Шиноби из другого мира

Канкуро смотрел на очередных кандидатов в звание "Будущая составляющая песка Гаары" и совершенно не понимал, как можно быть такими самоуверенными. Над красноволосым чакра клубилась почти в видимом диапазоне: любой мало-мальский сенсор оценил бы его уровень и не стал бы даже связываться с их командой. Такие же, излишне гордые идиоты, и составляли их основных противников. Что предыдущие, что эти — все, обманувшись мнимой слабостью команды (а ни Темари, ни Гаара на первый взгляд никакой опасности не представляли), спешили заявить о своей непомерной «крутости» и вполне закономерно огребали. Впрочем, о мертвых либо хорошее, либо ничего: брату было все равно, кто встал у него на пути — если рискнули, то пусть будут готовы дать отпор. Правда, изрядно опьяненного видом крови джинчурики (а главную тайну деревни они, как дети нынешнего Казекаге знали), часто приходилось с риском для жизни останавливать. Как значилось в доносах, регулярно отправляемых на родину командиром, пока он еще не убил ни брата ни сестру, но вот эта оговорка изрядно настораживала. Как любой боец дальнего боя, Канкуро был предусмотрительным и осторожным парнем, но каждая попытка общения, каждая произнесенная братом фраза напоминала ходьбу по усыпанному взрыв-печатями полю. Да даже то, что у него, оказывается, младший брат есть, он узнал незадолго до этой миссии и то по указанию Казекаге. И был несколько зол на отца, скрывавшего такую важную информацию, пока не встретился с джинчурики лично. Тогда-то он понял, что эти годы их просто оберегали от лишней, способной принести вполне ощутимый вред, проблемы. Теперь он внешне спокойно, но не без внутреннего содрогания (за столько раз наблюдания за одной из самых опасных атак Гааары это все было несколько привычно) наблюдал, как очередной напыщенный индюк пытается заставить их отдать свиток. При этом не показав ни единого преимущества, заставившего бы их пойти на подобный шаг. Да хоть два! Предыдущие противники, на свою голову (и прочие конечности), пытавшиеся забрать вожделенный свиток, уже через пять минут буквально умоляли принять его и оставить их в живых. Ну, что ж, жаль. Жаль, что свиток у них совпадал со свитком самой команды песка, а поэтому, пришлось продолжать поиски. С некоторой надеждой, что у этих-то окажется нужный свиток (не то чтобы он сочуствовал другим участникам, просто было весьма нелицеприятно наблюдать за их смертью из раза в раз), он слушал очередную пафосную речь и поглядывал на Гаару. Весьма недальновидные противники поначалу обратились к самому Канкуро, посчитав его лидером команды и были несколько удивлены, услышав ответ от невысокого паренька. Тем же хуже для них. — Отдавайте свиток, и тогда не пострадаете, — не особо оригинально начал здоровяк, злобно (как ему показалось), оскалившись. — Нет, — безэмоциональным голосом ответил брат и шагнул навстречу к неудачникам. — Эм, Гаара, может не надо? — нервно передернувшись, спросил Канкуро. Мало ли какие неприятности для Деревни последуют за еще одну партию трупов? — Тогда, узрите, — подкинул противник в небо охапку зонтов (так они из Страны Дождя, наконец, смог разглядеть повязку шиноби марионеточник), — Железный дождь! Обильно просыпавшийся град из игл (интересно, как он смог придать такое свойство простым зонтам? Надо бы добавить такую функцию в марионетку) полностью увяз в защите Гаары, от остальных сам Канкуро вместе с Темари легко уклонились. Еще бы: те падали с довольно большой высоты и не несли в себе никаких сюрпризов — даже ядов и тех не было. Противник с завидным упорством пытался пробить песочную защиту Гаары (а ведь джинчурики мог бы вообще бездействовать — те иглы не смогли бы повредить каменную кожу), никак не желая смириться с тем, что его техника оказалась полностью бесполезна; его сокомандники даже не пытались атаковать. — Песчаная, — начал говорить Гаара, искоса глядя на дернувшуюся Темари. — Зачем, мы и так могли бы…- фальшиво улыбаясь, она начала как маленького ребенка уговаривать джинчурики. До сих пор не уяснила, что брат этого терпеть не может, хотя к их словам, не смотря на всю славу Песчанного Демона, все же прислушивается. Иногда. Тут противник на свою голову начал кричать что-то угрожающее, полностью перекрыв все попытки сестры решить дело более мирным путем. — Песчаная ловушка! — без колебаний произнес Гаара, равнодушно разглядывая исказившееся лицо окутанного песком врага и его товарищей. Те еще не видели и десятой части мощи джинчурики, но им хватило и этого. Противники были напуганы и сразу же стали требовать, чтобы их отпустили. Идиоты. Последний, кто что-то приказывал Гааре и остался при этом в живых был их отец, хотя подробностей их беседы, подслушивающий через марионетку, Канкуро не знал. — Песчаный гроб! — песок полностью покрыл врага, засыпав открытое ранее лицо, а после, подчиняясь воле сжавшему руку в кулак Гаары, превратил его в фарш. Канкуро расслышал тихий возглас и какой-то писк со стороны кустов, окаймляющих полянку. Повернувшись, он успел заметить мелкого щенка и прядь волос. Неужели еще одни? Но спрятавшиеся в зарослях нападать не спешили, а, наоборот по-тихому пытались сменить место дислокации. Видимо, тоже впечатлились. Сокомандники расплющенного песком типа испуганно завизжали и стали трясти в воздухе свитком (о, наконец-то Небо! А то свитков Земли у них и так было больше положенного), умоляя о спасении. Канкуро хмыкнул и взглянул на брата — они не нападали на них и можно было бы их отпустить. Гаара был другого мнения: «Песчанная ловушка!» Захрипевшие от недостатка воздуха из-за тысячи песчинок с силой сдавивших все конечности и, казалось, даже внутренние ограны, они продолжали молить о прощении. — Гаара, подожди. Вовсе необязательно их убивать, они же отдали свиток, — в очередной раз попытался дозваться до брата Канкуро. Тот в ответ лишь сузил глаза и, завершил технику, оставившую от невезучих врагов лишь мокрые остатки, пропитавшие песок. И повернулся к Канкуро, словно пытаясь пробурить своим немигающим взглядом в нем дыру. В воздухе мелко дрожали песчинки, готовые по малейшему взмаху руки накинуться на любого. Ками! Похоже, его опять накрыло. Темари, с сочуствием покосившись на останки врагов, перевела взгляд на побледневшего Канкуро и, быстро оглядевшись, поняла, в чем дело. — Гаара, — обезоруживающе она подняла руки, — Может, пойдем к Башне? Мы уже завершили испытание, сможем отдохнуть… Брат, будто и вовсе не слыша слов Темари, развернулся в сторону слегка зашуршавших кустов, где скрывались до этого излишне любопытные (марионеточник очень надеялся, что они уже вовсю улепетывали) ребята. — Гребаный биджу! Гаара же сегодня почти с десяток убил! — в панике подумал Канкуро, — Ему же теперь крышу сорвет и будет этот Лес Смерти называться так вполне заслуженно. Марионеточник в красках представил, что будет с ними и с остальными участниками экзамена, если джинчурики не сможет обуздать себя. Будет всему лесу, да что там, всей Конохе, небольшое песчаное цунами, сравняющее с землей все планы на сотрудничество деревень. Так и до Мировой недалеко! Поникший парень с тоской в глазах глянул на Темари — той лучше всего удавалось уговаривать брата, хотя под горячую руку Песчанного Демона не хотелось лезть никому. Но надо. — Гаара, — робко начала Темари, не особо надеясь на успех, — Тут нам уже делать нечего. Может, пойдем к Башне? И наткнулась на горящий безумием взгляд: «Я убью их всех!».

***

Сенжо в который раз коря себя за излишнюю привязанность к мелкому и не менее сильно развитое чуство ответственности, бесшумной тенью скользил по лесу над головами у малышни, максимально замаскировав свою чакру и малейшие следы от нее. Пока скрываться получалось вполне удачно, даже малолетний сенсор, судя по глазам из Хьюга, не засек. Почуствовав впереди сильный всплеск энергии — явно сражался кто-то очень сильный даже для него самого, он отправил нескольких клонов на разведку, и стал напряженно обдумывать диллему: оставить мелких добираться дальше самим или проводить до Башни (что было чревато нежелательной встречей с джоунинами и наблюдателями от Конохи). Один из клонов развеялся, донеся информацию о произошедшей бойне, другой же последовал за весьма сильной (и кровожадной) командой из Песка. Предводительствовал у них красноволосый мальчишка, странным образом напоминавший кого-то самому Сенжо, правда, парень не мог припомнить где именно мог его видеть. Все же некоторые воспоминания изрядно истерлись за последние годы. Пока Итачи замер на месте, стараясь переварить полученную информацию, сборная команда участников экзамена дружно ломанулась в сторону прошедшей битвы. Лидировал (и почему я не удивлен? — потер лоб Сенжо) в импровизированном забеге Удзумаки, первым выскочив на полянку. Особой необходимости просматривать все это еще раз у Итачи не было, поэтому он хотел было отправиться обратно, как снова почуствовал всплеск чакры, уже более интенсивный, чем предыдущие. Чутье опытного шиноби взвыло, предупреждая о грядущих неприятностях. — Хорошо, что решил все же проконтролировать мелких, — вздохнул Итачи и перевел взгляд на копошащихся внизу ребят, — Где?! Внизу не хватало неизвестно когда испарившегося блондина и, явно последовавшего за ним (судя по возгласам розоволосой девочки), Саске. — Ками! Ну за что? — мысленно взвыл Сенжо. Понять, куда и зачем они направились, к сожалению, не составляло труда.