Непокорный II

POV Спирит Я видел его лицо во сне. С детства я верил — духи предков охраняют нас, а наши тотемные животные оберегают. Будучи подростком, я то и дело крутился у вигвама нашего шамана, стараясь подглядеть, вызнать какие-нибудь секреты. Раньше всех научился рисовать защитные узоры на крупах лошадей. Но сегодня ночью ничто не способно было мне помочь. Сегодня ночью ко мне явился Он. Крутя в руках лассо из тугой темной веревки, Он смотрел на меня исподлобья, совсем как тогда. Сколько зим минуло с тех пор? Великие духи, сколько воды утекло!.. Я ворочался — да так сильно, что наверняка наутро Иоки обнаружит на своей спине синяки или даже царапины. Он снова трогал меня: приставив кольт к моему уху, он водил пальцами по моей спине, и временами касание замирало на пояснице, будто не решаясь идти дальше. Но внутренне я знал — Он решится. Решится на что угодно. Отчего я не мог ничего сделать? Отчего не отталкивал его от себя и вообще…был ли я собой? — И помни, — сказал Он мне сегодня, — я всегда найду тебя. Я дышал часто и неглубоко, как загнанный волком кролик, но как отчаянно мне хотелось проснуться! Его ладонь закрыла мои глаза, заставив мигом возвратиться в густой, вязкий, мерзкий мрак воспоминаний. Я слышал его шипящий голос, говорящий мне до одури бессмысленные слова на ухо. Дыхание дико обжигало кожу, будто клеймо, который я однажды уже чувствовал на себе. — Несломленный Дух. Я чувствую, как Его ладонь скользит все ниже вдоль линии позвоночника, останавливаясь в самом низу. Так, что я дергаюсь, до боли сжимая бедра. — Непокорный. Свободная Его рука стискивает мне горло, не дает дышать. Я судорожно хватаю губами воздух, что выброшенная на песчаный брег рыбешка. — Мой. Я кричу — но то лишь во сне. А наяву хватаю пальцами покрывало, силясь избавиться от боли, сдавливающей мое тело изнутри. Он снова трогал меня — теперь уже там, и совсем не так, как при нашей прошлой встрече. Крика моего Он не слышит. Прикусывает мое ухо, чуть оттягивая на себя и только сильнее сдавливая шею. Мне больно — я ничего не могу сделать — и оттого лишь больнее. Почему? Почему я не сопротивляюсь, как прежде?

***

Наутро Иоки и впрямь обнаруживает на себе ссадины, и интересуется, не тревожили ли меня дурные сны. Я упрямо мотаю головой и говорю, что все нормально. Духи по-прежнему оберегают нашу семью от нехороших сновидений и бледных демонов, являющихся по нашу душу. Но про себя я думаю иное. Духи оберегают семью, но не меня.