони предположил, что это был Джордж. Его смутило то, что мужчина даже не удосужился представиться ему. Как только Джордж начал говорить, Старк узнал его голос: именно его он слышал в пятницу, когда разговаривал с Питом по телефону. Почему-то это ему не нравилось, он все еще не знал, что случилось в тот день. И хотя он теперь знал всех, кто был в этом задействован, оставался большой вопрос — в чем в этом? И это его беспокоило, но не то чтобы он собирался показывать свои эмоции. Помимо всего прочего, Тони был запутам собственной неприязнью, которую он испытывал к этому человеку. У него не было причин не любить Джорджа, во всяком случае, не на том уровне, на котором миллиардер это делал, но что-то явно было нечисто. Это чувство ненависти, будоражащее Старка. Может, дело в легком колебании Питера, которое Старк уловил краем глаза, или в недоверии к этому незнакомому человеку, но он повернулся к Джорджу и сказал:  — О, нет, все нормально, я сам схожу за едой с Питером! — А потом он мог бы отдать подростку часы, которые сейчас лежали в его кармане, и, наконец, успокоиться. — Нет! Ты наш гость! Мы с Питером сходим и купим все, а вы с Мэй можете пока поболтать. Верно, Питер? — произнес Джордж, и Тони почувствовал, что неприязнь к нему только усиливается. Он ощущал, что что-то, определенно, происходило прямо у него под носом, и это ему не нравилось. Питер кивнул, прежде чем добавить: — Все хорошо, Джордж и я сбегаем и возьмем все, что нужно. Одна нога здесь, другая там. Тони не был в этом уверен и не пытался этого скрыть, но кивнул в знак согласия. Джордж схватил свой кошелек, и они с Питером вышли из квартиры. — Я так рада, что они начинают ладить. Раньше я боялась, что у них какие-то проблемы, — прошептала Мэй Тони. Старк же не мог подавить в себе чувство, что эти «проблемы» у них как раз-таки были, но не стал ничего говорить. Он не хотел разрушать счастье Мэй из-за пустых подозрений. Тони и Мэй хлопотали вместе, накрывая на стол и болтая. Через несколько минут бездумной болтовни их разговор переключился на Питера, что и не удивительно. В конце концов, Старк был здесь именно из-за него. — Как он вообще последние дни? — спросил Тони, устраиваясь на новом диване с чашкой кофе в руках, которую ему только что протянула Мэй. Мэй казалась слегка неуверенной, когда отвечала: — Знаешь, он стал довольно замкнутым с недавних пор, — поймав озадаченный взгляд собеседника, она продолжила: — Он очень много времени находится в своей комнате. С тех пор, как к нам переехал Джордж, он стал реже проводить время с нами, и чаще — в одиночестве. — Тони слегка кивнул, и Мэй продолжила: — Сначала я думала, что они с Джорджем не особо ладят, но, кажется, у них сейчас все хорошо. Тони вновь кивнул. — Он казался довольно отчужденным, когда мы виделись с ним в пятницу. Сначала он просто был будто не в себе, а потом и вовсе ушел домой. Я беспокоюсь за него. Тони повернулся к Мэй, чтобы внимательно посмотреть ей в глаза, и обнаружил, что она взволнована ничуть не меньше, чем он. И хотя он это ненавидел, ему стало легче. Ведь это значило, что дело не в нем. Дело не в том, что он полный идиот. — Может, это связано со школой? — предположил Тони. — Не знаешь, может, он из-за чего-то переживает, или его травят? Прежде, чем Мэй могла ответить, послышался звук открывающейся двери, и Питер с Джорджем зашли в квартиру, неся еду. Тони и Мэй обменялись взглядами; они не будут обсуждать это сейчас, но разговор еще не закончен. Старк не мог не заметить то, что улыбка Питера не отражалась в его глазах и что, как только они зашли, Питер переместился поближе к Тони и подальше от Джорджа. И хотя миллиардер очень надеялся, что это всего лишь домашнее задание или школьные задиры, тихий голос твердил, что это что-то большее, но он его игнорировал. Пацан бы ему сказал, если бы это было что-то важное. Не так ли? Вдруг все встали и начали садиться за стол, что и вырвало гения из раздумий. Питер расставлял тарелки и накладывал еду, и все это казалось таким нормальным, таким уютным, таким счастливым. Исключая ту неприязнь, адресованная подростку, которая, по ощущениям Тони, исходила от Джорджа. Каждый раз, когда разговор затрагивал Питера, Джордж менял тему. КАЖДЫЙ РАЗ. Это правда выбешивало Старка. Когда они закончили есть, Питер начал собирать тарелки, Мэй пошла готовить торт (покупной), а Джордж просто продолжил сидеть, даже не шелохнувшись, чтобы помочь. Тони тоже встал, готовый что-нибудь сделать. Он, может, и Тони Старк, но даже он понимал, что нужно помочь хотя бы убрать со стола, пусть ты и гость. — Не волнуйся, ты наш гость! — заверила его Мэй из кухни. — Я не помог вам купить еду, так что помогу сейчас! — ответил миллиардер, отмахиваясь от ее волнения и прихватывая свою тарелку. Прямо под ней приютился маленький клочок бумаги со спешно выведенной «8» на ней. Эта ситуация подтвердила, что наверняка, 100%, именно Питер оставлял записки. Он быстро положил бумажку в карман, пока никто ее не увидел, решив добавить ее в файл позже, и повернулся к Питеру. Как только они встретились взглядом, Питер прервал зрительный контакт и отвернулся, ясно говоря: «Не спрашивай, я не отвечу» — до того, как миллиардер зашел на кухню со стопкой тарелок. Тони понял, что давить лучше не стоило, — намек был весьма прозрачный, — поэтому он молча проследовал за ним на кухню и начал мыть посуду. Он, может, и миллиардер, но все же знал, как делать такие простые вещи, и его популярность не мешала ему замочить рукава (конечно, он к этому не стремился, ведь раковина была переполнена) горячей водой и грязной посудой. Мама Старка всегда с уверенностью говорила, что он должен владеть основными навыками вроде мытья посуды и как пропылесосить в квартире. Мэй пробовала протестовать: — Ты наш гость, Тони, пойди присядь на диван, мы с Питером с этим разберемся. — Но Тони отмахнулся от ее слов и продолжил, как ни в чем не бывало. Он, может, и гость, но он все еще хотел помочь. После того, как он расправился с посудой, он, наконец, последовал совету Мэй и спокойно расположился на диване. Джорджа нигде не было видно, что не составляло проблемы для миллиардера. По сути, он был даже рад, но Питер тоже пропал. Тони был чрезвычайно счастлив, что ему не придется заводить диалог с Джорджем, ведь у них не было ничего общего, даже любви к одному невероятному подростку. Мужчина до сих пор не мог разобраться, почему он так сильно невзлюбил Джорджа, тогда как Мэй просто обожала его. Решив, что Питер, вероятнее всего, в своей комнате, Тони поднялся с дивана и тихо направился туда. Он хотел убедиться в том, что никто не сможет услышать его. По какой-то причине для него было важно, чтобы никто не знал, что он идет. Чем ближе он подходил к комнате подростка, тем яснее ему становилось, что что-то не в порядке. Он все еще надеялся, что просто ошибается, что Питер просто увлечен каким-то занятием, когда услышал это. Змеиное шипение, предупреждающее об опасности и, осмелился бы сказать Старк, полное злобы. Тони на секунду замер перед комнатой Паркера, наклонив голову, прислушиваясь. — Ну же, Питер, что я говорил тебе о… — услышал Тони, и идеи о том, чтобы послушать дальше, тут же испарились. Тони сделал шаг вперед и распахнул дверь. Только одна мысль без остановки пульсировала в его голове: нужно удостовериться, что с Питером все хорошо.