Шиноби из другого мира

Чуство тревоги никак не давало Сакуре заснуть. Наруто уже давно отрубился, и сейчас забавно дергал ногой во сне. Саске же добровольно вызвался дежурить, заверяя, что не устал, хотя, у девушки были свои подозрения по поводу такого поведения Учиха. Валяющаяся рядом более взрослая копия Саске, до сих пор не пришедшая в себя лишь подтверждала эти мысли: он явно хочет поквитаться с братом, пока остальные не будут ему мешать. Девушка перевернулась на другой бок, рассматривая из-под полуприкрытых ресниц недавнего спасителя: тот был надежно перемотан всеми нашедшимися у них запасами лески. Как дополнительная мера предосторожности — повязка на глаза, на которой настоял Саске: для мастера гендзюцу зрение — самое опасное оружие. Хотя, девушка была почему-то уверена, что он не стал бы на них нападать, да и не смог бы: по покрытому испариной лбу, судорогам, временами скручивавшего так и не приходящего в себя парня и бегающими (что было заметно даже под тканью) глазными яблоками, можно было легко догадаться, что он явно не в форме. — Зачем он нас спас? — в очередной раз задалась вопросом девушка-подросток. Ни Саске ни Наруто не стали ей ничего объяснять об еще одном Учиха, отмахнувшись, наверняка всем известными сведениями: что он брат ее сокомандника (о чем можно было и так догадаться), да то, что он нукенин. Но что тогда известный преступник забыл на экзамене?

***

Сакура, так и не придя к никакому выводу, широко зевнула — тепло от небольшого костра уже распространилось по пещере и так и манило заснуть. Девушка прикрыла глаза, мигом забывшись сном, на что сидевший у входа в пещеру Саске облегченно вздохнул: сначала Наруто, потом она. Тоже мне спасатели выискались. Ни один из них не смог бы его остановить, если бы он всерьез захотел бы сейчас убить брата. Умение анализировать подсказывало, что что-то в этой ситуации происходит не так, а поступки старшего брата не очень-то вяжутся с его образом сумасшедшего предателя. Да, тогда он своими глазами видел, как брат добивал членов его клана, но теперь…зачем-то спас его. И до этого он не единожды появлялся перед ним в Конохе, неизвестно как пробираясь туда раз за разом.  — А ведь он никогда не бился со мной всерьез, — мелькнула дельная, а от того не менее раздражающая мысль. Саске с силой сжал и разжал кулаки и снова покосился в угол пещеры, где, скрытый тенями, лежал брат. Подростка терзали весьма противоречивые чуства. Желание отомстить никуда не делось, но мстить этому…полутрупу? Такое было бы слишком жалким и низким даже для предателя. От долгого сидения начали затекать ноги, и подросток решил пройтись по пещере: три метра прямо, два направо и обратно. В очередной раз проходя мимо брата, он остановился и прислушался — дыхание было слишком тихим. Присев рядом, он пощупал пульс (он там не помер еще?) и с разочарованием и малой долей радости был вынужден признать: «живой». Странно, и что же его свалило с ног? Ведь он нормально сражался после того, как заблокировал атаку того змеинного мужика. А хотя, прокрутил в памяти Саске последние минуты сражения, под конец он ощутимо (для шарингана) замедлился, а после и вовсе свалился. По воздействию похоже на яд. Только какой-то странный, с отсроченным действием. Но изначально тот тип хотел атаковать самого Саске. Зачем же тогда было использовать яд? Судя по его способностям (а он наравне противостоял брату), он мог запросто перебить их всех, не тратя ценный ресурс. Значит цель была в другом и это, скорее всего, не яд. Но тогда что? Саске задумчиво прошелся по пещере, просмотрел окрестности (а радиус обзора из этой пещеры, при всей ее внешней незаметности, был впечатляющим) и, не обнаружив ничего подозрительного, вернулся к воспоминаниям. Их недавний противник кого-то напоминал Саске, причем воспоминания эти были об уроках Академии, что-то из разряда истории. Да и брата он сразу узнал, тоже нукенин? Хм… Нукенин, похожий на змею, использующий змеиный призыв и явно знаком с Итачи. Подходил только один кандидат — Орочимару. Но что забыл Змеиный Санин в Конохе на простом экзамене? Хотел испортить дипломатические отношения между странами-участниками? Саске фыркнул такому глупому выводу: для этого тому было достаточно провести одну-две диверсии через подставных лиц, не выходя из дома. Готовится к возможному нападению на Коноху? Этот вариант, несомненно, куда больше походил на правду, но все опять же упиралось в экзамен. Значит, оставался еще один, абсурдный, но удивительно похожий на правду вариант — ему было что-то нужно именно от их команды. Младший Учиха снова и снова вспоминал фрагмент их сражения с Орочимару. Как только они забрели в глубину леса, разительно отличавшуюся исполинскими деревьями от казавшимися на их фоне совсем маленькими обычных зарослей, Саске сразу предложил создать своего рода пароль, позволяющий определить, кто перед тобой: соратник или замаскировавшийся под хенге враг. Ему с развитием второго томое подобная предосторожность была без надобности — он видел истинную сущность человека через иллюзию, но стоило обезопасить лишенных шарингана напарников. Их команда не должна пострадать. Пароль был несколько длинноватым даже для отличавшейся хорошей памятью Харуно, а на Наруто и надеяться не стоило — наверняка сразу забудет. Поэтому, обнаружив перед собой спокойно вышедшего из зарослей и как по написанному оттарабанившему пароль Удзумаки, он даже без использования шарингана мог сказать, что перед ними ловушка. Он хотел было поиграть по правилам противника, подловив его в ответную ловушку, но все испортила Сакура, рванувшая в сторону врага. «Наруто» лишь кривовато и совсем не добро улыбался, слушая объяснения Саске и не стремясь нападать. С последним предложением, тот развеял технику и оказался женщиной в узком платье и широкополой шляпе. Ее взгляд Саске сразу не понравился: оценивающий, гипнотизирующий, словно препарирующий на месте. Она, будто играя, легко подтвердила предположения подростка и, шумно облизнувшись по-змеиному длинным языком, призвала двух огромных питонов. Во всяком случае, Саске надеялся, что эти гадины при всем своем устрашающем размере не являются еще и ядовитыми. Невовремя появившегося Удзумаки одним присестом заглотила змея, а Саске ничего не мог с этим поделать: странная аура ужаса, сковавшая его и дрожащую рядом Сакуру по рукам и ногам не давала даже нормально дышать, не то что пошевелиться. Стоящая напротив женщина в очередной раз широко улыбнулась, вызвав прокатившийся по позвоночнику холодок и широким веером бросила в застывших подростков рой кунаев. Вспыхнувший шаринган просчитал траекторию полета: под удар попадала Сакура — самого Саске максимум бы задели по касательной, но сокомандница не могла уклониться и лишь с ужасом глядела на приближающееся оружие. С трудом пересилив оцепенение, Учиха обхватил ладонью острие куная — вспыхнувшая от распоротой руки боль разом отрезвила сознание и дала время, на то, чтобы, перехватив розоволосую, скрыться в вершине деревьев. — Как и ожидалось от Учиха, — довольно улыбнулась женщина, от чего Саске передернуло, — Ты смог преодолеть страх. Так это была только проверка? Какую силу таит в себе вражеская куноичи, с такой легкостью расправляющаяся с врагами? Словно отвечая на вопрос, та подобно змее заскользила по стволу дерева, стремясь подобраться к генинам. Саске едва успел в очередной раз отпрыгнуть от незаметно объявившейся еще одной змеи, а после уже в полете послать в нее град кунаев. Но странная противница на этом не остановилась: оставшаяся часть команды номер Семь с отвращением и животным ужасом наблюдала, как из шкуры змеи, словно ядовитый плесневелый гриб прорастает тело врага. Едва высуновшись наполовину, она начала говорить: «Глупые детишки. Мне ничего не стоит убить вас». Саске здраво оценивал свои силы и уж тем более способности откровенно слабой Сакуры: они ничего не могли противопоставить этой женщине. Ровным счетом ничего. Поэтому он решил поступиться гордостью и отдать ей свиток. Да, он, возможно, не пройдет этот этап (если они не успеют добыть еще один новый свиток), зато и он и Сакура останутся живы — вполне рациональный обмен. — Забирай, — обратился он к этой змее, отчего она несколько удивленно на него вылупилась, — Тебе ведь нужен свиток, верно? Сняв с молча наблюдавшей за всем Сакуру подсумок со свитком, он перекинул его змее: «А теперь отпусти нас!» Внезапно объявившийся блондинистый вихрь прямо в полете перехватил сумку и приземлился на соседнюю ветку. — Наруто! Так ты выжил! — озвучила мысли Саске Сакура. Сам же Удзумаки, проигнорировав радостный вопль Харуно, с ходу накинулся на Учиха: «Саске, какого хрена ты творишь? Ты не настоящий!» В смысле? Он где-то по пути головой приложился что ли? Разве он совсем не видит, что происходит? — Наруто, идиот. Ты ничего не понимаешь! Она… — закончить Учиха не успел, ощутив, как кулак сокомандника ощутимо прилетает в челюсть. — Ты не настоящий! Настоящий Саске сразу бы сообразил, что она не собирается нас отпускать, датебайо! Слизнув кровь с разбитой губы (я тебе это еще припомню, Удзумаки), Саске все же был вынужден признать, что здравая мысль в словах Наруто была. Что если она пришла сюда не за свитком. — Какой надоедливый, — почти прошипела противница, — Но он прав. Впрочем, это уже не важно. Техника призыва! — Да ты! — Наруто ринулся к ней, на бегу складывая печати, воплотив рядом с собой четверо клонов. — Наруто, стой! — вскинулся Саске, понимая, что сокомандник еще не понимает, с кем связался — Ты можешь погибнуть! — Саске, заткнись. Я сам с ней разберусь, — прокричал этот идиот, почти добежав до противницы. Чтобы через мгновение быть снесенным потоком воздуха от появившейся громадной змеи, в сравнении с которой предыдущие были так…червячки. — Наруто! — испуганно завопила Сакура. Саске это смертельно бесило: один идиот сломя голову пытается сражаться в рукопашку со змеей, способной проглотить еще штук сто Удзумаки, другая — бесполезно застыла на месте, не представляя, что делать. Да, он знал, с кем идет на экзамен и допускал подобное развитие событий, но не подозревал что этот баласт будет настолько мешать. Но выбора нет, придется обходиться чем есть. Саске спешно продумывал, какие слабые места есть у этой громадины. Благо, тщетно пытавшийся сделать из змеиной морды отбивную Наруто, невольно выиграл немного времени время для размышлений. Глаза! У змей обычно отрубают голову, но провернуть такое с подобной громадиной…невозможно. Оставалось только ослепить ее. Тем временем Наруто проворонил удар, заставивший рассеяться его клонов, а самого парня, проломить собой несколько веток, затормозив об ствол дерева. Окончательно выбив из парня дух последним броском. Дело принимало совсем скверный оборот. — Наруто, — дернулся Саске, собираясь убрать перекинутого через ветку сокомандника от очередной атаки, но тот, как-то слишком плавно поднялся и, что-то прорычав кинулся к змее. Шквал ударов, заставивший пошатнуться змею, обрушился на морду этой громадины, удивив своей силой даже возглавлявшую призыв противницу. — По носу бей! — крикнул Саске, собираясь воспользоваться отвлекающим маневром в виде Удзумаки и подобраться на достаточное для точной атаки расстояние, — Это ее оглушит. Наруто, как ни странно, прислушался к совету, но в бой вмешалась хозяйка змеи, создав огненный вихрь, с бешенной силой сметящий Наруто. Тот основательно приложился головой о дерево и уже не поднялся. — Опоздал! — набатом била в голове Саске мысль. Не успел спасти. Из-за моего промедления погиб мой сокомандник. Пусть, идиот, но… Учиха, застыв на месте, молча наблюдал за стремительно приближающейся змеей. Он не собирался отдавать свою жизнь так просто, но… Внезапно, змеинная морда резко затормозила в каком-то жалком метре от Саске. Сам подросток мог лишь с удивлением (и каким-то облегчением) смотреть в странно покрасневшие глаза Удзумаки. Зрачок у него вытянулся, став каким-то зверинным, а руки окутывали язычки рыжего пламени. — Наруто? — только и смог спросить Саске. С казалось бы таким простым и давно изученным сокомандником творилась какая-то чертовщина. — Ты в порядке, малыш? — с рычащими нотками в голосе спросил тот. Саске сразу вспомнил про тот случай, когда он сам говорил ему те же слова. Правда, сам Учиха тогда хотел лишь унизить, показать разницу между их уровнями, а сейчас это прозвучало совсем по-другому. — Ты стоял и ничего не делал! Ты не тот Саске, которого я знал! — прокричал Удзумаки. Но он не понимает, это же из-за того… Тут Наруто оплел язык этой гадины и вырвал из-под носа Учиха, не дав тому договорить. — Хм… Так вот кто является носителем, — донесся до Саске обрывок фразы. Носителем чего? Хотя, сейчас совсем не время думать о таком — Учиха половчее перехватил кунаи. Тут змея в человеческом обличье, окутав каждый палец ладони чакрой, приложила Наруто в область живота. Обострившимся из-за шарингана зрением, Саске смог разглядеть под задравшейся олимпийкой Наруто большую печать. Так она заклеймила Удзумаки? Ну уж хватит! Меткий бросок куная разрезал язык змеюки, заставив уронить спеленнутого Наруто. Оставив Сакуру выпутывать друга (да, пожалуй, все же друга) из тесных объятий змеинных частей тела, Учиха вступил в бой. Как и ожидалось, усиленные чакрой кунаи смогли пробить глазные яблоки змеи, заставив ту заметаться по поляне, едва не сбросив свою хозяйку. Та была вынуждена отменить призыв и отпрыгнуть на отдаленную ветку. — Как и ожидалось от Учиха, — раздражающе противно облизнулась она, — Но меня таким не проймешь! Саске побежал ей навстречу, выводя из-под возможного удара сокомандников. Его шаринган мог видеть и просчитать атаки, они же были в этом плане полностью беззащитны. Росчерком кунаев заставив врага сменить траекторию, он провел еще несколько пробных атак. Противница, ожидаемо, от всего уклонилась, но не это было его главной целью. Выдохнув в сторону змеюки мощный огненый поток, сформировавшийся в шар, он заставил ее опять сместиться и попробовать контратаковать. Передислоцировавшись на заранее просчитанную позицию, Саске кинул еще несколько кунаев. Та не стала их даже отбивать — все равно летели мимо цели и лишь гадко усмехнулась: «Задрожали ручки?» — Ну, почти, — вернул ухмылку Учиха, с удовлетворением наблюдая, как последняя часть сложного узора составляется в большую паутину, разом примотавшую зазевавшуюся противницу к стволу дерева. Теперь не сбежит. — Техника Большой Огненый Шар! — начал поджаривать змею Саске, краем глаза наблюдая, как Сакура, одним ударом куная прицепив Наруто к дереву, отпутывает того от липкого языка. Вздохнув, Саске очнулся от воспоминаний. Тогда Орочимару активировал какую-то печать на Удзумаки. Значит ли это, что тот может стать приспешником Змея и проще убрать Наруто сейчас? Нет, тут нужно действовать наверняка, не хотелось бы навредить тому из-за недостатка информации. Кстати, как вообще Змеинный Саннин может менять тела? Это какая-то техника? Или же это тоже зависит от печатей? Внезапно Саске вспомнилась красовавшаяся на руке брата отметина, которую он заметил еще когда связывал Итачи. Неужели? — Только не это, — брезгливо поморщился носитель шарингана, в красках представив картину замены тел, — Если этот еще и тело Итачи займет, то это будет совсем мерзко. И кому тогда мстить? Саске с сомнением посмотрел на рукоятку куная, затем перевел изучающий взгляд на руку Итачи и снова невидящим взглядом уставился на блики от костра, играющие на лезвии. Гарантии, что ампутация конечности полностью избавит брата от печати (и последующего в нем возрождения Орочимару), совсем не было. Все еще сомневаясь, Саске снова подошел к Итачи, перевернул на бок, лежащую со связанными за спиной руками, бессознательную тушку и активировал шаринган: слабого света от костра не хватало, чтобы разглядеть все в полумраке. Клановое додзюцу с проблемой нехватки освещения справилось, позволив Учиха разглядеть брата даже в больших подробностях, чем хотелось бы. Так, нахмурившийся от новых открытий Саске, обнаружил, что Итачи вполне может уйти на тот свет без его участия: пульс замедлился, дыхание было совсем слабым, а незаметные до этого в темноте черные узоры покрывали уже не только видимую из-под одежды руку, но и половину лица. Отодвинув воротник, Саске убедился, что раззросшаяся печать покрывала остальную часть тела и стремительно распространялась дальше, заставляя брата лихорадить. — Похоже, эта печать, как и яд, воздействует на кровь, разносясь по организму, — подумал Саске и со смесью злорадства и опасения оглядел брата. Возникшая на мгновение, как отголосок прошлого, жалость робко советовала помочь раненому. Отмахнувшийся, от недостойного шиноби чуства, Саске, уже поднялся было на ноги, но снова невольно глянул на Итачи. — Ладно, это только ради того, чтобы он не откинул копыта раньше времени, — как мантру бормотал про себя младший Учиха, прилаживая на лоб брату мокрую тряпочку из бывшего платка.